А люди любят

— Нам нужно расстаться. — Да. Думаю, так и правда будет лучше. Кенма уходит. Это не было чем-то неожиданным и удивительным, — Кенма разлюбил, у Кенмы чувства к Шоё. Квартира без Козуме казалось безжизненной. Куроо без Кенмы казался безжизненным тоже. Он стоял перед зеркалом, клятвенно заверяя себя, — вот, смотри, вот твои руки и ноги, твоё лицо. Ты не рассыпался и не развеялся. Руки отчего-то дрожали и жутко мерзли. Руки мерзнут, и Куроо прячет их в карманы некомовской олимпийки, сжимая в кулаки. В Токио холодно, многолюдно, и ветер гонит тёмные дождевые тучи. Куроо думает, как бы быстрее дойти до метро и уехать домой, потому что дома его ждёт горячее какао и Кенма под боком, ворчащий, что у Тетсуро холодные руки. Куроо прикусывает язык, ощущая вспышку боли, — не вспоминай. Лучше позвонить Бокуто и пойти к нему. С Котаро всегда весело, и о Кенме мыслей в несколько раз меньше. Куроо пытается забыть, честно. Убирает в квартире вещи, напоминающие о Кенме в самый дальний ящик. Хочется убрать в дальний ящик и самого себя, потому что он сам — сплошное напоминание о Кенме. Куроо начинает новые отношения, не желая больше утопать в воспоминаниях. Цукишима из Карасуно — странный выбор, Кенма бы посмеялся. Они не похожи на влюбленную парочку, и их отношения больше похожи на баттлы «кто кого переплюнет в сарказме». Это вряд ли назовёшь любовью, скорее необходимость заполнить пространство рядом с собой. Каждое действие Кея сопровождается звоночком в голове Тетсуро и фразой «а Кенма делал не так». Цукишима обнимает не так, — легко, почти не касаясь. Цукишима целует не так, — прерывисто, резко, кусая губы. «Не нравится» — вторит разум Тетсуро. Они не подходят друг другу. Цукишиме нужен тот, кто сможет пробиться сквозь холод и серьёзность Кея. Куроо просто нужен Кенма. — Нам нужно расстаться. — Да, ты прав. Второй раз Куроо остаётся один. Один в жизни, один в холодной квартире с пятнистым котом на руках.

***

Дождь начинается неожиданно, спрятав солнце за тучами и громко стуча каплями по стеклу. Куроо стоит возле подъезда, облокотившись на стену дома, уставившись в одну точку и погруженный в свои мысли. Хочется выйти под дождь и лечь на асфальт, закрыв глаза, и пусть прохладные капли неумолчно и отрезвляюще бьют Тетсуро по лицу, он будет лежать. Потому что устал. Потому что ему нужен кто-то. Кто-то, кто не просто будет заполнять пустоту рядом с Куроо, а кто сможет поддержать, обнять и согреть. — Куроо. Тетсуро вздрагивает, медленно поворачивая голову в сторону. Рядом стоит Кенма, насквозь промокший, с прилипшими к лицу волосами. Он скидывает с головы капюшон ветровки. — Зачем ты пришел? — интересуется Куроо. Кенма жмёт плечами, опуская голову и тоже облокачиваясь на стену. По телу Козуме проходит мелкая дрожь: одежда мокрая насквозь. В Тетсуро неожиданно просыпается забота, и он готов снять с себя олимпийку, закутать в неё Козуме, прижать к себе и не отпускать. — Как там у вас… с Шоё? — стараясь разрядить обстановку, интересуется Куроо. На самом деле, ему не интересны рассказы Кенмы об очаровательном, милом и просто замечательном Хинате. — Расстались. — кидает Кенма без энтузиазма. — Почему? — тут же спрашивает Тетсуро, прикусывая язык и давая себе внутренний подзатыльник за бестактность. — Не сошлись характерами, наверное. А ты? Я слышал, вы с Цукишимой встречаетесь? — Встречались. — исправляет Куроо. — Встречались. Всего месяц. Кенма ничего не отвечает. Ничего не спрашивает. Просто кивает головой. Куроо сложно смотреть на Кенму. Он похож на котёнка — маленького, пушистого, пятнистого котёнка, которого хочется забрать с улицы, отогреть, напоить молоком и затискать. — Я.. наверное пойду, — говорит Кенма после минуты молчания. Он смотрит на дождь и накидывает капюшон ветровки. — Останься.. — перебивает Куроо. Кенма поднимает голову, распахивает глаза и смотрит на Тетсуро. Куроо выдыхает почти шепотом: —..пожалуйста. Куроо растерян, поэтому спешит добавить: —..на чай? Кенма хмыкает и смущённо кивает. В квартире Тетсуро теплее, уютнее и роднее. Там чай вкуснее, там диван мягче, там любимый пятнистый котенок, там Куроо. Кенма отпивает чай, прикрывая глаза и сильнее укутываясь в плед. На нем сейчас футболка Куроо и теплый плед, потому что «нет, Кен, ты заболеешь, если останешься в мокрой одежде». Тетсуро носится по квартире — то убирая свои вещи, раскиданные по спальне, то насыпая корм коту, — то и дело интересуясь состоянием Кенмы, и больше похож на заботливую мамашу, чем на капитана волейбольной команды. Спустя пять минут ускоренной уборки, Куроо наконец садится напротив Кенмы, подпирая щеку рукой и заботливо-влюбленно смотря на Козуме. На кухне повисает тишина. По квартире бродит мурлыкающий кот, капли дождя разбиваются о стекло, нарушая внезапно нагрянувшую паузу. — Я соскучился по тебе, Тетсуро. — тихо говорит Кенма, опустив голову и смотря на кружку с чаем. — Соскучился по твоему смеху, по твоему дурацкому лицу, по твоим глупым ссорам из-за проигрышей, безумно соскучился по твоим объятиям. И я не знаю, зачем я это сейчас сказал, ведь ты скорее всего нашёл себе кого-то другого, ведь это именно я предложил расстаться, и… — Кенма, — Тетсуро протягивает руку через стол, касаясь запястья Козуме. — не тараторь. Посмотри на меня, — Кенма поднимает взгляд, натыкаясь на сидящего напротив Тетсуро, шепчущего «я т е б я л ю б л ю». — Я тоже скучал. По тебе. По тому, что связано с тобой. И по нашим объятиям, конечно же, — улыбается Куроо. Кенма встаёт из-за стола, расставляет руки в стороны, — плед падает на пол, — и спустя пару секунд оказывается в родных объятиях. Тетсуро утыкается носом в волосы Кенмы, вдыхает запах шампуня. Куроо хочет зацеловать Кенму, Кенма просто хочет спать. Кажется, нужно составить поцелуи на потом. На это ещё хватит времени. Сейчас нужно отнести Кенму на кровать, укрыть пледом и лечь рядом, заключая в объятия. А поцелуи оставить на потом. На завтра, например.