-

Это было лето, если точнее, начало июля, именно в это время в Крыму становится максимально жарко, приезжает толпа туристов на море, можно сгореть и в девять часов утра. А этот год был куда хуже предыдущих, солнце как на зло пекло, словно это не Россия, а какая-нибудь Африка. На то время уже у всех студентов закончилась сессия, я договорился с работодателем и через неделю пойду работать в кафе, а пока мы с друзьями договорились пойти в горы, а если быть точнее, на гору под названием «Спящий монах». Родители говорили мне, что он просто похож на монаха, так и прозвали скалу, но мне всегда она больше напоминала тролля, застывшего в камень, укутанного вечным сном и возможно, только извержение вулкана «Карадаг» сможет пробудить его от беспросветного сна. В детстве мне часто приходили такие мысли в голову, ведь рядом с этой горой была ещё одна, куда меньше, она напоминала по форме меч, которым когда-то могли сразить древнее чудовище, залёгшее в спячку. Мы втроем решили пойти с самого утра, так что в семь часов уже стояли у одной из остановок и решали, каким именно путём мы дойдем до вершины горы. Мы стояли с большими рюкзаками, наполненными едой, водой спреями от комаров, ножами и спальниками Никита предлагал нам пойти в обход, аргументируя тем, что мы ещё успеем дойти дотемна, а так искупаемся в маленьком водопаде в лесу, где вода куда приятнее, чем на том же море. Мы долго припирались, но в итоге я и Дима согласились с этой идеей, всё же было куда лучше охладиться по пути, чем сидеть на верхушке горы в самую жару и запекаться горячей едой и уже к одиннадцати часам мы были у водопада, колодная вода маленьким ручейком стекала с высоты метров пяти и приятно будоражило разум, после долгой ходьбы в жаркий день. Сеть всё ещё ловила, и погода говорила о том, что сейчас только тридцать семь градусов, хотя на самом деле было куда жарче, особенно когда лучи солнца попадали прямо на тело, тогда каждой клеткой кожи ощущалось неприятное жжение. Чем дольше мы шли, тем сильнее солнце подходило к зениту, даже водопад нас не спас, и вот мы уже прошли три четвёртых пути, солнце беспощадно било нас, но чудо! По пути нам встретилась маленькая на первый взгляд, неприметная пещерка. Наше решение было единогласным, каждый из нас решил переждать часа три тут, пока солнце не пойдет обратно на спад, ведь при такой жаре может и давление подняться, даже у молодых ребят. Как только мы подошли к пещере сразу же повеяло прохладой, такой освежающий, от чего вся кожа покрылась мурашками. Ведь живём тут давно, опытные, знаем, что даже в самую сильную жару при походе в лес нужно быть при полной амуниции, кофта или куртка из толстой ткани, штаны, желательно берцы, чтобы никакая живность не позарилась на тело, а также обязательно бандана на голову, от солнечного удара. Мы с парнями собрали засохшие ветки и потащили их в пещеру, чтобы можно было пожарить хлеба, сосисок и забросить пару картошин в фольге в оставшиеся угли, ведь нам нужно было сидеть в пещере минимум часа три. За час или полтора некоторая часть припасов уже была съедена, выпито чуть-чуть воды и сейчас мы просто сидели и общались, пока Дима не увидел, что в темноте что-то блеснуло. Сначала он испугался и чуть было не закричал от страха, но после понял, что блестит какой-то метал. Подойдя ближе мы поняли, что это было золотое кольцо, такое маленькое, на женскую руку, включив фонарик на телефоне мы хотели его рассмотреть, однако нас куда сильнее поразило не колечко, а насколько большой была пещера, она больше была похожа на то, что кто-то намеренно её сделал, со всеми её заветлениями, резкими спусками и подъемами, кто-то из парней даже присвистнул, когда посветил в тоннель и понял, что луч фонаря ни во что не врезался. Но размеры я смог осознать только сейчас. Тогда в нас проснулся азарт. Ведь на той горе мы были уже не один раз, и даже не три, а тут нечто новое, то, что скорее всего до нас ещё никто не исследовал, ведь никаких меток, стрелок и направлений нет, а кольцо могли потерять туристы, которые так же, как и мы сейчас сидели в тени и прятались от солнца. И уже тогда наша компания должна была заподозрить, что что-то идёт не так, ведь в Крыму нет таких мест, в которых не побывали местные обитатели и не пометили стрелками или узелками, они лезут в каждую пещеру, в каждую речку, и пропустить нечто великое, неизведанное, было сложно. И мы как настоящие болваны решили пойти и проверить, что там и насколько она может быть глубокой. Где-то внутри своего рюкзака Никита откопал маркер, чтобы мы могли ставить метки, куда двигаться для выхода, и мы поставили свою первую точку у самого входа в пещеру. Достали телефоны и пошли в глубь. Я не знаю, сколько точно прошло времени с тех пор, как мы зашли сюда, но на часах уже было часов пять. Как раз самое время, чтобы уходить от сюда. Ведь чем дальше мы шли, тем больше у меня создавалось ощущение, что всё идет неправильно, не так, как должно. Эти пещеры, казалось бы, не созданы сами по себе. По дороге мы находили много разных вещей, в отличии от любого другого места, где мы бывали. Мы встречали какие-то клочки бумаги, ткани, какие то, находили бутылки из-под воды. Мне казалось, что всё не так, а ребята думали, что это туристы всё оставили, понаехали и мусорят. У меня в груди же всё сжималось. Чем глубже мы шли в пещеру, тем холоднее становилось, казалось бы, сквозняк тут гулял только так, стены то и дело дрожали, толи от нашего смеха и топота, толи я не знаю от чего. Когда я предложил идти обратно я отчетливо запомнил фразу Никиты: «Ты что! Какой возвращаться, видишь там вдалеке, кажется, какое-то расширение, давай хотя бы до туда дойдем». Я не поддержал эту идею, но деваться было некуда, один бы я не пошел обратно. И зря, ведь дойдя до нужного места парни были заворожены красотой этого места, удивительно, что из маленького и узкого прохода, где помещался с трудом парень под сто восемьдесят сантиметров среднего телосложения, мы вышли в огромную пещеру, со столбами или наростами, которые казалось бы поддерживают потолок, чтобы тот вовсе не упал, а он, в свою очередь весь был усыпан сталактитами, которые словно тысячи мелких зубов нависали над нами, у одной из стен было углубление, в которое стекала какая-то странная, вязкая жидкость кремового цвета, а сама пещера заходила в тупик. Только где-то на высоте, на расстоянии двух или даже трех метров были тёмные, словно глазницы в черепе. А Дима выронил такую фразу: «Ребят, а давайте тут останемся на ночь, мы ведь и так и так хотели переночевать на горе, а тут куда интереснее». Никита только поддержал эту тему, мне же было совсем не до веселья, впервые за всю свою жизнь на меня давила обстановка, возможно из-за замкнутого пространства? Не знаю. Вот сейчас мы сидим у маленького костра, который мы сделали из листов бумаги и зажигалки, жарим по-быстрому сосиски с хлебом, будем есть и ложиться спать. Огонь, который освещает всю эту пещеру создаёт блики на стене, тени, которые словно танцуют, медленно подбираясь к нам, а я пишу это на бумаге, хочу запомнить каждый прожитый день, ведь заметки на телефоне легко можно удалить, а что будет на бумаге, там останется надолго. На часах уже три ночи, я не могу уснуть, мне везде мерещатся скрежеты, шорохи, костёр давно погас, а ребята вроде-как и спят, не хочу их будить. Эта обстановка, я просто не могу. Ветер, который раньше шёл против нас, сейчас сосредоточился полностью в центр пещеры, тут становится очень холодно и даже спальник не спасает. Я отошел в туалет и мне показалось, что сверху что-то на мгновение мелькнуло. Что-то белое с яркими глазами, сейчас допишу это и буду будить парней, лучше свалить от сюда, может какое-то дикое животное тут живёт. Мы с парнями уже прошли достаточно много, на часах уже 7 утра, на телефоне постепенно падает заряд, оказалось, эта пещера куда больше и тяжело идти. Когда я разбудил Никиту и Диму они мне поверили, ум тоже показалось странным, что ночью пещера стала полна странных звуков. Но чем дальше мы идём, тем сильнее бьется сердце, мне кажется, что за нами кто-то следит, хоть тут и нет места для того, чтобы спрятаться и я… На этом дневник закончился, те, кто его нашли заявляют, что этот дневник оказался у них, когда они также зашли в пещеру и прошли где-то метров триста вглубь. Он был весь испачкан в чём-то буром, и прочитав его у ребят сразу же отбилось желание идти куда-то дальше. Они показали этот дневник своим родителям и через недели две толпа людей организовали поиск. Ведь чуть более года назад пропали три парня, студента, Никита, Дима и Саша, их видели тогда, когда они пошли в лес, но на этом их следы обрывались. Однако надежды семей потерпевших не оправдались, взрослые люди нашли ту пещеру, но никаких следов подростков в ней не было, только клочки бумаг, ткани, и пепел в конце пещеры, где когда-то раньше горел маленький костёр, оставляя причудливые тени на стенах. Ни костей, ни вещей не осталось, как будто бы ребята пропали бесследно. Ходит легенда, что тот, кто останется в этой пещере на ночь не вернётся оттуда живым.