ЗОЖ

Май — это прекрасное время для грусти, счастья и новых свершений. Ирина Алексеевна сидела в апельсиновом саду, который они не так давно со своим супругом привели в порядок. Их новая дача сияла яркими красками, а запах нового дерева сводил с ума. Слегка качаясь на деревянном стуле-качалке, который сам супруг на выходных покрывал лаком, женщина перечитывала «Войну и мир». Не сказать, что ей нравилась данная книга, просто она старалась понять, в чем, наконец, находят люди пример для настоящей любви Наташи Ростовой и Андрея Болконского? Не могла понять. Или же не собиралась. Ирине всегда казалось, что если человек любит, не сможет предать. Но… Как ей хотелось закрыть эту книгу, чтобы никогда больше не возвращаться в те самые дни, когда она узнала о неверности своего уже бывшего супруга. Её вновь окутала боль и холод по коже, такой нежной и гладкой. Заведующая неотложной хирругией приподняла взгляд, слегка прикрыв книгу, но оставляя между страницами указательный палец, дабы не потерять нужную страничку. Лёгкий ветер пронёсся мимолетно по её белокурым волосам, слегка путая их между собой. Другой рукой она забрала с левой стороны прядь волос за ухо, оголяя шею, на которой была любимая цепочка, подаренная мужем. Лишний раз белокурая женщина обратила внимание на правую руку, убедившись, что кольцо на месте и она снова жена. Хоть и прошло четыре года, Ирина не переставала себя угнетать в том, что их брак с Анатолием также может закончиться крахом. Она не верила, что после развода с Николаем сможет снова любить и быть любимой, она не верила и сомневалась, что ей будут нужны какие-то отношения. Знакомство с Анатолием было лёгким, не намекающим даже близко на отношения, но что-то замкнуло в сердцах обоих. Да так, что скоро будет первая их годовщина. Ирина вдохнула свежий весенний аромат и, наконец, вернувшись в реальность, смогла заметить мужа, который направлялся к ней из главного входа с пакетами в руках. — У нас сегодня гости? — поинтересовалась женщина и улыбнулась в ответ мужчине в красивом классическом костюме, который доводил до экстаза при одном виде. — Вроде нет, а что? — Алеников подошёл, как обычно сзади и поцеловал жену в щеку, остановился. — Ну, ты снова купил столько продуктов… Мы же все не съедаем. — Странно, моя бывшая орала на меня, когда я не мог позволить в студенческие годы купить продукты в дом, а тут моя жена меня за продукты попрекает, — усмехнулся министр и провел щекой по гладкой коже. — Я не попрекаю. Просто, мне кажется, что нам следует придерживаться правильного питания. — Ага, а ещё давай пробежки с утра, зарядку и гимнастику? — Это хорошая идея, — улыбнулась она, откинув голову назад, чтобы смотреть на мужа. — Ирина Алексеевна, убей меня, но только не это. — Тогда ты будешь толстым и никому не нужным старикашкой. — А че это я толстый? — Ага, вон… Уже пузо торчит, — улыбалась хирург. — Эй, я вообще-то в идеальной форме, — Анатолий встал, выпрямив спину и втянув живот. Он очень любил нравиться другим, а в особенности женщинам. — Не уверена. — Так, это ты меня тут, значит, на слабо берёшь? — Алеников сложил руки на груди, продолжая смотреть на жену. — Да ты что? — Павлова-Аленикова встала, делая вид, что совсем тут не при чем. А взгляд такой невинный, — Просто, я же понимаю, возраст уже не тот, — парировала она, понимая, как бесит супруга сейчас и он вот-вот уже сдастся. — Да у меня прекрасный возраст! — мужчина уже начинал сомневаться. — И я все понимаю, — наигранно вздохнула она, — спорт уже не твой конёк. — Ещё как мой! — Ты, наверно, устал, отдохни, — довольно улыбаясь, женщина похлопала мужа по плечу, в мыслях оставляя карты на погоны. — Значит так, Ирина Алексеевна. Сейчас ты переодеваешься и мы идём в лес на пробежку. Ясно? — Ну…ясно, — она сделала вид, будто это её заставили и довольно скрылась в доме, чтобы надеть новый костюм, который чудным образом ей все-таки пригодился. Анатолий Борисович явно старался угодить жене во всем, а она вертела им как могла, но любя. Ей нравилось смотреть на то, как он старался ради них, боялся обидеть или навредить. Наконец она смогла почувствовать себя женщиной, рядом с настоящим мужчиной, который умел брать ответственность, который брал и делал, не убегая от проблем. Она любила мужчину рядом с собой, который подарил ей второе дыхание, а оно, в свою очередь, спасло её, словно, от проклятого пневматорокса, который длился весь развод и последующие два года. Она чувствовала, что с Анатолием смогла сделать новый глоток чистого свежего воздуха полной грудью. — Сколько мы уже бегаем? Час, не меньше, — Анатолию явно не нравилась эта затея, но уступать жене не собирался. — Ого. Да у тебя часы на пол часа спешат. Толь, и полчаса не прошло, — усмехнулась блондинка. — Серьёзно? Подожди, — задыхаясь, он остановился, пытаясь прийти в чувства. — А я тебе говорила, брось курить, но ты стоял на своём. — А может, мне тебя бросить? Ты вреднее, — улыбнулся Анатолий. — А по лбу? — Лучше поцеловала бы. — А ты догони, — улыбнулась Ирина и побежала в сторону дома. — Вот шустрая то! — Алеников секунду успел полюбоваться на силует его стройной жены и побежал в след за ней. — Завтра утром тоже бегаем. — Ириш, ты ж сама не осилишь. — Кто?! — Ты. — Это я не осилю?! — усмехнулась женщина и резко остановилась. — Ты сама подумай, у нас отпуск, надо и поспать. — Чтобы потом набрать лишние килограммы? Вот уж нет. — Не говори глупостей. Это не наше уже, действительно возраст. — А ты смотри как надо! — Ирина начала бегать, высоко сгибая ноги в коленях — И так могу! — она присела раз — Хоп! — Ты бы по аккуратнее… — Анатолий положил руку за заднюю часть шеи, слегка прищурив глаза. Присела два. — Ага! — на третий спина дала сбой. Ирина согнулась от наступающей боли. — Что такое? — от когда-то сияющий на лице мужчины улыбки не осталось и следа. — Да спина что-то… — А я тебе говорил, аккуратнее! Упрямая! — Анатолий Борисович подошёл сзади. — Давай без лекций! — А поза хорошая, мне нравится, — улыбнулся министр и слегка шлепнул по мягкому месту. — Ты издеваешься? Я тут мучаюсь стою, а он… — Мне уйти? — Анатолий прекрасно понимал, что она скажет и направился к дому. — Иди! Сама справлюсь! Молча мужчина направился к дому, слегка свистя, и откидывая камни, попадающие под ноги. — И ты меня вот так оставишь? Тут? Одну? — голос дрогнул. Уж очень хорошо она умела давить на жалость. Он улыбнулся и снова повернулся к ней. — Ты сама сказала уйти. — А если я тебе скажу в колодец прыгнуть, прыгнешь?! — Прыгну. — Ну и дурак, — усмехнулась хирург. — Эх ты, проблема ходячая, — Алеников взял аккуратно женщину на руки и понёс в дом. — Зато, ты меня любишь. — А это не лечиться, — усмехнулся Анатолий, — А ты тяжелая. — Да? А ты помнишь, как тогда, — Ирина пробурчала на ухо мужу неприличные моменты из их совместной жизни, — а ты, между прочим, очень тяжёлый. — Я тогда нечаянно. — Ага, а кровать высокая. — Да мы вроде не сильно. — Не сильно, это потому что ты на меня упал. — А не надо было меня заводить. — Слон. Мужчина лишь рассмеялся и ногой отпер дверь. Он аккуратно помог сесть Ирине на кровать, и начал искать мазь. — Толь… — А? — А ты меня правда любишь? — Люблю. — А давай в бассейн запишемся? Алеников повернулся к жене с мазью в руках и непонимающе уставился в глаза. — Ну… А чего зря время терять… — Я понял… Ты хочешь похудеть. Хорошо… Я тебе это обеспечу. — Да? — О, да, Ирина Алексеевна, совместим приятное с полезным. Я тебе такое устрою, ты потом ни в какой спорт зал не захочешь. А про бассейн даже думать забудешь. Женщина рассмеялась, игриво посмотрев на мужа. Физкультура продолжалась.