Что-то важное для тебя

Такие, как Джон, не считались полноценными солдатами. Ведь убивали и умирали не они, а суррогаты — безликие роботы, которых пачками штамповало военное производство. В то время, как вооруженные суррогаты шли по чужой земле, доктор Джон Уотсон находился на военной базе Бовингтон, полностью отключенный от реальности, переживающий день за днем свою смерть и гибель своих товарищей. Он успел познакомиться со многими, пока проходил подготовку на базе. Они условились обмениваться кодовыми словами или фразами, чтобы узнавать друг друга в реальности. После «смерти» солдат возвращали в реальность чтобы они осознали себя живыми. Давали пару дней для короткого тестирования и собеседования с психологом, чтобы снова бросить в бой. Некоторые сходили с ума, умирая по несколько раз. Некоторые застревали в теле суррогата, не способные отделить себя от механизма, — особый вид психоза, из которого не всех смогли вывести. Джону повезло. После того, как его суррогат несколько часов пролежал в куче изломанных взрывом машин, он все же сумел понять, что состоит из плоти и крови, а не из проводов, схем, металла и пластика. Но по ночам он продолжал видеть собственные руки, вырванные из суставов, с торчащими полупрозрачными кабелями. И испытывал всепоглощающее чувство абсолютной беспомощности и заброшенности, которое лишь немного заглушали таблетки. Его мучила фантомная боль в правой ноге, порой это мешало двигаться. Психолог старалась изо всех сил, но травмы, которые получил Джон, были вне ее компетенции. Если говорить откровенно, никто не мог исцелить повреждения, нанесенные психике таких солдат, как он. Государство откупилось от Джона, выплатив ему компенсацию, арендовав скромную квартиру. Он рассчитывал вернуться в медицину, но едва сунулся в первую попавшуюся больницу, как ему отказали, узнав, где Джон работал. «Удаленное участие в военном конфликте на Ближнем Востоке». Это закрывало перед Джоном возможность устроиться на работу. Неуравновешенные. Психопаты. Взрывоопасные. Вот что думали о таких, как Джон. И он ничего не мог с этим поделать.

***

Он познакомился с Шерлоком в какой-то забегаловке, где обычно кучковались электронные ковбои, мечтающие взломать все банки в мире. Джон нашел возможность подрабатывать в подпольной клинике. Платили ему меньше по сравнению с остальными врачами, но он был и этому рад. Все лучше, чем прозябать на пособие. Почти всю компенсацию Джон потратил на помощь матери и сестре, бросил деньги как в пропасть, ничего не получив взамен. В тот вечер Джон возвращался из клиники, отработав целые сутки. Моросил дождь, под ногами хлюпали грязные лужи, громыхала реклама. Джон накинул капюшон ветровки, стараясь хоть так отгородиться от толпы. Он чувствовал, как его обшаривают карманные воришки, но никак на это не реагировал. Джон не носил с собой наличность и обзавелся шокером, способным вырубить «быка». Обычно карманники отставали от него, натыкаясь на нелегальную игрушку. Аппетитные запахи из дверей забегаловки совпали с урчанием в желудке. Джон вошел в большой зал, битком набитый посетителями. Все говорили одновременно, и Джон в очередной раз пожалел, что не согласился на установку ушных фильтров — можно было бы выключить звук и не страдать от безумной какофонии. Возле барной стойки, заставленной тарелками и стаканами, тоже было полно народу. Джон смирился с тем, что придется или уйти, или заказать еду на вынос. Но ему не очень хотелось чем-то занимать руки, снижая этим способность обороняться. Район был довольно опасным, здесь постоянно что-то происходило. Кто-то взял его за руку, Джон, действуя на инстинктах, врезал не глядя. Но промахнулся, из-за чего ударил во второй раз. И снова промахнулся. Перед ним стоял высокий парень в длинном пальто, под которым виднелся классический костюм темно-синего цвета. — Идем со мной, — сказал он, без проблем заглушая шум. — Здесь опасно что-то заказывать — можно легко отравиться. Я отвезу тебя в район классом выше. Джон и сам не понял, почему последовал за парнем. Они вышли на улицу, и вскоре незнакомец остановил такси. Джон пытался определить с кем имеет дело. Дилер? Торговец органами? Вербовщик в бордель или в убойную команду? Он поглядывал на парня, тот выглядел совершенно спокойным, даже слегка улыбался. Джон не мог уловить — перед ним настоящий человек или суррогат? Но вряд ли суррогат такого качества будет бродить в подобных местах, рискуя быть разобранным на детали. Значит, настоящий человек. Такси остановилось. Парень расплатился и вышел. — Ну же. — Он посмотрел на Джона. — Видишь, мы приехали во вполне приличный район. Джон вылез из машины, параллельно оценивая окружающую обстановку. Парень не солгал: прохожие были классом выше тех людей, с которыми Джон был вынужден иметь дело почти всю свою жизнь. В ресторане парень провел Джона к столику у окна. — Сейчас Анджело принесет заказ. — Я ничего не заказывал, — машинально произнес Джон, осторожно усаживаясь и не сводя глаз с парня. — Удаленное участие в конфликте… Где именно? — спросил тот. Джон завис с ответом. — Вряд ли ты принимал непосредственное участие в военных действиях. Сейчас это почти не практикуется. Якобы беспокоит нога, но в забегаловке, осматриваясь, ты перенес тяжесть тела на вроде как травмированную конечность. Я знаю, что операторы суррогатов страдают от фантомных болей. Твой суррогат серьезно пострадал. — Парень прищурился. — Взрыв? Прямое попадание пули, гранаты или снаряда? — Добрый вечер! — Пожилой мужчина поставил на стол поднос с тарелками. — Я так рад, что мой лучший друг пригласил своего друга в мой ресторан! Все за счет заведения. — Он приобнял парня. — Благодаря Шерлоку меня оправдали. — Тройное убийство, — сказал парень. — Я доказал, что Анджело в это время совершал ограбление. И тебя осудили. — Но не за тройное убийство. Ну приятного аппетита. — Анджело жестом фокусника поставил на стол маленькую свечку в крохотном подсвечнике, щелкнул зажигалкой. — Если что понадобится, зовите. — Это что, свидание? — с подозрением спросил Джон. — Розыгрыш? Ты делаешь это на спор? — На спор? — удивился парень. — Нет. — Тогда… — Джон принюхался к спагетти на тарелке. — У меня повышенная устойчивость к разного рода наркотическим средствам… — У меня тоже, — спокойно произнес парень. — Приятного аппетита. Анджело использует натуральные продукты. Этим его ресторан отличается от остальных заведений. А, понятно. Ломаешь голову над тем, кто я такой. Перебрал все варианты? Дилер? Нет. Я не торгую наркотиками, разве что иногда покупаю для стимуляции мозга. Продавец органов? Нет. Это часто приводит к смерти. Вербовщик в бордель? Ты мне нравишься, если бы я встретил такого в борделе, то с вероятностью в девяносто шесть процентов выбрал бы тебя. У Джона зазвенело в ушах от болтовни парня. Он начал есть и не смог удержаться от возгласа удовольствия: спагетти и соус точно были натуральными, а не приготовленными из пищевой массы, щедро сдобренной ароматизаторами и усилителями вкуса. — Я не занимаюсь торговлей людьми. Не сутенер. И не электронный ковбой, хотя иногда скуки ради взламываю базы данных разных организаций. — Вообще-то, сначала знакомятся, а потом начинают трепаться. — Джон налил вино в бокал. — М-м. Вино тоже было настоящим. — Шерлок Холмс. — Парень протянул руку в перчатке. Спохватившись, он снял ее, и Джон после короткого колебания пожал ему руку. — Джон Уотсон. — Твоя специализация? — В смысле? — Операторы суррогатов делятся на несколько категорий. — Шерлок явно наслаждался собственным голосом. — Рядовые солдаты, командный состав, техники, медики для живых, стратеги и связисты. — Я хирург. — И как тебя занесло в операторы суррогатов? Погоди… — Прежде чем Джон успел возразить, Шерлок схватил его за левую руку и слегка потянул. — Ясно. Это не фантомная боль, ты был ранен. — Да какого... — обозлился Джон. — Хватит меня трогать! — Повреждение нервов, рука вышла из строя, денег на восстановление не хватало, поэтому ты купился на пропаганду и записался в армию. Но травмированного человека не пошлют в горячую точку, вместо этого ты стал оператором суррогата. Что случилось с суррогатом в финале твоей карьеры? Джон подавил порыв свернуть Шерлоку шею. — Что случилось с суррогатом? — повторил тот. — Подорвался на мине. Пришлось ждать несколько часов, прежде чем меня и других отключили. Я так и не узнал, почему сразу этого не сделали. — Джон отодвинул тарелку и бокал. — Сколько я должен? — Нисколько. — Тогда что мне нужно сделать? — Ты далеко живешь от того места, где мы встретились? Нет, раз пошел пешком… Работаешь в клинике, нелегальные операции, ну что же, доход у тебя есть. Мне нужен сосед, чтобы разделить квартплату. Дом защищен от взлома, автономная система освещения, есть спутниковая антенна для бесперебойной связи. Но я не потяну аренду один. — Да с чего бы мне соглашаться? — Джон подумал о своей комнатке, в которой едва хватало места для кровати и стола. Слишком шумные соседи, частые перестрелки, постоянно кто-то врывался к Джону, пока он отсутствовал. Из-за этого он был вынужден носить с собой рюкзак со всеми пожитками. Благо дело, вещей у него было мало. — Тебе не нравится твое нынешнее жилье. — Шерлок встал. — Вокруг толпа неадекватных людей, выстрелы по ночам, твою дверь вскрывали столько раз, что ты сбился со счета. Кроме совместной аренды, мне нужен человек, способный прикрыть мою спину. Я консультирующий детектив, работаю на Скотланд-Ярд, а также занимаюсь частными делами. Но не расследую измены и не ищу пропавших собак. Так что, ты идешь со мной? Твоя комната снабжена замком, на окнах решетки, в комнате есть отдельный санузел. — Почему ты ко мне прицепился? — Джон закинул рюкзак на плечо. — Ты — военный. Мне нужен такой человек. И на твоем месте я бы не выпячивал шокер, за него можно загреметь под суд. А если в рюкзаке пистолет, то это усугубит проблему.