Все по классике: Он ботан, а Он Бэд бой...

После того, как Дмитрий покинул квартиру, Эмиль все не мог понять, что произошло. Он думал об этом всю ночь, даже понимая, что нужно готовиться к экзаменам. Это было в первый раз за всю университетскую жизнь, когда он не подготовился к парам на следующий день, хотя сейчас было на это плевать, потому что все мысли были заняты лишь одним человеком — Димой Масленниковым. Дима же тоже вечер не думал не об учебниках, не об экзаменах, а лишь об Эмиле. Он винил себя за то, что просто ушел, ничего не говоря. Это было так некрасиво и низко с его стороны. Хотя, почему я так парюсь? Я должен послать его куда подальше и обращаться с ним также, как и до вчерашнего дня, а именно обзывать или подшучивать над ним. Так и прошло пару дней. Дима все эти дни либо игнорировал Иманова, либо его как-то обзывал, постоянно усмехаясь. Хотя обычно он выбирал первый вариант, потому что на душе была обида на самого себя. Он понял, что Эмилю тоже больно, что он тоже человек и что он тоже умеет чувствовать. Но его тоже можно понять, он местная Элита школы, он же не может извиниться перед каким-то ботаном, за то, что сам же его и обзывает. Теперь каждый, кто обзывал, а то пинал кареглазого хотелось ударить в его самое больное место. Дима не понимал, почему у него так резко поменялось отношение к Иманову. На самом деле, все эти несколько дней Масленников очень хотел обнять парня, чтобы скрыть его ото всех. Все эти несколько дней хотелось зарыться в эти кудрявые и мягкие волосы, коснуться рукой (а может и не рукой) эту тонкую и длинную шею, попробовать эти сладкие губы на вкус. Стоп, о чем я думаю? Масленников, успокойся твою мать! А Эмилю было больно. За эти пару дней он понял, что окончательно влюбился в Масленникова. Неожиданно и бесповоротно. Хотя, с другой стороны, ему было и хорошо, потому что Дима стал реже его подначивать. Все это время ему так хотелось посмотреть в серые глаза, зарыться руками в эти короткие, но такие приятные черные волосы и также хочется попробовать эти губы на вкус. Больно было принимать то, что Дима никогда не примет его чувства. Понятное дело, Эмиль не нужен Диме, разве что подтянуть с экономикой, но это тоже не вариант. Остается только вера во взаимность. И вера в то, что Полина ни о чем не догадается… Прошло еще пару дней. Эмиль правда пытался не смотреть на Диму, но как тут не смотреть? Широкие плечи, красивые скулы, большие бицепсы, превосходная улыбка, ну и далее по списку. Дима же, тоже не пытался смотреть на Иманова. Честно, оба пару раз засматривались, но слава богу, никто никого не палил. Пока однажды взгляда Эмиля не заметила его подруга — Полина. — На кого ты там смотришь? — понимая, что друг вообще не в разговоре, решила понять, что же его так отвлекает. — Я? Я-я ни на что. — с очень нервным голосом произнес Иманов Савекина сразу поняла, что от друга ответов не получишь, решила сама посмотреть, на кого же это он смотрит. И какого же было ее удивление, когда она увидела Масленникова, общающимся со Стасом. Она сразу поняла, что предмет обожания Эмиля точно не Стас, а это означает. — Ты че, в Масленникова втюрился?! И он не ответил, понимая, что это бесполезно, ведь Полину уже не переубедишь. Его щечки загорелись красным и отвел взгляд, кусая губу. — Значит, я права. О боже, счастье-то какое! — Да какое счастье, Поль? Я ему точно не нравлюсь! — Ну сам-то он точно не признается, а вот если его к этому подтолкнуть — она сделала очень хитрое лицо, уже почти придумывая план действий. — Ну и что ты предлагаешь? — со вздохом и разочарованием произнес Иманов — Слушай план.