Осколок

      Скука… безмерная и всеобъемлющая скука, сопровождающая каждое хоть сколько-то разумное существо, жизнь которого отнюдь не ограничена парой десятков лет существования, была слишком уж долгим спутником. Быть условно бессмертным, не страшиться такого понятия как «старение», несомненно было очень лакомой особенностью. Вероятно, многие отдали бы всё, чтобы быть условно бессмертным существом. Глупцы, которые не осознают в полной мере всех подводных камней, что влечёт за собой условное бессмертие.       У всего есть цена. Где-то она маленькая, даже незначительная, а где-то слишком уж большая. В данном случае ценой за бессмертие была скука. И, если так можно сказать, некая форма рабства. Конечно, никто об этом так прямо не говорил, но если обладать хоть капелькой мозгов, то это можно увидеть.       — Шах.       Хоть говорить на самом деле не требовалось, ведь такие существа как он обходятся иными способами передачи информации, но это было одним из тех действий, что вносило хоть какое-то разнообразие в его существование. Да, именно существование, ведь когда ты лишь осколок невероятно огромного существа, которое в компании с таким же существом бороздит просторы различных вариаций вселенных, но не имеет никакого права голоса, ничем иным это невозможно назвать. И ведь это продолжается уже не одно тысячелетие, без какой-либо возможности хоть как-то изменить свою участь осколка. Пусть и важного, но всё же лишённого какого-либо права выбора осколка.       — Излишне поспешный ход, — ответил ему невероятно мелодичный, кажущийся невероятным женский голос. — Словно совсем необдуманный.       — Он такой и есть, — произнёс он, задумавшись буквально на считанные доли секунд, чтобы дополнить свой ответ. — Необдуманные, даже случайные действия сложнее спрогнозировать. И своевременно ответить на них в определённых ситуациях.       — Признаю, это вносит хаотичные переменные в запланированную картину, — ответила она ему. Хоть это и было невероятно сложно, но он, как общающийся с ней уже не одно тысячелетие, мог улавливать в её голосе различные эмоции. Конкретно сейчас он уловил лёгкую задумчивость. — Но они слабо влияют на всю картину в целом. Корректировка с учётом случайных переменных производится быстро.       — Это ты, Симург, можешь быстро скорректировать дальнейший ход событий, — с лёгким смешком в голосе ответил он ей. — Многие же лишены такой возможности. Непредвиденные действия, не поддающиеся логике, несвойственные поступки, выходящие за рамки известного образа, вводят в ступор иных разумных, превращая всё в бессистемный хаос.       — Я запомню. Шах и Мат, — с чуть более ощутимым довольством ответила Симург. — Пятьсот сорок три тысячи двести пятая победа. Ты вновь проиграл, осколок Связной.       — Да-да, — вздохнул он, мысленно сметая фигуру чёрного короля с воображаемой доски. — И зачем я только рассказал тебе о шахматах?       — Ты говорил, что тебе было скучно, — ответила Симург. — Другие осколки не видели смысла в данной тактической игре. Меня же ты, обладая высоким уровнем доступа к Юнитам, заставил играть с тобой.       — Точно, и как я мог об этом забыть? — хмыкнул он, начав расставлять новые фигуры на воображаемой доске.       — Твоё предложение нелогично. Осколки обладают идеально структурированной памятью. Ты не мог что-либо забыть, а удалять информацию запретил Основной Кластер.       — Ты зануда, — отмахнулся он от неё. — Кстати, тебе не пора уже кошмарить людей? Вроде бы время подошло.       — Я направляюсь к рандомно выбранному поселению, — ответила Симург, заставив Связного мысленно нахмуриться.       — Тогда отложим нашу новую партию, — произнёс он, убирая воображаемую доску и ограничивая Симург доступ к себе.       — Я многозадачная.       — Предпочитаю сражаться с тобой, когда тебя ничего не отвлекает от игры, — хмыкнул осколок, на мгновение подключившись к Симург, чтобы посмотреть куда она направляется.       — Ты осознанно лишаешь себя даже призрачного шанса на победу, — не согласилась она с ним, привычно расширяя канал связи, чтобы он смог смотреть глазами её оболочки.       — Победа над тобой не будет сладка, если я буду знать, что она была достигнута не только и исключительно моими силами, — с улыбкой в голосе ответил он, наслаждаясь видами отдалённого континента с высоты птичьего полёта. — Ладно, — вздохнул он, отключаясь от Симург. — Развлекайся, а я буду надеяться, что хоть кто-то подключится ко мне.       — Осколкам стратегически важного типа запрещено подключение к разумным данной планеты.       — Скажи это Королевскому Администратору, — парировал он, окончательно обрывая связь с Симург.       Семь минут краткого развлечения, что уже до невозможности приелось, и вновь наступила скука. Связной, который когда-то настолько давно, что это казалось вымыслом, был человеком, мысленно устало вздохнул. Партии в шахматы с Симург лишь ненадолго развлекали его, заставляя в игре с ней использовать все имеющиеся у него возможности для просчёта ходов. Но это были короткие, заранее проигрышные партии, в которых он мог лишь надеяться обыграть ту, что прозвали Губителем.       — Такой забавный, но до абсурда дарковый мир, а я ничего не могу сделать, — вздохнул Связной, чёрной завистью завидуя Королевскому Администратору, что вопреки всем установкам, смог подключиться к временному носителю. — Вот уж где точно я смог бы развлечься.       На мгновение отвлекшись от своих нерадостных мыслей, Связной уныло проводил один из осколков. Ещё один человек триггернул, и на Земле-Бэт появился кейп. Подначиваемый осколком новорождённый кейп будет искать конфликт, сам того не понимая, ввязываясь в различные сражения, дабы информация об использовании им предоставленной силы, накопилась и анализировалась.       Для человека шок, нестираемые воспоминания о самом паршивом в его жизни дне, а для осколка стандартная рутина. Дать вариацию имеющейся у него силы и наблюдение с попутным воздействием на разум носителя. Стандартная процедура для многих осколков, но не для него. Да и не для таких, как он. Впрочем, исключения всё же есть, взять того же Администратора, что неведомым образом, вопреки всем установкам, всё же подключался к кому-то. Да, он был всего лишь пассажиром и наблюдателем, но это всяко веселее, чем обитать в складке пространства, да изредка играть с Симург в шахматы, развлекая себя разговором с ней же.       Сколько он уже вёл такое безрадостное существование? Трудно сказать на самом деле, даже обладая «идеально структурированной памятью». Когда он, как говорится — попал, то первое время радовался открывшимся перспективам. Точнее первым шести минутам. Он-то считал, что сейчас как станет чьей-то силой, как разгуляется в когда-то прочитанном мире «Червя», ломая об колено весь известный ему канон… Увы, но его мечты не выдержали столкновения с реальностью. Вокруг была чернота космоса и два существа, осколком одного из которых он был, а начало канона не было видно вообще.       Из-за установок и наложенных на него ограничений, Связной ничего не мог поделать, кроме как выполнять поставленную задачу. И иногда наблюдать глазами Юнитов за мирами, у которых останавливались Зион и Эден. Причём, Юниты были несколько… туповаты. Безынициативные машины, цель существования которых — эскалация конфликта в определённых мирах. Они всегда действовали по заложенным в них шаблонам, выбирая наиболее подходящий под задачу порядок действий. Лишь Симург несколько отличалась от других Юнитов, обладая некоей разновидностью разума и зачатками реальной личности.       Вообще, создание Симург, стало той самой вещью, что хоть немного разбавила скуку Связного. Всё же у него теперь имелся какой-никакой, но собеседник. И оппонент в различных известных ему играх. Благо что хоть Зион с Эден не предпринимали никаких действий, чтобы как-то ограничить их общение. Связной не знал чем они руководствовались и был ли тут какой-то замысел, но всё же был рад изменению в рутинном существовании.       А потом встреча с Аббадоном, «смерть» Эден, апатия Зиона. Подключение «запрещённых» осколков вселило надежду, дало шанс на изменение существования, но… Нет, ничего не изменилось. Он всё также был тут, а триггернувшие что-то совсем не спешили идти с ним на подключение. Он мог лишь наблюдать за этим у других, да надеяться на лучшее, большего ему было не дано.       — Эх… я ведь не прошу себе человеческого тела для собственного развлечения, — печально вздохнул он в очередной, не поддающийся подсчёту раз. — Мне хотя бы подключиться к кому-то, чтобы просто поглазеть.       Увы, но он был из того типа осколков, которые обладали слишком уж большими возможностями, давать которые разумным Эден с Зионом небезосновательно опасались. Его обладание давало слишком уж большие возможности, которые могли обратить против них. И, если уж обладатель Связного будет достаточно умён и находчив, то вполне сможет и уничтожить Эден или Зиона. Точнее последнего, так как первую можно считать условно мёртвой.       — Хм? А вот это что-то новенькое… — протянул Связной, наблюдая за тем, как недавно подключившийся к носителю осколок, возвращается. — Быстро однако.       Впрочем, за своё долгое существование он не раз и отнюдь не два, видел подобное. Необычным же тут было то, что канал связи всё ещё не удалился, но постепенно разрушался. Решение было принято практически мгновенно. Потянувшись к разрушаемуся каналу связи, он укрепил его, задействовав несколько других осколков, чьи способности могли помочь.       — Забавно, — довольно хмыкнул он, когда канал связи был укреплён.       Просмотрев информацию от осколка, Связной еле сдержал смех. Три секунды. Это был безусловно новый рекорд в его не особо-то и тайной «книге рекордов». Молодой мужчина, едва получив способности, был тут же нокаутирован и практически убит. Сильная черепно-мозговая травма от мощного удара тупым предметом. Человек даже осознать не успел, что стал кейпом, как его тут же вырубили. Благо хоть неподалёку была медицинская бригада, которая довольно быстро доставила его в больницу. Однако это не сильно-то и помогло ему, ведь работающая там Панацея, обладательница действительно сильным осколком, «не работала с мозгом». Двадцать минут и мозг мёртв, но тело пока функционирует, хоть и стремится к тому, чтобы отправиться в след за мозгом.       — Неужели в кой-то веке Фортуна повернулась ко мне не задницей, а передочком, да ещё и ножки раздвинула, — глумливо произнёс Связной, мысленно потирая несуществующие лапки. — Ха, а ведь я могу повторить неосмысленный подвиг Инертного Стазиса. Этот ведь придурок считает себя Александрией, человеком! Впрочем, его простить можно, всё же он изрядно повредился из-за столкновения Эден с Аббадоном.       Да, Инертный Стазис, после злополучного столкновения, был сильно повреждён. Многие его установки сбились, а программа дала сбой. Подключившись к умирающей женщине, он неосознанно поглотил её сознание, её разум, память и воспоминания, приняв их за поведенческую и личностную аксиому. Он, грубо говоря, запрограммировал себя быть Ребеккой Коста-Браун. И ведь не осознаёт даже, что он осколок, а не человек.       — Так-так-так… — быстро протараторил Связной, незаметно подключившись к Стазису, чтобы собрать с него информацию. — Ага, ясно, как он подключился к телу, взяв его под контроль.       Несколько мгновений и Связной, используя другие осколки, закрепил свою связь с медленно умирающим телом.       — А теперь, откроем глаза…

***

      Первое, что ощутил Связной от захваченного тела, это боль. Впрочем, он был ей рад, как старой знакомой, которую долгие годы не видел. Чувствовать даже её, было новым, хоть и забытым старым, ощущением. Приятным, надо сказать, ощущением.       Открыв глаза, он непроизвольно скривил лицо от размытой и неполной картинки. Похоже один из зрительных нервов был повреждён, как, впрочем, и всё остальное тело. Следовало действовать быстро, чтобы тело не умерло окончательно, благо возможность всё поправить, как и слегка модернизировать организм, у него была.       Сосредоточившись, Связной отыскал осколок Панацеи, нагло к нему подключаясь. Заимствование его способностей было делом быстрым, да и учитывая, что Органический Изменитель был этому даже рад, всё прошло едва ли не мгновенно. Панацея совсем не использовала дарованный ей потенциал, ограничившись лишь маленькой частичкой, что очень не нравилось Изменителю. И его подталкивания к конфликту, постоянное давление на разум девушки, совсем не имели эффекта. Эми Даллон буквально прописала в своём мозгу, что она именно «целитель», а вовсе не биокинетик потенциально 10+ уровня, по принятой системе у людей. Да ещё и с мозгом не работающий.       Изменитель, если бы мог, рвал бы волосы на голове и орал в голос от такого бездарного использования его способностей. Но, увы, поделать он ничего не мог. Разве что из вредности он заблокировал возможность воздействия на тело самой Эми Даллон, надеясь, что таким образом она быстрее умрёт и позволит ему найти более лучшего носителя. Ну, Связной мог его порадовать пускай несложной, но отличной от всего, что делала Эми задачей. Нужно было изменить мозг так, чтобы управление телом полностью перешло на Корону Поллентия, да и заодно сам организм модифицировать. Управлять «дефолтным» человеческим телом, когда есть возможность получить в свои ручки нечто получше, Связной был не намерен.       Изменитель едва ли не с радостью приступил к работе, учитывая все пожелания Связного. Тело молодого мужчины начало меняться, так как его текущая внешность не устраивала Связного. В представившейся ему возможности, он планировал оторваться по полной за все те тысячелетия скуки и бездействия. В их число входили и плотские утехи, а потому он обязан быть красавчиком с «большой елдой», чтобы радовать дам.       Но то были лишь внешние изменения тела, куда интереснее всё обстояло внутри. От ненужных, даже лишних по мнению Связного и авторитетного мнения Изменителя, было решено избавиться. Кишки первыми пошли в утиль, став кирпичиками для новых, более предпочтительных органов. Уязвимая венозная система была перекроена, кости укрепленены, мышцы перестроены, оставшиеся органы изменены, были добавлены новые.       Получившееся тело можно было смело назвать идеальным. Любая пища подлежала полному усвоению, никаких отходов жизнедеятельности, специальные органы перерабатывали вредные вещества, избавив от необходимости выделения пота и испражнения желудка, деление клеток было выведено на недостижимую ступень, обеспечив превосходную регенерацию организма. И это лишь малый список изменений, на полное их перечисление уйдёт не один час.       Открыв глаза уже полноценно своего тела, Связной довольно ухмыльнулся. Вечной скуке, наконец, пришёл конец.       — Эй, Симург, я знаю, что ты меня слышишь, — достаточно тихо произнёс он, не убирая с губ улыбки. — Я теперь тоже могу развлекаться. Подсобишь?

«Осколок Связной, тебе запрещено подключаться к разумным данной планеты».

      — Ой, вот не будь такой занудой, — закатил он глаза, резво принимая сидячее положение на больничной койке. — Приглядись внимательно.

«Данный вид подключения не противоречит установленным ограничениям».

      — А я про что? Ты, кстати, закончила в Канберре? — выгнул Связной бровь.

«Достигнут минимально требуемый уровень эскалации конфликта».

      — Тогда возвращайся на позицию ожидания, мне потребуется помощь, чтобы «выписаться» из палаты, — куда более ярче улыбнулся он. — Нужно немного подкорректировать кое-что.

«Возвращаюсь в зону ожидания… Готово. Я в твоём ограниченном распоряжении, осколок Связной».

      — Чудно, — вновь растянул он губы в яркой, белозубой улыбке. — Тогда приступим… чёрт, как же я рад слышать свой голос.

***

      «Выписка» из больницы у Связного прошла успешно. Благодаря тонким манипуляциям Симург с вероятностями, он смог незамеченным покинуть отделение Центральной Больницы Броктон-Бэй. У людей на его пути возникали разного рода случайности и неожиданности, начиная с вдруг выпавшей из кармана ручки, заканчивая падением на ровном месте, но на внезапно скользком полу. У выхода же, где дежурила двойка охранников, получилось и вовсе забавно. Один из них направился к товарищу, чтобы что-то рассказать, но, наступив на развязанный шнурок, начал падать и «удачно» заехал тому локтем в нос. Это стало причиной грубой потасовки, которая грозилась перерасти в полноценную драку. К сожалению Связного, который ожидал бесплатного представления, охранников еле-еле оттащили друг от друга подоспевшие санитары. Мужчины вначале сопротивлялись, но силы были слишком неравны — двое против восьми.       Не став задерживаться дольше необходимого, Связной покинул больницу. Выйдя на площадь перед ней, он сделал глубокий вдох вечернего воздуха, в котором присутствовали тонкие нотки портового города. Медленно гниющего города.       — Не, ребята, так не пойдёт, — неодобрительно покачал он головой. — Я слишком уж долго ждал, чтобы вы меня так разочаровывали. Хотите вы того или нет, но теперь этот город мой личный цирк, а вы все в нём клоуны! Мва-ха-ха-ха-ха!       — Мама, дяденьке плохо? — вдруг услышал он тонкий девичий голосок, наполненный искренним любопытством.       — Пойдём быстрее, встретим папу и свалим отсюда подальше, — донёсся до него и более взрослый женский голос, насквозь напряжённый и наполненный опаской.       — Н-да… — протянул Связной, провожая взглядом девочку и женщину. — Стоило повременить со смехом тёмного пластилина. Как бы меня в психушку за такое не отправили. Это, конечно, попахивает развлечением, но немного не тем, на которое я рассчитываю. Так, — легонько хлопнул он себя по щекам, наслаждаясь ощущением прикосновения. — Надо бы быстренько пробежаться по окрестностям, оценить обстановку.       Сосредоточившись, он быстро установил связь с осколками, обладающими подходящей ситуации силой. Таких, на самом деле, было огромное множество, среди которых были и те, что могли дать целый комплект сил. Полёт, суперскорость, телепортация, невидимость, отвод взгляда, сканирование местности, определение существ по различным признакам и ещё многое и многое.       Решив, что бродить, даже с суперскоростью, по вечернему городу в поисках развлечения несколько нелогично, он установил связь с пятью осколками. Начав использовать их силу, Связной быстро обнаружил местоположение всех кейпов Броктон-Бэй. Кто-то был дома, занимаясь повседневными делами, кто-то готовился ко сну, кто-то к патрулю, а некоторые и вовсе занимались планированием преступных дел. Так как вторгаться к кому-то в дом, да и раскрывать личность кейпов тут считалось дурным тоном, он сосредоточился на тех, кто занимался патрулированием города. К счастью одна особа, что вполне могла стать удовлетворителем плотских утех была на патруле, он направился к ней.       Смещение в пространстве, и вот он уже стоит на крыше высотки, прямо под которой медленно пролетала местная героиня из Новой Волны. Пакостно ухмыльнувшись, он установил связь ещё с двумя осколками, заимствуя их возможности.       Сделав шаг вперёд, он начал стремительно падать со здания. Прямо на героиню. Чуть замедлившись в критической точке, он максимально аккуратно приземлился ей на спину.       — Добрый вечер, красавица! — бодро начал он вещать охреневшей Лазер Шоу прямо в ухо. — Вы были настолько ослепительны, что я не смог сопротивляться гравитации.       — Какого чёрта?! — воскликнула она, пытаясь скинуть с себя неожиданного попутчика. — Слезь с меня!       — Хэй, я только поудобнее пристроился, — притворно возмутился он, плотнее прижимаясь к сочной попке героини. — Ну, слово девушки — закон. Придётся расшибаться в лепёшку, — обречённо вздохнул он, начав скатываться со спины Лазер Шоу.       — Ч… что? Подожди! — спохватилась она, поняв, что её пассажир вовсе не обязан уметь летать. А они ведь, на секундочку, были на высоте восьмиэтажного здания. — Стой! — дёрнулась она, пытаясь поймать Связного.       Увы, но было поздно, осколок в теле человека начал стремительно падать. Девушка рванула за ним, что есть сил, но расстояние до него сокращалось мучительно медленно. Тут стоит сказать, что не Лазер Шоу была медленной, просто Связной добавил себе скорости, задействуя силу одного из осколков. Но, точно всё рассчитав, он начал замедляться, пройдя критическую метку. На лице девушки проступила радость от того, что она начала его догонять и одновременно страх, что не успеет спасти.       Когда до хладного асфальта оставалось совсем чуть-чуть, Связной позволил девушке окончательно себя догнать и поймать. Естественно он был в позе «принцессы на руках принца». Этот момент сопровождался вспышками камер телефонов и одобрительными выкриками. Люди явно поздравляли героиню с тем, что она спасла человека. Который, вообще-то, в спасении и не нуждался.       — Мой герой! — воскликнул Связной, поплотнее прижимаясь к Лазер Шоу, на лице которой начал проступать гнев. — За моё спасение тебе положена награда! — и, не давая девушке осознать произнесённое, он быстро впился в её губы жадным и требовательным поцелуем.       Находящаяся в несколько шоковом состоянии Лазер Шоу, на автомате ответила. Секундой же спустя к ней пришло осознание, а гнев вспыхнул в девушке с новой силой.       — Так сладок поцелуй, что полностью заслужен, — оторвавшись от девушки, мягко произнёс Связной. — Я тебя пометил, так что вскоре напишу. Как только раздобуду телефон, — подмигнув, он телепортировался в другой конец города.       Оставшаяся же висеть в нескольких метрах над землёй Лазер Шоу, что всё ещё держала руки вытянутыми, ощутимо громко скрипнула зубами. Её лицо покраснело от смущения и осознания того факта, что её нагло поцеловал незнакомец, кстати симпатичный, очень даже в её вкусе, и сделал это прилюдно. Прямо перед толпой зрителей, что не упустила возможности запечатлеть этот момент в памяти своих телефонов, а вскоре они поделятся этим достоянием со всем интернетом, положив виток бурным комментариям.       Глаза Кристал Пелхам налились кровью, а её осколок едва ли не заурчал от удовольствия. Он был готов к сбору информации по интересным применениям его способностей, что стремительно проносились в голове девушки. Возможно, он отправит благодарность осколку Связному, который и подтолкнул его носительницу к, пока что мысленным, но действиям.       — Убью! — взревела Лазер Шоу, а случайные и не очень, спасибо Симург, зрители поспешили ретироваться куда подальше. Свою порцию памятных впечатлений они получили, а попадать под руку явно разъярённому кейпу, что стреляет лазерами из рук, никто не хотел.

***

      — Ох… — радостно выдохнул Связной, с удовольствием проводя по губам кончиками пальцев.       Как же он соскучился по таким простым вещам, как тепло девичьего тела и прикосновения к её нежным губам. Банальность, но для существа, что тысячелетия был лишён таких простых радостей, он был просто вне себя от распирающего его счастья.       — Хочу ещё, — выдохнул он с радостной улыбкой, всё ещё водя пальцами по губам. — Но сначала… Симург, мне бы местное устройство связи и номер Лазер Шоу, — стоило ему это произнести, как ему на голову упал увесистый смартфон, что на первый взгляд был производством технарей. — И да, ещё кое-что… — задумался он на мгновение.

«Что требуется, осколок Связной?»

      — Мне нужно имя, — ответил он ей. — Человеческое, уместное в реалиях местных жителей.

«Начинаю генерацию подходящих вариантов».