Два крыла, четыре колеса

Тележка Мистии, полдень. Рейму (усаживаясь за стойку): Как торговля, Мисти? Мистия (подбрасывая угря на сковородке): Бесплатно ничего не дам. Рейму: Фу, как грубо. Когда это я у тебя что-то бесплатно брала? Мистия: В долг тоже не дам. Расплатись сперва за старое. Рейму: Какая же ты вредная! Ладно уж... (Порывшись за пазухой, протягивает через стойку увесистый кошелек.) Я и так собиралась. Мистия (внимательно пересчитав содержимое кошелька, поднимает наконец глаза): О, привет, Рейму! Я тебя и не заметила. Что будешь? Рейму: Да ну тебя. Что есть? Мистия: Что всегда, то и есть. Опять на счет? Рейму: Нет, сегодня наличными. (Ест.) (Мистия недоуменно смотрит на нее. В тишине на фоне пролетает Румия. За ней, громко топоча ногами, проносятся сорок негров, грозно ругаясь на языке бини.) Мистия: Дом ограбила или клад нашла? Рейму (с хрустом жует угря): Да иди ты... Что вы все такие грубые? Я же не огурцами торгую. Пожертвуете - есть деньги, не пожертвуете - нету... (Бурчит в тарелку.) Мистия: Значит, дела на лад пошли? Рейму: Да как сказать... Тебе когда-нибудь парни на голову падали? Мистия: В каком смысле? Рейму: В самом прямом... Ну, почти. Понимаешь, он еще и калека. Мистия: Чего? Рейму: Да появленец очередной. Мистия: А, опять кого-то с той стороны занесло? Рейму: Угу. Просыпаюсь три дня назад, а он посреди храма лежит. Весь в крови, шевельнуться не может, на руки и ноги смотреть страшно... Мистия: Да ты что? Рейму: Словно дикого екая в лесу встретил. Я с перепугу чуть чаем его не облила. Мистия: Его к врачу, наверно, надо. (Протирает стакан.) Рейму: Без тебя знаю. Кое-как его перевязала, а он смотрит так, знаешь... Мистия: Как? Рейму: Как привидение увидел. М-да. (Задумчиво смотрит в сторону.) А глаза - голубые. Мистия: Хм? Рейму: Места живого нету, говорю! Я фей своих кликнула - ну этих, с дерева которые. Велела приглядеть, а сама в Бамбуковый Лес, за докторшей этой лунной... Мистия: Которая бессмертная? Рейму: Ну а где я еще квалифицированного врача ему с утра пораньше найду? Мистия: Ну, можно было Кейне позвать, наверно... (Подкладывает угля в жаровню.) Рейму: Ай, все. Отстань. (Некоторое время молча жует.) Та пришла, его осмотрела и говорит: ничего не сделать, неоперабельно все, и переносить нельзя. Только само заживет, если не помрет. А он лежит, на меня смотрит и... Мистия: И? Рейму: И поет. Мистия (удивленно поворачивается к стойке): Поет?! Рейму: Поет... Да нет, скорее, просто нараспев говорит. Голос слабый, хриплый, в груди свистит - какое уж тут пение... Мистия: И что поет? Рейму: Не твое дело. Мистия: Ладно-ладно, уже и спросить нельзя. (Пауза. На фоне, спотыкаясь и оглядываясь, пробегает один-единственный негр, за ним с криком "Они-ча-ан!" несется Румия.) Мистия: Хм, а я думала, Эйрин даже смерть лечить умеет. Рейму (неожиданно ощетиниваясь): Думала ты! Ума у тебя до хрена! Она, может, и умеет... если ей деньги мешками таскать! Такую цену заломила за свои микстуры, что я за год не соберу! Умные все стали, плюнуть некуда... Мистия: Да не кипятись ты так. У тебя же вроде есть. Рейму: Это не мои. Это его. Мистия: Его? Рейму: Его... (Опирается подбородком на локти.) Все-таки дурак он какой-то. Дождался, когда врачиха уйдет, и говорит - глянь у меня во внутреннем кармане. Мистия: И много? Ты бы лекарства на них купила тогда. Рейму: А если он орет, как ненормальный? Это, говорит, тебе, и все тут. Я на него кричу, а он свое - слышать ничего не хочу, все твое, а если на меня потратишь - ничего принимать не стану и с голоду помру. Закашлялся, задыхаться стал... того гляди, помрет. Я только руками развела. Мистия: Странные какие появленцы нынче пошли. Рейму (задумчиво): Да. Странные. (Слегка улыбается по себя.) Я его с ложки кормлю, а он смотрит и все поет... Мистия: Добавку будешь? Рейму: Нет. Еще одну такую же порцию с собой заверни. (Задумывается.) И молока подслащенного добавь, я приплачу. Мистия: Как скажешь...