Ночные переговоры

      Мягкие подушки работают словно белые перестые облака, проплывающие на голубом летнем небе. Но а кровать больше напоминает зефир. Омега точно помнит, как тот таял у него во рту, только сейчас тает не зефир, а он сам. Ведь в последние пять месяцев сон считался чем-то недосягаемым и лёгким.        Быть беременным в какой-то степени даже и не плохо, думал Мин, особенно когда всё внимание твоей половинки направлено только на твою персону.         Альфа и вправду облегчает беременные будни своего супруга, уже просто стоя рядом, тянущее чувство внизу живота моментально исчезает, а поцелуи на щёчках прибавляются.        Правда, сейчас, омеге совсем не спится. Все ложные позы для сна как-то не так работают. Именно тогда когда Юнги так хочет спать, спать не захотевается. Чего-то явно не хватает, но чего?       Всё как всегда, подушка с холодной стороной, одеяло по периметру накрывает тело, оставляя лишь одну ногу не укрытой. Всё по списку. Разморенный готовкой ночного кимпаба альфа мирно спит на другой стороне кровати.       Но Юнги неймётся, есть совсем не охота, в туалет тоже не хочется, не жарко и не холодно, но сон всё равно не появлялся на горизонте, даже если омега напрягёт своё зрение, страну Морфея он так и не увидит.       Небольшой толчок в области живота отвлекает мысли Пака о хорошей ночепроведения. Малыш тоже не спит, умиляется омега, обхватив свой животик двумя руками, получая несмелые толчки. Может мини диалог с его крошкой поможет унять скачущие гормоны.       – Мини крошка...папа не может уснуть,– шепчет прямо в одеяло омега,– ты тоже не спишь?       Через некоторое время положительный ответ прилетает под руку Юнги, чему он становится несказанно рад. Переговоры между двумя не спящими омежками начался с обсуждения их отца, с невидимой улыбкой подслушивающий шепчащий то-ли диалог, то-ли монолог своих маленьких характерных малышей.       Омеге и вправду казалось будто он говорит не со своим животом, а с таким же умным и понимающим человеком, даже если тот ещё не появился на свет.       – Твой отец и вправду хороший, а ещё красивый,– мечтательно утверждает Юнги немного придвигаясь к лицу альфы, который еле сдерживается, чтобы не сгрести в охапку эту омегу-пуговку,– жаль ты ещё не видишь, но у него пухлые губы и целуется он тоже просто прекрасно,– проговаривая это всё прямо в губы.       А позже сразу замолкает, от чего Чимин немного напрягается. Совершенная тишина, он боится открыть глаза, думая что его поймали на подмлушивании, но через секунду ту самую тишину нарушает едва слышимый всхлип, а затем ещё и ещё один. Вот тут альфа совсем пугается, но не успевает открыть глаза, как слышит тихий шопот:       – Он самый лучший,– всхлип,– самый самый и любит нас, постоянно терпит папины капризы,– ложась прямо в объятья к Чимину, прижимаясь к нему всем телом, бормоча прямо в грудь невнятные переживания.       Чимину остаётся лишь так же крепко обнять и поцеловать в макушку маленького лунатика, пока у самого не полелись солёные водопады из глаз.        – Мм, мой хороший, мой любимый Юнни,– беря заплаканное личико в свои руки, сцеловывая горячие слёзы с щёк,– не плачь родной.       – А я и не плачу, оно само заплакалось. Я не мог уснуть, а потом..потом       – Что потом?       – П-потом понял что не сказал как сильно я и малышь любим тебя,– обильные слёзы вновь задевали ещё лежащие на лице руки альфы.       Его малыши такие любвиобильные, как здесь не поцеловать папочку его мини крошки, чтобы тот больше не плакал, как не спеть на ушко все возможные серенады о любви. А позже и не расцеловать тёплый мягкий домик мини крошки, активно перебирмющим по нему ножками.       – Знаешь что ещё я потом понял?– расслаблено проговорил омега, лежа уже на Чимине.       – Ну и что же?– потихоньку поглаживая волнистые волосы.       – Наш мини крошка будет девой, а они такие вредные,– пробубнил виновник ночных переговоров, закрывая глаза.       То что Юнни уже заснул, альфа уже давно понял, но не понял почему в этой жизни такая удача упала ему на голову и от этой удачи он никогда не собирается уходить, даже если ворчащая дева, как говорил его омега, будет бегать  у них по дому.