Морская тихонь

***

      Как только Голландец отплыл от острова, Джек пошёл в расспрос, о том, почему Уилл всё ещё до сих пор капитан, хоть и у того дел было по горло на судне. — Дорогой Уильям, может ты мне скажешь, почему ты до сих капитан этого…этого судна. И почему оно так изменилось? Где все эти…ракушки, водоросли, полипы, сырость? — изъявил Джек, размахивая руками.       Уилл глубоко выдохнул и скоротив свою подзорную трубу, повернулся к Джеку, который уже более-менее начал надоедать. — Во первых, я не прикован к Голландцу проклятием, но капитаном остаюсь. Во вторых на счёт корабля, он становится таким как капитан. При Дейви Джонсе, он был кошмарным как и он сам. Я же совершенно другой, — Объяснив Уильям пошёл к отцу, заменив его за штурвалом. — Ишь какой шустрый, — Воробей не стал медлить и помчался за капитаном в ту же секунду, — а как к этому относится твоя дама? К тому что вы путешествуете на корабле в морях и океанах. — Как видишь без претензий ко мне. Если бы Элизабет не хотела, она бы осталась дома ведь я у неё в начале захода на корабль спрашивал об этом. — Мм…ну в таком случае хорошо, и где моя каюта? — Спросил в наглую Джек, попровляя треуголку. — Мистер Маккус! — позвал одного из членов команды Уилл. — Да капитан? — Сопроводите мистера Воробья в свою каюту, а после возвращайтесь к работе, — Пояснил Тёрнер. — Есть капитан! — М, всё как на блюдечке. Тогда можно мне пожалуйста ещё ужин в каюту! — сказав Джек скрылся внизу.       Уильям опёрся руками об руль и продолжил держать курс на Тортугу.

***

      Тьма начала ложится повсюду. На небе стояла фаза растущей луны, а капитан Тёрнер сказал заменить его у штурвала. Туман начал поглощать корабль, но тишина стояла мёртвая в море.       Уильям слегка уставший дёрнул за руку двери каюты и зашёл внутрь. Возле окна стояла всё также задумчивая Элизабет, только в одной рубашке да и в брюках, женщина видно переодевалась и зашла в раздумья. Тёрнер незаметно подошёл к жене и обнял её со спины, уложив руки на талию. — Уилл, как ты думаешь, Генри в порядке? — спросила Элизабет.       Мужчина не ожидал такой вопрос от жены, но явно понял, что она сильно беспокоиться и за сына. — Конечно, я уверен он в полном порядке, не волнуйся Элизабет. — Я не знаю, может это было не разумное решение позволить ему уплыть, на столько далеко, — произнесла Суонн и повернувшись обняла мужа. — Не волнуйся, пожалуйста. Ты никогда не принимаешь не разумных решений.       Элизабет добровольно улыбнулась и дотянувшись до губ мужа, нежно поцеловала, на что тот желательно ответил. Уилл не спускал рук с талии, после чего немножко пройдя, мужчина наткнулся на кровать. Поменявший местами с женой, Тёрнер аккуратно повалил её на постель.       Элизабет провела рукой по вырезу рубашки мужа и скользнула под неё, проводя по мужскому торсу не разрывая поцелуй. Уилл спустился с губ и принялся целовать шею и ключицы, после чего шепнул обжигая нежную кожу жены. — Ты первая начала, поэтому не терплю никаких возражений. — А может я этого и ждала, — тяжело дыша сказала Элизабет.       На что Уильям слегка усмехнулся и снова поцеловав Суонн в губы принялся расстегивать рубашку любимой. — Я с ума сойду от этих чувств, сравнимых со сладким пленом. Хочется всегда чувствовать его рядом, всегда, всегда, всегда и быть лишь с ним одним, будто в бреду лишь одно нежное-нежное имя, потому что другие — чужие, не моё, никто мне кроме него не нужен. — проговорила в голове Элизабет.       Растегнув рубашку губернаторской дочери, Уилл нежно водя пальцами по спине Мисс, медленно спустился к брюкам, снимая их он ставлял еле заметные на такие страстные засосы на шее любимой. Оставив Элизабет в ливчике и трусиках парень принялся раздевать себя. Парень навис над ней будто говоря „Я хочу тебя здесь и сейчас”.       Она замолкает и смотрит на его до боли желанные губы. Вытягивается чуть вперёд, касается его лица руками и нежно целует, чувственно и медленно. Он отвечает, не смея ей отказать. Дневная ревность уступает место разгоревшейся в их сердцах страсти, и им плевать на всех вокруг. Элизабет вытягивается, лишь бы не лишать его ласк. Тёрнер покорно следует за ней, ощущая дрожь на её спине руками. Она притягивает его ближе к себе, как удав, оплетая его шею руками, углубляют поцелуй, чтобы чувствовать друг друга без остатка, потому что иначе нельзя. Тот чувствует поджатую под собой девушку и понимает, что это всё неспроста. Она чуть отстраняется от его губ и поднимает карие глаза на него и спрашивает тихим голосом —Уилл, ты правда этого хочешь?.. Девушка незаметно хмурит брови, проводя ладонью по его щеке. Пальцы чувствуют идеально ровные скулы и едва ощутимую щетину на коже. Боже, он хорош. Хорош, чёрт побери. Он сводит меня с ума, заставляя желать его всем телом без остатка. — пролетело в голове у Мисс Суонн На что Элизабет решает взять всё в свои руки. — Я разрешаю тебе все. — улыбается она, перекатывая партнёра на спину. Девушка поджимает парня под себя, восседая на нем сверху. Ее ноги широко раздвинуты, и она с жадностью трется промежностью о его бугорок на трусах, тем самым дрозня его.       Одним движением рук Элизабет снимает с парня трусы, спускаясь вниз девушка целовала торс и паховую зону медленно сползя к члену любимого, девушка принялась ласкать половой орган применяя рот.

***

      Солнце уже стояло на горизонте и во всю пробиралась в каюту, напоминание о том что они практически приплыли. На палубе уже были слышны разговоры матросов, а супруги ещё глаз не открыли.       Джек не выходил с каюты с самого вечера, видно у себя нашёл ром, ну ничего необычного.       В каюту Элизабет и Уилла пробирались лучи солнца, и из-за этого Уильям поморщился открыв глаза. Осознав сколько время, Тёрнер посмотрел на другую сторону кровати и улыбнувшись поцеловал нежную кожу плеча жены, от чего та тоже начала медленно просыпаться.       Женщина тихо хмыкнула и повернулась лицом к мужу. — Доброе утро…— сонно проговорила Элизабет. — Доброе, выспалась хоть? — Не слишком, но немного, да.       Уилл улыбнулся и потянулся за очередным, но кратким поцелуем, снаружи каюты послышался голос одного из матросов. — Капитан, по горизонту видна Тортуга. — Отлично, моя помощь нужна? — ответил Тёрнер — Нет капитан, я подумал что стоит вас оповестить. — В таком случае можете идти. — Есть капитан.       Как только матрос ушёл, Уильям посмотрел на Элизабет и обратил внимание на вещи лежащие недалеко от кровати. — Ты мне должна пока что, одну рубашку, ведь… — Ведь твою я порвала, помню. У тебя этих рубах хоть отбавляй, зачем тебе больше? — сказав Суонн, провела ладонью по его скуле. — Она была моей любимой. И сейчас уже нужно вставать, и с чего Джеку захотелось на Тортугу. — Скорее всего пополнить запас своего рома.       Супруги быстро оделись и вышли с каюты, занимаясь своими делами.

***

      Элизабет стояла рядом с правым бортом, облокотившись на локти. Они уже почти в пиратском порту, столько воспоминаний набросилась на женщину. Она вот так стоит, облокотившись о борт, и смотрит куда-то вдаль, потому что задумалась что будет дальше.  — О чем размышляем, Лиззи? — пронеслось из-за спины девушки. Нет, это не кто-то из матросов, ведь называет её так единственный человек— Джек Воробей. — Не о чем, Джек. Просто вспоминаю события связанные с этим местом. — она улыбнулась Воробью, который уже стоял рядом с ней. — Всё ясно Лиззи, у меня тоже много воспоминаний с этим местом, есть плохие, а также хорошие…       По светлому небу не видно облаков, а значит горизонт будет чист. — Джек, скажи пожалуйста на милость. Зачем нам, по крайней мере тебе нужно зайти на Тортугу. Рома мало в каюте? Так ты ещё не был внизу, там его намного больше       Мужчина немного опешил от такого вопроса, но постарался не подавать виду, хотя получалось у него это очень плохо. — В общем, это не твоё дело. Ну раз спрашивает такая как ты…страшнее любого страха, то здесь мне нужно навестить отца. — Отца? Капитана Тига? Что-то не подсказывает что ты здесь не только за этим, но поверю тебе на слово. — Мгу. Лиззи, а ты не видела своего мужа по имени Уильям Тёрнер? Просто мне с ним нужно поговорить, не в спешку, но нужно, — он почесал затылок.  — Он мне говорил, что пошёл обсудить важные вопросы к Дэвиду Вергинсу.       Элизабет взглянула на свои ладони и на рукава рубашки. Что-то ей не нравилось, но она не могла понять, что именно. — Важные вопросы я уже обсудил, так о чём ты хотел поговорить Джек? — послышался знакомый голос из-за спины. Суонн обернулась. И при виде мужа, она улыбнулась, как будто всё стало легче. — О, дорогой Уильям! Давай отойдём ненадолго, подальше от…от кр.кра…от Лиззи.  — Ты не против Элизабет? — На что жена кивнула головой и оба мужчины удалились.

***

—…и тогда я толкнул его в грудь, выпутался, проскочил в ворота и растворился в ночи.       Все внимательно смотрели на Воробья, рассказывающего очередную историю побега с эшафота. Портовые девки с поддельным восхищением «ахали» и «охали», тем самым возвышая его самолюбие до небес. Однозначно, им не нужны были эти рассказы, их целью была ночь с ним за неплохую сумму. Но, как мы знаем, капитан Джек Воробей не платит ни за женщин, ни за ром. А это, прошу заметить, уже что-то.       Элизабет и Уилл чувствовали себя абсолютно чужими в этой якобы-святой-компании. С каждой минутой им все больше хотелось уйти отсюда обратно на Голландец, но Джек велел не покидать его ни на минуту.       Воробей вёл себя странно, что было видно по его рассказам, с отцом его они то повидались, но что он ещё тут забыл они не имели никого понятия.       Как только Джек обнаружил, одну особу на Тортуге, то подумал «Морской дьявол, что она здесь забыла. Всё на смарку» —…так что, дорогие дамы, мне придется вас, покинуть — дела ждут, — заключил он, увидев недоумение на лице Лиззи и Уилла. Конечно, уходит он совсем не из-за дел, а из-за Анжелики, которая объявилась в не подходящее ему время. — Как?! Уже? — удивились «дамы», которые вовсе не хотели отпускать потенциального клиента. — Может останешься еще хоть на чуть-чуть?.. — Нет. Нужно идти. Дела ждут! — произнес капитан Воробей, поднимаясь и подхватывая супруг, пока та не заметила его, но было уже поздно. Позади Джека был направлен пистолет. — Далеко собрался Воробей?       Уилл и Элизабет странным взглядом осмотрели женщину, стоящую позади Джека, она была одета как рождённая пиратка, даже очень красивая.       Джек медленно повернулся к Тич и размахнул руки. — Анжелика! Сколько лет сколько зим, рад тебя видеть! Даже очень, помню последний раз мы виделись… — На острове, когда ты бросил меня. Да, я тоже рада тебя видеть.       Уильям направил ружьё на Анжелику, на что та не повелась. — Уильям, не стоит этого делать, она непредсказуема. А ты Анжелика, садись поговорим, без жертв.       Оба убрали пистолеты и сели за стол. — Джек, у нас мало времени! Разговаривайте быстрее, — сказал Уилл. — Не беспокойся парень, сейчас мы с ним кое-что обговорим. Во первых! — после этих слов женщина вмазала звонкую пощёчину, — Во вторых, если поможешь мне, я прощу тебя за всё. — Помощь? Ещё одна, и в чём же? — спросив Джек потёр щеку, которая стала как кипиток. — Мне нужно на остров Баку, кое-что забрать от туда, а без жемчужины мне не справится. — Ох…тут такое дело, я пока без жемчужины. — Это как? Но как ты здесь? — Это всё благодаря ему! И его Голландцу, — Джек указал на Уилла. — Да…но Анжелика, мы можем вернуть Джеку жемчужину. А так, он странствует с нами, пока тоже не выполнит свою помощь, — Объяснил Тёрнер. — В таком случае, возьмите меня с собой, так получится быстрее. — Уилл, ты правда об думаешь этот выбор? — произнесла Элизабет, на что получила краткий кивок. — А почему нет, тебя оставим здесь, а я вместо тебя, — сказала Тич. — А…что? Меня? Здесь? — Милая, милая Анжелика…дело в том что она жена капитана, а капитан…он! — пояснил Джек, снова указав на Тёрнера. — В таком случае прошу прощение, и может мы не будем здесь просиживаться? — Согласен, все на борт! — Км… Джек. — Прости Уилл командуй, — сказал Джек, проведя пальцами по бороде.