Исчезни из моей жизни

Рома никак не мог оторвать свой взгляд от любимого человека, который все несколько месяцев назад сделал так больно. Парень все не мог решить, что ему сейчас делать. За все то время, что они не виделись Пятифан уже успел немного успокоиться и даже начал учиться жить не страдая. И вот Антон стоит рядом всего за несколько метров от него и теперь снова всегда будет мельтешить перед глазами. Такое ощущение, что с его сердца резким движением содрали пластырь. С одной стороны, очень хотелось хотя бы поговорить, а с другой, просто развернуться и уйти, так далеко насколько это возможно. Спрыгнуть с крыши какой-нибудь высотки и больше не переживать все это. Куда делся колкий задира внутри него? Почему после того глупого поцелуя он затихал при каждом взгляде на Антона и просыпался внутренний романтик, который хотел преподнести этому, почти не поменявшемуся за столько лет знакомства парнишке, весь мир. После окончания торжественного мероприятия Ромка планировал познакомиться с одногруппниками, найти среди них близких по духу и возможно даже сколотить тут что-то на подобии своей старой шайки, но вместо этого парень решил проследить за Антоном, узнать, где же он теперь живет. Внутри себя бывший задира прекрасно осознавал, что этого делать не стоит, что станет ещё больнее, однако любопытство брало вверх. Петров скорее всего его тоже заметил, но, верно, решил проигнорировать, так и не посмотрев в сторону бывшего лучшего друга. Предположительно из-за этого Антон ретировался практически сразу после окончания церемонии. Пятифан последовал вслед, отстав всего метров на пять. За время всего пути Антон судя по всему его не заметил. Оказалось, что дом Петрова находился в том же направлении, что и хрущевка в которой обитал Ромка. Когда очкарик приблизился к двери своего подъезда, он обернулся на своего преследователя, стоявшего поодаль. – Ты собираешься меня так до квартиры провожать? – голос Антона звучал надменно, Пятифан был обескуражен так, как до последнего был уверен, что его не засекут. – Я просто поздороваться хотел, – отмазка настолько же нелепая, как и вся ситуация в целом. – Не знал, что для того, чтобы поздороваться было необходимо караулить меня до самого подъезда, – парень закатил глаза, показывая тем самым все свое равнодушие к оппоненту. – Ну раз уж на то пошло, привет. Надеюсь теперь ты рад, а мне пора. И снова скрылся за дверью. Было так же неприятно, как и в первый раз, но помимо обиды внутри появилась дурацкая стыдливость. Никто ведь не заставлял Ромку вести себя, как грёбаный сталкер. Он сам до этого додумался и теперь все станет значительно печальней. Если бы ни этот промах, можно было бы уверенно заявить, что любовь прошла, а помидоры завяли и потом хоть как-то да восстановить общение. Теперь же шансы на это были равны нулю, если, конечно, ещё не ушли в минус. А Ромке то хотелось снова почувствовать это приятное тепло губ, получить за это пощечину, но вспомнить эти ощущения. Больше всего хотелось почувствовать взаимность, как чужой язык проникает в рот, как тонкие пальцы хватаются за крепкие плечи Пятифана, услышать сбитое дыхание и увидеть опухшие от поцелуев губы напротив. Однако, все, что Рома видит перед собой – подъездная дверь и чувствует только очередной прилив боли. Судя по словам Антона, тот заметил преследователя чуть ли не в самом начале пути. Странно было то, что он позволил Ромке пройтись с ним до самого подъезда, почему не дал ему отворот-поворот сразу, как только его взгляд зацепился за силуэт знакомого позади? Окончательно в себе разочаровавшись, Ромка направился в сторону ближайшего супермаркета за новой пачкой сигарет, старая закончилась ещё утром. Они не виделись три месяца и случай с тем дурацким признанием практически полностью стерся из памяти Антона. Сначала он очень обиделся на Пятифана, столько лет дорогой ему дружбы коту по хвост. Петров, не сказать, чтобы возненавидел Рому после всего этого, но как ни пытался, не смог заставить себя продолжить с ним общение. Антон никогда даже не задумывался о какой-либо симпатии в сторону лучшего друга, правда и в сторону кого-то другого тоже. В отношениях себя за восемнадцать лет жизни ни разу так и не попробовал, парень просто не видел в этом смысла. К тому же было неприятно, что именно друг впервые коснулся его девственных губ. И когда уже казалось, что все это пережитки прошлого, рыжий задира снова ворвался в его жизнь. Да ещё ладно, если бы они просто вместе учились, игнорируя присутствие друг друга, но это шпионство просто переходило все границы. Хвост за собой Антон заметил ещё на выходе из универа и до последнего думал, что ребята просто живут в одной стороне, но выуживая из кармана ключи, Петров краем глаза увидел Рому стоящего поодаль и внимательно наблюдающего за ним. Не понятно, что на него нашло в тот момент, парнишка, который никогда не допускал колкостей в сторону других людей и всегда был приветлив, резко захотел отбить у Пятифана желание даже смотреть в его сторону. Было ли ему стыдно в тот момент? Нет, ни капли. Это заставило Антона немного сильнее разочароваться в себе, как он мог не проявить никакого сострадания? В любом случае, проверять насколько посыл его слов точно дошел до тугодумной головы задиры можно будет только завтра. Купив на последние деньги бутылку какого-то дешевого пойла и пачку сигарет, Рома восседал у себя на прокуренной кухне и во всю предавался излечению своего вновь разбитого сердца. Такой метод, честно говоря, на всех работает хреново и Пятифан осознавал весь тот кошмар, который будет поджидать его утром, но все равно продолжал пить. И очень зря. Опухшие глаза еле разомкнулись на встречу новому дню под громкий звон будильника, голова трещала по швам, а ощущения во рту даже сравнить было не с чем. Идти в первый же день на учебу с такого бодуна ¬– настоящее самоубийство, но выбора все равно нет. Все это из-за этого белобрысого придурка, такого прекрасного по всем параметрам, но все-таки придурка. Хотя Антон вроде не заставлял его вчера пить, однако Рома все равно обвинил его в этом. В тот день Ромка специально постарался выбрать из своего скудного гардероба самый презентабельный наряд, чтобы сразу не сильно пугать одногруппников своим чувством стиля. И, наверное, это ему помогло. Среди новых знакомых нашлось двое парней, которые полностью разделяли Ромины взгляды на мир. С Лехой и Максом он быстро спелся и все перерывы между парами Пятифан провел в новой компании. Парень был рад, что нашел себе тут друзей. За тот месяц с небольшим, который он провел в Омске Ромка так и не познакомился тут ни с кем, не считая продавца ближайшего ларька и пары алкашей из их подъезда. Заводить знакомства в большом городе оказалось в разы сложнее, чем в богом забытой деревушке. Не сойти с ума от одиночества помогали только периодические звонки Бяше с Полиной, которые в последний момент решили поступить в один университет где-то в Ростове. И вот если у Морозовой все прошло гладко, то Бяше пришлось попотеть с поступлением, но так или иначе, ему все удалось, и новоиспеченная парочка теперь могла быть вместе всегда. Петров же вроде не обращал на него абсолютно никакого внимания, почему-то общаясь в основном с девчонками, сидящими с ним на первых рядах. Ох как же Рома завидовал им, он так скучал по простым разговорам с Антоном. – Ну что, может отметим знакомство – Макс выглядел невероятно счастливым, он сам переехал сюда совсем недавно, вроде из области. – Я за, – Леха был парень легкий на подъем, так сказать, за любой кипиш, кроме голодовки. – Эй, Ром, ты тут? – А да, конечно, – ребята уже выходили из здания, только вот Пятифан все не мог найти глазами Антона, видимо тот все ещё оставался в аудитории. – С меня свободная хата, а с вас выпивка, идет? А то у меня сейчас с деньгами запара, – он демонстративно похлопал себя по карманам, а на свое предложение услышал одобрение. – Только дайте пару минут, надо кое-какое недоразумение решить, я сейчас вернусь. Рома направился обратно в здание университета, чтобы найти Антона. Стыд за вчерашний косяк, так никуда не делся и для очищения собственной совести, Пятифан решил банально хотя бы извиниться. Объект всех его мыслей стоял в коридоре, облокотившись на подоконник и явно выслеживал кого-то во дворе. Но когда подошедший слегка кашлянул, Петров перевел на него свой взгляд. – Ты что-то хотел? – Антон специально задержался, дабы избежать повторения вчерашнего абсурда, но парень и предположить не мог, что зачинщик их игры в кошки мышки сам к нему придёт. – Да, ты это, слушай, зла на меня не держи, – Рома держался в стороне, нарушать личное пространство Антона, да и свое тоже, не хотелось. – Просто приношу свои глубочайшие извинения за все свои косяки. Почему-то Пятифан захотелось расплакаться, и чтобы не допустить этого, он сразу же ретировался. Извинения принесены и можно дальше спокойно жить. Только, если для Ромки все было понятно, то Антон был, мягко говоря, в недоумении. Неужели Пятифан умеет признавать свои ошибки? – Ну все, пацаны, все сделано, а теперь гуляем! – радостно вернулся к друзьям Ромка, открывая этим возгласом вход в студенческую жизнь.