Любовь не выбирают

После случившегося в столовой Хосок заметно погрустнел. Его глаза перестали светиться радостью даже рядом с Юнги. От своих парней он отмахивался, говоря, что всё прекрасно, но они же не слепые. Они всё видят. Видят, что после сказанных обидных слов парень как-будто не с ними, вечно в своих мыслях. И совсем перестал улыбаться. А вместе с ним перестают улыбаться и его парни. И Намджун, и Юнги хотят хоть как-то помочь, но уже не знают как. Они каждый день говорят ему комплименты, старший дарит всякие безделушки, а Ким таскает обеды. А у Хосока в голове атомная война. Он с одной стороны понимает, что парни действительно хотят для него лучшего. Но слова, сказанные Джебомом не дают парню покоя. «Просто хочу предупредить, не думаю, что он будет хорош в постели, зря только время потеряешь.» Слова настолько засели в голове, что Хосок перестал спать ночью, всё думая и думая. А ведь правда. Что он сможет дать этим отношениям? Он же даже прикоснуться не может ни к кому. Какой толк возиться с ним? Спустя неделю он начинает избегать парней. Он снова закрывается в своей скорлупе, от которой, как он думал, избавился навсегда. Хосок опять ест один в пустых классах, а как только видит Юнги и Джуна сразу бежит. Намджуна избегать сложнее, потому что учатся в одном классе. Но он пока не настроен на диалог. Возможно, парни поймут, что он им не нужен, и оставят его. Хосок надеется, что не сломается, если они решат уйти. Он привязался к ним за этот короткий промежуток времени. И к Намджуну, как ни странно, тоже. Возможно, это не было любовью, но симпатией точно. Чон настолько устал вариться в своих мыслях, что не выдержал и позвонил Джину, а тот как самый лучший друг сразу же примчался к нему. И конечно же с выпивкой. Пока пили, слушал рассказ Хосока, а потом вдруг неожиданно выдал: — Если бы я мог тебя касаться, я бы тебе врезал. Хосок с непониманием уставился на него. — Я… я… — Головка от хуя, Хоуп. — усмехается Джин, явно довольный своей фразой. — Они чуть ли пылинки с тебя сдувают, заботятся о том, чтобы тебе было комфортно, а ты, дурачок, считаешь, что ты им не нужен. Стали бы они хоть что-то делать, если бы ты не нравился им? Стали бы бегать за тобой, когда ты стал избегать их? А Хосок… А Хосок опять в слёзы, потому что как обычно повёл себя как идиот. — Ч-что теп-перь делать, хён? — Поговори с ними, горе ты моё луковое. — вздыхает Джин.

***

После разговора с Джином Хосок собрал себя в кучу и настроился на разговор с парнями. Он понял, что он действительно зря бегает от них, и лучше поговорить и объяснить все свои переживания. Чон надеется, что они захотят с ним разговаривать, а не пошлют куда подальше. На большой перемене в школе он отправился к столовой, зная, что Намджун и Юнги будут там. Но дорогу ему преградили. — Куда собрался? — спрашивает Джебом. Хосок застыл на месте, не зная, что делать дальше. С одной стороны он может развернуться и уйти. А с другой ему очень хочется поговорить с парнями именно сейчас. — Что молчишь? — Джебом хватает его за плечо. — Нечего сказать, Минова подстилка? Тело как-будто горит. Так неприятно. Так страшно. Хосок пытается вырваться из захвата, но держат его очень сильно. — П-пусти, пож-пожалуйста… — А что в обморок грохнешься, если не пущу? На глазах пелена, а воздуха в легких не хватает. Хосок пытается дышать, но ничего не выходит. Слишком неприятно ощущение чужой руки. Вокруг них уже собралась целая толпа наблюдателей. Всем интересно, что же будет с мальчишкой. А Чон понимает, что сейчас задохнётся. Но рука резко исчезает, а перед глазами постепенно пропадает пелена. Хосок промаргивается, и пытается дышать. А потом видит, что его обидчика повалил на пол Юнги. — Совсем страх потерял, Джебом? — по голосу старший просто в ярости. — Что, Мин, пришёл спасти свою подружку, — спрашивает и сразу же получает по лицу. — Ещё хоть слово скажешь, прикончу. Не подходи к нему больше, иначе пожалеешь. — по буквам произносит Юнги, а потом смотрит на толпу, — а вы что встали? Разошлись, шоу окончено. Толпа потихоньку начала расходиться, и Джебом поднялся со взглядом, полным агрессии, но делать ничего не стал, и молча ушёл. Намджун моментально подлетел к Хосоку, который едва стоял на ногах из-за нахлынувших эмоций. — Ты в порядке, Хосок? — В-вроде д-да. — Он ничего не успел тебе сделать? — обеспокоенно спрашивает Юнги. — Только дот-тронулся. Н-ничего больше. — Хорошо. Иначе я убью его. Хосок смутился. Первый раз за него по настоящему заступились. Оказывается, это очень приятно. — Спас-сибо, хён. — Не за что благодарить. — Могли бы мы по-поговорить? — спрашивает, уставившись на свои кроссовки. — Конечно, — отзываются одновременно. — Пойдём на стадион. Они дошли до площадки и сели под трибуны. По лицу Хосока было видно, что он нервничает, поэтому ни Намджун, ни Юнги не давили на него. Они не хотели, чтобы он опять убегал от них. — П-простите ме-меня, — всё-таки начинает Чон. — Мне так ст-стыдно перед в-вами. — Мы не обижаемся, Хоби, — отвечает Юнги, и Намджун кивает. — Я просто по-подумал, что дейст-твительно без-знадёжен и не н-нужен вам. Юнги недоумённо переглядывается с Джуном. — Что ты такое говоришь, — со всей нежностью, которая только в нём есть, отвечает. — Ты очень важен. Ты моё солнце, Хосок. Не покидай меня больше пожалуйста. Хосок нервно перебирает пальцами, а затем кивает. — Х-хорошо, хён. Намджун ничего не говорит, но его улыбка выдаёт, что он тоже счастлив…