Не его девушка

Он смотрел на нее и не узнавал свою Андреа. Не узнавал свою серьезную, милую и застенчивую девушку. Бывшую девушку. Бывшую. Послевкусие чего-то безвозвратного, невозможного в настоящем ощущались на кончике языка привкусом горечи и пепла прошлого. Как бы ему хотелось быть к ней ближе, касаться. Зубы стискиваются так, что сводит челюсть, а всему виной его лучший друг. Друг, в котором он никогда не видел конкурента, которого никогда не считал себе равным. Но это именно он сейчас имеет право шептать что-то на ушко Андреа, целовать ее, обнимать так словно не они находятся в многолюдном коридоре, наслаждаясь нежной улыбкой своей принцессы. Эдриан ненавидит Мёрфи. Ньюман давно для себя решил, что никогда не полезет в их отношения. Неважно, что его буквально рвет на части , когда он замечает их вместе , что, когда никто не видит, он лупит кулаком в стену, а перед глазами стоит наглая ухмылка Мёрфи. Ухмылка победителя. Самоуверенный Эдриан из прошлого всегда считал себя лучшей кандидатурой для малышки Андреа. Думал, что может дать ей все, стать для нее всем. Распланировал будущее , где они непременно вместе и неприменно счастливы. Вот только ее он совершенно забыл об этом спросить. Петля, созданная из гиперопеки и контроля выдаваемого за заботу, затягивалась на шее девушки все туже. Но он думал, что все под контролем, был слепо и незыблемо в этом уверен. - Наивный дурак. - бормочет себе под нос Эдриан, съедаемых чувством досады. - « Естественно, что она захотела вырваться, сбежать и быть свободной». – вертится в его мыслях. - Ты что-то сказал? – спрашивает его Мёрфи, слегка изгибая бровь. - Говорю, что рад вас видеть, ребята. Рад? Смешно. Да ни черта он не рад. Для него это настоящий ад, может быть, даже хуже ада, но главное , что она счастлива. - Мы собирались с принцессой перекусить, пойдешь с нами? - Нет, я не голоден. Да и на тренировку опаздываю. – отвечает Ньюман. – Как-нибудь в другой раз. В другой раз. Когда осознание, что Андреа не его перестанет разъедать изнутри, когда горло не будет сдавливать от досады, а в висках перестанет стучать звенящая ненависть. Эдриан провожает взглядом удаляющуюся парочку и думает, что больше всех он ненавидит именно себя. За то, что так долго был эгоистом, не считался с ее чувствами и желаниями и недооценивал своего друга, теперь уже правильнее сказать, бывшего друга, наивно полагая, что тот всегда будет послушным псом, выполняющим приказы своего «хозяина». Но как выяснилось, цепи - это совсем не для Мёрфи, ровно так же ,как и петля - не для прекрасной шейки Андреа. Они вырвались. Оба. И теперь они свободны и, кажется, счастливы. А он нет. Теперь Ньюман как никогда осознал, что только в сказках принцессы всегда выбирают принцев. В жизни все может быть совершенно иначе. И больнее. Однажды будет легче, и острые, как бритва, лезвия времени разрежут его чувства, по крайней мере, он хочет так думать. А сейчас он просто стоит и смотрит на два удаляющихся силуэта, а татуированная рука больше не его друга, по-собственнически обнимает за талию такую потрясающую и невероятную не его девушку.