Чумной офтальмолог (врач)

Разумовский со всеми его шуточками и подъёбками уже даже не бесит: у Леры нет на это ни сил, ни времени. Она ебашит на пределе, а потом на пределе предела, и любая кроха энергии, что у неё остаётся, оперативно идёт на то, чтобы не упасть лицом вниз прямо здесь и сейчас. Второе, третье и даже десятое дыхание заканчиваются, и Лера думает только о том, как бы пережить ближайший семинар в универе, да ближайшие же тренировки: и по кендо, и по стрельбе, и с Олегом. Прибауточки Сергея, его тупые футболки и вечные полунамёки в какой-то момент всё-таки добираются до Лериного уставшего сознания. Если честно, она надеялась, что это случится хотя бы на пару месяцев попозже: через неделю в меде начинается сессия, список незакрытых практик вгонит в уныние даже самых законченных оптимистов, а препод по гистологии уже пообещал им всем разнообразные анальные кары. И, ко всему этому, Разумовский и его фирменная непревзойдённая ебанца. Будь Лера чуть менее тактичной и в чуть менее щекотливой ситуации, она бы пошутила про сублимацию. Но её родные всё ещё в опасности, а Разумовский понимает только свои шутки. И иногда про патологоанатомию. Но тут не угадаешь Ему бы потрахаться, вот хоть бы и с Олегом. Он, кажется, единственный, кто сможет выдержать этот плод несчастной любви Фрейда и семейки Уизли. И кого Разумовский, возможно, не ёбнет. И единственный, кого не жалко. Потому что, по крайней мере, он здесь по своему желанию. Лера в какой-то мере, тоже: у неё, если подумать, был выбор не соглашаться на безумное предложение. Но думать о том, что могло случиться, не прими она его, Макарова не хочет. В какой-то момент она настолько устаёт, что, забывшись, чуть не предлагает Сергею сходить по известному адресу и сбросить уже напряжение, но вовремя осекается. Парочка отбитых головорезов - не её друзья, они ей эту подъебку не спустят. И в этом будет два минуса: родители расстроятся, и вряд ли Разумовский продолжит выплачивать долги её семьи после её же зверского убийства. Поэтому Лера изо всех сил прокусывает губу, сдерживая неуместные комментарии, собирает остатки сил и, не отвечая на очередную гениальную шутку Разумовского, бьет Олега со всей возможной силой.