Part 2. Altro lato della medaglia.
5 июня 2021 г., 23:13
Алкоголь приятно горчит, разливаясь теплом по изнеможённому телу. Перед глазами пелена тумана, а от блеска на губах не осталось ни следа. Хочется лечь и раствориться в небытие, но нужда тянет в сторону уборной. И она идёт, немного грубо расталкивая потных уже ничего не соображающих людей, и те даже не сопротивляются. Узкий коридор подсвечен желтыми лампами, в конце железная дверь с нарисованной будто трёхлетним ребёнком женщиной. Она практически вваливается внутрь, но ее тут же грубо отталкивают в сторону.
У неё совсем нет сил ругаться. Она просто молча прижимается спиной к ледяной стене, откидывая голову. Дверь медленно ползёт в ее сторону, но она успевает увидеть спину удаляющегося мужчины, звенящего ремнём.
Где-то в кабинках слышен тихий всхлип. Она всматривается в дальний угол, а после медленно отрывается от стены.
- Здесь кто-то есть?
Тишина. Лишь повторяющийся еле слышный вздох. Тогда она подходит к самой последней кабине, толкая дверь.
На полу распластано лежит женское тело. Она будто неживая, но ее маленькая ровная спинка подрагивает. Кожанка варварски стянута с плеч, а тонкое воздушное платье задрано до самой груди.
Девушка медленно накрывает голову дрожащими руками, прижимаясь лицом к грязному полу. Слёзы медленно капают, стекая по щекам. Помада размазана по лицу.
- Господи...что с тобой?...
И ей остаётся лишь опуститься рядом. Образ удаляющегося мужчины, суетливо двигающего руками на уровне ширинки невольно появляется перед глазами.
- Боже...прошу, позволь мне помочь.
Но ей вряд ли можно помочь. Она опоздала.
Когда она тянется к дрожащим плечикам холодными пальцами, бережно надавливая, убирая с лица спутавшиеся рыжие волосы, девушка начинает рыдать, будто крича от собственного бессилия. Она тянет ее к себе, гладя ее лицо руками и садясь перед ней на колени. И та, как беспомощный маленький зверёк жмётся к ней, плача навзрыд, дёргая чужие волосы, а потом начинает бить руками, сжимая с силой опухшие глаза. Но она не сопротивляется, пытаясь застегнуть порванное платье, стирая пальцами помаду.
- Прости меня, пожалуйста...
Она извиняется тихо и не зная, за что. Ей больно, но она не может представить, насколько больнее этой маленькой рыжеволосой девушке. И тогда сердце пропускает удар, а в душе, в самом ее сердце зарождается вина. Вина неоправданная и необъяснимая, но увы, неизбежная.
«Нет таких слов, чтобы описать боль, кроме бранных.
Одинокая таблетка в пузырьке дожидается дня, когда живой позавидует мертвому. Она от самой невыносимой боли - жизни.»
Когда чёрная машина проезжает очередной район, девушка уже спит у неё на плече, сжимая пальцами ее тонкое запястье. И ей становиться ещё хуже от того, что та согласилась ехать с ней куда угодно, лишь бы быть дальше от той чёрной кабинки в женском туалете, корая сломала ей всю ее жизнь. Она умоляет себя не думать о том уёбке, что посмел сделать это, но у неё плохо получается. И тогда она сжимает руку рыжеволосой сильнее. Она чувствует себя чуть лучше лишь от того, что ей выпал шанс сделать для неё хоть что-то.
В лобби практически никого нет. Лишь несколько человек на ресепшене и он. Он сидит на огромном белом диване с резными ножками, неотрывно смотря на экран телефона.
Когда она входит через стеклянные двери, практически неся на себе безвольное тело девушки с рыжими волосами, он подрывается, подходя ближе. Девушка настолько безэмоциональна, будто кукла, идет строго за своей «спасительницей».
- Что произошло? Кто она? - И он кивает в ее сторону.
- Не сейчас.
Она проходит мимо, обнимая худое тело рядом, заводит ее в лифт, осматривая, проводит рукой по ее волосам. И он забегает в последнюю минуту. Они стоят в тишине, смотря перед собой. Лифт медленно ползёт вверх.
Дверь распахнута настежь. Она укладывает свою «спасённую» на постель. Та сразу кутается в одеяло, прижимаясь лицом к мягкой подушке. В номере прохладно. Она садится на кровать рядом, проводя ладонью по женской руке. По ее щеке течёт слеза, и он садится напротив, опуская руки на ее колени.
- Ее изнасиловали. Я могла войти раньше. Я могла...
- Ты не бросила ее. Ты могла просто уйти. Но она сейчас здесь, спит на твоей постели.
- Ты не понимаешь.
И он касается ее руки. Он понимает может даже лучше, чем она могла бы представить. Ему жаль.
- Пошли. Ей нужно поспать.
И они уходят прочь, тихо захлопнув дверь.
Шёлковая ткань шторы очерчивает узор на полу. Тишина. До рассвета осталось несколько часов. На постели лежит неподвижно хрупкое тело рыжеволосой девушки.
