Династия Веном

      Господи, я больше никогда ничего не попрошу… Только…       Мике открыл глаза. Хоть в комнате не было окон, он инстинктивно почувствовал, что уже утро. Роя на кровати не было. Тогда парень неспеша сел, мысленно отругав себя за то, что уснул в штанах. Его взгляд тут же упал на треугольник света, падающий из проема ванной.       «Ну уж нет, я не повторю одну и ту же ошибку дважды…» — усмехнулся про себя парень и громко позвал:       — РОЙ?       — М-м-м? — раздвинув руками ширму, показался второй. Во рту была зубная щетка. Мике облегченно вздохнул, встал и, включив свет, стал рыться в своем рюкзаке.       — Вот вода, — показал на ведро Рой, — Сплевывай в умывальник.       Он уже закончил.       — Черт, я хотел побриться, но зеркало куда-то утащили…       — Мовет… спвосить у швюх? — предложил Мике с щеткой в зубах.       — Чтоб шлюхи отдали мне зеркало? Ну-ну…       — Тогда давай я, — спустя некоторое время выдал Мике.       «Ненавижу уже эти заросли», — сморщил нос Мике. «Мне до сих пор кажется, что я чувствую покалывание на лбу после вчерашнего».       — А ты точно не прирежешь меня? Помнишь, ты наставил на меня пистолет? — съехидничал Рой.       — Ну… иногда ты ведешь себя как полный урод, но вряд ли я когда-нибудь смогу тебе ответить… — внезапно на лице Мике появилась какая-то тоска.       — Это что, признание? — отшутившись, Рой потрепал того по голове, — Взамен я тебя причешу, как вчера. Это наверно тоже без зеркала нелегко сделать.       — Хорошо.       — Кстати, у тебя еще не появилась растительность на лице? — как бы невзначай спросил Рой.       «Опять доктора включил…»       — Ты что, опять доктора включил? Завязывай… — Мике почувствуй себя уязвленным.       — Если не станешь отвечать на вопросы врача, он начнет вслух перечислять наблюдения, которые уже сделал вчера…       — Только не это… — скорчился Мике. Он зачерпнул руками воду, собираясь умыть лицо. Рой подошел и, убрав со лба волосы, начал шептать над его макушкой.       — У тебя все еще узкие плечи…       — Заткнись, Рой!       — И эти огромные ляхи… Ты что, носил тяжести? Может, тебе нужны штаны посвободней?       — Черт, у меня не растут волосы на лице, Рой! Только отстань! — Мике злобно посмотрел на лицо Роя и тут же получил по своему полотенцем.       — А под мышками?       — Не подходи…       Они решили, что сначала приведут в порядок волосы Мике, потому что те сильно лезли в глаза. Мике, сидя на стуле, объяснял Рою, что от него требуется, пока тот орудовал расческой с частыми зубьями.       — Кто тебя стриг?       — Нана, куратор по воспитательной работе.       — М-м-м… Мне нравится, — отозвался Рой, смачивая расческу в воде, — А это? — мазнул он мокрым пальцем по рисунку над соском Мике.       — Мы подумали, что так будет менее подозрительно… — занял оправдательную позицию Мике.       — Все нормально… — Рою снова захотелось допытаться, помнил ли Мике время, когда был мертв, но он прикусил язык.       «Я так цепляюсь за прошлое… Наверняка это плохо для нас обоих…»       — Ну вроде так… на воде будет паршиво держаться, это нужно фиксировать чем-то другим. Хотя у тебя послушные волосы, — Рой присел на корточки и посмотрел на лицо Мике прямо. Тот выглядел так, словно был немного в замешательстве.       «Наверно, его очень беспокоит внешний вид сейчас…»       После финальной проверки, Рой вытащил из сумки бритву, баллончик пены и лосьон. Обеззаразил инструмент и, встряхнув, вручил Мике пену. Сам Рой сел на край стула, а голову откинул назад, положив затылок на край умывальника.       «Вроде удобно…»       С первым этапом Мике справился на ура, но, как только Рой вручил ему шаветку, парень занервничал.       — Не волнуйся. Ты не сможешь мне навредить этой штукой, — соврал Рой.       — Я бы не волновался… Если б ты доверял мне, а не врал, — медленно сказал Мике. Рой напрягся под его холодным взглядом. Он вспомнил тот день, когда Мике выстрелил над его ухом. Это было то же выражение лица. Мике немного повернул лицо Роя в сторону, пристраиваясь к левой щеке. Затем забрал завиток волос за ухо.       Рой надеялся вдоволь насмотреться на лицо Мике, пока тот корпеет над его подбородком, но теперь ему расхотелось.