Династия Веном

      Он вел Йохана под руку, тесно прижимая к себе, через служебный вход. Лукас постоянно смотрел под ноги, чтобы не наступить на вяло переставляемую голую ступню.       Тело парня била крупная дрожь.       Оставив дверь своего номера на растерзание репортеров, Лукас занял комнату, оставленную Мике и Люком, предусмотрительно оставив при себе их ключи. Заперся изнутри.       Он подготовил, как ему казалось, все необходимое для отдыха Йохана, но теперь не знал, с чего начать. Комната уже хорошо нагрелась, да и снова вести парня под воду не хотелось, поэтому он принял решение не купать его пока, а обойтись полотенцами. Судя по состоянию, юноша уже был на пределе и не мог стоять без поддержки.       — Тс-с-с, не отрубайся… Тебе нужно попить и поесть сначала.       Подтянув толчком ослабшее тело, Лукас подошел к кровати и сел на нее, устраивая Йохана между своих коленей.       Прежде всего, мужчина решил избавиться от ледяного куска металла, так и норовившего вытянуть из него все тепло. Отстранившись от спины в мокром полотенце, он стянул верхнюю одежду, потом ослабил ремни и снял с себя черный бадлон, стягивая вместе с рукавом крепления протеза.       Он встретил небольшое сопротивление, пока убирал пропитавшиеся водой и краской полотенца. Но почти сразу оно угасло. Йохан расцепил пальцы и отпустил ткань, а потом принялся прикрывать промежность кистями рук. Лукас пропустил это мимо и сразу набросил на его колени сухое. Взяв смену, растирающими движениями обошел голую спину перед собой и прислонился к ней.       — Лукас… — прошептали черные губы.       — М?       Он чувствовал грудью и животом гусиную кожу, которой покрылось замёрзшее тело рядом. Дрожь почти унялась.       — Пить хочешь?       Парень кивнул. Лукас повернулся, стараясь насколько возможно не отлепляться от объекта согревания и потянулся за бутылкой воды. Затем поставил ее в пространство между ног Йохана и сказал:       — Подержи.       Йохан обхватил пальцами бутылку и вжал в кровать. Руки все еще были черными от въевшейся краски. Лукас открутил крышку и поднес бутылку ко рту Йохана. Посмотрел на его лицо вблизи впервые за утро. Краска, забившаяся в морщинки на его лице, разбила маску черными трещинами. Остекленевшие глаза тоже, казалось, вот-вот распадутся на кровавые осколки. Он прикрыл их и стал жадно пить из горла, пропуская струи вниз по подбородку.       — Стой… Слишком много тоже нельзя… — успокаивающим тоном оборвал его Лукас. Почему-то ему хотелось улыбаться. И он улыбался.       Руки Йохана, однако, накрыли его ладонь вместе с пластиком и снова поднесли бутылку ко рту. Вскоре они выбросили приконченную бутылку на пол.       Лукас осторожно вытер его рот, пачкая полотенце серым. Затем посмотрел вниз на покрытые грязью ступни.       — Ладно, давай вытремся сначала.       Йохан снова впился руками в полотенце между ног.       «Да видел я твой крошечный член…»       Скользя тканью по стылой коже бедер и плеч, Лукас бормотал что-то отвлеченное и успокоительное. Он не хотел нагнетать каких-то лишних эмоций в эту ситуацию, но вскоре, вопреки намерениям, атмосфера интимности дала о себе знать. Больше всего раздражало то, что, изначально он позиционировал себя как жертву навязчивой идеи Йохана, а теперь ему самому приходилось преодолевать его сопротивление, чтобы выразить свою… заботу?       «Я не знаю, что чувствует сталкер, когда вот так… добивается своей жертвы, но… что бы я сейчас не сделал, тебе крышу снесет, так ведь?»       На шее осталось больше всего краски, и Лукас прошелся по ней с нажимом, опускаясь ниже к тощей груди с черными разводами. Но все только размазывалось по коже и пачкало полотенце. Вспомнив собственные усилия по избавлению от грима, Лукас бросил затею сделать Йохана чистым.       — Вот так… — Лукас уже свыкся, что его реплики остаются без реакции. Так даже лучше, чем зря растрачивать энергию на разговоры или слезы.       Он подтянул к себе одеяло, на котором они уселись, и вместе с ним подтянулась коробка с едой, которую принес утром Рой. Он знал, что совместный банкет с Пристли будет идти все три дня, но идти туда не хотелось. Такие мероприятия не для него. И все больше подобных отшельников стали просто заказывать оттуда еду в свои берлоги.       Укутав их в теплый кокон, Лукас с облегчением заметил, как расслабилось напряженное тело Йохана. Парень подтянул ноги и забрал их в тепло, разведя колени в стороны. Лукас подождал, пока закончатся ворочания и положил свою обрубленную конечность на костлявое колено. Йохан повернул голову в его сторону, и Лукас уже решил, что надо бы убрать руку, но проследив за взглядом вымазанного понял, что тот уставился на коробку.       — Посмотрим, что нам принес Рой?       Поежившись, Йохан высвободил из-под одеяла черные руки и потянулся к коробке.       Внутри оказалось пара пластиковых тарелок, накрытых фольгой. Еда все еще была теплой и сильно запахла, когда Йохан снял «крышку».       — Рис и, кажется… морепродукты. Что скажешь? — ласково спросил Лукас из-за плеча. Йохан красноречиво сглотнул слюну.       — Погоди… — Лукас слегка отодвинул запястья, мешавшие рассмотреть дно бокса. — Тут должны быть…       «Столовые приборы… Растяпа Рой!»       Лукас стал оглядываться по сторонам в поисках чего-нибудь подходящего.       «Ну, конечно! Все же шло так хорошо! Мы согрелись, попили, пора и облажаться!»       — Я пойду и… — дернулся Лукас.       — Нет. Не уходи, — хрипло произнес Йохан.