Stranger Swamps (2021)

2005-й год. — Эй, уроды! — юноша кричал в закрытую на замок железную дверь. — Выпустите меня!       Максим кричал, бил кулаками об дверь, кричал ещё от того, что рукам было из без того больно — они были до чертиков обожжены. Когда он Аришку мелкую вытаскивал из их горящего дома… В голове стояло черти что, болело все до краев. Он до сих пор видел Алену, стоявшую посреди огромного пламени и горько улыбавшейся ему. — Всё нормально, я справлюсь…       Нихрена она не справилась. Точнее, справилась она, вытащила тех детей из-под обломков деревянной школы, но сама… Не успела, не добежала. И Максиму не дали добежать до неё — Платон этот, лесник местный, просто преградил ему путь. Да чтобы проклят он был!       Да чтобы всё это было проклято… И тот мир темный и страшный, и Никита этот, пропаданец вонючий, и Алена, решившая в последний момент в героиню сыграть. Единственным человеком, которого Максиму действительно сейчас очень не хватало, так это Тимура. Но его сердце то нечто пронзило…       И тут дверь открылась, впуская в комнату… — Семен Игоревич? — Макс удивленно охнул, встречаясь взглядом с отцом Алены. — Семен Игоревич, я… — Сука, только попробуй сказать что-то! — мужчина яростно взревел, со всего размаху нанося удар по подростку. — Уёбок малолетний, да чтоб ты сдох, мразь!       Отец Алены лупасил Максима, прямо со всей силы «раскрашивая» его лицо в кроваво-синеватые оттенки. Так бы и убил на месте, если бы не появившиеся бугаи, начавшие оттаскивать нефтяного магната. — Так и знай, падла! — кричал Семен Гагарин во весь свой голос. — Ты убил Аленку… ТЫ УБИЛ МОЮ ДОЧЬ!       А тем временем другие бугаи схватили Максима, силой запихав мальчишку на единственную кровать в этой конуре, назвавшейся комнатой, а затем пристегнули конечности к краям этой кровати, чтобы тот не сумел сбежать.       Максим вдруг встретился взглядом с мужчиной, который стоял у входа, облокотившись на косяк и с интересом поглядывая на свою добычу… — Ну, приветик, засранец, — хихикнул тот своим шепелявым голосом, и Максим вспомнил, что это был тот водила, который довез его и его друзей до Топей, разве что теперь выглядел этот человек намного приличнее, чем тогда. — Я не убивал никого, — выл юноша, пытаясь выбраться из пут. — Я не убивал Алену… — Знаю я, знаю, — приторно сочувственным голосом ответил этот человек, приблизившись к Максиму. — Но ты этого мужика в обратном не убедишь, горе у него, дочку единственную и любимую он потерял… И виноватым он себя больше считает, чем тебя… Ведь он же, получается, из своего кармана, оплатил «убийство» своей малышки! — Я не знал! — вскрикнул Кольцов, отвернувшись и прикрыв глаза. — Ну, и хрен с ним теперь этим… У нас тут другая проблема нарисовалась — ты. — Помогите кто-нибудь… — пищал юноша, полный отчаяния и страха. — Конечно, мы тебе поможем. Ты же хотел избавиться от тех голосов, да? Я это знаю. Я знаю про тебя всё, Максим. Сейчас.       Максим выставил руку вперед, заставляя несколько геленвагенов взлететь в воздух, чем заставил всех присутствующих рядом удивленно раскрыть рты. Однако, не все машины успели взлететь, кто-то вышел и выстрелил в Кольцова электрическим пистолетом, заставив того упасть и скорчиться от боли на земле. — Эй, не надо! — подбежал тут же к нему Денис, о чем сразу же пожалел — один из мужиков налетел на Титова, просто того приложив к земле ударом правой. — Вы чё творите?! — и капитан Козлов тоже попытался вмешаться, но один из мужиков встал прямо перед ним. — Всё нормально, начальник! — успокаивающим голосом протянул тот. — У нас всё под контролем. — Ага, херовый контроль у вас че-то… — Товарищ капитан… — раздался раздраженный знакомый до боли голос.       Из целой машины вышел человек. Титов, лежащий на земле и способный встать, потому что на его голову поставили ногу, всё же смог снизу вверх заметить приближающегося к менту человека… Он тут же признал того водилу, который привез его и девочек в Топи… Только выглядел поприличнее, в пальтишко черном, в строгих очечках… Ладно, голос хоть, такой мерзко шипящий. — У нас же уговор был, — ответил тот капитану, недовольно вздохнув. — С вами я ни о чем не договаривался, — мотнул головой. — Ну, с Иваном Витальевичем, да, я вспомнил. Только проблемка одна есть — я тот, кто повыше будет.       Американец, стоявший чуть поодаль, просто на инстинктивном уровне прикрывал собой Никиту Голубева, на самом деле не так четко понимая, что сейчас происходило. Но этот мужик был единственным, кому эти люди ещё не успели навредить, поэтому Уильям просто отошел назад, не давая тем и возможности. — Тут че творится вообще? — испуганно прошептал Никита из-за спины американца. — А хуй его знает, — нервно хихикнул Уильям, впервые использовав местную речь. — Макс… чего они хотят…       Мужики те схватили Максима, нацепив на него ошейник, словно на собаку какую-то. Денис хотел сделать что-то, чтобы помешать этому, но его просто-напросто распинали до нельзя, превратив его лицо в кровавое месиво. Капитан Козлов кричал матом на главаря всей этой «мафии». — А меня кто-то предупреждал, что здесь на людях эксперименты ставят?! — возмущенно кричал полицейский. — А-а-а! — с сарказмом вытянул тот. — А тут уже не ваша забота. Лучше займитесь своей работой, капитан.       И тут вдруг взгляд «главаря» упал на Никиту, стоявшего за спиной Уильяма, и в глазах того человека загорелся интерес… — Опа, а это у нас кто прячется там? — прищурился мужчина. — Выходи давай!       Но вот американец, прикрывавший его собой, попятился назад, злобно глядя на главаря… Кажется, и Уильям начал вспоминать этого человека. И почему он так стремился Никиту от него защитить — не от того, что он в теории может последовать за Максимом и Екатериной, но и в том числе… — Короче, мужики, я вам даю последний шанс, — тяжело вздохнул «главарь», оглядывая взглядом и валявшегося Дениса, и прячущимся за американцем Никиту, и самого американца. — Валите подобру-поздорову, не ваша эта рыбка, не по зубам.       Так загадочные мужики на геленвагенах и уехали, оставив остальных недоумевать от происходящего. Мент тут же помог встать Денису на ноги, который пошатывался и сам еле как держался на ногах. — Пиздец, пидарасы какие-то! — возмутился Никита. — Это че вообще было… — А ты кто, собна? — нахмурился капитан. — Никита я, Голубев… Когда-то давно учился в одном классе с человеком, на которого тут только что ошейник надели и в тачку упихали…       И всех присутствующих не удивился только американец.

***

— Еба-а-а-а-а-ать! — все были удивлены очень яркому и громкому нецензурному выражению Сони, когда та увидела избитого до полусмерти Дениса. — Какого черта, кто это тебя так?!       Денис ничего не ответил, так как в принципе у него не было желания говорить вообще что-либо. Он был сломан не только физически, но и морально… Титов уже наотрез отказывался понимать что-либо. Хотя, похоже, что единственное он всё-таки понял: что бы здесь ни было, всё контролируется тем водилой-не-водилой. И тема с экспериментами над людьми, и тема с темными измерениями… Зато с первого Денис не так сильно удивился — реально же секта в итоге-то. И не просто какие-то психи-оккультисты, а ещё и крышу в правительстве имеют.       Вот попал так попал… — Валите отсюда, вы обе, пока ещё не поздно, — пробормотал Денис, пока Эля смывала со своего друга запекшуюся кровь. — Убьют же на всех тут в итоге, ну! — Я так не думаю, — хмуро ответила Соня, просто сидевшая рядом со своими друзьями, и еле как подавляла слезы. — В смысле… Я тебя тут одного не оставлю, понял меня?! — Да че ты прицепилась-то! — Титов сдернул руки Мусаевой, которая лишь раздраженно промычала в то время, как он к стене отвернулся. — Че вы обе, как… эх! — Я за Соню, — кивнула Эля. — У меня вон уже рука почти зажила, кстати… — Поздравляю, че ещё сказать. — Нет, ну в смысле… ты хотел аллахакбар? Так я устрою им! — горько хохотнула в итоге чеченка. — Ну, я не то, чтобы раньше так делала, но этих ребят стоит поджечь. — Ты ща понимаешь, че говоришь? — хихикнул Титов. — «Не все мусульмане живут мыслями о терроризме»… — А это терроризм разве?.. Не, ладно, реально, че-то я совсем разошлась… — А вот лично я не прочь бы поаллахакбарить! — раздался вдруг голос Никиты, стоявшего у входа в комнату.       Вся троица обратила внимание на Никиту, который напряженно смотрел на москвичей. Уже переодевшийся в обычную одежду. — Я ещё просто… не до конца понимаю, что происходит, на самом деле, — ответил Голубев, глядя конкретно на лежащего Титова. — Но я знаю одно — вытащить я своего друга хочу, вот и все.       С этими словами мужчина резко развернулся и ушел поближе к бабе Нюре. Денис привстал, приняв сидячее положение и уставился на Элю, которая с напряжением смотрела на пустующий проем. — Это вообще кто? — нахмурилась девушка. — Это, видимо, один из друзей… лысана нашего, — тяжело вздохнул Денис. — А разве они не?.. — осеклась Соня, испуганно взглянув на своего друга. — А я ебу? Я не ебу вообще, че тут творится. То помираем, то воскресаем… Всё одно, всё херь полнейшая.       Тем временем Уильям собирался уезжать из Топей, забираясь в свою машину. — Я вас не покидаю, ну, ненадолго в смысле ухожу, — кивнул мужчина, объясняясь перед капитаном. — Здесь я ничем не смогу помочь ребятам, мне придется звать кое-кого снаружи. — И кого же? Думаешь, справятся они с этим? — недоверчиво скрестил руки на груди Козлов. — Тут явно дело… в правительстве. — За себя боишься? — нахмурился американец. — Просто не думаю, что хочу и дальше участвовать в этом, молчать… вряд ли я дальше это вывезу. — Не теряйте надежду, товарищ капитан! — отдал «честь» Уильям, так и уехал на своей машине.       Эля тем временем решила выйти, подышать свежим воздухом. Она сняла уже со своей руки повязку, действительно почувствовав облегчение. Мусаева немного помассировала руку, уставившись вдаль, где на неё смотрела девушка одна. Та самая «Лолита» местная, и её взгляд ничего доброго не предвещал. — А я ведь говорила, предупреждала, знала, что так будет, — Арина шла вперед, злобно уставившись на Элю. — Теперь-то Макса точно уже не выпустят, и это ваша вина! — Я тут не причем, — напряженно выдохнула Мусаева. — Ага, как же, — нервно хихикнула та. — Приперлись сюда, а вас никто не звал!       Арина развернулась и убежала к себе в дом. Тем временем Эля встретилась взглядом с неким дедом, она его почти что узнала — один из жителей Топей, к которому она когда-то с Денисом подошла, когда они Катю искали. — Ты на неё не обижайся, ненормальная она чуток, — прохрипел мужик, слабо улыбнувшись и почесав свою бороду. — В смысле? — усмехнулась Эля. — А что тут понимать, мамка у неё… дурная. Вот в неё и пошла, — цокнул лесник. — Но в чем-то она всё равно права: не стоило вам сюда приезжать… — А кто ж знал, что так выйдет-то? Мы ведь просто… в монастырь хотели сходить. — Все вы в монастырь хотите, все вы не знаете, что вас ждет. А итог, как водится, всё один и тот же, — старик, кажется, всхлипнул от горечи. — Тьма тут ходит, не любит чужаков, вот и изводит их… — С тьмой покончено, дед, — улыбнулась сквозь слезы Эля. — Больше никого изводить она не будет. — Твои слова, да правда б если… — он подошел к девушке, аккуратно взяв ту за руки и посмотрел на неё своими большими карими глазами. — Вижу я, девчонка ты хорошая, беги хотя бы ты отсюда. Тьма таких как ты не любит особенно сильно. — Я вас поняла, да, — хмуро ответила Мусаева, отстранено улыбнувшись.       Дед ушел, а Эля вновь обратила внимание на Арину, которая куда-то побежала. Мусаева почему-то решила, что нужно было пойти за ней… Что-то ей подсказывало, что нужно было это сделать.       Чеченка проследила за ней до леса, где «Лолита» её и поймала, остановившись и обернувшись. — Ты мне не помешаешь, — злобно процедила та, и тут в этот момент в её руках что-то сверкнуло, что-то, что было похоже на искорку огня. — Я просто хочу своих друзей вернуть, — покачала Эля головой. — Ну, так вперед. А за мной нахрена пошла?! — Я так думаю, ты знаешь намного больше, — девушка нервно выдохнула, замечая, как рука Арины действительно вспыхнула огнем, а та даже бровью не повела, словно и не замечала этого. — Я, кажется, понимаю, что вас с Максимом связывает, а он ведь сейчас вместе с Катей… там.       Рука Арины перестала «гореть», а она сама в лице стала мягче. — Под комбинатом лаборатория есть одна, — подошла девушка к Эле, ответив чуть более тише. — Никто не знает, что она там есть, засекречено всё. — Они там, — Мусаева не спрашивала, но «Лолита» кивнула, будто отвечала на вопрос. — Взяла бы ты что-нибудь с собой, — нахмурилась Арина.       Эля аккуратно вложила руку в карман своего плаща, ощущая там кобуру, которая до поры до времени не была использована. Она вообще думала о том, что ей не придется больше использовать оружие, но всё равно носила с собой — ибо лучше пускай будет рядом и не пригодится, чем пригодится, а его нет. — Я не с пустыми руками, — кивнула Мусаева.

***

      Денис! Денис! Денис! Ты слышишь меня, Денис?!       Это был уже не голос подростка, а взрослого мужчины, к чему Титов до сих пор привыкнуть не мог… Он интуитивно выбежал из дома, пытаясь найти взглядом Максима, однако…       Я очень далеко… Ты мне нужен! — А ты где? — и тут взгляд Дениса упал на дым вдали от деревни. Комбинат. Дошло до него всё, тут же мигом. — Я понял, да.       Я знаю, ты слышишь меня… Только не игнорируй! — Да я вроде и не собираюсь. — Денис! — раздался вдруг голос Сони. — Ты Элю не видел?       Титов скрестил руки на груди, встречаясь взглядом с не менее настороженной Софьей. Похоже, что их восточная красавица решила куда-то убежать, что не могло не напрячь её друзей. — Блять, а предупредить?! — раздраженно выплюнул тот.

***

      Первым делом Денис решил добежать до монастыря, ведь там, под дубом есть единственная точка, где можно поймать связь. Соня, которая с ним вместе, решила в сам монастырь зайти — сейчас ей нужно это было больше всех, поэтому Денис никак не воспротивился той идее внезапной помощи, к которой девушка хотела обратиться с молитвой.       Когда телефон вновь показал сигнал, то снова начал трещать от непрочитанных сообщении. Но пока мужчина подумал о том, что хрен с ним, сначала более важная вещь. — Алло… Денис? — раздался голос по ту сторону трубки, когда Титов набрал важный для себя номер. — Мама! — мужчина нервно улыбнулся, услышав родной голос. — Боже мой, что стряслось?! Почему ты так долго не выходил на связь?! — женщина чуть не во весь голос рыдала. — Денис… — Прости меня, мам, — он прикрыл глаза. — Ты всё ещё там, в этом Спас-Прогнанье, да? — прохрипела та. — Оно тебе… помогло? — Я… в общем, мам, я хотел сказать… — не дали Денису договорить, так как по ту сторону трубки его мгновенно перебили. — Нет, это ты послушай меня, раз уж позвонил… Наверное, ты всё-таки был прав, Денис… Я… Это была истерика на самом деле, прости меня, я ведь мать всё-таки… Ты был прав, лучше с достоинством, как человек. — Ты о чём это? — испуганно прошептал Денис. — Вернись домой, мне большего не нужно. Я хочу быть с тобой… в этот… — не договорила женщина, так как раздался её тихий всхлип. — Мам, я не собираюсь умирать! — тяжело выдохнул мужчина. — Я знаю, милый. И я так горжусь тобой, знал бы ты как сильно я горжусь… — Вот только не сейчас, не надо, мама! — рука, державшая телефон предательски задрожала. — Есть ещё шанс. — Ты уверен в этом? Скажи, ты точно уверен?! — Да.       И в этот момент послышались гудки прерванной связи — сильный ветер заколыхал, задевая вышку. Денис тяжело рухнул на землю, уставившись сначала на вышку, а затем на дуб, рядом с ней, которого тоже сейчас не хило ворочало от ветра.       Почему-то Денис действительно был уверен в том, что шанс ещё был, хотя, если логически подумать, то кого он обманывал своей надеждой? Он с самого начала знал, что вся эта затея была дерьмовой и бесполезной. Но ведь поехал таки, послушал мать. А теперь она сама ревела, звала назад… — Денис, — рука Сони внезапно легла на плечо мужчины, и Титов встретился взглядом с девушкой. — Давай зайдем, попробуем? Ведь с самого начала мы здесь из-за этого?       Он горько рассмеялся в ответ — да, а ради чего он здесь изначально-то? Собрал вокруг себя еле знакомых людей, привез сюда, чтобы скучно не было. А теперь задницу свою рвал, чтобы их вновь собрать вместе, ведь постоянно, то исчезают, то нет. А ещё тут секта ебучая, над людьми эксперименты ставящая… И хтонь эта, чтоб её в пекло это. Всё собрали. — Ну, последний шанс, че, — пожал плечами Денис, вставая на ноги.       Они вошли в монастырь, где их уже ждал поп, который заинтересованно глядел на Титова, напряженно вздохнув. — Итак, скажи мне, ты действительно веришь? — нахмурился отец Илья, улыбаясь уголками губ. — Без веры нынче никуда, так ведь? — хмуро хихикнул Денис. — Главная, что она искренняя была. По другому никак.       Священник довел Дениса до ниши, где стояла икона Христа-спасителя, и на одно мгновение у Титова всплыло воспоминание о том, что он видел эту иконку, вокруг которой были хтонические лианы из темного измерения. Мужчина сел на колени перед этой иконой, в то время как священник зажег свечи и положил свободную ладонь на голову Дениса. — Что мне дальше делать? — спросил шепотом Титов. — Просто верить, открыть Ему свою душу, — кивнул священник. — Да поможет нам отец господни…       Соня стояла в стороне и просто молча наблюдала. Она тоже прикрыла глаза, обратившись в молитву и схватившись за крестик на своей шее. Поп тем временем тоже читал молитву, одновременно сжав затылок Титова ещё сильнее, а сам Денис вначале тихо всхлипнул, а затем засопел. Соня открыла только в тот момент, как услышала сдавленный стук — Денис упал на пол, а священник несколько раз перекрестился со слезами на глазах.       И икона начала… мироточить. — Стой! — отец Илья вскинул ладонь вверх, остановив Соню, которая хотела подбежать к Денису. — Время…       Громковская прикусила нижнюю губу, подавив в себе слезы. Она не могла смотреть на то, как Титов резко ворочался и стороны в сторону, схватившись за голову, и крича, будто действительно был одержим. А поп тем временем уселся на колени, продолжая читать.       И Денис успокоился… Затих. Теперь он просто мирно сопел, но смотрел на Соню, улыбаясь уголками губ. — Давай вставай, — прошептал священник, помогая Денису подняться на ноги.       Зрелище было действительно не для слабонервных, но, кажется, Соня выдержала это испытание. Дождалась спокойствия в душе, ведь… — Охереть, — хихикнул словно ребенок Титов, прижавшись к девушке в объятиях. — Помогло? — улыбнулась Громковская. — Пока не знаю… Но мне определенно легче сейчас.