Поехали ко мне

Полная женщина средних лет в форме проходит к двери, держа негодующего мужчину под руку. По ее лицу можно понять, что она устала, но смирилась. Как говорится, не терпила, а проработал принятие. На стене неприятно тикают часы, напоминая о времени, в которое лучше спать, а не сидеть в приемнике. Временами тиканье приглушают громкие голоса за дверью. Справа в который раз вздыхает парень в серой толстовке и красной шапке, поверх которой натянут капюшон. Он прямо-таки излучает волнение и хочется что-нибудь сделать, чтобы не заряжаться этой атмосферой. – Да че ты. Все будет ок. Ну выпишут штраф и свалишь домой, – услышав это, парень в красной шапке приподнимает брови. – Не думаю, что это затянется надолго. – Частенько тут бываешь? – парень нервно улыбается, теребя шнурок толстовки. – Точно, меня Джисон зовут. Хан Джисон, – и протягивает руку. – Минхо. Ли Минхо, – отвечает на манеру собеседника шатен и сжимает чужую ладонь своей. – Был тут пару раз, когда на практике документы заполнял с пацанами. Джисон опять удивляется, но не расспрашивает. Судя по голосу и помутневшему взгляду, этот самый Минхо пьян. – Вообще народ тут неплохой работает, на удивление. Хотя обычно неприятных личностей в таких местах больше – работа такая тебя добрым точно не сделает, – Минхо проводит взглядом мужчину в форме, который несет чай в руке. Джисон встречается взглядом с этим самым мужчиной и видит только усталость. Атмосфера здесь в самом деле не очень, в таком то месте. Мысли не успевают устаканиться, ведь пьяный парень рядом говорит все быстрее и взволнованнее. – Но все же большинство - подонки. У людей в крови желание выпендриться и кого-то нагнуть, – язык у Минхо заплетается, а руки все более активно жестикулируют. Джисон начинает отвлекаться на его размышления вслух, но нервозность не исчезает. Временами он закусывает губу и переключается со шнурков толстовки на чехол телефона с разбитым стеклом и полуоблезшей наклейкой рядом с камерой. Постепенно он начинает поднимать взгляд со своих рук на сбитые костяшки Минхо. Коленка у того, выглядывающая из под дырки джинс, становится все фиолетовее. Цепочка покачивается, когда шатен активно жестикулирует и наклоняется. Темная рубашка с полосками расстегнута на три пуговицы, отчего стало видно пару царапин и засосов на шее. – Бля. – Чего? – Минхо, оказывается, уже много чего сказал, но останавливается, не поняв к чему именно относится комментарий Хана. Видимо, парень в капюшоне не собирался говорить этого вслух, отчего в очередной раз широко раскрыл глаза. Ли наконец понял, что парень напоминает ему белку и улыбнулся этому сравнению. – Ну…Ээ, тебе не больно? – спрашивает Хан, возвращаясь к разглядыванию «очень интересного» чехла на телефоне, который уже давно пора поменять. – Конечно больно! Мое сердце просто разрывается! – Ли в очередной раз запрокидывает руки, – я ведь сказал, что хочу просто дружелюбно пообщаться, развлечься. Да, возможно переборщил с тактильностью. Но она сама ко мне полезла целоваться. Откуда ж я знал, что все так обернется. Тот парень явно не рассчитал… – Я не про это. У тебя столько ссадин и синяков, – перебивает Хан. – Больно, наверное. Ничего не сломал? Тебя бы обработать. – Во-первых, не МЕНЯ побили, а побил Я. А, во-вторых, пытались меня уже обработать, блин. Вот, сижу тут теперь с тобой. – Минхо хочет сказать еще что-то, но тут открывается одна из дверей и называют его фамилию. – Ура. Наконец-то. Ну бывай, – шатен протягивает руку и щипает того за щеку. – Прости, очень хотелось это сделать. Джисон не успевает возмутиться, так как зовут теперь его. Парню хочется провалиться или хотя бы оказаться в любимой кроватке. “Как же меня легко взять на слабо, а”, – устало думает Джисон. “Да чтоб еще раз я согласился на спор потанцевать на железной дороге. Зато какой видос получился! Будет что внукам показать, ага…” ⋆✧⋆✧⋆✧⋆ Несмотря на то, что неделю назад было лето, на улице уже холодно. Ведь далеко за полночь, как никак. В лужах отражаются отсветы от фонарей, но, к счастью дождь уже закончился. Возможно, Джисон порадовался бы свежему воздуху после долгого нахождения в душной комнате, только в данный момент его больше волнует чем ему заниматься до утра, ведь двери общежития в таком часу точно закрыты, а павербанка в рюкзаке как назло нет. Он стоит несколько минут у выхода из здания и судорожно думает, что же ему делать. Возвращаться обратно к людям в форме совершенно не хочется, а круглосуточные с розетками неизвестно где. Джисон задумывается о том, почему это место на отшибе. Надо успеть увидеть хотя бы мельком где он находится со своими десятью процентами на телефоне. Если бы телефон был новый, возможно Хан не загонялся. Но увы, этот кусок металла осилит только открытие карт и даст минуту на запоминание, чтобы тут же превратиться в кирпич. Он вводит пароль и сразу же слышит пьяный голос. – Эй, Джисон? Ты ж на меня за щечки не обиделся? – Минхо спускается по лестнице, всем телом навалившись на перила. – Ну правда, они такие милые. Хан смотрит на шатающегося парня и задумывается о том, как тот доберется до дома. Почему-то хочется помочь. – Давай я тебе такси вызову, где ты живешь? Только, пожалуйста, быстрее говори, а то зарядка сдохнет, – тараторит Джисон, теряя драгоценные проценты на телефоне. Минхо на секунду удивляется, но затем его лицо опять становится «мордой довольного кота» и он называет адрес. Хан вбивает улицу и дом, запоминая номер такси и погружается обратно в свои мысли. Пьяный Ли продолжает покрывать матом каких-то одному ему знакомых людей и вдруг повисает на плече Джисона, обнимая сзади. У парня в капюшоне перехватывает дыхание от неожиданности, и он поворачивает голову, чтобы посмотреть на бессовестного Ли и высказать все “хорошее”, но замирает. Парень на плече уже закрыл глаза и сопит. Джисон замечает проколы в ушах пьяного парня и почему-то задумывается о том, какую музыку тот слушает. Минхо производит впечатление бунтаря. Джисон улыбается своим мыслям. Но тут же задерживает взгляд на багровых отметинах на шее и сглатывает. “Это ж как так можно было нажраться, чтобы дать…”, мысли прерываются из-за чужой поднимающейся грудной клетки. Хан чувствует сердцебиение парня и становится комфортно от тепла чужого тела. “Плевать, это не мое дело”. Через несколько минут приезжает такси. Парню в красной шапке приходится предпринять некоторые усилия, чтобы стащить с себя тяжелую тушку и запихнуть в машину. Он уже собирается закрывать дверь, как тут же Минхо препятствует этому действию ногой и, все еще не открывая глаз, задает вопрос. – Поехали ко мне, а? – Хан задерживает дыхание. В любой бы другой ситуации Джисон послал бы практически незнакомого парня куда подальше. Но, во-первых, потребность в зарядке телефона не отпала. Во-вторых, лучше поспать, чем шляться ни пойми где. К тому же, Ли вроде неплохой парень, и хочется ему доверять, даже в таком состоянии. Почему бы и нет? Минхо, будто бы услышав мысли Джисона, ухмыльнулся и похлопал по соседнему сиденью. В машине тихо играет радио. Жутко хочется спать. Минхо сопит на плече Джисона, в то время как тот смотрит на дома и пытается понять где они едут. Но концентрироваться становится все труднее, и он тоже погружается в царство морфея. Когда они приезжают все кажется тем же сном. Дорога от машины до подъезда, лифт с желтым освещением и тяжело открывающаяся дверь. Минхо кое-как разувается и, преодолев проход в пару метров, плюхается на кровать, отключаясь. Джисон последовав примеру, совершает те же действия и ложится рядом, так как не знает где тут что. Подумать о принципах и прочем он не успевает, сразу же проваливаясь в сон. Утро вечера мудренее, правильно? ∗ ∘ ∗ ∘ ∗ ∘ Джисон просыпается от запаха свежесваренного кофе и долго лежит, соображая где он. Осознание ситуации немного смущает, но интерес сильнее, и он встает. В глаза сразу же бросаются плакаты с Геройской академией и Наруто. Он переводит взгляд на полки у рабочего стола и видит множество милых статуэток с котиками. Радуют занавешенные темные шторы и мягкий ворс ковра. В целом комната выглядит уютной, и уходить не хочется. Но желудок, издавая не самые веселые звуки, заставляет двигаться. Выйдя из комнаты, он замечает в проеме зеркало и понимает, что спал в одной футболке. Вопрос кто и когда снял с него спортивки, толстовку и шапку остается без ответа. Он бы позависал так еще несколько минут, но, услышав настойчивое мяуканье, наконец направляется на кухню. – Утро доброе. Какая милая котя! Как зовут? – Хан пытается не смотреть на парня в фартуке и, садясь на корточки, протягивает руку котейке. – Кошку зовут Суни. Утро, – Минхо поворачивается, смотрит на Джисона и улыбается. – Она довольно игривая. Можешь погладить ее, не кусается. Джисон начинает издавать громкие звуки умиления, когда Суни начинает тереться о ноги. – Она хочет есть? Ты ее покормил? – заваливает вопросами Джисон, энергично гладя кошку. – Она так громко мяукает. Боже, какое чудо. – Покормил, – отвечает Минхо и на секунду замолкает. – Ты завтракать будешь? Наконец Хан поднимает взгляд и смотрит на Минхо. Тот в черной рубашке с закатанными рукавами и классических брюках, поверх темно-синий фартук. Джисон сжимает губы, делая заметку о том, как же все таки этому коту идут рубашки. – Буду! – Джисон, забывая что сидит почти под столом, резко поворачивает голову и ударяется о ножку, издавая громкий “ауч”. – Аккуратнее, белка, – на что Хан возмущенно вздыхает и начинает краснеть. Голос у Минхо такой добрый. Джисон быстро поднимается и дерганно направляется в ванную. На ходу он громко говорит, пытаясь приглушить стыд и неловкость. Это всегда ему помогает. – Я в детстве целые каникулы с дедушкой жил, так он мне только блюда из яиц и готовил, – тараторит Джисон. – Ничего, не жаловался. А сейчас я вообще живу в общаге. Питаюсь, чем придется, сам понимаешь. Чтобы ты не сварганил, я буду счастлив. – Тогда бутерброды подойдут? – спрашивает Минхо, перемешивая сахар. – Конечно! И вообще, не понимаю, как можно быть привередливым в еде! – не унимается Хан. – У тебя есть щетка для зубов запасная? А то у меня брекеты… – Да, сейчас найду, – говорит Минхо, направляясь в сторону ванной. Джисон замешкался, не зная куда деться. Комната очень маленькая, ведь еле-еле вмещает только ванную и раковину. – Я и не заметил, что у тебя эти железки стоят, – покопавшись в шкафчике над раковиной, Ли протягивает щетку в упаковке и смотрит так, будто ждет чего-то. Глаза Минхо притягивают и отталкивают одновременно. В них будто чертята танцуют и улыбка пытается это скрыть. А еще, его закатанные рукава и уложенные волосы заставляют нервничать. Парень кажется каким-то нереальным. Джисон сглатывает и начинает тараторить еще быстрее, открывая пачку со щеткой. – Скоро буду их снимать. Я так с ними намучался! Ты не представляешь, сколько времени я каждый день на них трачу, – Ли почему-то продолжает стоять рядом и встречается с глазами Джисона в зеркале. – Как хорошо, что мне по знакомству зубы лечат, а то не представляю откуда бы столько денег брал, – Хан начинает чистить зубы и вопросительно смотрит в ответ. – Фто? У меня фто-то на лице? – не выдерживает Джисон. – У тебя класный цвет волос, я бы не осмелился. – Минхо протягивает руку к синим волосам Джисона. – Вау, они еще и мягкие. Хан не знает что ответить на неожиданный комплимент и просто таращится в раковину, более агрессивно проходясь по зубам щеткой, делая редкие вдохи. Большинство знакомых подкалывали его, сравнивая голову с нефтяным пятном. Он не обращал на это внимание, давно привыкнув к подшучиваниям над его поступками. Даже когда он подал документы на кафедру философии, друзья не удивились, а просто создали новые мемы в общей беседе. Такое отношение совсем не обижало, наоборот, успокаивало. Он мог делать что угодно, не сталкиваясь с осуждением. Его вроде принимали таким, какой он есть, что не могло не радовать. – Ты сам снимаешь квартиру? Дорого, наверное, выходит, если живешь один и при этом учишься. Ты ведь учишься? А на кого? Я вот на философском, прикинь, – Джисон не умолкает, даже заходя в туалет. – Родители помогают, не жалуюсь. Учусь на судмедэксперта, – Хан издает звук удивления. – Тебе тоже сегодня на пары? Так хочется прогулять. У меня в душе еще лето, – Хан, помыв руки, направляется на кухню. – Ага, через пятнадцать минут выходить, – Ли вытирает руки о полотенце и тоже садится за стол. – У нас вроде есть такое направление, на которое ты учишься, – Хан произносит аббревиатуру своего университета. – Интересное совпадение, мы с тобой в одном универе учимся, – улыбается Минхо глазами, делая глоток кофе. – Только мы с тобой чаще всего в разных корпусах. Джисон поедает бутерброды и думает как отсюда добираться до университета. Он все еще не очень понимает в каком районе они находятся. Если Минхо живет недалеко от универа, то как минимум до общаги полчаса пешком. Хочется побыстрее помыться и переодеться. Занятия у него со второй пары, поэтому он даже успеет. Но так ли ему надо сегодня на лекции? Желание помыться и опять лечь спать сильнее. – Мы же не очень далеко от твоего корпуса? – кое-как говорит Хан с набитыми щеками. Оказывается, есть хочется безумно. – В десяти минутах ходьбы. – Ага. Супер, успею, – Джисон залпом выпивает кофе и идет мыть кружку. – Спасибо за завтрак, было вкусно. – Да не за что. Это меньшее, чем я могу отблагодарить за вчерашнее, – Минхо говорит тихо, но Хан все равно слышит. – Я уверен ты бы так же поступил. К тому же, мне надо было где-то переночевать и зарядить… Блин! Мой телефон! – Хан опять таращится на Минхо, вытирая мокрые руки о футболку, еще больше открывая вид на крепкие ноги. – Я его поставил на зарядку, когда проснулся. Он на подоконнике у кровати, – растягивает слова Ли, пару раз кинув взгляд на ноги Хана. – Спасибо-о большущее-е, – кричит Джисон, направляясь обратно в комнату с кроватью. Вчера этот Минхо говорил без умолку, а сегодня такой спокойный. И улыбается так… Наконец Хан находит телефон и проверяет сообщения, отгоняя ненужные мысли. Уши отчего-то горят. Затем синеволосый быстро натягивает найденные спортивки, шапку, захватывает толстовку, приготовившись выбегать из квартиры. В прихожей уже стоит Минхо, держа ключи в одной руке и рюкзак в другой. – Пойдем? – Пойдем. На удивление, неловкость потихоньку спадает, оставляя умиротворение и мысль, будто ребята знают друг друга очень давно.