Как я стал нетерпеливым котом

Класс, толкаясь и матеря друг друга, сели в поезд, из-за чего Нин Гуан грустно вздохнула, сетуя на их безрассудную молодость. Чжун Ли на это лишь хохотнул, проходя мимо купе за своими коллегами. - Дети, потише! - пыталась перекричать подростков классная руководительница, что у неё к слову получалось очень скудно. - Великие семеро, такое чувство, что я веду второклассников, ей богу! - В их крови все ещё течет бурная сила юности и будет сопутствовать с ними еще в институте, так что нечему тут удивляться, - спокойно проговорил учитель географии, первым заходя в учительское купе, и наконец складывая старенький чемоданчик на кровать. - В вас и самих должна течь эта сила, вы же только-только с обучения к нам пришли, совсем ещё молодой, - Нин Гуан тоже присела на противоположную кровать, потирая виски. Когда-то и сама женщина была молодой и глупой, однако с возрастом многое меняется. Что не скажешь о её жене. -Как жаль, я уже прошёл этот период, - ответил парень, вспоминая свои бурные школьные года. Он бы, пожалуй, был не прочь вновь встретится со старыми друзьями и вновь опрокинуть стопку, другую вина. Одуванчикового, конечно. Поезд уже начал свой путь и постепенно набирал скорость. Стало спокойнее, когда дети разошлись по купе. Нин Гуан провела маленькую проверку, осмотрев наличие учеников ещё раз, на всякий случай, и в сотый раз спросив время поездки у проводника. Розария решила опробовать все услуги этого поезда и сразу ускакала в душ, в то время как Кэйя, прихватив с собой парочку бедных восьмиклассников, пошел покорять вагон-ресторан. Уже был вечер, когда все начали доставать приобретенные в Ли Юэ пакетики с быстрозавариемой лапшой. Неизвестно, кто был первым, но вдыхая восхитительный запах китайского доширака, дети один за другим потянулись за своими припасами. Чайлд не был исключением, однако открыв прилагающийся комплект аксессуаров, парень уже не был так воодушевлен. Вместо привычных приборов, там красовались пара деревянных палочек. - Черт, надо было взять с собой вилку, - грустно произнес Тарталья, смотря на эти "дурацкие" палочки для еды, которыми он не умеет пользоваться. Что ж, пришлось просто вылить лапшу прямо в рот, что было сравни мазохизму – Чайлд выбрал самую острую пачку в супермаркете. Но не пропадать же еде, а есть на ужин одни сушенные фрукты и цукаты так себе идея. Поэтому, закинув в себя красный дошик, огурцы, (лежавшие в пакете Венти с начала поездки), и залив все это дело водой, суровый русский закончил свой скромный ужин и, подтянувшись, улегся на верхнюю полку. Его компания как обычно играла в картишки, пока Чайлд безуспешно пытался словить интернет. Сяо с соседней верхней сразу сказал, что это бесполезно. Он сам сейчас наблюдал за игрой сидящих внизу. Непонятно правда, действительно ли он следил за очередным матчем в дурака или просто втыкал в одну точку. Тем временем в другом конце вагона к медсестре подошла Эмбер, жалуясь, что у нее болит горло. - Ебн, ты думаешь я сосачки с собой от горла взяла? Может помолишься и пройдет? - Розария начала копаться в большой сумке. Вскоре она вытянула флакончик с солодкой и налила в крышечку немного сиропа, - Ладно, не ссы, давай сюда свое больное горло. - Спасибо, сестра Розария! – проглотив сладкое лекарство, Эмбер выбежала из купе. - Как же хочется покурить, - с горестью проговорила Розария, хлопая по карманам в поисках заветной пачки. - Вперед, если ты так сильно хочешь погрязнуть в штрафах и потерять работу, - ответил только пришедший Кэйя, запрыгивая на свою койку. Чжун Ли, читающий на верхней полке, тихо закатил глаза. Слава архонтам, Нин Гуан сейчас была вне купе. - И то верно, - цыкнула Розария и кинула обратно в сумку смятую пачку сигарет. - Ай-ай-яй, как не стыдно курить медсестре, - начал издеваться Кэйа, после чего получил милейший взгляд, полный добрых намерений стереть его с лица земли. - Это тут вообще не к месту, сказал бы, когда увидел меня курящей, - Розария, закатив глаза, ушла на поиски Нин Гуан, чтобы, не дай бог, не убить этого ублюдка. - Вы так дружны, - Чжун Ли кинул сочувствующий взгляд с соседней полки. - Не представляете насколько, - Кэйя кивнул коллеге, прежде чем надеть наушники. *** Спустя полтора часа зависания в телефоне, Чайлд все же решил размяться и прогуляться до туалета. В коридоре он случайно встретился с любимым всеми географом. - Ой, извините, сяншен, - Чайлд выдавил неловкую улыбку и пытался пройти дальше. - Вот представляешь, вчера иду по ярмарке, а там двое этих педерастов стоит, милуются! Столько хлюпиков развелось, не могу, где настоящие мужчины? – из открытого купе доносился голос, полный праведного гнева. Чайлд не удержался и взглянул на двух старушек, сплетничавших меж собой. - Ах, ну что ты, что ты так разволновалась-то? Вспомни свою молодость, будто ты такой не была, - пожилая женщина прицыкнула и, повернувшись к двум молодым людям, (Аяксу с Чжун Ли), улыбнулась настолько широко, насколько позволяла ее уже одрябшая кожа, - Не обижайтесь, джентльмены, вы хорошо смотритесь вместе. После этого, старушка с милым британским акцентом закрыла дверь купе. Джентльмены стояли в лёгком недоумении. - Но мы же... - Ох-хо-хох, - хитро прищурился Венти, который так невовремя проходил мимо, - Ты только посмотри на себя, помидорка! К бедному барду развернулось покрасневшее рыжее чудо, проводя пальцем возле шеи, намекая не на самый хороший сюжет для одноклассника. Ах, эти глаза, полные убийственного намерения, как мило! - Ай-ай-яй!!! Я же всего лишь пошутил! - обиженно сказал бродяжка, получив-таки смачный подзатыльник. Тарталья просто молча зашел в купе. Так спокойно прошёл ещё один день, ночью которого они должны были уже прибыть в пункт назначения. Правда за это время Люмин чуть не выдрала Аяксу волосы, да Венти едва не вывалился из окна. *** За пятнадцать минут до приезда подростков разбудили. Глядя на свои растрепанные и запутавшиеся локоны, Мона проклинала всех архонтов, чьи имена могла вспомнить, и заодно Фишль, пошутившую про ретроградный меркурий. «Дурашка, ты сильно перескочила в датах». И так, спотыкаясь и вдыхая свежий холодный воздух, дети стояли на платформе, дожидаясь автобуса. - Хорошие каникулы получились, - кинул Венти, потягиваясь. Чайлд коротко кивнул, смотря на дорогу. Через десять минут автобус подъехал, дети выбрали себе места и с радостью прикрыли глаза, засыпая с наушниками в ушах. Бродяжка ожидаемо сел с Люмин, разделяя с ней одну музыку их общей любимой группы. Кэйа сел на этот раз с Дилюком, последний из которых показывал свое недовольство, хотя был очень рад, (Кэйа это прекрасно знает). Итэр уже спал на плече Сяо, который мирно слушал музыку, перебирая хвостик косички блондина. Тарталья гордо занял место одинокого волка возле окна, почти сразу же вырубившись. Спустя время, около него кто-то тихо приземлил свою пятую точку, на что Тарталья не обращал внимания, будучи в полудреме. - Та бабушка была права, - игривый мужской шепот еще больше убаюкивал, обладатель которого гладил рыжую макушку и напевал какую-то колыбельную. Какая именно из бабушек была права по мнению мужчины, было неясно. Да и сейчас это не важно. Мягкий голос вскоре прекратил что-то говорить, и на плечо Чайлда легло что-то тяжёлое, но пахнующее приятно, уютно и родимо. Так и прошло несколько часов двух парней, которые спали чуть ли не в обнимку. Когда уже всех начали будить, Нин Гуан умилилась спящим красавцам и тихонько тыкнула в Чжун Ли. Тот резко открыл глаза, будто вообще не спал и первым делом глянул на Чайлда. - Нин Нюйши? 发生了什么？* - не ожидав увидеть перед собой учительницу, Чжун Ли даже растерялся. -早上好*. Сами разбудите ученика Аякса, - улыбнулась Нин Гуан и пошла дальше по автобусу. Тарталья уже сам встал из-за шума и движа. Раслепив один глаз и заглянув в телефон, он заметил, что ему написали родители и сказали, что заберут его на машине. Убрав телефон обратно, он удивился, увидя Чжун Ли. Ничего не сказав, они оба молча вышли из автобуса почти самыми последними, тут же замечая неожиданно покрасневшего с головы до пят Венти, который обнимал на прощание Люмин. Близнецы и еще несколько ребят пешком потопали по домам, другие же, как и сам Чайлд, остались ждать родителей. - Аякс, - голос сяншена резко оказался за спиной. - Опять напугали, Чжун Ли, - усмехнулся Тарталья, повернувшись к брюнету. Учитель сегодня был необычайно тактичным, а его старательно уложенные волосы растрепались после сна. Он замялся, отвел в сторонку Чайлда, где их было бы меньше видно. - Что-то не так? - рыжий все ещё странно относился к учителю после того случая в отеле. Чжун Ли, медля, подошёл и стиснул рыжего в объятиях. Через некоторое время Аякс ощутил осторожное прикосновение влажных губ на своей щеке, отчего опешивший ученик чуть не взорвался от шока прямо на месте. - Я не могу, - загадочно проговорил учитель, отпуская рыжую сорвиголову с некоторой грустью. - Обещаю, скоро я буду готов. Чайлд с поднятой бровью мысленно задал вопрос Чжун Ли о том, что вообще происходит. Он... отчитывается перед ним? Зачем? Учитель лишь чмокнул его в макушку и ушёл, явно расстроенный тем, что не сказал того, что хотел бы. Машина родителей уже поджидала Аякса на парковке. Внутри его полусонная мать и уставший слушать переживания матери отец не стали расспрашивать сына, но взяли обещание рассказать о поездке завтра. Тарталья и не был против, поэтому папа, просто прибавил громкость радио, и семья наконец двинулась домой. _________________ *1 – Что случилось? *2 – Доброе утро. Нюйши – госпожа, (деловое обращение). *** Автору есть, что сказать(маленький театр): Кэйа: "Девушки горячие." Кэйа: "Парни горячие." Кэйа: "Почему все такие горячие?" Розария: "•вздох• Глобальное потепление".