Не откажусь от тебя

Я люблю тебя. Цзян Чэн часто размышлял над этими тремя словами, так легко срывающимися с губ Вэй Усяня. Я люблю тебя, говорил он обнимая, повторял снова, касаясь кожи губами, тихо шептал на каких-нибудь скучных мероприятиях и обязательно делал что-то неподобающее. Я люблю тебя. От этих слов сердце Цзян Чэна неизменно ускоряло свой бег, он открывал рот и ответное признание почти срывалось с языка. Вэй У Сянь говорил он нежно, раздражённо, с насмешкой. Вэй Усянь усмехался, будто зная, что скрывается за этими тремя звуками. Я люблю тебя. Он не был влюблён в Вэй Усяня, он готов был отдать за него жизнь, был готов пожертвовать всем, что имеет. До тех пор пока он не скажет этих трёх слов, всё хорошо, он не влюблён в Вэй Усяня. Он панически боится, что как только эти слова слетят с его губ, всё обязательно закончится. Он так боится, что тогда Вэй Усянь уйдёт. – Я люблю тебя… – щеки Цзян Чэна предательски алеют, а Вэй Усянь улыбается так тепло и открыто. – А-Чэн… – Цзян Чэн прикрывает глаза, когда Вэй Усянь целует его в шею, выгибается, чувствуя руки, скользящие по телу. – Люблю… – Усянь склоняется к самому уху партнёра, тёплое дыхание щекочет кожу. – Я хочу тебя… – Цзян Чэн открывает глаза, Вэй Усянь нависает сверху, и сейчас глаза у него почти чёрные. – Я доверяю тебе… – Вэй Усянь улыбается, губы у него алые, зацелованные. Это не должно быть больно при должной подготовке, Цзян Чэн читал об этом. Он вздрагивает, когда капли масла падают на кожу, оно кажется холодным. Вэй Усянь сосредоточенно греет масло в руках, щеки мужчины горят так, будто он впервые увидел своего партнёра обнажённым. Вэй Усянь вскидывает голову и смотрит долго и серьёзно. – Прости, прости, прости… – шепчет Вэй Усянь, каждый раз как Цзян Чэн слегка морщится, на лице его восторг смешивается со страхом. – Ты как? – он облизывает губы. – Почти злюсь… – признаётся Цзян Чэн услышавший этот вопрос уже не менее двух десятков раз. – Я сейчас… – Вэй Усянь добавляет ещё один палец и толкается, преодолевая сопротивление мышц, он ведь давно уже должен был нащупать ту самую точку наслаждения, о которой писали в сборниках Лунъяна, и он паникует, немного, самую малость. – Давай уже… – почти рычит Цзян Чэн, и когда Вэй Усянь входит в него, несдержанно толкается, в желании почувствовать всё и сразу. Вэй Усянь всё ещё сосредоточен, он обхватывает член Цзян Чэна и скользит по нему пальцами, единственное о чём он может сейчас думать, так это о том, чтобы не кончить раньше времени. Цзян Чэн редко бывает нетерпелив в постели, но в этот раз он хочет быстрей. Остро и ярко, так он представлял себе их первый раз. – Ты ждёшь пока я усну что ли? – наконец шипит он на замершего Вэй Усяня. – Мне не больно, – добавляет он уже мягче. Вэй Усянь больше не сдерживается, он резко толкается в жаркую глубину и лишь краем затуманенного сознания слышит, как стонет Цзян Чэн, громко и несдержанно. Ему сейчас слишком хорошо, чтобы заботиться ещё и об удовольствии шиди, но кажется, Цзян Чэн справляется с этим сам, потому что кончает он раньше Вэй Усяня, выплёскиваясь себе на живот и откидываясь на подушках. И Вэй Усянь срывается следом, и кажется, что-то шепчет в этот момент, но не запоминает. – Прости… – он утыкается носом в мокрый висок мужчины. – Скажешь это ещё раз, и я выкину тебя из комнаты прямо в таком виде, – беззлобно отвечает Цзян Чэн. – Я люблю тебя. – И я тебя… Кажется, для него всё кончено. Цзян Чэн влюблён в Вэй Усяня и это не кончится для него ничем хорошим. Вэй Усянь уезжает через месяц и пропадает на долгих полгода. Цзян Чэн его не ищет. *** – В этот раз а-Сянь приехал раньше тебя, – Яньли, ласково потрепала брата по щеке. – Правда? – Цзян Чэн не позволил ни одной эмоции отразиться на лице. – Дядя! – Цзинь Лин потянулся к мужчине и с довольным видом перебрался к нему на руки. – Дядя! Подарок! – мальчик требовательно протянул руку. – Только увидел и сразу подарки требуешь? – Цзян Чэн пощекотал ребёнка, отчего тот громко взвизгнув, рассмеялся. – А как же, я скучал дядя? – Я скучал, дядя, – отсмеявшись, серьёзно произнёс малыш, он крепко обнял мужчину за шею. – Я тебе что обещал подарить? Помнишь? – Меч! – А-Чэн! – воскликнула Яньли. – Только не говори что ты правда привёз ему меч. Ему три исполняется! – Это учебный меч, сестра, – он вытащил маленький меч, красиво украшенный резьбой. – Он деревянный, видишь. – И всё же ему рано, – нахмурилась Яньли. – а-Сюань лук со стрелами ему подарил, – недовольно добавила она. – Здорово! Покажешь? – он опустил мальчика на пол. – Да! – Цзинь Лин радостно убежал в комнату. – Вэй Усянь один прибыл? – Цзян Чэн поднялся и посмотрел на сестру. – Нет, с Ланями. Сказал, что гостил в Облачных глубинах и в Пристань лотоса заехать не успел. – Понятно, – Цзян Чэн хмыкнул. *** В башне Кои коридоры устроены так, что вероятность встретить неприятного тебе человека равна почти ста процентам, по крайней мере с Цзян Чэном это правило срабатывало всегда. Самым неприятным для него человеком сейчас был Ханьгуан-цзюнь. Лань Чжань был как всегда холоден и безэмоционален. Он держался прямо и смотрел прямо, недружелюбно и пронизывающе. Внутренне передёрнувшись, Цзян Чэн кивнул мужчине и уже собирался пройти мимо, когда его остановил голос. – Отпусти его, – Лань Ванцзи никогда не любил прелюдий, сразу переходя к делу. – Не понимаю о чём ты, – Цзян Чэн скрестил руки на груди. – Понимаешь. Вэй Ин не может показаться тебе на глаза, потому что чувствует вину. Ты ведь знаешь, что он был в Облачных глубинах. – Разве ему есть за что чувствовать вину? – Цзян Чэн усмехнулся. – Цзян Ваньинь… – Меня не интересует, где был Вэй Усянь, но не тебе говорить мне, что делать, – Цзян Чэн подошёл ближе. – Просто отпусти его. – Повторю, отпускать мне его или нет я решу сам, – Цзян Чэн схватил мужчину за ворот, цзыдянь потрескивал, почти прожигая белые одежды. – Впредь, держитесь от меня и моего ордена подальше, Ханьгуан-цзюнь, – он оттолкнул мужчину. – Что ты творишь, Цзян Чэн? – Вэй Усянь появился словно из ниоткуда. – Ты в порядке, Лань Чжань? – озабоченно спросил он у пошатнувшегося мужчины. – Да, – Лань Чжань удержал Вэй Усяня за руку, когда тот сделал шаг за удаляющимся Цзян Чэном. – Он сейчас слишком зол, пусть остынет. – Это да, – Вэй Усянь вздохнул. – Ты прости его, Лань Чжань. Он не со зла. – Мгм. *** – Шицзе, – Вэй Усянь остановил проходящую мимо девушку. – А где Цзян Чэн? – Вы так и не поговорили? – девушка удивилась. – Он сказал, что ему срочно нужно в Пристань лотоса. Он сегодня казался удивлённым тем, что ты прибыл вместе с орденом Гусу Лань. Вы повздорили, а-Сянь? – она обеспокоенно коснулась руки мужчины. – Немного, – Вэй Усянь грустно улыбнулся. – Я тогда тоже отправлюсь домой. Извини, я навещу вас позже, – он чмокнул девушку в щеку и быстро направился прочь. *** Цзян Чэн был зол, он без сожалений методично разносил комнату, которую когда-то делил с Вэй Усянем. Щепки разлетались во все стороны, порой задевая острыми краями незащищённую кожу рук и лица. Как открылись двери, и в комнату зашёл человек – он даже не обратил внимания, остановившись лишь тогда, когда послышался тихий стон. Вэй Усянь стоял, потирая обожженную цзыдянем руку. Его задело лишь вскользь, но оттого сколько сил было вложено в удар, даже столько маленькая царапина тут же вспухла и покраснела. – Ты стал сильнее, глава, – Вэй Усянь улыбнулся. – Что ты здесь делаешь? – Цзян Чэн остановился, цзыдянь свернулся на руке. – Живу здесь, если ты не забыл. – Не слишком ли поздно ты об этом вспомнил? – А-Чэн… – Не зови меня так! – Прости меня, – Вэй Усянь сделал шаг ближе, но Цзян Чэн отшатнулся. – Я не думал, что это займёт столько времени, – торопливо заговорил он. – Правда надеялся управиться быстро. Но время шло, и чем больше дней проходило, тем сложнее мне было решиться прийти. Поэтому я заехал в Облачные глубины и оттуда направился в Ланьлин. Думал, если мы встретимся там, сможем обсудить всё более спокойно. – Что обсудить, Вэй Усянь? Нам разве есть что обсуждать? – Мой отъезд. Я уехал тогда, так ничего толком и не объяснив. Я сам был не уверен в том что делаю и в том, что это закончится чем-то хорошим. Я не смог сказать тебе куда еду. – Я знаю где ты был, – Цзян Чэн усмехнулся. – Ханьгуан-цзюнь уже просветил меня что всё это время ты грел ему койку. – Лань Чжань не мог такого сказать, – Вэй Усянь побледнел, внезапно все его действия представились ему в другом свете. С той позиции, с которой на них смотрел Цзян Чэн. – Уходи, – Цзян Чэн обнаружил, что сделал слишком много шагов назад, и теперь упирается спиной в стену, отходить было некуда, а потому он сдался и попросил. – Уйди, пожалуйста. Мне не нужны твои объяснения. – А-Чэн! Я ездил в Облачные глубины к Цзэу-цзюню! Попросил его научить меня одной мелодии. Это всё! Я никогда не делил постель с Лань Чжанем. С кем-либо кроме тебя… – Вэй Усянь подошел почти вплотную. – Просто поверь мне в последний раз… прошу, – он взял руку мужчины и положил себе на грудь. – Чувствуешь? Сначала Цзян Чэн ничего не почувствовал, он был слишком погружён в свои мысли и переживания, но Вэй Усянь не давал ему оторвать руку. А затем он понял что было не так, в груди Вэй Усяня слабо пульсировала энергия. Это не было полноценным золотым ядром, это была пульсация энергии, то утихающая, то вспыхивающая. – Это… – он посмотрел в глаза Вэй Усяня. – Я нашёл её. Баошань Саньжэнь. Она удивительна, правда? Я уже не смогу создать золотое ядро, но она считает, что можно сформировать ядро, соединив светлую и тёмную энергию. – Это потрясающе, – Цзян Чэн послал волну энергии через ладонь и тут же почувствовал ответный толчок. – Прости, что не сказал сразу, – Вэй Усянь коснулся щеки мужчины, стирая струйку крови, стекающую из царапины. – Я так тебя люблю… поверь мне. В последний раз. – Поверить? – Цзян Чэн вздохнул и опустил руку. – Как мне тебе поверить? Откуда мне знать, что завтра ты не уйдёшь снова, из каких-то своих лучших побуждений? Одним богам известно, что творится в твоей дурной голове в этот момент. А что мне делать? Каждый раз собирать себя по частям? И сколько ещё я смогу выдержать, по-твоему? Раз? Два? Десять? – И раз… и два… и десять… – Вэй Ин накрыл губы поцелуем. – Я всё равно буду возвращаться к тебе… – склонился к шее, кусая и тут же зализывая укусы, руки спустились к поясу, развязывая и распахивая одежды. Цзян Чэн застонал, когда пальцы сомкнулись на полувозбуждённой плоти. – Скажи, что не ждал меня все эти дни… что не скучал так же как я… – Цзян Чэн упрямо сжал губы. – Ну же… – Вэй Усянь опустился на колени и поцеловал подтянутый живот. – Я так хотел коснуться тебя, – он взялся за пояс штанов и потянул вниз. Цзян Чэн застонал, когда губы сомкнулись вокруг члена. Зарылся пальцами в волосы, толкаясь зло и несдержанно. Вэй Усянь не противился, он максимально расслаблял горло, позволяя проникать глубоко. Долго Цзян Чэн не продержался и с громким стоном кончил. Вэй Усянь улыбнулся, проглотив всё, и выпутав мужчину из штанов, потянул его к себе на колени. – Это было нечестно, – Цзян Чэн был слишком расслаблен, чтобы сопротивляться или возмущаться. – Просто ты слишком упрямый, – Вэй Усянь поцеловал его в щеку. – Я люблю тебя, – он огладил спину мужчины и спустился ладонями к ягодицам, мягко их сжимая. – Я буду совершать глупые поступки, которые будут тебя ранить. Ну просто потому что это я, все мои благие намерения вечно выходят боком. Но одно мы проясним прямо сейчас. Я люблю только тебя. Хочу только тебя. И мне надоело, что ты постоянно пытаешься свести меня с Лань Чжанем, – он куснул плечо Цзян Чэна. – Хорошо. – Что? – Я понял, что ты меня любишь и решил издеваться надо мной до конца своих дней. – И? – И что умных мыслей в твоей голове не водится. – А-Чэн! – И даже не надейся, что мы займёмся сексом в этом бардаке. – Ты меня огорчаешь. – И я тоже тебя люблю… – Цзян Чэн легко поцеловал его в губы. – Спасибо, – Вэй Усянь улыбнулся.