Наше утро

Вечер холодный, уже давно переваливающий за ноль по цельсию. Если глубоко вдохнуть, можно было почувствовать как мороз прокрадывался словно когтистый зверь в лёгкие. Такая морозная обстановка содвигала только, что и делать, как греть руки об дешёвый картонный стаканчик чая, нос краснел а окурок мирно тлел в руках. Глаза без интересно смотрели на россыпь звёзд и мирно бродящих людей, что быстро, словно букашки бегали из стороны в сторону, в руках пакеты из какого ни будь АТБ и счастливая быстрая походка, и дураку ясно, они всё идут домой к любящим Детям, Женам, Мужьям. Парочки иногда проходят мимо, тоже до безобразия счастливые, это так раздражало словно они всю жизнь испортили. Отпив горячего чая Юля выдыхает, выдыхает она с болью в горле от скуренной давно не первой сигарете. Рядом всегда крутилась Вика, пряча багровый нос в толстовке, она задумчиво вертела стаканчик в руках. Сонный квартал никогда не вызывал не у одной из девочек счастья, но сейчас им предстояло стоять тут и ждать нового диллера Катюши который должен передать товар. Эту смену Юля хотела отработать одна и в тишине, ей стоило о многом подумать и поразмыслить, но Алёхина на отрез отказалась покидать подругу, даже не смотря на то, что она идёт на дело. Можно сказать, что Вике было скучно просто сидеть дома, ей и её жопе нужны были приключения, а даже если она и загремит в лапы закона, то её всегда отмажет Юля и её дружки, ну или на крайняк батя, который скорее всего засунет не одну тысячу долларов, что бы замять сей инцидент. Такова жизнь богатого ребёнка, ты можешь делать, что угодно и всё равно за тебя всё решат. Кажется если ты даже "пришьёшь" кого-то, тебе всё простят за хрустящие купюры. Такая система заставляла чувствовать себя далеко не в безопасности, так что Вика подавно оставляет личную оборону на себя, и не верит дяденькам в фуражках. В ночной тишине раздался звонок, рингтон не замысловатый, наверное тот, который ставят на него с самого завода. Подняв трубку, Юля сначала спокойно отвечает собеседнику, а потом неприятно морщиться, словно от отвращения или же сильного напряжения. Повесив трубку девушка судорожно попивает чай, после отставив стаканчик. - Диллера повязали, кажется вышли через кладмена, говорят всех кто сейчас будет втянут в это дело, просто повяжут - Чигринец устало выдыхает и чувствует, что начинает то, кончатся её халява - Ладно, через пару дней ,всё уляжется и можно будет поработать. - Ты это чего? - Вика резко поднимает глаза, а вот Юля их отвела в смущении. После поцелуя, они совсем не мусолили эту тему, просто поцеловались и всё, забыли. Это надавало девичьему сердцу покоя, так что Чигринец постоянно смущалась поджимая губы - Давай прекращай работать с Катюшой. - что? ты блять думаешь о чём говоришь? Я этим зарабатываю! - Совсем неожиданно и резко вскипает Юля, для неё это был словно удар ниже пояса. Ведь Вика такой человек, что никогда бы не запретила Юле, что-либо даже наоборот, подначивала к действиям. А тут на тебе, не с того, не с сего. Заявила мол бросать надо всё это дело. - Конечно думаю. Ты хоть понимаешь в какой сейчас ситуации была, А? нет? тогда объясню, тебя чуть было не повязали, а ты на похуй пойдёшь работать дальше? - Бурчала Алёхина сквозь капюшон белой толстовки, конечно она знала, что со злой Чигринец смысла говорить нет, но в то же время, она уже сжималась внутри от переживаний, словно её саму чуть не загребли в мусарню. - Ну и что? я от лишних денег не откажусь, да и Катюша сказала, что отмажет будь-что - Юля слегка сбивает обороты, пожав плечами и засунув уже околевшие руки всё в тот же олимпос. - Ты об одних деньгах и думаешь! А о себе? ты совсем недавно чуть не загремела, твои родители просто не выдержат ещё одной выходки - Наконец и Вика вышла из себя, её ужасно бесило столь легкомысленное поведение, деньги конечно дело важное, но зачем ради них так рисковать? - И Катюша за тебя никогда не впишется! Знаешь сколько таких как ты хотят у неё работать? а знаешь какой процент из этих людей забирают? - Юля расстерянно молчит, ибо она всё время была спокойна, зная и веря что Катюша аки Ангел хранитель, спасёт и поможет - Я с ней давно общаюсь и недели работ кладменов могу по пальцам пересчитать! Ты же до этого жила без этих денег, может стоит вернутся к прошлой жизни, лишь бы не было проблем? - Ой, да что ты понимаешь? Я карманных денег с детства не видела, так что подработка моё всё - Уже смягчая тон и даже как-то обиженно сквозь зубы процеживает Чигринец, она снова опирается спиной о стену потрёпанной сталинки и поднимает глаза на возмущенную Вику, которая из агрессивно-импульсивной тоже смягчается и выдыхает. - Слушай, если я буду тебе платить, ты забудешь о этих пагубных делишках - Вика шастает по карманам и находит свой кошель перебирая пальцами деньги, родители на ней как на единственном ребёнке не скупились, так что можно сказать у Вики было денег даже больше, чем она могла потратить. - Шутишь? Я не стану принимать твои деньги - Мотает головой Юля в знак протеста этому предложению - Чего ты так обо мне печёшься? Тебе же было плевать, что я есть, что меня нет. Чего ты так носишься за мной? да и насчёт того, что меня повяжут, это же далеко не твои проблемы. Не веди себя как моя мамочка, ей-богу. Я взрослая и сама смогу решить. - Взрослая? скажешь тоже, у взрослого человека есть инстинкт самосохранения в конце концов. - А ты от вопроса не отлынивай, схуя-ли ты стала вдруг такой бережливой в моём отношений? что-же случилось с той Викой которую я знала все эти недели - Алёхина жмётся, словно её поставили в угол, конечно она сама понимала, что после того поцелуя она стала слишком мягка по отношению к людям. Словно потрёпанную жизнью и обозлённую на весь мир её, приласкали и сейчас показали, что не все такие как есть и пора перестать вести себя как сука в отношении каждого человека, с которым она видится по сей день. Юля же поднимает глаза так настойчиво, словно от ответа зависит её жизнь, конечно она задала этот вопрос, что бы просто сменить тему об её работе, она не собиралась бросать работать даже если на пути, стоит человек который ей не безразличен. Да и вообще Чигринец сама по себе не могла понять, к чему все вот эти запреты, ну всегда же случаются какие-то неприятности, на любой работе. И из-за простой мелочи Вике надо будет отобрать весь Юлин заработок? Как-то странно, что да самой Юли с большим трудом доходило то, что Алёхина не просто так её просит прекратить, а всё из за внутренней любви и соответственно переживаний. - Ну я же твоя подруга, как ни как. Мне свойственно за тебя переживать, ведь так? - Задавая вопрос, Вика совсем неожиданно заставляет Юлю задуматься, но не о работе. А о том, как совсем недавно они поцеловались, причём это был порыв страсти и можно даже сказать чистой, совсем не запятнанной любви. Словно все добрые чувства в Чигринец, коих осталось маловато, собрались в одном действии. - А знаешь. Если тебе так будет лучше, я перестану этим заниматься - Выдохнув Юля сдаётся, она не хочет, что бы Вика просто однажды перестала с ней общаться. Чигринец уже не рассчитывает на чувства и тому подобное, она просто хочет продолжать общение. И слишком уж переживает, что если она сознается, что поцеловала тогда Алёхину не просто в порыве, а от настоящих искренних чувств, то потеряет с ней общение навсегда. - Вау... Что-ж, это было даже неожиданно, я была наверное готова сдаться и перестать тебя упрашивать... - Вика очень сильно удивляется тому, что Юля идёт на уступки, словно что-то заставила бойко стоящую на своём Чигринец, совсем неожиданно одуматься.

***

Морозные улочки города всегда выглядели прекрасно, словно сейчас не октябрь на дворе, а может какой ни будь январь. Шумные прогулки с друзьями на зимнюю пору уже утихли, да и девочки уже не горели желанием находится в большой и шумной компании, им и так было весело вдвоём, словно две родственные души они могли спокойно обойти весь город и для этого им не нужен был даже алкоголь. Дойдя до конечной остановки, их глаза встречаются с старым совсем забытым памятником батьки Ильича, таких памятников по городу было не мало, но всё же большую часть из них снесли и только один из всех них, он остался куковать на богом забытом уголке достаточно не большого города. Рядом с этим беднягой стояло заброшенное трёх этажное здание, многие слухи о нём ходили, но из всех обещанных призраков, там остались только бомжи по углам подвала, да и шумные малолетки которые днём после школы забегают сюда бутылки побить. Заходя во внутрь девушки переглянулись, с глубин коридоров веяло сквозняком, а благодаря занавесу темноты, стойко ощущалось чужое присутствие. Но это не как не пугало Юлю, в отличии от Вики, что ужасно не любила такие места, она не боялась призраков или там всякой мистики, нет вовсе нет. Она больше боялась здешних обитателей, каких ни будь "Маньяков" или ещё кого по проще. Но когда её рука крепко держалась за руку Чигринец, она чувствовала себя в полной безопасности, считая то, что её подруга, как обычно шла с битой на перевес и на полном готове кому-то вмазать промеж глаз. Поднявшись по бетонной растрескавшийся от времени бетонной лестнице они ловко оказываются на чердаке, и если та же самая Юля, ловко забирается на крышу, Алёхину это приводит в затруднение. Так что в помощь подруге, Юля крепко хватает младшую под руки, и поднимает на свой уровень, сажая на край люка. Наконец они подходят к краю и садясь по удобнее с интересом смотрят на окрестности. Район конечной был совсем далеко от городской шумихи, иногда виднелись маленькие квартала состоящие из двухэтажных сталинок, но в основном в этом районе ютились всего лишь маленькие частные домики. Мрачный серый бетон стал отличным пристанищем, для того, что бы удобно усесться и встретиться глазам с видом пустого чуть-ли не сельского района. И только где-то в дали за парком виднелись яркие многоэтажки Артёмоского да и то, всего лишь крышами. Открыв рюкзак украшенный значками чуть-ли не во все цвета радуги, Вика с интересом перебирает его содержимое, совсем таки невзначай кинув рядом с собой пачку вишнёвого-тонкого чапана. Это привлекает Юлю и она словно заинтересованный младенец ,берёт в руки пачку и задумчиво её вертит, но после лишь кривится в отвращении и отшвыривает словно ошпаренная пачку обратно. - Фу! как это можно курить? - Фырчит Чигринец так по детски кривясь. - Не нравится, так не кури. Мне например нравится. Такой тонкий аромат и вкус вишни на губах. ммм - Протянула словно мурлыкая Вика - Всё бы за него отдала. Жаль трудно их найти. Я бы их блоками брала - Юля задумчиво поворачивает голову и смотрит как глупый котёнок, то на сигареты, то на Алёхину. Которая соблазнительно чиркает зажигалкой у самого кончика. Втягивая табачный дым, та с удовольствием и мелким злорадством выдувает весь дым на Чигринец, которая конечно морщит нос, но не кашляет. - Пахнет всё равно, как сигареты для дам за сорок. Блуэ.. - Приставив два пальца ко рту, насмехается старшая. - А чем тебе эти дамы не угодили? Сильно старые что-ли? - Вика едко усмехается наклонив голову на бок, а потом протянув, Юле открывашку и бутылку гаража. - Вот ты сейчас надо мной насмехаешься, да? - Показав на свой гипс фырчит Чигринец. - Ой прости, совсем забыла - Алёхина хотела бы уже и сама открыть, но Юля выхватив бутылку, аккуратно просто с ювелирной точностью разбивает горлышко прямо у крышки. А Вика умиляется, вот нравятся ей в женском поле такие хамоватые привычки, словно фетиш какой-то. - Да, и не насчёт гипса, я насчёт сорокалетних дам. Будто бы ты, замутила с сорокалетней дамой... Это же женщина. Ну понимаешь - Забавно жестикулируя даже больше судорожно, говорила старшая. А младшая хитро улыбнулась. - Если хороший человек, который смог бы меня спасти. То не важно какого пола и возраста. Душа- это для меня самое главное в человеке - Перешла в нападение Алёхина, после того поцелуя, она места себе не находит, и на ряду с этими волнениями постоянно то агрессивно намекает Чигринец, то срётся с ней и ведёт себя как сука. Скажем так, всё у них по настроению. - Мда - Пожала плечами Юля, а после приподняла одну бровь - А вишнёвый вкус правда на губах остаётся? - Правда - С улыбкой ответила Алёхина, сделав очередную затяжку - Попробовать хочешь? - Нет.