Квакити любил эти моменты больше, чем что-либо
2 июня 2021 г., 14:27
Примечания:
:)
Одинокие лучи луны проскальзывали в пустой коридор, освещая собой каменные стены на которых были развешаны картины, рамки с фотографиями и даже договоры, что должно быть были ценными в какие-то времена
Но были и те, кто нарушали одиночество этого пустынного коридора, что хранил в себе слишком многое
Быстрые шаги отражались от стен. Их обладатель явно куда-то спешил, но они поубавились и перешли на спокойный шаг
Это был юноша, точнее так могло показаться. Довольно вытянутый парень, синяя кофта, тёмные брюки, на голове покоилась шапка, на ногах у парня были обычные и потрёпанные жизнью ботинки, и имя этому парню–
–Опять к Шлатту, Квакити– Усталый голос пронёсся по коридорам и впитался в каменные стены. Перед Квакити стоял не высокого роста парень, что носил обычную синюю футболку, джинсы, ботинки, и, казалось бы, ничего особенного, но даже у него она была. Очки для дальтоника, они казались такими чертовски не удобно и иной раз Квакити не представлял, какого это, носить нечто подобное
–Да-а– Растянуто и слегка неуверенно ответил Квакити –А ты небось опять к Дриму, Джордж?– собеседник лишь устало вздохнул и потёр переносицу
–Как бы дружны мы не были, но я чертовски устал. Перебирать все эти бумаги, что-то заполнять было явно не тем, что я себе представлял, присоединяясь к Шлатту–
У Квакити всегда были проблемы с законом, но после того, как он сам стал частью закона, он вполне себе мог разделить мысль и желания отдохнуть
–Ладно, не буду тебя задерживать. Доброй ночи– Махнув рукой, Джордж отправился дальше по коридоре и вскоре растворился во тьме, а Квакити лишь продолжил свой путь
Кабинет Шлатта не был чем-то особенным, он был скорей... Противным? Может даже вульгарным. Там вечно пахло дорогим табаком и алкоголем, ха-ха, и этот запах обострялся особенно в те моменты, когда Шлатт решит оттянуться, отвлечься от работы и просто решит расслабиться
Зачем же ему Квакити? Спросите вы. Ответ прост. Вылить душу, пожаловаться на жизнь и тому подобная брехня. В любом случае это лучше, чем сидеть наедине с проклятыми и кажется бесчисленным количеством бумаг
Кабинет Шлатта никогда не пугал, а эти массивные огромные двери из тёмного дуба вовсе не нагоняли дурные мысли о том, что вот, ты пройдёшь за них и больше никогда не выйдешь, нет, что вы
–И долго ты там стоять будешь?– Прозвучал грубый, но довольно басистый голос от которого у Алекса пробегались мурашки по спине. Джон всегда вопреки своя знал, что за дверьми кто-то стоит, но мог ли он знать, кто и с какой целью? Вряд-ли, хотя чёрт его знает. Квакити уверен, что если бы Шлатт мог, то продал бы свою душу дьяволу за все ответы вселенной, что бы сыграть это против других, а может он и сам был дьяволом...?
Сделав глубокий вздох, Квакити толкнул тяжёлые, но на удивление податливые двери. Как и ожидалось, в кабинете пахло табаком, но не алкоголем, как ожидал Квакити. Неужто всё не так плохо?
–Вы что-то хотели?– Первым начал разговор Алекс, не зная, сколько это молчание продлиться. Шлатт смирил его своим тяжёлым взглядом своих словно сделанных из чистого рубина глаз
Квакити не боялся их, а скорей восхищался их красотой, но этого он никогда не признает, не потому что стыдно, а потому что он говорит это человеку (а человеку ли) своего давнего воздыхания
Как бы банально, глупо и по идиотски это не звучало, но Алекс любил его, любил несмотря на характер, поступки. Что бы не вытворил Джон, Алекс словно тень будет следовать за ним, даже если весь мир- нет, вселенная обернётся против него, Алекс будет на стороне Джона
–Давай на ты, мы всё-таки не чужие люди– Сказав это, словно как какой-то факт, Шлатт затушил сигару и подперев голову рукой, осмотрел Квакити с ног до головы, явно делая собственные выводы которых, Квакити, увы, не понять
–Знаешь,– Джон встал со своего драгоценного и явно дорого кресла, подошёл к Алексу и обойдя его, приложил пальцы к своим губам –То ли ты считал меня идиотом, то ли просто думал, что я не увижу твоего взгляда?–
От этих слов, парень замер и уже морально подготовился к будущим словам. Его осудят? Оскорбят? Унизят за это?
–Нет, что вы! Просто я– Оправдания были тем самым ответом, который хотел, получить Шлатт и Квакити это понимал, понимал лучше чем кто либо другой
Их "игра" на внимательность не могла длиться вечность и вот пришёл её долгожданный конец
Джон подходит сзади и обнимает Алекса, по своему грубо, но так же и нежно. Это были объятия в которых ты ощущаешь себя в безопасности
Такие моменты бывали часто и Квакити любил их до головокружения и бабочек в животе. Как это называется? Любовь? Что оставляла приятный привкус во рту, что доводила до сладкой дрожи в теле
А Джон знал это, и всегда наслаждался реакцией парня на свои прикосновения. Ему нравился Алекс, нравился его характер, его преданность, его действия, весь он сам
Они встречались в кабинете Джона чаще, чем Джордж протирал свои очки, и чаще всего они просто стояли и обнимали друг друга, иногда могли позволить себе поцелуи, и иногда разговоры не по их обязанностям, как например разговор про то, как неугомонный Томми опять что-то натворил. Джон слушал его внимательно, будто был загипнотизированный рассказами Алекса, и может быть так оно и было
Разговоры могли дойти до самого утра, а могли закончиться так же быстро, как и начались, но этого было вполне себе достаточно, что бы некая частица эйфории и уюта кружила в воздухе, словно в каком-то заурядном танце
Квакити любил эти моменты больше, чем что-либо и он готов говорить об этом всё время, бывали моменты, когда за обедом Алекс рассказывал всё Джорджу, а тот внимательно его слушал и добавлял что-то от себя, превращая всё это в ламповую беседу двух приятелей
А что сейчас? Сейчас Алекс стоял в кабинете и объятиях Джона, которых явно было не достаточно, хотелось чего-то большего, большего, чем их объятия, большего, чем их короткие, но сладкие поцелуи, большего, чем шептания сладких слов, хотелось чего-то, что могло отправить на седьмое небо от счастья или удовольствия
Шлатт разделял его желания, но он будто мучал бедного парня не давая ему желаемого, мучал своими поцелуями, мучал своими прикосновениями после которых кожа покрывалась жаром, а Квакити словно какой-то мазохист наслаждался этим, но опять же, ему хотелось большего чем всё это, и Шлатт прекрасно это знал
Иногда в мыслях Квакити проскальзывали явно не приличные мысли, от которых его щёки покрывались багровым румянцем, а дыхание сбивалось от собственных фантазией, но что он мог поделать? Именно что ничего
Шлатт уловив физиономию парня, потянул его с собой на мягкое и довольно удобное кресло, где устроил брюнета на своих коленях. Квакити от подобных действий лишь покраснел и отвернулся. Это было слишком смущающее для него, но в тоже время так…Так приятно
Шлатт это видимо понял, иначе не стал бы он поглаживать парня по спине, вырисовывая на ней узоры, что поняты только ему, а после бы не обжигал шею своих дыханием от чего Кваити терялся бы в собственных мыслях, но всё это происходило, и происходило всё это именно с ним, как он и хотел
На языке вертелись слова, которые Квакити всё не как не может сказать. Боится, что его обсмеют, боится, что отвергнут и они отдаляться и тогда смысл жить попросту исчезнет, поэтому он растягивал это до следующего момента, и так снова, снова и снова, но…Именно сегодня был тот самый момент, к которому Алекс готовился, и молился всем богам
–Шлатт, я- – Он не ожидал, что его давно подготовленную речь решат прервать поцелуем, нет, не простым детским коротким чмоком, что у них происходят всё время, а самый настоящий жаркий, сладкий поцелуй от которого во рту появится привкус дорогих сигаретами с примесью алкоголя
Глаза невольно закрывались, а руки будто находились, под чарами кукловода сами полезли на шею Шлатта, обнимая и прижимая ближе, чем они уже находились. Когда воздуха стало критически не хватать, то Алекс с грустинкой отстранился от давно желанных губ, и, делая глубокие вздохи, с какой-то своеобразной решимостью посмотрел прямо в глаза Джону
–Я люблю тебя! – В эти слова он вложил все свои эмоции, все свои чувства и желания, но он опять же боялся, боялся быть отвергнутым, поэтому он опустил голову и зажмурился до белых мошек
В ответ он услышал лишь обычный смешок, казалось бы, что все его слова были напрасны, все, что он чувствовал, просто, выбросят, но вместо этого, Квакити просто огладили по щеке, и, открыв глаза, он увидел взгляд Шлатта, которого никогда прежде не видел. Обычно Джон серьёзен, саркастичен, и его взгляд следовал за его характером, но сейчас он был наполнен любовью, нежностью и очарованием
–Я тоже люблю тебя, куколка– Промурлыкал Джон, вновь целя мягкие и любимые губы, наслаждаясь довольным мычанием со стороны возлюбленного
Взаимные чувства как конфетка, такая же сладкая, желанная и любимая. Любовь может быть горько сладкого вкуса, но со случаем с нашей парой она сладка, как только что приготовленная карамель, что переливалась всеми оттенками красного, как и глаза Шлатта
Этой ночью они проведут вместе, разделяя свои чувства с друг-другом, даря что-то новое и столь прекрасное как любовь
Примечания:
:'D
