история двух разных но похожих людей.

Утро нового дня для Кенни вышло далеко не лёгким. Голова противно ныла, а организму срочно требовался никотин. Дотянувшись до карман джинс, костя выудил оттуда пачку сигарет с зажигалкой и свой телефон, которым только недавно в полной мере научился пользоваться. Закурив, он отправил сообщение своему другу: «Ты как там, живой? Голова не болит?» — Медленно набирал Аккерман, затягиваясь. Взглянув на дату, до него дошло, что сегодня суббота и этот день — его блаженный выходной, который он может потратить на прогулку по закоулкам своего родного города. « Живой, живой(зря)» – В ответ написал Марко, уже во всю работая в своём музее, и обслужив около десяти людей, показывая, и рассказывая им историю одного и того же артефакта по несколько раз. Музей, в котором работал Марко работал все дни до воскресенья, но раньше, он мог отдыхать только в праздники, потому что они еле как выпросили всем составом работающих в нем выходной у директора. Это его, бесило больше всего в собственной работе, хотя шел он на неё осознанно. Ну, зато хоть много платят, и на том спасибо. Прочитав сообщение, что прислал ему Марко, Кенни вновь недовольно вздохнул. «Откуда у молодежи такая тяга умереть.» - думал он. Глянув на настенные часы он понял, что Марко сейчас работает. В светлую головушку деда пришла отличная идея. Выпив залпом кружку крепкого кофе, он быстро собрался и выскочил из дома. План его был таков: Принести Марко алкоголь с его новомодными электронками, чтобы он развлёкся на своей скучной, как считал Кенни, работе. Аккерман быстро доехал до места работы Марко, проскочив несколько раз на красный свет. Припарковав Жигули возле входа в музей, и дождавшись беденного перерыва написал тому: «выходи» « куда? в смысле?» В непонятках написал ему Марко, ожидая ответа, пока он оглядывался, не подходит ли к нему ещё один человек, с вопросом про эту ебаную картину сжигания Жанны Д'арк, которая буквально снилась ему в кошмарах. Как же он ненавидел это всё. «Марко блять догадайся)) Ко входу в музей, наверное??» Злостно стуча пальцами по клавиатуре, набрал Кенни, держа в руке пакет с бутылкой вина, чипсами и одним маленьким, чисто символическим, сюрпризом. «Вданадагвжажв. Ладно, жди, но если меня спалят, что я не на посту, пиняй на себя» Ответил ему Марко, по новой обернувшись, и удостоверившись что никто его не видит, он надел маску, чтобы слиться с посетителями, и выйти из музея, что ему успешно удалось. Ботт быстро отыскал старые жигуля Кенни, и подошёл к ним, где увидел уже самого Кенни. — Чего звал?- Спросил тот, вновь размяв спину, протяжно постанывая от того как она хрустнула. «пиздец я старый» подумал Марко, слегка улыбнувшись своим мыслям. — Смотри, что я тебе прикупил, — Сказал Кенни, доставая из пакета какое-то пиздецки дорогое вино, чипсы с крабом, — Кстати, вот еще, — Показывая всем своим видом отвращение, Кенни вытащил из кармана электронку. - Ты нахуя...Ты..- Прикрыв рот своей рукой сказал Марко, смотря то на него, то на пакет, то на электронку. - Спасибо конечно, но ты с дуба рухнул? Это стоит как моя почка! - С неким смехом сказал брюнет, положив одну из рук на плечо Кенни. — А на кого мне еще деньги тратить, голубок, — Слегка причитая, сказал Аккерман, словив сентиментальную нотку, — Я знаю, что у тебя перерыв, во-первых... А во-вторых, тут неподалеку крыша открытая есть, может посидим там? — Спросил Кенни, дотронувшись до руки Марко на его плече, принимая благодарность. — Ну..думаю можно, почему бы и нет.- Скрывая ещё непонятное для Марко смущение, проговорил тот, слабо улыбнувшись, посмотрев на наручные часы. — 14:57...значит у нас есть пол часа. И что за крыша? - Сросил Ботт, смотря на друга. — Буквально в пяти минутах ходьбы отсюда, — Сказал Кенни и потянул за собой радостного Марко. Они болтали на какие-то глупые темы и ржали с анекдотов категории б, которые шутил Аккерман, которые, на удивление, были достаточно смешными, даже для Марко, которому к слову 21 год. Пока те шли и разговаривали, они и не заметили, как оказались около типичной для Питера многоэтажке. — Тут такое дело, — Пробормотал Кенни, растеряв былую уверенность, — Я боюсь ездить на лифте, — Опустив глаза в пол сказал двухметровый мужик, глядя на своего друга. — Серьезно? С чего бы? - спросил Марко, посмотрев на друга, а после на лифт, и снова на друга. — Ну, в любом случае тут есть лестница, но по ней пиздить долг-. — Блять, если мы застрянем, я, сука обосрусь от злости, — Сказал Кенни, не дав договорить Марко мысль, и решив проигнорировать его вопрос, почему он боится лифтов. Кенни услужливо вызвал лифт и пропустил веснушчатого вперёд, боязненно заходя за ним. В лифте было достаточно темно. Ребята доехали довольно быстро. Странно, что такой мужчина как Кенни Аккерман боялся обычной железной коробки, но тем не менее, Марко всё то время что они ехали пытался отвлечь его от мысли что они в лифте, разными разговорами, или даже теми самыми анекдотами. Выходя из лифта, Аккерман беззвучно позвал Марко рукой за собой, чтобы подняться по ненадёжной лестнице на крышу. — Ну вот, вроде не сдохли, а ты волновался. - Усмехнулся Марко, проследуя за Кенни, выходя на ту самую крышу. — Капать-хоронить, да тут всю площадь главную видно.- Сказал Марко, смотря на эту красоту восторженными глазами. — Хах, согласен, ахуеть как красиво, — Сказал Кенни, расстилая плед, который заботливо принёс с собой, — Не смей шутить, что это выглядит по-пидорски, — Пригрозив пальцем, сказал Аккерман и уселся на плед, доставая вино и чипсы, — Да, мы будем есть чипсы и запивать дорогим вином. Россия все-таки, — Отвечая на неозвученный вопрос Марко, сказал Кенни. — Это выглядит по-пидорски.- не сдержался Марко, и сел на плед, смеясь. — Как думаешь, если нас увидят, реально подумают что мы пидоры, или просто хотим покончить с жизнью? - Задумчиво спросил Марко, буквально ложась всем телом на крышу, смотря в небо, которое, на удивление, было полностью голубым. Кенни задумался над вопросом Марко, и нахмурился, закурив. Посидев в тишине пару минут, он выдал: — Скорее всего и то, и то, — выдыхая ядовитый пар сказал он, — Как в... Блять как называется-то... В Ромео и Джульетте, во!- Кенни открыл вино, глотнул прямо из горла и предложил Марко. Удивился Ботт, выдыхая пар той самой электронки, что купил ему Кенни, взяв в руки вино. Он был совсем не брезгливым, поэтому отпил не малое количество из бутылки, возвращая её обратно Кенни. — Только ты Джульетта.- Усмехнулся Марко, посмотрев на Кенни. — Ахуевший пёс, я мужественнее, — Сказал Кенни и лёг на плед, наблюдая на медленно проплывающими облаками. Ему было комфортно в обществе Марко, несмотря на такую разницу в возрасте. Они понимали друг друга без слов, хотя были знакомы относительнл недавно. Странно, но ему казалось что он чувствует что-то большее, чем хорошую дружбу к Марко. — Знаешь, я тут подумал... С таким Ромео я и Джульеттой быть не против, — Посмеиваясь, тихо сказал Кенни. продолжал Марк, прыснув смехом от подката(?) Кости. — Нихуя ты загнул, и сдохнуть небось вместе хочешь, в один день? - Продолжал Марко, прыснув смехом от возможного подката Кенни. — Да не, помирать не охота, — Сказал Кенни, вздохнув полною грудью и прикрыв глаза, наслаждаясь моментом и улыбаясь самому себе. Костя, честно говоря, давно не был так счастлив и умиротворён, тем более, в такой хорошей компании, а не как обычно — один в квартире, и с компанией еле живого телевизора. — Кому как. - Усмехнулся Марко, смотря в небо, а после, поняв смысл недавнего недо-подката от Кенни, он удивлённо раскрыл глаза, с мелким румянцем на щеках. — Всмысле «кому как»? Я тебя из-под земли достану, — Проворчал Кенни и посмотрел на покрасневшего, Марко усмехнувшись. — Некрофил.- Выпалил Марко, отвернув голову в сторону, пытаясь хоть как-то скрыть покрасневшие щеки, проклиная себя несколько тысяч раз, затягиваясь. — Эй, совсем ахуел? — Прокряхтел Кенни, и решив отомстить, стал щекотать Марко, который по реакции явно этого не ожидал. Аккерман очень сильно боялся нечаянно получить в глаз, как это было в прошлый раз, когда он затеял щекотать Марко, и поэтому старался удержать его руки одной своей рукой, а второй щекотал всё сильнее. — бЛЯТЬ!- Громко сматернулся Марко, прежде чем начать смеяться, пытаясь выпутать руки из хватки Кенни, чего не совсем получалось. Поза в которой они сейчас лежали, была...Не совсем дружеской, более похожая любимое Аккермана выражение: «По-пидорски» — БЛЯТЬ Я ЩАС ЗАДОХНУСЬ КЕННИ!- Сквозь смех и красные щеки говорил Марко, всё же придавая усилия тому, чтобы выбраться из этой мертвой хватки. — НЕХУЙ МЕНЯ НЕКРОФИЛОМ НАЗЫВАТЬ, — Крикнул Кенни и продолжил щекотку, откровенно смеясь с ситуации. Аккерман чуть ли не сидел на Ботте, держа две его руки над его же головой, словно в какой-то дешевой гей-порнухе. — Ты там живой? — Спросил Кенни, отдышавшись и прекращая щекотку, но оставаясь в прежней позе, чуть улыбаясь с того как ржал Марко. Марко же, решил попытать своё актерское «мастерство» и сделал вид, что у него обморок из-за смеха. Лежа так, он намеренно не реагировал на то, что Кенни звал его, или что-то спрашивал, интересуясь, что будет дальше. Всё же, хотелось просмотреть, как он отреагирует на это. — Э, бля, доброе утро, солнышко, — Крикнул Кенни, заметно заволновавшись и запустив пятерню в свои волосы, — Аврора нахуй, просыпайся, у нас тут нет принца поблизости, чтоб разбудить тебя поцелуем, — Прошептал от волнения Кенни и заметно обеспокоился. Аккерман слез с Марко и зарядил ему мощную, даже сильную пощёчину в надежде, что тот очухается. Марко же, не ожидая такой реакции, вскочил, пискнув,— Ай, блять, Кенни! - Пошипел Марко, взявшись рукой за щеку, по которой вдарил Аккерман. — Больно, конечно, мне ещё не одна девушка так не давала.- Тихо проговорил Марко, слегка потерев всё ту же щеку. — Девушки тебе и не дают, не пизди, — Сказал Кенни, которому заметно полегчало, и он заинтересовано взглянул на своего друга, — Скажи-ка мне... Ты что-ли, притворялся? — Нет блять, по приколу умер а потом решил воскреснуть как антихрист в день решающий.- Сказал тот, взяв бутылку вина, для начала немного отпив из неё, а после прикладывая к щеке. — Нет, давали. Один раз..- Ответил Марко, но последнюю фразу в разы тише, как-то грустно посмотрев на красивый вид, который он видел с той крыши на которой сидел. На самом деле ему совсем не везло в отношениях, что с парнями, что с девами. Его это досточно сильно огорчало иной раз. — Знаешь, не слышал бы я твой грустный тон сейчас, въебал бы за притворство, — Сказал Кенни, и отобрал у друга бутылку, чтобы попить, — Больно ударил? — Наклоняясь над Марко, сказал аккерманов и стал рассматривать щёку друга со следом от своей ладони, – Ебушки-воробушки, — Присвистнул он. — Нет, приятно, делай так почаще, я люблю БДСМ.- Наигранно улыбнулся Марко, затянувшись электронкой. — Ахуеть откровения пошли, — Сказал Кенни и сел рядом к Марко, плечом к плечу, — Прости, хорошо? И за щекотку, и за пощёчину, — сказал Аккерман и достал сигарету, чтоб в очередной раз закурить. — Ага..- Кивнул Марко, всё ещё немного поглаживая удар, который никак не проходил. Видимо, Ботту придется ходить сегодня с маской на лице весь день, и только после работы зайти в магазин и купить тоналку, чтобы перекрыть это всё. Хотя и не факт, что перекроет. — Я так понимаю, что я первый, кому ты дал такую «пиздатую» пощечину? — Да, мои прошлые парни не особо БДСМ любили, — Пошутил и затянулся, разглядывая пейзаж этого чудесного города. Он был горд собой за то, что нашел такую прекрасную крышу, с таким прекрасным видом. — Чего? Парни?- Усомнился с улыбкой Марко, переводя взгляд на друга, наваливаясь на его спину, и вновь втягивая пар с электронки. — О, ты многого обо мне не знаешь, — Кенни подмигнул марку и улыбнулся, чувствуя тепло его тела, — Всё нормально? — Всё ещё переживая, спросил Аккерман, боясь потерять своего единственного друга из-за такой дебильный оплошности. — Да, не беспокойся.- Сказал Марко, вновь неловко улыбнувшись от подмига Кенни, отворачиваясь от того, выдыхая пар, который отдавал персиком, что так любил Марко, потому и улыбнулся. — Ну-ка, расскажи по подробнее? — Че тут рассказывать, эксперименты в молодости любил просто, — Сказал Кенни, вспоминая свою молодость, — Общество осуждало во всю, дед угрожал из дома выгнать, вот и пришлось о любви забыть и работать пойти, — Грустно сказал Аккерман, вспоминая о своей давно зажившей ране, которая, оказывается, нихуя не зажила и всё ещё иногда ныла, когда Кенни мог видеть на улицах счастливых мужчин, держащихся за руки. Настала та самая неловкая минута молчания, среди этих двоих. — Как думаешь, где он сейчас?..- Тихо проговорил Марко, всё же поворачиваясь к Кенни, смотря на его, достаточно красивое для своих лет, но грустное лицо. — Надеюсь, не сдох, — Сказал Кенни, стараясь перевести тему, чтобы не расстрогаться, — Почему ты даже не удивлён? — Слегка смеясь, произнес мужчина, — По мне так заметно, что я гей? — Неа. Я сначала вообще думал, что ты явно чей-то дед, а ты свободный оказался.- Сказал Марко, всё же осмеливались положить голову на плечо Кенни, делая уже хрен пойми какую затяжку. — Хах, — Усмехнулся Кенни, и положил свою голову поверх головы Марко, — Почему ты вообще решил со мной познакомиться тогда, а не просто заказать вина и выпить в тишине? — потому что ты понравился мне. в тот день у тебя был...красивый фартук.— Тихо, ужасно смущаясь с горечью на ушах проговорил Марко, слегка зажмурившись, не зная, как отреагирует Аккерман. — Хм, — Слегка задумался Кенни, и так же тихо спросил, — Понравился в каком смысле? Аккерман любил вспоминать тот вечер. Погода тогда была просто замечательная, впервые за всю весну выглянуло солнце, яростно обжигающее каждого на улицах. В тот день была возможность даже загореть. Бар, в котором работал Кенни, через два часа только закрывался, но тут в бар вошёл Марко и уверенно подошёл к барной стойке, чтобы заказать вино, а потом переменился в лице и решил заболтать с барменом. Кенни был ужасно благодарен всевышнему, что в тот день он вышел не в свою смену и познакомился с этим чудесным молодым человеком. Дыхание Марко от волнения немного сбилось, от чего неловкость нарастала, а молчать не хотелось. Он решил сказать лишь одно: — Знаешь, почему люди которым нравятся люди на которых они лежат, никогда не договаривают шутки?- Сказал Марко, и замолчал, надеясь, что до него наконец дойдет, что пытается донести до него юноша. Эта фраза была решающей, и пути назад не было. Мог быть как счастливый, так и грустный финал. — Знаешь, почему люди которым нравятся малолетки с именем «Марко», не договаривают шутки? - Ответил Кенни на слова марка также и замолчал. Не только Ботт был смущён сейчас. Уши Кенни заалели сразу же, а голова стала разбухать от мысленных процессов. Кенни, честно говоря, и представить себе не мог, что может кому-то понравится. А особенно перспективному юноше с модельной внешностью. Аккерман не осознавал свои чувства первые полгода после их знакомства, а потом медленно, но верно стал понимать, что чувствует к Марко. Он старался скрывать как мог, боясь разрушить их дружбу. — Ты щас...- Удивлённо сказал Марко, подняв голову выше, смотря на Кенни, буквально снизу вверх, с ужасно красными щеками, и удивлённо раскрытыми глазами. — Да, я только что признался тебе в чувствах, которые скрывал несколько месяцев, — Кенни заглянул в глаза Марко и улыбнулся, ожидая его реакции и жутко боясь отказа, ведь если он скажет, что он лишь пошутил, то тогда Аккерман потеряет не только возможного возлюбленного, но и друга. — Я..был первый.- Сазал Марко, и через силу смущения поцеловал Кенни в щеку, которая была так близка к нему. Ну что же, нужно ведь было сделать первый шаг. — А ты всё « по-пидорски» «по-пидорски» - Бубнил себе под нос Марко, начиная немного улыбаться. Теперь в животе не просто бабочки, а целый рой бабочек. Кенни взглянул на Марко и провел по своей колючей от щетины щеке рукой. В его голове просто не укладывалось то, что только что его чмокнул человек, который был, буквально, самым важным в его жизни последний год. Кенни приблизился к брюнету, и осторожно взял пальцами его подбородок, повернув к себе. Он заглянул в его глаза, ища согласие или отказ. Решив не пытать судьбу, он тихо спросил: — Можно тебя поцеловать? Немного промолчав в удивлении, Марко неуверенно выдал: — Да. Кенни медленно и трепетно коснулся мягких и нежных губ Марко, пробуя его на вкус. Аккерман старался быть нежным, хотел, чтобы Марко получил от этого поцелуя бурю эмоций, и тем более положительных. Он держал голову юноши с двух сторон, нежно обхватив ладонями. В животе у Кенни во всю порхали бабочки. — Ты...Хорошо целуешься..- Тихо пробормотал Марко, после поцелуя, слегка поменяв позу, и обняв того со спины. Теперь ведь так можно, верно? Потому и прижимался он крепко, вдыхая до жути приятный запах Аккермана. Кенни положил свои руки на руки Марко, державшего его за талию и слегка сжал, улыбаясь. Сейчас его можно было назвать самым счастливым человеком на земле. — Знаешь, Марко, — Тихо начал Кенни, чтобы не прервать романтичность момента, — Ты действительно самый чудесный человек. Я так, ебанный в рот, благодарен тебе за то, что ты появился в моей жизни. Эти слова смутили ещё больше и так смущенного Марко, потому тот лишь уткнулся носом в спину Кенни, пытаясь спрятаться, что-ли. — Замолчи, блин, пожалуйста..- Тихо сказал Марко, сильнее обняв Кенни, думая, что сейчас раздавит его своими объятьями. Кенни, двигаемый какими-то непонятными порывами чувств, как будто в свои студенческие годы вырвался из объятий удивленного Марко, повернулся к нему лицом и прислонил свой лоб к его лбу. — Я так тебя люблю, Марко, — Прошептал Кенни. Сам же Марко смотрел куда-то в пол, потому что думал, что если поднимет взгляд, то уж точно не сможет скрыть смущение. Хотя..а зачем его теперь скрывать-то, верно? Потому Марко и положил руки на щеки Кенни, поцеловав его, быстро, но чувственно, а после, практически падая ему на плечо, утыкаясь в шею и прикрывая лицо обоими руками, неразборчиво что-то говоря себе под нос. Кенни потрепал Марко по голове, посмотрев на наручные, ещё СССРских времён часы. — Марко, я конечно не хочу прерывать такой чудесный момент, но тебе не кажется, что твой обеденный перерыв успел давно закончиться? — Спросил Кенни. — Да мне срать, особенно сейчас.- Откровенно выдал Ботт, всё ещё обнимая Кенни, не желая и с места сдвинуться. — Я..Я тоже тебя люблю...- На грани слышимости произнес и так красный Марко, просто не пойми как сильно смущаясь. Кенни прижал Марко к себе и улыбнулся, наконец-то услышав желанные слова. Аккерман извернулся, и чмокнул Ботта в макушку, передавая через этот жест всю любовь, которую он чувствовал к этому человеку.