Cheat Established Relationship

Cheat Established Relationship

      Мы не знаем, послужил ли этому гигантский взрыв, создавший вселенную или же так распорядилось божество, создавшее всё сущее. Является ли это всё симуляцией, в мире которой мы очутились против своей воли, словно персонажи видеоигры? Никто не знает. Но известно лишь то, что у каждого человека есть свой счётчик с различным значением цифр. Это число — количество лжи, которое вы имеете право произнести или написать до конца своей жизни. Как только эти цифры дойдут до нуля, вы умрёте. Это то, что рассказывают учителя ещё в первом классе. Это то, что каждому ребёнку говорят ещё в детстве, чтобы он не думал, что за достижение конца счётчика его ждёт награда. Это то, что управляет этим миром и заставляет обожать и ненавидеть. Так живёт каждый. У кого-то с рождения число небольшое, около тысячи, и распоряжаться словами приходится осторожно. У кого-то — миллиарды, и человек пользуется этим и врёт направо и налево. Кто-то и с огромным количеством говорит лишь истину, а кто-то с оставшимися сотнями не может перестать лгать. Кого-то это оправдывает, кого-то губит, но вероятно, это никогда не должно было нести плохой цели. Вероятно тот, кто это придумал, хотел создать мир, где люди перестанут лгать.       12 августа 1999 года родился прелестный мальчик, которого назвали Клэй. Значение его счётчика равнялось 20 000. Первый год своей жизни он не мог говорить связные предложения, из-за чего не мог и врать. Но и по мере взросления лжецом он не становился. Он мог постыдится признать вину перед матерью, он мог захотеть пошутить над другом, а также он мог скрывать истину, чтобы не вляпаться в неприятности, но никогда не злоупотреблял этим. Он всегда открыто рассказывал о своих цифрах. Его родители говорили, что это не самое большое число, и ему следует чаще следить за языком, довериться им и никогда больше не врать хотя бы в кругу семьи. И он очень старался. Через стыд и неловкость, он всё же перестал скрывать что-то от матери, хотя отца боялся слишком сильно, чтобы спокойно говорить про свои шалости.       Клэю было легко распознать ложь других людей. Он любил впитывать чужие эмоции, анализировать и осознавать, учась на чужих ошибках, как он может не выдавать самого себя. Он, как и все, не хочет, чтобы его читали как открытую книгу. Постепенно становясь старше, очень хорошим способом скрывать эмоции ему показалось ношение маски. Не настоящей, конечно же. Лишь улыбки на своём лице, из-за которой никто никогда не узнает врёт он или же нет. Он не мог догадаться, что даже простая улыбка всё равно легко выдаёт его. Было понятно, когда он её натягивал, было понятно, когда она была искренней. Но Клэй старался и в итоге стал похож на обычного человека с постоянно хорошим настроением. Время шло, и его счётчик худел, но не так активно. Он гордился осознаванием того, что его знакомые тратят в день намного больше лжи, чем он. Хотя это не слишком заботило уже юного парня, ведь он учился быть максимально честным и врать максимум один раз за день, а не думать о том, что он экономит, чтобы потом была возможность врать без остановки. Он прямо говорил учителям, что не любит их предмет, он прямо говорил, что не хочет учиться и старался ничего не скрывать, даже если это испортит его репутацию. Вечерами он играл в майнкрафт и общался с друзьями. Его почти не заботило будущее, он просто хотел жить моментом, поэтому не боялся лишний раз рискнуть и рассказывать уважаемым людям его настоящее мнение о них. Из-за этого с учёбой не задалось. Его недолюбливали учителя и школьники, а сам он так сильно возненавидел это, что даже не пошёл в колледж, посчитав, что он и без этого сможет чего-то добиться.       Единственное, о чём жалел Клэй, так это о том, что он расстанется со своим единственным школьным другом — Ником, которого он привык называть Сапнап, хотя, как и происходит у настоящих друзей, даже то, что они разошлись по разным дорогам, не помешало им спокойно общаться дальше через социальные сети. Ник был тем человеком, с которым можно было открыто обсудить что угодно или кого угодно. Клэй не стыдился высказывать противоречивое мнение, а Сапнап всегда адекватно его воспринимал, стараясь либо нейтрализовать позицию друга, либо активно поддержать его, если он с ним согласен. Именно Сап привил к его другу любовь к видеоиграм и именно Сап оставался единственным человеком в его школе, который как и Клэй, поддерживал идею того, что всё говорить всегда нужно прямо, даже если это может запятнать тебя. Они вместе постоянно играли в майнкрафт, общаясь в дискорде. Сапнап постоянно подталкивал друга на создание ютуб канала, так как был уверен, что людям Клэй очень сильно понравится. Сам Сапнап создал себе канал и постепенно начал расти, иногда выкладывая видео с Клэем. В комментариях часто спрашивали, с каким другом он снимает, поэтому Клэй всё же согласился на создание собственного ютуб канала. Клэй сам не заметил, как для него перспективой стала популярность. Он создал себе персонажа, назвал его Дрим и начал вести Ютуб и Твич каналы. На его собственное удивление, это сработало. Его начали замечать люди, пусть и не так активно, как он мечтал. Ему удалось познакомиться с прекрасными личностями, которые в итоге стали его друзьями, и они начали делать контент вместе.       Через пару месяцев совместных съёмок Сап предложил Дриму попробовать снять видео с его знакомым, аудитория которого была значительно больше. Так у него появился ещё один друг — Джордж. Миловидный британец на 3 года старше его самого. За нежными чертами лица скрывалась дерзкая и характерная личность, которая любила невзначай снизить показатель своего счётчика. Он был единственным из троих, который никогда не говорил открыто о серьёзных вещах. Ему было намного легче врать, от чего Дрим постоянно пытался его отучить. Их динамика невероятно сильно нравилась людям. Многие шипперили Дрима и Джорджа, что Дрим воспринимал намного более легко, ведь он не врал своим друзьям. Он не стеснялся заигрывать с британским другом. Он любил вгонять его в краску. И в один из стримов он понял, что во время произношения фразы «Я люблю тебя», в который раз за последние трансляции, его счётчик не снизился.       Это число всегда знает правду. Даже если ты сам не хочешь её признавать. Даже если ты не понимаешь, как это случилось. Оно докопается до истины, и тебе придётся столкнуться с ней лицом к лицу. Клэй думал, что это просто временная симпатия. До этого его никогда не тянуло к мужчинам, но каждый раз, когда Джордж улыбался, закрывал рот рукой и называл Дрима идиотом, каждый раз, когда Джордж не позволял себе произнести ответное признание даже в шутку, сердце Дрима стучало быстрее, он чувствовал, как его рука на мышке потеет. Он чувствовал бабочек, порхающих в животе. Это придало ему храбрость. Он стал позволять себе откровенничать ещё больше. Больше говорить, как он любит, как он был бы готов продать душу, лишь бы получить от Джорджа внимание. И счётчик стоял на месте. Дрим чувствовал себя жалким. Это бы могло продолжаться ещё долгое, неопределённое время, пока после очередного прощания в дискорде, без камер, без записи, лишь ему одному, Дрим не сказал Джорджу вновь, что любит его, пожелав спокойной ночи. George not found: Дрим. Стой. Dream: Да? George not found: Как часто ты врёшь мне? Dream: А ты? George not found: Идиот. Ответь на вопрос. Dream: Во-первых, хватит писать с точками, это жутко, во-вторых, я не думаю, что когда-то врал тебе или Сапнапу. Я никогда не вру близким людям. George not found: Сейчас мне не важен Сапнап. Я хочу чтобы ты сказал только про меня. Как часто ты врал мне? Дрим хотел мгновенно написать никогда, но это было бы ложью. Dream: Я думаю, только в самом начале нашего общения. Я многого не понимал в отношении к тебе, так что мог быть неискренен из-за недоверия. Но за последний месяц я не врал тебе ни разу, я уверен. Дрим взглянул на таймер над головой, с гордостью осознавая, что число осталось прежним. George not found: Клэй. Dream: Ааа, Джордж, не называй меня так. Dream: Ты знаешь, что меня это бесит и всё такое George not found: Зануда. George not found: Дрим. Dream: Уже лучше. Чего? Если бы Дрим пил, то он точно выплюнул бы всю жидкость, так как он не ожидал, что это будет именно то, что спросит Джордж, когда Дрим уже планировал спать. George not found: Ты любишь меня? Расслабленное лицо Дрима в мгновение стало серьёзным, и он незамедлительно написал ответ. Dream: Да Джордж долго что-то печатал. Останавливался и печатал вновь. Дриму было ужасно неловко. С одной стороны это всё ещё можно списать на шутку, но с другой, Джордж мог принять это слишком близко к сердцу, и Дрим не хотел бы терять человека, в которого влюблён, из-за своей честности. В итоге Джордж так ничего и не отправил. По спине Дрима проходили холодные мурашки, пока в его комнате не раздался звонок дискорда. Он взял трубку и приложил телефон к уху. — Пожалуйста, скажи, что ты не врал мне, — он сказал это на выдохе, по приглушённости доносившегося до Дрима звука, можно было сказать, что Джордж закрывает лицо. — Я не врал, Джордж. Ни разу, — его голос был спокойным, но сосредоточенным. — Ты… — по голосу Джорджа можно было понять, как сильно он смущён. Джордж слишком привык скрываться под видом дерзкого мальчика, чтобы показываться людям с такой стороны. Таким Джордж предстал перед Дримом впервые, — Ты тоже мне нравишься.

***

      Вскоре они начали встречаться. Особо ничего не изменилось. Они продолжали проводить совместные стримы и играли в майнкрафт, как раньше. В свободное время они сидели в разговоре по фейстайму и могли говорить долго-долго. Джордж стал вторым человеком из знакомых Дрима, который узнал как он выглядит. Перед их первым видеозвонком Джордж переживал, словно перед первым свиданием. На него очень влияло осознание того, что Дрим наблюдал за Джорджем постоянно, а сам Джордж этого сделать не мог. — Хей, Джо-о-ордж, — на старшего смотрели зелёные глаза. От взгляда Дрима по спине Джорджа прошли мурашки. Он всегда смотрит на него так влюблённо? Переборов мгновенное смущение от первой встречи, Джордж игриво улыбнулся и смог ответить. — Хей, Дрим. В глазах Джорджа Дрим был очень красивым. Он лежал на белоснежной кровати, сонно протирая свои глаза. Его светлые волосы разложились по подушке, поэтому он выглядел таким уязвимым. Джордж любил его. Они говорили очень долго, каждый день, во время стрима, наедине, с Сапнапом, всё время друг с другом. Единственное, что по настоящему мешало это часовые пояса. Но Дрим был рад служить хранителем сна Джорджа. Было приятно заговаривать его настолько, что он засыпал под голос Дрима, было приятно наблюдать или слушать как он спит, зная, что они в безопасности друг с другом.       Когда они были вместе, их не заботило ничего. Ни глупые цифры над головой, ни шутки в их сторону, ничего. Об их отношениях знало очень мало людей: Сапнап и ещё двое их друзей-стримеров. Они часто думали насчёт того, чтобы сказать правду на публику, но в итоге Дрим и Джордж пришли к выводу, что их чат и так полон мусора, а если они заявят об отношениях, то на их совместных стримах в чате кроме пищания и умиления ничего не будет. Дриму в этом плане было легче из-за того, что он никогда не скрывал своих чувств, даже до того как они стали парой. Джорджу же приходилось терпеть всё больше и больше смущения, когда Дрим с ним в шутку, как думали люди, заигрывал или кто-то из доната попросил сказать Дриму, что Джордж любит его. Изначально Дриму казалось это опасным, но Джордж понял, на что они идут, поэтому перестал врать по мелочам, стараясь ложь об отсутствии чувств к Дриму оставить единственной, которую он произносит.

***

      Играть в майнкрафт было весело, несмотря на то, что на первый взгляд может показаться, что это игра для детей. Дриму действительно нравилось то, чем они занимаются, и он наслаждался своими достижениями. В какой-то момент он понял, что больше всего удовольствия ему доставляют спидраны. Процесс, удача — всё это вызывало столько эмоций, действительно помогало двигаться быстрее. Он транслировал малую часть от того, сколько он занимался этим на самом деле. Он много разочаровывался, надеялся, проигрывал, но каждый раз, глубоко вдохнув и выдохнув, он с новыми силами старался сделать результат, который будет лучше предыдущего. И он стал лучшим. Когда Дрим побил мировой рекорд, его тело будто дрожало изнутри. Он слышал, как кричит Сапнап, и он до сих пор помнит слова Джорджа о том, как он гордится им. Тогда он достиг того, к чему стремился около трёх месяцев. Он не мог не кричать от радости от этого нескончаемого потока адреналина от новой личной победы.

***

— Дрим. Они опять называют тебя читером, — Сапнап стримил и смотрел видео на ютубе, — Сколько можно, чёрт возьми? — Сапнап листал ленту, натыкаясь на всё больше одинаковых кликбейтных видео с примерно одинаковым названием. — Я не читер, — Дрим произёс эту фразу довольно низким голосом близко к микрофону, чётко проговаривая каждый слог. Он посчитал это забавным. Сап посмеялся, а чат начал говорить о том, что испугался, до этого сидящего в муте, Дрима. Клэй усмехнулся и взял банку колы, чтобы сделать глоток. Когда он запрокинул голову, допивая жидкость со дна, его зрачки сузились, и он резко вдохнул, из-за чего кола попала не в то место, и он начал откашливаться. Какого чёрта? Он был уверен, что недавно у него было на одну ложь больше. Когда он успел? — Дрим, ты в порядке? — Сапнап услышал кашель до того, как Дрим не выключил микрофон вновь. Когда Клэй прочистил горло, он вновь вернулся в разговор, с недоверием продолжая смотреть на число. — Да... Всё ок.        Дрим был уверен, что эта невероятно точная и всезнающая система лжи начала давать сбои. Число становилось меньше на десятки в течение дня. Он физически не мог обращать внимание на это во время стримов, потому что был увлечён диалогом или реакцией. Дрим тщательно следит за своей ложью, потому что он тренировался и тренировался из года в год не врать вовсе. Сейчас же после каждого стрима и даже после общения с Сапнапом или Джорджем в привате, он замечает, что пропадают десятки цифр. Он хотел бы поговорить об этом с друзьями, но ему было некомфортно от мысли о том, что они могут посчитать его лжецом. Попытавшись найти информацию об этом в интернете, он разочаровался. Нет ни одного треда в реддите, нет ни одной статьи или блога об этом. Люди писали лишь о том, что они не понимали, что врут сами себе, но потом всё же осознавали это. Дрим не понимал. Он не врал ни себе, ни кому либо ещё. Всё что он делает на стримах — это шутит, делает реакции и играет. Как во время подобного времяпровождения можно солгать так много раз? Он включил свою последнюю запись, стараясь пролистать её побыстрее, так как был глубокий вечер, и ему хотелось отдохнуть. Они говорили с Джорджем, играли в майнкрафт и обсуждали разные темы. Дрим проматывал на 30 секунд вперёд, пытаясь уловить всё, что он говорил. Они обсуждали последние события среди майнкрафт-комьюнити, Дрим опять заигрывал со своим парнем, на что Джордж смущался и говорил ему заткнуться, это был обычный стрим, ничем не отличающийся от другого. "— О боже, — голос Джорджа стал выражать раздражение. Дрим почувствовал по интонации, что Джордж закатил глаза. — Что случилось? — Они опять называют тебя читером. — Бред. — Да вот и я о том же." Дрим сделал звук чуть громче и попытался вникнуть в диалог. Он помнит этот момент, но кажется это может что-то значить. "— Ты не можешь быть читером, мы уже говорили про это на стримах, — Джордж был явно подавлен из-за того, что его любимого человека и друга уже которую неделю обвиняют во лжи. — Да, ты прав. Стоит сделать про это отдельное видео." Чёрт. Это началось, после трансляции с Ником и продолжается уже долгое время. И если судить сегодняшний стрим и всё такое... Дрим закрыл Твич и откинулся на спинку кресла, смотря на количество цифр над головой. Чёткие, чуть светящиеся символы показывали 11204 За двадцать лет он потратил меньше девяти тысяч. Он гордится этим и надеется, что его успех будет более высок, поэтому Дриму хочется поскорее разобраться с этим. Он вновь задумывается и с противоречивыми чувствами произносит: — Я не читер. 11203 Он резко выпрямился и посмотрел на число ещё раз, не переставая моргать, будто не верит. — Я не читер. 11202 Он поднимается со стула, и счётчик идёт также вверх. — Я не читер! Он прокричал с закрытыми глазами, надеясь, что ему всё это казалось. Приоткрыв один глаз, он выдохнул, погрузившись вновь в кресло и прикладывая руку ко лбу. 11201 — Какого хуя?

***

      Он провёл слишком много времени смотря видео, которые его разоблачают. Это не могло быть правдой. Он буквально не мог понять в чём заключается его ложь, если он ничего не делал. В то время Клэй понял, что прогуливать уроки алгебры было абсолютно безответственной идеей. Потому что сейчас, пытаясь впитать информацию о вероятности правдивости его спидрана, он не понимает буквально ничего. Эти непонятные уравнения, проценты. От бесконечного количества сложных примеров у него болят глаза. На протяжении каждого дня он врал более тридцати раз. Умалчивал. Создавал конкретный неправдивый тезис, который вёл за собой ещё больше лжи. Он пытался сдержать себя каждый раз, когда натыкался на заголовки «Дрим — главный обманщик ютуба! Сколько у него лжи?!», видео которых содержали очередные расчёты, от которых Клэя уже тошнит. Осознание того, что если он расскажет о том, что его лжи становится меньше и меньше, но он так и не выяснил причину, повлечёт за собой ещё большую кучу оскорблений и беспочвенных обвинений.       Так прошёл месяц, и на лице стримера появлялся пот при взгляде на счётчик, который за тридцать дней похудел на тысячу. Это лето было нелёгким, и сейчас, в августе, он не может радоваться даже своему Дню рождения. Последнее, что он хочет это доказывать кому-то что-то обратное. Он не говорит Джорджу, боится говорить Сапнапу. Ещё никогда не было такого, что счётчик лжи воспринимал очень малую, но существующую вероятность как обман, поэтому прямо говорить кому-то о том, что ты сомневаешься в работоспособности твоего счётчика — слишком опасно, как бы он ни доверял своим друзьям и своему молодому человеку... Джордж... Он и вправду помогал с этим. Их ночные разговоры, когда они были лишь вдвоём и шептали нежности из раза в раз, расслабляли Клэя. Он понимал, что Джордж его не покинет, и что с ним он всегда будет в безопасности. Он прекрасно понимал, но всё равно говорил даже ему, что все, кто выставляют Дрима как виновного — лгут. Кадык предательски дёргался, когда он врал тому, за кого готов был отдать последние цифры над головой. Джордж спрашивал, случилось ли что-то, на что Дрим отвечал, что ему просто неприятна клевета о себе, и врал, врал, врал. Врал тому, кому не должен. Дрим верил, что сможет остановиться. Хотя бы ради Джорджа. Но каждый раз истина уходила на второй план, и он не мог.       Прошло полгода. Коронавирус всё ещё мешал планам многих, Дрим был разочарован, когда понял, что не сможет приехать к Джорджу, несмотря на то, как долго они планировали совместное времяпровождение. Он занимался сервером, который невероятно быстрым темпом продолжал набирать популярность. И продолжал многое умалчивать.       Наступил 2021. Много невероятно счастливых событий происходило между людьми. Джордж жаловался на холод в Лондоне, а Дрим смеялся, под включённый вентилятор на потолке с Январской температурой +20. Всё было прекрасно всё время, абсолютно всё. С утра до вечера, когда он играл в майнкрафт, сидел в дискорде с друзьями, играл в Джекбокс, читал чат. Всё было здорово каждый раз до того момента, пока ему не приходилось сталкиваться с счётчиком. Он старался не смотреть. Потому что не мог перестать понижать его. Будто вернувшись в детство, он стал вести себя так, как отучал себя вести всю сознательную жизнь. Врать по мелочи, крупно — было не важно, не фильтровалось. Слова летели из его рта. Он мог быть груб с одними, ангелом с другими, и ему это не нравилось. Он пытался изо всех сил, часто мысленно затыкал себе рот, но смотря на отражение в зеркале, он смотрел на оставшиеся 4 тысячи и не мог поверить. Он так долго всё берёг и сейчас слишком стремительно теряет. Клэй брызнул на лицо мокрой водой и склонился над раковиной. По его лбу стекла капля. Он прикрыл глаза, сжимая кулаки. Его зубы сжались, а злость наполняла тело. Каждый раз сталкиваясь с таким ничтожным числом, он хотел разбить зеркало, отвести взгляд, выколоть глаза, да всё что угодно, просто чтобы не сталкиваться с тем, что он теперь не мог скинуть это на ошибку работы этой вселенской проверки на честность. Теперь он уже знал, что врёт.

***

      Когда Клэй начал терять последний десяток тысяч, то понял, что лучше обратиться к человеку, который может понять ситуацию лучше, чем он сам. Он связался с профессором, который был рад помочь отчаянному парню. Тот профессор доказал, что Дрим не читерил. Это должно было снять напряжение, но на деле стример начал переживать и пытаться докопаться до правды ещё больше. При перечитывании переписки с его знакомым из Моджанг у него дёргался глаз. Это был плагин. На момент спидрана на 1.16 Дрим физически не мог знать, как будет работать старый плагин для записи на новых версиях. Он не знал, что он будет работать в одиночном режиме. Почему? Понял бы он всё сразу, не приходилось бы столько переживать. С хорошим настроением он разъяснил ситуацию с профессором, который надеялся, что Дрим успокоится, ведь это всё была игра. Но реакция профессора была не совсем та, которую Дрим ожидал получить. Он обвинил Клэя в намеренной лжи, и что он обманным путём заставил его доказать невиновность. По мнению профессора, он не мог не подумать проверить плагины. Дрим должен был сделать это в первую очередь, а не копать так глубоко. В итоге дав новую формулу, тот профессор ушёл, оставив Дрима с принятием правды. Правды о том, что он лжёт. И о том, что эту правду не смогут принять все. Если даже профессор почувствовал что-то неладное. Значит его аудитория, которая со слюнями доказывает то, что, как оказалось, является правдой — тем более не поймёт. Лучше будет подождать немного, когда драма утихнет, через год, может быть. И тогда он всё расскажет.

***

      К Рождеству Сапнап приехал к Дриму. Клэй очень соскучился по своему лучшему другу. Они хорошо провели время и это даже помогло расслабиться. Сап заметил, что Клэй уворачивается от вопросов про счётчик, но допрашивать друга не стал. Вместе с семьёй Дрима они прекрасно отметили праздник, и у Ника в инстаграме появилась фотография с Патчес. Через время они съехались, что Джордж принял с завистливым недовольством. Жить со своим другом было намного комфортнее. Клэй меньше переживал, так как он почти не оставался наедине с самим собой. Они часто говорили о разных темах, засиживались в комнатах друг друга до поздней ночи, как они любили делать в начальной школе, и вместе общались с Джорджем и другими друзьями. Чувствуя кого-то близкого рядом с собой, перестать беспокоиться о лжи стало намного более лёгким процессом. Из-за того что Дриму приходилось торопиться, не имея возможности задерживаться в душе, он реже смотрел в зеркало, переставая сталкиваться со своим числом над головой. А ночью он был слишком истощённым, чтобы думать о том, как много он врал раньше и сколько у него остаётся сейчас. Ложась в кровать, глаза уже закрывались сами собой. Всё происходило само собой, и Дрим чувствовал себя защищённее, пропуская плохие мысли. Он чувствовал себя будто под махровом одеялом. Уставать от хорошего времяпровождения намного приятнее, нежели гнобить себя изо дня в день, забывать есть, информировать лучших друзей и парня о своём состоянии, заставляя всех волноваться. Разговоры со всеми знакомыми наладились, и кто-то даже считал, что до приезда Сапнапа у Клэя была депрессия. Он отвечал на всё это со смехом, отмахиваясь тем, что просто настроение было не очень хорошее. Но не смотреть назад было невозможно.       Он точно знал, что когда обвинения только начались, у него был стресс. Цифры убегали непонятно куда, огромное количество людей оскорбляли его, из-за чего он вёл себя так в ответ. Постоянно оскорблял тех, кто высказывает неправдивое, в глазах прошлого Клэя, мнение. Отправлял много смайликов-клоунов и вёл себя невероятно грубо. Как только он понял ситуацию, обороты сбавились, но он не переставал быть злым, из-за чего его голос во время обсуждения этой темы на трансляциях часто переходил на более высокую громкость. Осознав то, что система не ошибалась, Дрим полностью передал на своём состоянии внутреннюю борьбу. Он долго думал о том, что рассказать всё будет не поздно, но всё время уходящие цифры, после того, как он пытался намекнуть на правду, тут же начиная лгать в 10 раз больше, заставляли проглатывать слова каждый раз. И даже Джордж не знает. Даже Сапнап. Дрим не смог рассказать лучшему другу ничего. Ни в самом начале про проблемы с счётчиком, ни во время агрессии, ни сейчас, находясь с ним в одном доме, он не затронет тему лжи и правды, он не может сказать истину, значит будет уворачиваться от вранья в их сторону. Страх, кричащий о том, что Сап может не поверить, сжигал изнутри, не позволяя простому рассказу выйти изо рта. А когда Клэй говорил с Джорджем лично, ему было не до числа над головой вовсе. Он мог только наслаждаться чужой улыбкой, чужими эмоциями и чужой любовью. Он хотел бы вечность проводить с этим человеком и был очень счастлив факту того, что это взаимно. Сколько раз он лично извинялся после глупых шуток во время стрима, сколько раз он вводил Джорджа в краску и из-за колких фраз, посланных для аудитории, и из-за горячего шёпота, который мог доноситься до Джорджа через наушники, когда в тёмных комнатах, слушая или смотря на экран, глядя в глаза друг друга, они могли заниматься плохими вещами. Нельзя было в эти идеальные отношения приплетать ложь. Джордж и так врал аудитории почти на каждом стриме, когда говорил, что не любит Дрима, и как же сердце Дрима грело осознавание этого факта каждый раз. Они правда любят друг друга, и Клэй уверен, что глупейшие спидраны никогда не станут причиной их ссоры.

***

      Но время шло, а количество обвинений не уменьшилось даже из-за пассивности Дрима. Исследование профессора лежало в папке с мусором, который не был очищен. Терпеть это было уже невозможно. Сколько бы счастливых дней с Сапнапом не было прожито, Дрим понял, что наличие друга рядом с собой вовсе не означает наличие плаща, которым всё время можно прикрыться, надеясь, что так ты изолируешься от всего плохого. Ник часто спрашивал, что происходит, а Дрим врал. Все замечали его невероятные скачки настроения, избегание некоторых тем, а также его попытки полностью уйти в Дрим смп. В реальности же Клэй всё время сидел в своей комнате и редко впускал даже Сапнапа. Когда Дрим лежал на кровати, беззвучно роняя слёзы от безысходного положения, к нему каждый раз пробиралась Патчес и пыталась его успокоить. Кошка демонстративно залезала на грудь парня и начинала топтать его лапками. Он делал рваные вдохи и выдохи, пытаясь скорее пропустить через себя все ненужные эмоции, которые не должны появляться на глазах зрителей и друзей.       И сейчас янтарные глаза Патчес смотрели прямо на Клэя. Она дёрнула ушком и легла на него, продолжая смотреть прямо в глаза, будто дожидалась ответа. — Знаешь, Патчес, — Дрим постарался успокоиться и почесал животное, которое сразу начало ластиться к руке, — А ведь все правы. Я их обманул, я их так долго обманывал, что, — Дрим хрипло прервался, глядя вверх, на оставшиеся 34. Он поджал губы и зажмурился, сильно сдерживая себя от того, чтобы не заскулить от этой омерзительной боли. Патчес прильнула к его лицу сразу же, как новая порция безмолвной истерики хотела выразиться на лице хозяина. Она потёрлась головой о щёку Дрима, который аккуратно поднял её на руки и встал с кровати сам. Он крепко прижал её к себе и обнял. Он впервые сказал это вслух. Даже не кошке, а самому себе. Через несколько секунд кошке стало неудобно и она начала вырываться. Дрим осторожно опустил её на пол, и она поспешно убежала в чуть приоткрытую дверь. Он проследовал за Патчес, которая решила полакать воды из миски. Ему тоже нужно было выпить воды. Зайдя на кухню, он включил свет. Электронные часы на плите показывали 3:30. Дрим выдохнул, осознавая как долго он провёл в постели, рыдая как маленький мальчик. Он стоял некоторое время, будто в трансе, забыв, что пришёл за водой. Вокруг него стояла тишина. Тряхнув головой, парень всё же дошёл до графина с водой и начал жадно глотать её, даже не наливая в стакан. Выпив пол литра за раз, он поставил графин и глубоко вдохнул. Стало чуть легче, но засыхающие на глазах слёзы доставляли дискомфорт, поэтому он подошёл к раковине на кухне и плеснул на себя холодной водой. Дрим был рад понять, что сейчас, подняв голову вверх он столкнётся с шкафчиком для посуды, а не с зеркалом, поэтому с более спокойной душой он вернулся в комнату, взял телефон и проверил сообщения. Ему писал Сапнап. Точно, его нет дома, наверное у этого есть причина. Sapnap: Хей, Дрим, я пытался достучаться до тебя, потому что у тебя как обычно закрыта дверь, но наверное ты спишь, поэтому просто напишу. У меня есть дела, и я вернусь завтра утром/днём, окей? Береги себя, надеюсь, ты в порядке. Сапнап уехал на ночь, вот в чём дело. Клэй выдохнул. Ну, хотя бы можно принять ванну без мысли, что тебя будет кто-то торопить. Взяв из шкафа полотенце и чистую одежду, он направился в ванную комнату.       Дрим включил довольно горячую воду и начал набирать ванную, попутно пытаясь что-то откорректировать у себя в голове, бессмысленно шагая по дому. Через время ванная была полная, и Дрим осторожно сел в неё. От высокой температуры кожу начало колоть, но это ощущение было совсем не неприятным. Он опустился, прислоняясь к ванне и хотел бы расслабиться, если бы не оказался прямо под числом. 34 Больше нельзя. Трясущимися руками беря телефон и открывая заметки, он нервно сглотнул, но начал писать. Я чувствую, что это что-то важное, о чем нужно поговорить, я какое-то время сильно сдерживался об этой теме и просто решил, что, вероятно, будет лучше просто выпустить это, чтобы я мог чувствовать себя немного более расслабленным, я думаю. Я уверен, что это будет очень долгое чтение, я пишу это в ванне в 4 утра на свой телефон, так что извините за любые ошибки или запутанные моменты.

***

Я надеюсь, что это немного проясняет мое мировоззрение, но если нет, я не уверен, что прояснит. Я уверен, что расскажу об этом больше просто для ясности, но я не хочу вызывать больше драмы. Пожалуйста, не выражайте ненависти команде разработчиков или никому, кто причастен к ситуации, я не хочу больше драмы, вы мне не сторонники, если вы это будете делать. Готово… Признание было написано. Написано было всё, раскрыто всё. Пока Дрим писал это, ни единая цифра не поменяла своё значение. Он смог сказать правду. Клэй откинулся на спину, прикладываясь к стене. Он осторожно отложил телефон в сторону. Его руки дрожали, на пальцах были жилки от горячей воды, которая уже давно остыла и лишь доставляла дискомфорт. Дрим принял душ и посмотрел в зеркало. Ничтожно маленькое число наконец-то было встречено взглядом без страха. Он знал, что если оно дойдёт до нуля, то он умрёт. Но этого не произойдёт. Сейчас всё изменится… С этого момента и до конца жизни Дрима. Он просто не должен больше лгать. Это не будет сложно. Он учился этому всю жизнь. Парень берёт телефон в руки и, разблокировав его, входит в твиттер. Его палец надавливает на экран, даже, наверное, слишком сильно, чтобы появились заветное «копировать, вырезать, вставить» Он вставляет ссылку и публикует твит. Люди должны знать правду.       Уведомления заполняли его телефон. Он мигал и мигал. Очень много его друзей-стримеров реагировало негативно… Нет… Нет страха за счётчик, есть отчётливый страх за свою медийную личность. Но больше не остаётся сил. Солнце за окном уже взошло, а Дрим так и не лёг спать. Возможно, после сна он будет винить себя за то, что пошёл на такой поступок без более готового и трезвого состояния. Когда он вернулся в комнату, на кровати мирно спала его кошка. Она свернулась клубочком на подушке и иногда тихонько фыркала. Клэй слабо улыбнулся и выключил свой телефон. Осторожно приземлившись на кровать, он лег на матрас перед подушкой. Его ноги свисали из-за того, что он лежал не на всей длине, поэтому он согнул ноги и свернулся почти как его собственная кошка. Он быстро уснул, но спал недолго. Его разбудили звуки, доносящееся с кухни, должно быть Сапнап вернулся домой и готовил завтрак. Клэй осторожно поднялся, держась за шею, которая затекла из-за неудобной позы для сна. Его кошка всё ещё по-королевски растягивалась на подушке хозяина, Дрим слабо улыбнулся и вышел, чтобы поприветствовать друга. Возможно, у них сейчас будет серьёзный разговор. Но раз Дрим сделал тот твит, то и поговорит с Ником. Дрим поджал губы, понимая, что и с Джорджем нужно будет поговорить, конечно. В начале отношений они опускали разговоры о лжи на нет, так как Джордж был сторонником идеи, что врать, это дело лично каждого, хоть он и перестал врать без повода, когда вступил в отношения с Дримом. Тем не менее, они не любили это обсуждать. По крайней мере, как отдельный разговор. Также Джордж замечал изменения в состоянии Дрима за год, но Дрим не хотел нагружать парня, поэтому говорил, что у него просто небольшая хандра, вызванная негативом со стороны публики. Дрим осторожно открыл дверь на кухню. Сапнап стоял над плитой и готовил яйца с беконом. Увидев Клэя, он резко перевёл взгляд обратно на сковороду, чуть опустив голову, а выражение его лица приняло тревожность. Кухня наполнилась неловким молчанием, прерываемым скворчанием бекона. И Сапнап всё же повернулся к другу и негромко сказал. — Мы же можем поговорить, да? — Да, — Клэй сел за стол, не беря телефон в руки, как он делал обычно. Он ждал, пока его друг начнёт спрашивать. Ник выключил плиту и положил себе и другу порцию завтрака, ставя тарелку перед ним. — У тебя больше лжи, чем ты говорил мне? — Нет. Я никогда не врал тебе об этом, — Дрим поднял испуганный взгляд на друга, а его голос дрогнул. — Всё в порядке, я верю. Но… Сколько у тебя осталось? Дрим посмотрел в верх. Он рад, что число не изменилось, но произносить его вслух было страшно. — Двузначное число. — Клэй, — Сапнап выглядел слишком серьёзно. — 34. — О господи… — Ник склонился над тарелкой, прижимая ладони к лицу, — Почему ты не рассказал мне? — Я не мог… — А чего ты боялся? Ты думал, что я отвернусь, если узнаю, что ты тратил всё направо и налево? Клэй, мы, чёрт возьми, жизнь дружим, ты понимаешь, что стоишь на грани смерти? Я не хочу терять тебя из-за тупой игры. — Я… Не буду больше врать. Я. Теперь я всегда буду честен со всеми. — Клэй, пожалуйста. Дрим посмотрел на него. Глаза Сапнапа были мокрыми. Он довольно нейтральный и молчаливый в жизни человек, поэтому Дрим никогда не видел его в таком состоянии. — Пожалуйста, исполни это обещание. Я буду на твоей стороне, я буду защищать тебя. Только не позволяй счётчику дойти до нуля… — Я обещаю. Они ещё немного поговорили, успокоились и пришли к выводу, что лучше сделать стрим, где Дрим всё объяснит для своей аудитории. А потом они поговорят с Джорджем. Через время, впервые за несколько часов, Дрим открыл свой телефон, чтобы оценить то, что вообще про него пишут. «Серьёзно? Кто-то до сих пор хочет быть твоим фанатом? Ты год врал и не краснел, наверняка у тебя куча лжи и ты мог солгать 100 раз в своём «Искреннем признании», для меня ты мёртв, как и твой фандом. Я надеюсь, люди откроют глаза и поймут, что за личностями вроде тебя нельзя следить и восхищаться.» «Умри.» «Дрим. Почему ты врал? Тебе настолько всё равно?» «#DreamOut пора тебе уходить с трона, лжец» «А я и так знал!» «#DreamOut Вы же понимаете, что его друзья с ним 100 процентов заодно? Я ухожу из фандома» Нет. Нет, нет, нет, нет, нет, нет. Это же всё ложь. Они не понимают, о чём говорят. Руки Дрима дрожали, и в шоковом состоянии он начал вести трансляцию. В голове крутилась куча негативных твитов, а также он понимал, что хештег о его отмене, становится всё популярнее. — В-всем привет… Перед началом стрима я бы хотел поздравить всех с месяцем гордости и… Дрим смотрел в чат. Много людей мило здоровались, но больше в глаза бросались пожелания смерти и отмены. — И. Я хотел бы извиниться за то, что так долго не делал стримы, и сейчас мне бы хотелось прояснить с вами некоторые моменты, которые вы не так поняли. — Во-первых, всё это время я ничего не понимал. 33 — Во-вторых, если честно, я не особо интересовался этим спидраном, как и мои друзья. 32 — Нам и без этого есть много чего обсудить, поэтому никто не спрашивал у меня про ложь и всё такое. 31 — Я не хотел прививать к этому общественное внимание.

***

      Дрим старался оправдать себя. Но в этом не было смысла. Люди продолжали и продолжали поливать его грязью, даже делали гневные донаты со словами, чтобы он подавился этими деньгами и врал дальше. Ему напоминали, как мерзко он себя вёл, в то время как люди, которых он оскорблял, говорили правду, но Клэй оправдывался, оправдывался и оправдывался, совершенно не понимая, что говорит. Через два с половиной часа он завершил стрим. Над головой весела цифра 5. Одинокая и влекущая за собой последствия. Но Дрим истощён. Он даже не обращает на это внимание. Он не хочет ничего. Просто упасть и забыть об этой ситуации. Забыть, что он натворил. Но тут телефон оповещает о звонке и начинает неприятно жужжать. Клэй хочет сбросить, но сначала проверяет, не важный ли человек ему звонит. Джордж... О боже, это Джордж!       Внутри него будто расцветают цветы. Наконец-то он встретил своё спасение, это тот человек, которого ему на самом деле не хватало. Он немедленно ответил. — Джордж! — Его голос был полон любви и тепла. — Клэй, что за херня? — Джордж был не в настроении, и зрачки Дрима мгновенно сузились. — Что?.. — Ты знаешь, что. Какого чёрта? — Джордж, ты смотрел трансляцию, я же всё объяснил- — Нет, Клэй. Если ты думал что я, как твой, напомню, парень, не замечу, что ты солгал более десяти раз за эту трансляцию, сравнивая с тем, что ты говорил мне и с тем, что ты писал и объяснял на стриме, то ты ошибался. — Джордж… — Ты достаточно оправдывался, чтобы я перестал тебе верить. Если бы у тебя на самом деле оставалось меньше сотни, ты бы молчал или говорил бы совсем по-другому. Дрим поднял голову. Пять. Он не мог видеть этого раньше, но сейчас. — Я не контролировал это. — Что «Это». Разы, когда ты врал мне? — Я никогда не врал тебе, — Дрим хотел кричать, но сдерживался. 4 — Да, конечно, если ты забыл, то даже перед признанием мне, ты говорил, что мог врать. Ты ещё, наверное, искренне верил, что не читерил, хотя до своего спидрана на 1.16 говорил, что переживаешь за этот плагин. — Я не помнил этого! — Хватит врать мне! Ты понимаешь, сколько раз я лгал, говоря, что не люблю тебя, потому что не хотел усложнять нам обоим жизнь, а ты просто брал и врал направо и налево. Может быть всё это тоже ложь?! Твоя любовь, признания?! Всё это - шутки? Мой счётчик убегает, когда я говорю, что не люблю тебя, а у тебя, когда ты говоришь, что любишь, я прав? Я ведь прав, Дрим? — Ты не прав, Джордж, перестань. — Ты лжёшь. — Я не лгу тебе, я люблю тебя, Джордж, — по щекам непроизвольно текли слёзы, а голос начал дрожать. Он чувствовал себя жалким избитым подростком, от которого отворачивается последний человек. — Не устал ты ещё наблюдать за тем, как твоё число уменьшается? Столько врать, удивительно! — Я не вру тебе… 3 — Тогда почему ты ничего не говорил? Говорил, что всё нормально?! Твои фальшивые слёзы на меня не действуют, знай это! Ты говорил, что всё в порядке, ты говорил, что ложь ни при чём, и после этого ты доказываешь, что никогда не врал мне? — Джордж, — дышать становилось труднее, он не может контролировать это состояние, — Я не врал...Тебе. 2 — И снова, — голос Джорджа стал спокойным, — Знаешь, Клэй. Я себя уважаю. И сейчас я понял для себя всё. Я понял, как много я мог бы сэкономить из тех 40 тысяч, которые мне дали, не произнося ничего о тебе вовсе. Я мог многое сохранить, не общаясь с тем, кто поступает так подло с друзьями, что даже врёт им о числе. Ты не мог не понимать что с тобой происходит. — Я не понимал. 1 — Заткнись, — со стороны Джорджа послышался смешок, — Мы расстаёмся. — Что? — Это не обсуждается. Прощай. О ютубе поговорим позже. Я не хочу иметь с тобой что-то общее. Гудки. Гудки, показывающее слабость. Гудки, неизбежно ведущие в пропасть.       Он медленно убирает телефон от уха и кладёт его на стол. Он дрожит, слёзы текут, лёгкие не хотят работать нормально. Он упирается локтями в ноги, склоняется вниз, прижимая руки к голове и кричит. Кричит со слезами и с рёвом. Отчаянным. Убивающим. Он плачет, он не понимает, он не хочет принять. Он не сможет не отрицать то, что произошло, он не хочет в это верить. Он продолжает кричать, пока его голос не срывается, а до уха не доносятся два громких стука в дверь. — Клэй, ты в порядке? Надо успокоиться, надо успокоиться. Просто дышать, дышать, дышать. Жизнь на этом не кончится, они помирятся, Дрим всё ему расскажет, всё будет хорошо. Он отрывает голову и на дрожащих ногах поднимается со стула. Сейчас он выйдет к Нику, выпьет воды, и они всё обсудят. Жизнь ведь не закончилась, всё будет в порядке. — Ты в порядке, Клэй? — Не услышав ответа, повторяет Ник ещё раз, беспокоясь о состоянии друга. — Да, я- Дрим потянулся к ручке двери и остановился. Остановился и упал.