Идеал

Когда Лео наконец-то сдаëтся, соглашаясь на подобие отношений, а после и на одну на двоих квартиру, Артур так счастлив, что не сразу понимает, что что-то не так. Он радостно бросается в омут с головой, стараясь обустроить их совместный быт, носится беззаботным щенком, светясь так, словно решил заменить собой солнце, а после замечает. Юньси не ест. Лео пропускает завтрак — предпочитает поспать подольше, а после не успевает покушать. На обед тоже чаще всего времени не находится, а ужин.. какой такой ужин, он ведь модель, а модели не ужинают. Лео звонко смеётся, а Артур смотрит на его острые скулы и молчит. Он тоже модель, но только что съел острую сычуаньскую лапшу и стейк из лосося. На ночь, ага. Лео долго держит в руках стаканчик с ванильным рафом, но не делает ни глотка. После Артур находит остывший кофе в мусорке. Не то чтобы он следил за тем, что отправляется на выброс, вовсе нет, зато он следил за Лео. И тот ни разу не поднёс напиток к губам. Грел тонкие пальцы о картонные стенки, пока те были тёплыми, а после просто швырнул кофе в урну. Артур старается не заострять на этом внимание и в следующий раз покупает Юньси американо, который тот забирает с благодарной улыбкой и выпивает практически сразу. Фэйюй знает, что Лео сладкоежка, однако пакетик с порционным сахаром остаëтся нетронутым. Когда Артур обхватывает ладонями его талию, кончики пальцев соприкасаются в районе поясницы. Это неправильно и странно — не должен взрослый мужчина быть тоньше девушки-подростка. Это неправильно и странно, а ещё.. возбуждает. Фэйюй корит себя за подобные мысли. Тело у Юньси сильное и жилистое, как у спортсмена, совсем не хрупкое, но, при этом, тонкое и практически невесомое. Артур смотрит с лëгким осуждением, но не говорит ни слова. Позвонки Лео можно пересчитать просто проведя по спине ладонью, а лопатки выступают так, словно на их месте прорезаются крылья. Юньси страшно сжимать в объятиях — того и гляди сломаешь, но Фэйюй не может этого не делать. Где-то глубоко внутри скребëтся неясная тревога, что, если разжать руки, Лео улетит от него, растворившись в бескрайнем синем небе. Маленькая птичка Ло И. Артур смотрит на Юньси, лениво ковыряющегося в рисе с морепродуктами, и хмурится. Лео так и не подносит палочки ко рту, зато фотографирует блюдо для поста в оазисе и утыкается в смартфон. Рис остаëтся нетронутым. Креветки тоже. У Юньси контракты с теми же брендами, что и у Артура, но их стиль разительно отличается. Лео не любит тяжëлую одежду, а ещё больше — тяжёлую обувь. Не носит обтягивающие и короткие вещи, не раздевается при посторонних. И вообще не раздевается. Даже дома ходит в безразмерных кофтах и штанах, жалуясь на то, что мëрзнет. Пальцы у Лео холодные даже летом. Артур сжимает его ладонь в своей, стараясь отогреть, но выходит далеко не сразу. Юньси вообще слишком холодный для живого человека. Фэйюю хочется пошутить про вампиров, но, пожалуй, это уже даже не смешно — вампиры ведь едят хоть что-то. Лео не ест. Артур понимает это не сразу, скорее, догадывается, когда видит бессильно опущенную на руки голову Юньси, у которого слишком часто отсутствуют силы жить. Когда Фэйюй спрашивает об этом, в глазах Лео проскальзывает паника, а после он слегка нервно смеётся и говорит, что ему показалось. На следующий день Лео завтракает. И на следующий тоже. И после. Артуру становится слегка спокойнее. Ровно до тех пор, пока он не замечает, что сразу после еды Юньси непременно бежит в ванную, ссылаясь на то, что нужно почистить зубы. И не выходит куда дольше того времени, которое требуется для простой гигиенической процедуры. Подслушивать нехорошо, но, как убеждает себя Артур, в этом случае абсолютно необходимо. И интуиция его не подводит. Да, Юньси теперь ест, но толку от этого меньше, чем вреда. Фэйюй обессиленно приваливается спиной к двери ванной комнаты, из-за которой доносятся весьма характерные звуки, и прикрывает глаза. Пора признать: Юньси болен, и ему требуется помощь. Говорить о происходящем Лео по-прежнему не хочет. Отводит глаза, шепчет, что всё в порядке, а сам трясëтся мелкой дрожью и пахнет мятой, усталостью и крепким кофе. Артур прижимает его к себе. Юньси никогда не отличался мощным телосложением, а сейчас и вовсе напоминает ребëнка тонкостью запястий и огромными тёмными глазами, выглядящими ещё больше на осунувшемся лице. Ещё чуть-чуть и Лео перейдёт грань изящной тонкости, став болезненно худым. Вообще, он уже болезненно худой, но широкие футболки и свитера успешно это скрывают. У Лео рекламные контракты один за другим, он демонстрирует косметику, одежду и даже сладости, даëт множество интервью и выглядит в кадре ухоженным и счастливым, а Артур тем временем готов убить каждого, кто восхищается тем, что Юньси выглядит как фарфоровая статуэтка балерины. Косвенно именно эти люди довели его любимого до такого. И они же его осудят, если узнают, какими способами был достигнут их «идеал». А ещё все эти незнакомцы, пишущие на вэйбо комплименты и растаскивающие фотографии Юньси по сети, многого не знают. Они не знают, какая у Лео тонкая и сухая кожа, которую не спасают даже лучшие уходовые средства. Не знают, что он может спать двадцать часов подряд, но проснуться всё равно уставшим. Не знают, как часто у него кружится голова и сколько обезболивающего, витаминов и кофеина он выпивает ежедневно. Зато всё это знает Артур. И он многократно пытается достучаться до Юньси, однако каждый раз натыкается на глухую стену непонимания и упрямства — Лео вполне искренне считает, что «просто держит себя в форме» и старательно переводит тему разговора со своих нездоровых привычек на что угодно другое. И это только лишний раз подтверждает, что всё совсем не так «просто». Артур читает в байду множество статей, с ужасом отмечая, что практически все симптомы совпадают — чужие истории пугают, ведь со счастливым концом их очень мало. Он даже находит контакты пары специалистов, работающих с подобными расстройствами, но не знает, как уговорить на поход к врачу того, кто этого явно не желает. Осознание собственной беспомощности оглушает. Фэйюй теперь часто просыпается среди ночи от леденящего кожу ужаса — ему кажется, что Юньси исчез, растворился в течении дней и ворохе глянцевых снимков, на которых выглядит слишком идеальным, чтобы быть живым. После Артур подолгу смотрит на спящего рядом Лео, постепенно успокаиваясь и убеждая себя, что Юньси у него не сможет забрать никто и ничто. Конечно, у них бывают и хорошие дни. Лео позволяет накормить себя кашей с фруктами и не уносится спустя пять минут в ванную. Они гуляют в парке, кормят птиц и украдкой целуются, прячась среди цветущих кустов и деревьев. Юньси улыбается так беззаботно и солнечно, что Фэйюй на мгновение забывает обо всëм. Даже о том, что близости у них теперь нет. Раньше Лео запросто мог прижать его к стенке, подмять под себя или даже поставить на колени прямо в прихожей, теперь же властный взгляд сменился пассивной усталостью. Юньси молча позволяет раздеть себя, безропотно терпит длительную подготовку, а после тихонько выдыхает на каждом мягком толчке. Покорный, молчаливый и слабый. Артур смотрит на раскинувшегося под ним Юньси и давит желание зажмуриться — видеть, как сильно выпирают у его любимого рëбра и суставы, практически невыносимо. Где-то в животе скручивается тугой узел, к горлу подкатывает комок и он прикусывает щëку с внутренней стороны, стараясь не выдать своего состояния. Больше Артур к нему не прикасается. Когда Лео попадает в больницу из-за слишком низкого сахара — свалился в обморок прямо во время очередной фотосессии, — это становится последней каплей. Фэйюй приезжает в больницу сразу же, как только узнаëт об этом, сорвав собственные съëмки, но жалеть об этом явно не собирается. Юньси смотрит на него грустно и виновато — они оба сейчас выглядят не лучшим образом. И если Лео довёл себя сам, то покрасневшие глаза и общий помятый вид Артура это явно уже заслуга Юньси. Фэйюй всеми силами старается не заплакать, но получается с трудом, и он всё же периодически шмыгает носом. «Пожалуйста, давай обратимся к врачу. Я не хочу тебя терять!» — с отчаянием просит он. Лео поджимает губы — где-то на задворках сознания проскальзывает мысль, что всё действительно зашло слишком далеко, но страх оказаться невостребованным в жестоком мире китайского шоу-бизнеса гонит его дальше и дальше. Рука Фэйюя, сжимающая его пальцы, слегка дрожит. Юньси поднимает на него взгляд и видит в глазах своего любимого мальчика боль и отчаяние раненого зверя, попавшего в капкан. А ведь когда-то Лео пообещал себе сделать его счастливым. Решение принять непросто, но улыбка Фэйюя стоит чего угодно в этом мире, и Юньси соглашается. Артур сияет так, что может заменить собой солнце. Они обязательно справятся. Вместе.