Ей просто надоело стесняться.

— Чёрт возьми, ну почему она такая странная? Не понять её, — сказала сама себе Син, разглядывая своё отражение в зеркале. При большом желании эту пылкую брюнетку можно понять, но это достаточно сложно. Только одну вещь о ней Пауэлл знает точно: она идеальна. Как минимум так говорит Джон, а Синтия разделяет его мнение. Ну а почему бы и не считать её таковой? Она высокая, красивая, стройная, творческая... И загадочная. Девушки сами по себе существа высшей степени загадочности, а когда они с другой части материка, вообще становятся чем-то непостижимым и крайне интересным. А также до ужаса непредсказуемыми. Для европейцев точно. К примеру, недели три назад эта японка прибежала к ней с оторванной пуговицей от своей блузки*. И после обиделась на Син, когда та начала искать нитки подходящего цвета, чтобы пришить её обратно. Она просто помочь хотела так-то... Ещё она постоянно путает звуки. Странно, она уже достаточно давно живёт в Британии, но не может правильно произносить огромное количество слов. По непонятным причинам когда она вместо "Леннон" говорит "Р'енон"**, этот самый Леннон лишь смеётся над её попытками произнести всё правильно и глядя на неё, как на чихающего котёнка, шутит про то, что она будет делать, если она станет носить эту фамилию, на что Оно только фыркает, встряхивая гривой. Ещё, помнится, какое-то время Йоко называла её непонятной кличкой "конэко-чан"***. Переводчик Джона заявил, что это ругательство, что неплохо так возмутило Пауэлл. А эта художница ещё и спрашивала, что случилось, и почему она дуется на неё уже недели две подряд. А буквально на прошлой неделе Син получила от неё самый обычный вопрос: "Правда же, луна сегодня красивая?", на что та ответила, что луна действительно красива. И по непонятным причинам Йоко заперлась у себя, при этом не отвечая на её звонки и постоянно заливаясь слезами.**** Из-за этого Синтия сильно переживала всё это время. И пыталась дозвониться до неё буквально каждый день. И ни одного ответа. В отчаянии бросив трубку, девушка со вздохом упала в своё кресло. Вся эта неизвестность просто выводила из себя. Неожиданный звонок в дверь не дал Пауэлл поразмышлять и заставил со вздохом подняться с кресла. — Извините, я сегодня гостей не принима... — сказала девушка, не разобрав, кто к ней наведался в такое позднее время, но её резко прижали к себе сильные, но мягкие и до боли знакомые руки. Теплый и привычный запах бергамота в сочетании с запахом мягких и густых волос дал Синтии понять, кто посмел так нагло обнимать её с порога. — Йоко, почему ты?.. — Мне надоело стесняться. Я так больше не могу. — голос Оно звучал решительно и одновременно нежно. — Син, я люблю тебя. Холодный зимний ветер захлопнул за ними дверь.