Я простой антигерой

      Пространства туалетной кабинки катастрофически не хватает. Этого слишком мало, чтобы разойтись в полную силу, но за неимением большего и так сойдет. Ди довольно спокойно относится к сексу в совершенно незапланированных местах и общий туалет в клубе – не занимает топ 10 самых неудобных мест для траха. Вот и сейчас, альфа отмахивается от перспективы натянуть ладную попку омежки и довольствуется минетом. Глубоким, мокрым, далеко не лучшим минетом в жизни альфы. Но и с эти можно смирится. Однако, есть вещи с которыми просто так мирится не получается. Например, копна розовых волос парня, в которую хочется зарыться рукой. Агаст отвлекается от ощущений влажности рта ласкающего его парня, и лишь на мгновение представляет перед собой другую омегу. Мальчишку, от которого пахнет ярко и сладко персиками. Омежку, с его очаровательными пухлыми щечками и глазками щелочками, очаровательным носиком-кнопочкой. Ди стонет, запрокидывая голову, возводя взгляд к потолку. Напряжение только растет, и виной тому далеко не случайный партнер стоящий перед ним на коленях.       - Чима… - Стонет Агаст, толкаясь в раскрытый рот парня глубже. Ему хорошо, но не так хорошо как было бы с ним. Губы, ласкающие сейчас ствол, уверенно и влажно – не те губы. Не достаточно плотные, не достаточно нежные и мягкие. Не те. Стоны, доносящиеся снизу – не те. Не достаточно мелодичные, тонкие, звонкие, музыкальные. Сука! Не те. Но все равно кончить хочется немыслимо. Только от фантазии. Парень отстраняется со звучным чмоком, и сглатывает поднимая на своего любовника взгляд полный похоти и обожания.       - Я Чони, дорогой… - Скалит, словно заправская шлюха, белые зубы омега.       - Мне похуй. Соси усердней, пидарас. – Рявкает Агаст, и затыкает пьяный рот парня собой. Больше не тратя время на лобызания, и просто трахает. Резко, быстро и глубоко, заставляя омегу перед собой, скулить, задыхаться, закашливаться.       Разрядка приходит вскоре, но желанного наслаждения не приносит. Альфа удерживает голову парня плотно прижатой к паху, заставляя проглотить все, до последней капли, и только потом, отстраняется. Розововолосый закашливается, сплевывает остатки семени прямо на кафель, пытается отдышаться, в то время как Ди уже покидает уборную. Нет, все это не то, чего он хотел. Не было после разрядки привычной расслабленности, только какой-то злой голод и пустота. Это злит, однако, искать кого-то еще, настроения нет. Вообще настроения нет. Потому альфа принимает решение покинуть чертов клуб.       Уличный воздух свеж и холоден. Ночью еще морознее, чем днем. Но это даже хорошо. Алкоголь быстрее выветрится из организма. Ди передергивает плечами из-за нагло забравшегося за ворот кофты и пальто морозного воздуха, но вскоре, расслабив плечи, выдыхает. Озноб прошел. Мысли устаканились, успокоились. Самое время взять курс на дом.       «Паршиво все как-то получается». – Голос Юнги в подсознании звучит глухо, тихо и устало. – «Тебе не кажется?»       - Кажется. И что с того? – Ворчит Агаст, неторопливо шагая по улице в направлении дома. Прохожих нет в столь поздний час, компаньона на ночную прогулку тоже, так почему бы не поговорить с собой? Ди, в целом, и не против.       - «Нам надо что-то менять. Так не может продолжаться. Мы загнемся тут, в этом городе».       - Я думал об этом. Но посчитал, что ты разорешься, как и всегда. Ты-то обычно против столь кардинальных решений. – Невесело усмехается альфа, пиная носком ботинка пушистый слой недавно выпавшего снега.       - «Нам следует уехать. Здесь у нас нет будущего».       - Сеул? – Предполагает Агаст. Он и сам не единожды думал о том, что было бы неплохо продать тут все и свалить туда, где о нем не будут знать толком ничего. В город, где можно будет начать все с чистого листа, где для них будут открыты множество дверей множество перспектив. Агаст очень хочет реализоваться в творчестве.       - «Почему бы и нет». – Покладисто и с толикой безысходности вторит голос в голове.       Юнги, Агаст, Шуга – они втроем знают от чего бегут. Возможно, это может показаться трусостью, слабостью, но это не так. Найти в себе силы оставить прошлое в прошлом и переступив через себя начать новую жизнь. Не смотря на все, на страх, сомнения, неуверенность в собственных силах, Агаст намерен идти напролом до самого конца. Потому что несправедливость, которая тугой петлей душит с каждым днем все увереннее, затягивая узел на глотке, уже порядком заебала. Да, Юнги в свое время отступился, но он за это уже ответил. Так какого черта люди не могут дать ему еще один шанс? Почему считают своим святым долгом вмешиваться в течение жизни альфы, диктовать условия, ограничивать, ставить рамки, выход за которые будет расцениваться как преступление. Почему он должен все это терпеть. Почему он не может прожить свою жизнь так, как того сам пожелает?       Юнги иногда мечтал о спокойной жизни. Мечтал, что однажды на своем пути повстречает омегу, которая станет его миром. Мечтал о небольшом доме с белым заборчиком как в «Американской мечте», возможно большую лохматую собаку, которая будет тихо посапывать у ног на просторной веранде, в то время как хозяин, держа на руках любовь всей своей жизни, мягко покачиваясь в кресле-качалке, читает стихи собственного сочинения. Мечтал о детях. Альфе и омежке. Погодках. Чтобы дом полная чаша и никаких страхов, никаких упреков, никакой боли.       Шуга мечтал писать музыку. Не важно какую. Просто иметь возможность проводить наедине с музыкой какое-то время. В своей студии, отгородившись от всего внешнего большими наушниками, но не страшась больше предательства как было раньше. Шуга мечтал делать людей счастливыми через музыку.       А Агаст готов глотки грызть, лишь бы исполнить их мечты.       - Значит решено. Как только закончится эта вакханалия, мы сваливаем. Продаем все и валим. В новую жизнь. Как бы тяжело и страшно не было – мы справимся!

*****

      Испортить жизнь человеку на много проще, чем может показаться на первый взгляд. Достаточно одного грубого слова для того, чтобы в душе что-то надломилось, треснуло и эта трещина стала расти с каждым днем все сильнее, норовя в любой момент стать не просто маленькой трещинкой, а перерасти в полноценную впадину излечить которую будет не под силу уже никому и никогда.       Чимину казалось, его душу уже разбили и восстановлению она не подлежит. Омега не чувствует себя живым с того самого дня, когда сам лично все испортил, поддавшись на уговоры Чонгука, решив расставить все точки по местам, а в итоге не получил желаемого результата.       Тэхён всерьез переживал за лучшего друга. Поначалу старался не дергать лишний раз, да и сам Чимин не очень-то шел на контакт. Все еще был зол и обижен. Ким понимал, Чон не имел права вмешиваться в жизнь их друга таким жестоким и грубым образом. И тот факт, что он служитель закона, такого права ему не давало. Тэхён так же был сердит на альфу и в тот же вечер устроил знатный разговор по душам с взаимными упреками, обвинениями и угрозами. Тэ всеми силами пытался донести до альфы, что не им решать по каким граблям ходить Чимину. Это только его судьба, его жизнь и он волен делать с ней что угодно. Ни Тэхён ни тем более Чонгук не могут заставлять его идти против своей воли. Но, было уже слишком поздно. Грубыми словами Чонгук смог ранить душу парнишки, поселить в ней сомнение и как итог, все было кончено даже не успев начаться.       Казалось, в тот день Чимина таким, каким его знали все, больше не стало.       Это было не так заметно, но блеск из глаз блондина пропал. Вслед за ним и улыбка, жизнерадостное настроение. Ким пытался как-то развеселить друга, который перестал его игнорировать, но то, как он общался с ним и его альфой, пугало гораздо сильнее и больше, чем чертов игнор.       Минуло два месяца, со дня, когда всякое общение между Чимином и Юнги было прекращено. С легкой подачи Ви, Пак сменил образ. Из пепельного блондина, он стал настоящим нежным облачком сладкой ваты.       Легкий, невесомый оттенок розового путался в прядях волос Чимина, притягивая к себе взгляды альф. И в институте и на работе, повышенное внимание к скромной персоне Пака сбивало с толку, но…. Омега тайно надеялся на то, что среди многочисленных заинтересованных взглядов, он непременно встретит его, такой глубокий, пугающий, будоражащий все нервные окончания - взгляд Мина Юнги. Но он больше не приходил, не писал и не звонил. Попытка Чимина связаться с альфой после их последней переписки не увенчалась успехом, что принесло еще больше боли и слез. Пак понял, это конец. Между ними еще не успело ничего толком начаться, лишь легкая надежда на что-то прекрасное. Но эту надежду попросту растоптали. Окончательно и бесповоротно.       Омега понимал, друзья просто хотели как лучше, проявляли заботу и волнение. Гук оберегает его словно младшего братика с тех самых пор, как они познакомились. Это приятно, ведь Чонгук красивый сильный альфа и Тэхёну правда с ним немыслимо повезло. Они созданы друг для друга. Они единое целое. Только вот, теперь Пак осознает, что с такими друзьями и врагов не надо. Обидно и больно.       Юнги он видит спустя пару месяцев после их переписки. Пак шел с занятий, погруженный в свои мысли и думы. В наушниках играла незатейливая музыка, которая не позволяла мыслям забить голову слишком сильно. Морозец кусал нос, и щеки, из-за чего омеге приходилось неловко прятаться, кутаться в вязаный шарф. Со стороны это казалось, вероятно, милым, но Чимин считал иначе.       В какой-то момент ощущение острого взгляда заставило юношу вздрогнуть и заозираться по сторонам. И все бы было хорошо, если бы не альфа по другую сторону улицы. Омежье сердечко сжалось, стоило взглядам пересечься. Пак боялся даже вздох сделать. Он жадно смотрел на молодого мужчину, чьи волосы трепал холодный ветер. Юнги, словно иностранец с другого материка – притягательный, загадочный, такой, каким Чимин его запомнит надолго. Паку хочется крикнуть во все горло, что ему жаль, за его слова грубые и нетактичные. Хочется сказать, что ему все равно на слухи, мнение людей, на все в этом мире, если это позволит им вновь возобновить общение. Однако во взгляде мужчины омега не видит ровным счетом ни-че-го. Ничего даже близко похожего на тоску или волнение, может быть нежность. Просто ни-че-го. Тогда Пак предпринимает еще одну попытку, поднимает ладошку в приветственном жесте, но иномарка, подъезжающая к остановке на которой топтался альфа, громко сигналит, а следом, Мин скрывается в теплом салоне. Чимин видит как альфа ворчит, по всей видимости, о том, что замерз. Паку водитель не знаком, но судя по всему, это кто-то из друзей Мина. Омега даже рад, что у альфы все же есть друзья. Незнакомец с водительского места невзначай поворачивает голову в сторону застывшего у обочины омеги, и поджимает губы, после чего автомобиль трогается с места. Возможно, если Чимин знал, что это последний раз когда они видятся с Юнги, он смог бы пересилить себя и подошел, поговорил, извинился бы в конце концов, но… Омега не знал, что две извилистые, ломаные, запутанные дороги должны разойтись по разные стороны чертовски на долгое время.       В тот момент, смотря в след удаляющемуся в неизвестном направлении автомобилю, Чимин тихо ненавидел себя за то, что пошел на поводу слов чужого человека, при этом толком ничего не узнав у того, кто нравился, с кем было тепло и уютно, кого потерял, возможно, навсегда.

****

      Время летит непростительно быстро. Со сторон это не так заметно и практически не ощущается, но ледяная стужа уступает место теплой весне. Грязные лужи от растаявшего снега выпивает земля, давая силы молодой зелени. В воздухе пахнет весной. Природа просыпается. Птицы начинают петь громче пригревшись в первых, по-настоящему теплых лучах солнца. Прохожие замедляют торопливый шаг, принимая решение прогуляться после работы и насладится теплом. Из многих небольших кафе доносится приятная веселая музыка, которая поднимает настроение посетителям. Весной совсем не хочется грустить и страдать. Напротив, просыпается какое-то совершенно неразумное, безумное желание верить в лучшее. Просыпается желание дарить улыбки всем и каждому. И это несомненно прекрасно, потому что жизнь слишком коротка.       Колокольчик над входом весело звякает, впуская в кафейню новых посетителей. Чимин улыбается широко и счастливо, но увидев, что пришли Тэ и Гук, хмурится. Когда эти двое уже прекратят носиться с ним словно он их ребенок.       - О нет! Ну, только не снова, черт побери! – Стонет в голос Пак, разыгрывая целое представление. Гук хмыкает, облокачиваясь на стойку перед собой. Их дружба вновь окрепла лишь спустя некоторое время после всего случившегося. Чон клятвенно заверил омегу, что не посмеет больше никогда совать свой нос в дела парня, пока тот сам не попросит его об этом. Тэхён, размазывая сопли по кофте лучшего друга, рыдая все на том же плече, клялся и божился, что сделает все, чтобы только Чимин был счастлив и больше никогда не плакал. Семейка придурочных, ей богу. Но, «розовая зефирка» сжалился над друзьями и дал им все же еще один шанс. И они решили вцепиться в этот шанс мертвой хваткой.       Стоит ли говорить про многочисленные приложения установленные на телефон Чимина? Приложения конкретного характера. Для поиска альфы, потому что : «Чимин, серьезно, пора уже вступать во взрослую жизнь. Иначе мало того что «старой девой» рискуешь остаться, так еще и проблемы со здоровьем начнутся». На уговоры друзей Пак не поддавался. По крайней мере сразу. Долгое время отнекивался, но либо весна так подействовала на парня, либо просто надоело слушать от друзей нытье, но он сдался, и теперь исправно раз или два в неделю, когда позволяли смены в кафе или занятия в университете, омега ходил на свидания. Претендентов тщательно выбирали Чон и Ким. Потому что Чимин просто махнул на это рукой, со словами "делайте, что хотите, мне плевать". Так что они делали.       - Да, Чимин, да! И на сей раз, мы почти уверены, что все пройдет как надо. – Ким тот еще заговорщик и когда омега говорит подобные вещи еще и таким тоном, жди беды.       Колокольчик над дверью вновь брякает, и в помещение входят двое. Пак сначала замечает своего хёна с которым достаточно крепко сдружился за это время в университете. Преподаватель по танцам, улыбчивый малый, Чон Хосок. Пак расцветает на глазах, улыбка становится широкой и счастливой. Так всегда бывает, когда он имеет возможность пообщаться с Хоби-хёном.       Чон Хосок – альфа, тридцати лет. Высокий, широкоплечий, крепкий молодой мужчина. Его природный аромат это мускатный орех и имбирь. Странный запах от которого у многих начинает чесаться нос, но не у Пака. Для Чимина это запах уверенности, спокойствия, надежды, поддержки. Хоуп очень добрый, но в тоже время крайне требовательный мужчина. Это если вопрос затрагивают танцы. Он не дает поблажек никому и никогда. Не смотрит на то, омега ты или бета или альфа. Стараться должны все в равной степени, поскольку если хочешь достичь нужного результата, будь добр работай. Но все, что касается праздной жизни за пределами стен университета – Хосок это настоящее лучистое солнце. Он улыбается всегда и всему. Редко когда его можно увидеть хмурым или чем-то опечаленным. Кажется, этот человек просто не способен на печаль. Его манера речи удивительна, смех заразителен, а чувства, которые оставляет после себя Чон – самые теплые.       -Хён! – Пак забывает о своих друзьях, когда Хоби отвлекается от собеседника и удивленно смотрит на своего студента. – Привет, хён! Так странно увидеть тебя здесь.       - Чимин-а! Привет-привет. А ты здесь работаешь что ли? – Чон обводит взглядом помещение и возвращает внимание омеге.       - Как видишь. А ты, какими судьбами здесь, хён? Что будете заказывать?       - Я здесь с другом. У него встреча с омегой. Первая встреча типа того. – Хихикает Хосок, глянув через плечо. – Мне что-нибудь сладкое и вкусное, а ему черный Американо без сахара.       - Кхм… - Внимание Пака привлекает покашливание со стороны Тэхёна и его удивленное выражение лица. Гук тоже стоит как-то странно пялясь на парня за спиной Хоби. Чимину это совершенно не нравится.       - В чем дело?       - Понимаешь, Чима, тут такое дело. – Жмется Тэ, перебирая в руках салфетку.       - Да в чем дело? Вы мешаете мне работать вообще-то!- Начинает злиться омега.       - Ты случайно не «Очаровательный персик»? – Продает голос незнакомец за спиной Хоби. Пак начинает складывать в голове, что к чему и по мере осознания, в глазах юноши начинает разгораться неподдельный костер ненависти и злости на друзей.       - Мое имя Пак Чимин. – Сухо проговаривает омега, - И если вас заинтересовал некий «очаровательный персик», то свободно можете выбрать из этих двух бакланов.       Хосок взрывается хохотом, который сотрясает все помещение кафе, вынуждая даже обернуться некоторых посетителей. Чон гогочет, хватаясь за живот, из-за чего Пак немного успокаивается и даже начинает посмеиваться.       - Ох, боже всемогущий, я поверить не могу! Не уже ли твои друзья ведут за тебя переписку с альфами на сайтах знакомств? Чимин-а, чего я о тебе еще не знаю? – Посмеивается Хоби, но беззлобно и Чимин это прекрасно знает. – Ладно, раз уж мы пришли, то познакомься, это мой хороший друг, Ким Сухо.       - Слишком много Кимов и Чонов на один квадратный метр вокруг меня. – Ворчит Чимин. Он не особенно горит желанием знакомиться с альфой, который повелся на столь убогий ник на сайте. Что у такого альфы вообще может быть в голове. Однако подкупало лишь то, что Хосок его знает и дружит, значит ли что все не так плохо?       - Да, мне тоже так кажется. Тогда, может встретимся после твоей смены и пообщаемся в более удобной обстановке? Прогуляемся в парке? Без посторонних глаз. – Предлагает Сухо и Пак отчего-то не может ему отказать. Виной тому проникновенный глубокий тон голоса, или оттенок горькой перечной мяты и полыни, что исходит от альфы, но Пак соглашается. В конце концов, от простой прогулки еще никому плохо не было. Но сердце все равно стучит иначе. Не так, когда рядом был Юнги.       К слову, Сухо оказывается не так плох, как показался на первый взгляд. Достаточно умный молодой альфа, двадцати восьми лет. Так же как и Хосок является преподавателем хореографии, но совсем в другом университете. Это подкупает Чимина. Омега слишком сильно влюблен в танцы и достаточно хорошо выкладывается на занятиях, старается изо всех сил, почему Хосок его выделяет почти всегда среди основной группы. Поскольку Чима в некоторых моментах способен сделать гораздо больше на площадке чем даже альфа. Тому прямое доказательство – выступление омеги на сцене впервые перед всем университетом на новогоднем концерте. Пак отдавался танцу так, словно от этого зависели его жизнь. И не важно, что танцуя, он думал о конкретном альфе, который мог бы быть среди сидевших в зале людей, но его не было и от этого становилось больно и грустно. Наверное, из-за переживаемых тогда чувств танец вышел слишком эмоциональным и чувственным. Даже Хоуп растрогался, перехватывая своего студента и крепко обнимая, нахваливая, говоря, что гордится Паком безумно сильно. После окончания концерта, Чон нашел омегу тихо плачущим под сценой и у них состоялся разговор. Хоби хотел помочь, поддержать, а Пак был слишком одинок в то время, ведь он потерял альфу, который запал в душу но которого сам же по сути и прогнал, он поругался с единственными друзьями, которые были для Пака семьей. Тогда омега рассказал учителю все. Все как есть на духу, с проклятьями, слезами, отчаянием в голосе. Хоби выслушал, крепко обнимая мальчишку за плечи и сказал тогда лишь одно : «Судьба не разводит по разные стороны тех, кому суждено быть вместе. Если он твоя судьба, вы непременно встретитесь вновь». И Пак ему поверил и верит по сей день. Даже сейчас, шагая рядом с малознакомым альфой, персиковый омега думает, когда наступит тот день и они с Мином вновь встретятся. Ведь это должно произойти!       Или нет…       Чимин узнает, что Юнги покинул город от Гука. Он обмолвился об этом когда приближался май. Обмолвился случайно в разговоре с Тэхёном, но Пак все равно услышал. Тэ тогда злым зверем глянул на альфу, ведь упоминание фамилии Юнги в их доме было строжайше запрещено. И вот теперь, когда все только вроде бы наладилось, все катилось под откос.       - То есть, как уехал? Куда? Когда?! – Чимин не контролирует свой голос и кричит на альфу.       - Откуда мне, блять знать! Я за ним что, слежу?! Приехал вчера получить подтверждение о закрытии дела. Ему его выдали. Он на прощание проворчал что-то вроде «наконец могу свалить с этой дыры» и ушел. Не сложно догадаться, что после пяти лет альфа решит сменить место дислокации. И слава богу. Мне же лучше.       - Как всегда, только о себе и думаешь, да, Гук-и! – рявкает Чим и уходит, оставив парочку наедине.       Тот день стал последним среди вереницы дней, когда Пак тайно лелеял надежду вновь встретиться с альфой. Теперь, когда Мин покинул город, Чимину остается погрузиться в работу и учебу с головой, чтобы как можно скорее достигнуть необходимых результатов и добиться исполнения мечты. А остальное ему особенно и не интересно.

****

      Сеул. Культурная столица Южной Кореи. Город, захватывающий душу и сердце с первых минут пребывания там. Не смотря на душный и жаркий воздух, запорошенный смогом автомобильных выхлопов возле оживленных дорог, здесь хочется остаться. Красивые высокие здания, красочные пестрые билборды и многопиксельные экраны, с которых вещают о выходе в продажу различной техники, брендовых коллекций одежды, косметических средств. Мегаполис напоминает собой большого зверя, который дышит размеренно и лениво, но в нем чувствуется сила и мощь. С таким зверем шутки плохи, проглотит и не заметит. Но все равно, когда осознаешь все это, когда окунаешься в эту жизнь всецело, полностью, с головой, приходит четкое понимание, что другого уже и не надо.       Юнги утонул в этом городе. Влюбился в него с первых минут после того как вышел на многолюдную улицу, ощущая горячее дыхание зверя везде. Это дыхание проникает под кожу, заставляя подстроиться под его размеренный ритм и просто плыть по течению. В голове засела лишь одна плотная сжатая мысль – здесь все будет иначе. И он не ошибается в этом.       Не все дается легко и просто. Не все сразу идет в руки молодого мужчины, который при себе имеет лишь безграничный объем амбиций и желание показать себя, заявить о себе, доказать этому миру, он не пустое место! Однако Юнги не намерен сдаваться. В конце концов он обещал это самому себе. Обещал исполнить свою мечту, чего бы ему это не стоило, и как бы трудно не было. Трудностей альфа не страшился. Он готов был работать на износ, если потребуется. А это потребовалось, поскольку иметь скромное портфолио, несколько проданных текстов и звуковых дорожек оказывается слишком мало, чтобы зарекомендовать себя.       В какую бы студию он не подался, везде слышал лишь одно: «мы ознакомимся и перезвоним вам», но не перезванивали. Это действовало на нервы молодому человеку. Испытывало его терпение и каждый божий раз Юнги вспоминал последние слова наставления Джина о том, что если станет совсем невмоготу, он всегда может попросить о помощи. Мин делать этого не намеревался. Нет! Он не для этого бежал от прошлого, чтобы возвращаться к нему! Не тогда, когда он в самом начале пути.       Довольно долгое время Мину приходилось бороться с чертовой системой, молча принимать отказы. Но по мере того, как шли дни, перетекая в недели, затем и в месяцы, а успехов в поиске места, где он смог бы реализовать себя, так и не было, ему надоело. Тогда он просто взял себя в руки и заявился в одну из самых крупных организаций в Сеуле. Пришел и заявил, что именно он, золотой билет для них и может это доказать. Сказано это было в наглой, грубой манере, потому что альфе попросту было нечего терять. Если в ближайшее время он не найдет место постоянного заработка, который поможет ему реализоваться в будущем – придется вернуться в родной город. Такая перспектива его не радовала.       С этого и начался долгий непростой путь Юнги.       Свою психологическую особенность он скрывал, поскольку не желал быть раскритикованным людьми, которые ничерта о нем не знали. А в последствии Шуга и Агаст Ди стали его сценическими именами, но это для окружающих и начальства. Мин все же смог занять достаточно устойчивую позицию в работе, и в самые короткие сроки доказал своему работодателю, что был чертовски прав. Он поистине золотая жила. Талантливый композитор, безудержный рэпер, умелый менеджер самому себе. Альфа был рад тому, что, наконец, шел по тернистому пути навстречу своей мечте.       Спустя первые полгода напряженной работы, Мин поймал себя на мысли, что ему совершенно не с кем поделиться достигнутыми успехами. Ему некому похвастаться в надежде услышать слова поддержки и похвалы. Это невидимым грузом давит на сильные плечи альфы и сбивает всякое вдохновение. И это чертовски плохо, поскольку вдохновение альфы это движущая сила без которой попросту пропадет.       Мобильный в руках парня поблескивает лакированным черным боком. Юнги продолжает крутить гаджет в руках в то время как взгляд лисьих глаз устремлен в монитор, на бесконечные ряды звуковых дорожек, пестрых и яркий, с множеством переходов, битов. Но…. В голове полная пустота и какая-то апатия. Причем это касается впервые за долгое время всех троих. И Агаста и Шугу.       Взгляд скользит по списку контактов. Куча ненужных номеров. Имен нет, только набор цифр. Это явный признак того, что у альфы вправду нет никого достаточно близкого, чтобы набор цифр стал именем в списке контактов. А ведь все было немного иначе раньше. В то время, когда он встретил очаровательного омежку.       От воспоминаний о парне, узкие губы альфы чуть кривятся в призрачной улыбке, поскольку воспоминания правда приятные. Теплые. Солнечные. И плевать, что они были знакомы совсем ничего, и их общение прекратилось достаточно грубо и больно. Приятные воспоминания остались, и Мин знает, если он закроет глаза, то непременно сможет в воздухе ощутить приятный мягкий отголосок того аромата, из-за которого сердце сбивалось с ритма, возвращая мыслями в далекое прошлое, в счастливые дни детства. Туда, где он был свободным и беззаботным. Живым. Настоящим. Самим собой. Самое парадоксальное то, что помимо прочего, перед глазами четко и ярко всплывает образ Чимина. Его милая улыбка с пухлыми щечками, которых хотелось коснуться. Его легкий мелодичный голос, смех, подобный перезвону колокольчиков….       Юнги скучает. Неприятно признавать это, он парнишка вправду чертовски глубоко проник в душу альфы. Настолько глубоко, что даже время проведенное вдали без всякого общения, не смотря на загруженность в творчестве, он все равно вспоминает этот невинный цветок.       - «Паршиво получается, не правда ли? Мы на пути к великому будущему, а нас тянет упорно назад» - Хмыкает Агаст, на что сам Юнги невесело усмехается. Паршиво, чего уж там.       - Да уж. Есть такое. Мне совершенно не нравится это. Но черт побери, что можно с этим сделать.       - «Ничего. Смирись и живи дальше. Ты ж знаешь, мы не в силах изменить то, о чем он как бы в курсе. Наши дороги разошлись. Надо забыть. Ну или не забывать, но все равно не стоит отвлекаться на мысли о нем».       - «Поговори с Джином. Или с Намджуном» - Вмешивается спокойный голос Шуги, и Мин готов признать, что это правильная мысль. Они единственные кому он может доверять, в ком уверен.       - Мне просто не верится, что я делаю это. – Вздыхает Юнги и среди многочисленных номеров которых совершенно не знает, находит только пару, которые помнит наизусть. Лишь мгновение на сомнение и мягкое нажатие на сенсер.       За те мгновения, пока по ту сторону линии шли гудки Мин уже множество раз передумал и намеревался сбросить вызов, но, не успел. На звонок ответили.       «Я очень надеюсь, что ты звонишь мне исключительно с целью поговорить» - Голос Намджуна уверенный, строгий и Мин усмехается прикрывая глаза, уступая место Агасту. С Намджуном он ладит куда лучше.       - А что если нет? Бросишь меня тут?- Поддевает Ди, откинувшись на спинку кресла, вздыхая.       «Здравствуй Агаст. Давно от тебя не было вестей» - Голос альфы на том конце заметно смягчается.       - Нечем было хвастать. Но позвонил как только более менее нашел опору. Знаешь, Джун, здесь все по иному. Словно дышать стало легче. Сеул, это именно то, что мне было нужно. Здесь все такое вдохновляющее. Здесь я не ощущаю себя неправильно. Скорее напротив, чувство, словно нашел свое место наконец.       «Я рад это слышать, Ди». – В голосе старшего слышится забота. – «Смог реализоваться?»       - В процессе, хён. Вопреки всем моим ожиданиям, что приехав в Сеул меня оторвут с руками и ногами любая студия, не оправдались. Мы едва все не просрали. Однако в какой-то момент, меня это конкретно так подзаебало, что я пришел, и сказал, что не уйду блять до тех пор, пока меня не послушают. Как итог, уже почти полгода я просиживаю задницу в одной из крупнейших организаций в Сеуле.       Намджун посмеивается над младшим, поскольку понимает, Ди не стал бы стоять на месте и мять яйца в нерешительности. Он скорее пошел бы грабить банк, лишь бы его заметили. Благо обошлось без этого. «И как? Тебе психушку не вызвали? Хотя, думаю, ты не звонил бы, если бы вызвали. Что ж, раз ты смог найти в себе силы ставить условия работодателям, уверен, у тебя все самое интересное только впереди».       На линии воцарилось молчание. Мин попросту наслаждался тем, что Намджун говорит так беззаботно, смешливо и совсем не серьезно. Это дарит призрачное ощущение того, что говорит он с другом, а не с профессором и главврачом психиатрической клиники, в которой он проходил лечение. Агаст не привык чувствовать себя таким беззащитным и растерянным. Ему неприятно, и немного страшно, но с этим ничего поделать нельзя.       - Спасибо, что ответил на звонок, хён. – Выдавливает из себя парень, продолжая пялиться в монитор но совершенно ничего перед собой не замечая. – Это для меня важно. Так паршиво понимать, что спустя столько времени в списке контактов по-прежнему ни один из номеров не получил имя.       «В смысле? Мелкий, ты хочешь сказать, что наши с Джином номера у тебя не подписаны?!» - из Намджуна никудышный актер. Агаст раскусил его по тону голоса и смеется.       - Именно это я и сказал, вообще-то. – Усмехается парень.       «Я запомнил. Припомню при встрече. Когда у тебя дебют?» - Спрашивает Намджун участливо и в душе Мина теплеет. Так приятно.       - Пока точной даты нет, вероятно этой осенью. Уже почти год миновал Джун, с момента как я свалил из города. Я все же почти смог. По крайней мере еще несколько месяцев и будет все точно известно. Получится ли у меня дебютировать. Все будет зависеть от моей работы.       «Сомневаешься?»       - Да. – Кивает Мин прикрыв устало глаза, начиная раскручиваться в офисном кресле, неосознанно, но это отвлекает от нервозности. – Здесь другой уровень, понимаешь. Все отличается. Здесь сложнее. Я работаю по двадцать часов в сутки, и нет, я не жалуюсь, мне нравится то, чем я занимаюсь, просто…. – Мин вздыхает, потирая лицо ладонями. – Просто, что если все это зря?       «Думаю, ты снова заблуждаешься. Переживать и волноваться, нормально, Юнги. Однако, должен сказать, что таких эмоционально сильных людей, я давно не встречал. Даже Сокджин может подтвердить мои слова».       - Знаешь, хён, я диву даюсь, как тебе удается нас различать? О моей особенности никто здесь не знает. Для них Шуга и Агаст это мои сценические имена, а характер у меня попросту от рождения дрянной, но ты и Джин….       «Просто мы тебя знаем не первый день. Мне незачем видеть тебя, чтобы услышать и понять с кем я говорю в данный момент, Юнги».       - Звучит здорово. – Вздыхает альфа вновь вспоминая о Чимине. Смог бы он когда-нибудь принять его таким, не смотря ни на что? Вероятнее всего нет. Да и никто не сможет. Осознавать это паршиво.       «Юнги, ты же знаешь, что мы тебя поддержим на протяжении всего твоего пути. Я и Джин. Мы прошли не малый путь вместе, и мне не кажется, что не стоит это нарушать. Ты вполне можешь звонить и писать нам».       - Опять психотерапия? – Недовольно морщится Мин.       «Если потребуется вправить тебе мозги на место – да. А так нет. Дружеский совет. Не более того. И я надеюсь, ты не забудешь о нас, когда будет твой дебют. Мы вполне можем навестить тебя».       Мин улыбается. Ему важно было услышать эти слова. Даже дышать стало гораздо легче. Будто невидимый груд с груди уграли. Странное ощущение, но Юнги умеет быть благодарным. У него «не так много» друзей, чтобы разбрасываться ими.       - Заметано, хён. Вышлю вам приглашение лично. – Хмыкает Агаст.       «Будем ждать, мелкий…».       На этом их разговор заканчивается, но на сердце и правда становится легче. Пусть немного, но это уже не плохой результат. Теперь можно продолжить работу. Крупные наушники водружены на голову и музыка вновь захватывает альфу целиком и полностью. Он должен очень хорошо постараться, чтобы исполнить свою мечту!