Canna alla tempia

      Аяксу было всего четырнадцать лет, когда ему пришлось примкнуть к мафии, не по своей воле.       На самом деле, все было немного проще, как казалось самому парню, ну подумаешь сбежал разок из дома, подумаешь, улица сделала его жестоким и голодным до драк.       Ему казалось, что один из старших детей не может быть слабым, он должен защищать своих младших, свою семью. Да, он омега, да, по глупым стереотипам ему нужно «тухнуть» дома и планировать свою будущую семью.       Но хер там плавал, ага?       Какое-то время все было хорошо. Аякс почти ничем не отличался от своих ровесников, до одного случая, который все и решил.       Все началось с обычного подросткового спора, потом продолжилось обычной подростковой дракой и чуть не закончилось «обычным» подростковым убийством, благо, Аякса успели оттащить.       Но для отца это стало последней каплей, Аякс сам не помнит, как оказался в мафии, помнит только то, что он каким-то образом прошел проверку, а дальше словно пустота.       Он начинал с самых низов, был разнорабочим, так сказать: если нужно было выкрасть что-то/приманить/доставить что-то, то все знали, кого отправлять.       И вот, спустя четыре года Чайльд Тарталья стал главой исполнительного комитета мафии. Какое бы не было дело сложным, он справлялся с ним на ура.       Вокруг него развивались все события, он был в эпицентре катастроф, которые сам придумывал, но делал так, чтобы, так сказать, не выделяться из толпы, будто он тоже случайный пострадавший.       Слишком рисковый и самоуверенный для омеги. Омеги любят дом, уют и мечтают о семье, а ты, Тарталья, любишь только разрушение, и тебе плевать, какое именно.       Но где-то в глубине души, конечно, хотелось того тепла и уюта, хотелось семьи, хотелось к матери, братьям и сестре, но отец все дал понять юному мальчику: семьи у него больше нет…       Чжун Ли было двадцать шесть лет, когда ему пришлось бросить работу в ритуальном бюро и стать наследником бизнеса отца.       Не сказать бы, что сын с отцом были очень близки, но в тот момент, видимо, Чжун просто не мог представить кого-то другого на этом месте, да и это была последняя воля его отца. Совесть не позволяла.       Он чувствовал себя обязанным сделать так, как просил в завещании отец. Вряд ли это была совесть, скорее, в глубине души он все же переживал это. Возможно, на корке подсознания это отпечаталось, и каждое утро он вставал с мыслью о том, что его больше нет.       Но каждый раз он находил в себе силы вставать и идти в банк, перебирать бумаги, разбираться в контрактах, давать различные поручения. Все же образование экономиста и какой-никакой опыт работы в ритуальном бюро «Ваньшэн» помогли ему с этим разобраться.       И вот, спустя четыре года бизнес разросся. Банк стал известен по всему Тейвату, теперь в каждом городе был филиал банка, куда могли бы обратиться люди.       С того момента у Чжун Ли появилось много работы. Каждый день приходилось чуть ли не жить в банке, перепроверяя каждую мелочь в контракте: это было очень важно, ведь на какие-то условия одна из сторон могла быть не согласна. Возможно, благодаря этому он получил свое прозвище «Бог Контрактов».       Тарталья бережно убирает пистолет в кобуру, спрятанную под штаниной черных джинс. Бордовая футболка плотно облегала его худое тело со слабым рельефом, а на ней черная кожаная куртка, которую он и вовсе не стал застегивать. Не этому его учили, но как же было плевать.       Сегодня была миссия, довольно интересная для Чайльда. Ему было любопытно, как сработают новенькие ребята, которых только недавно перевели в его подчинение. Тем более, план был ясным как свет, и их могли легко поймать… Хотя, кто их поймает? Кейа, начальник полиции, конечно же замнет все, как и всегда. Хорошо, когда есть связи.       Тарталья ведет плечами, выходя на улицу, и направляется прямиком к своему мотоциклу, доставая ключи из куртки: он никогда их не выкладывал.       Рев заводящегося мотора было слышно даже сквозь черный мотошлем с кошачьими ушами (и зачем он только такой выбрал?), Аякс опустил визор, наблюдая за тем, как его подчиненные тоже загружали все нужное в машину. Черт, нужно спешить. Он должен быть там чуть раньше.       Он поправляет черные перчатки без пальцев, затягивая ремень на шлеме посильнее.       Тарталья останавливается прям напротив входа в банк, снимая шлем и растрепывая рыжие волосы сильнее обычного. На часы смотрит, сверяясь, время у этих оболтусов еще было, поэтому он заходит и берет электронный талон в какое-либо окно, просто чтобы сделать вид, что он не просто прохожий: не хотелось вызывать у охраны лишние подозрения.       Мимо проходит мужчина, по запаху сразу ясно, что альфа. Тарталья присматривается, чуть щуря голубые глаза. Ага, это был тот самый Бог Контрактов, Чжун Ли, о котором ему говорила босс.       Что ж, тем интереснее будет представление.       Аякс снова смотрит на часы, они должны были появиться прямо…       Двери банка распахиваются, резкий крик разливается по всему зданию с требованием лечь на пол и убрать руки за голову. У людей паника, страх, хотя эти парни еще даже не открывали огонь: хоть маски надели, уже хорошо, их не вычислят. Охрана оказывается вырублена почти сразу, они даже не успели нажать специально кнопку для вызова полиции.       Тарталья театрально тяжело сглатывает, смотря на парней, и аккуратно опускается на пол, убирая руки за голову вместе с остальными.       Пока все идет хорошо… лишь бы не сглазить!       Чужие запахи, смешанные со страхом и паникой, бьют в нос, голова аж начинает кружиться, но Аякс держит себя в руках.       Парни проходят вдоль тел, направляясь прямиком к кассе, и заранее готовят оружие в случае отказа.       Он и последовал, что ж, они это предусмотрели.       Один из грабителей подходит к Чайльду, поднимает его за воротник куртки и приставляет пистолет к его голове: ему вовсе не страшно, они не смогут выстрелить, раз. Два, это лишь должно напугать их.       Но Тарталья не перестает разыгрывать спектакль. Слезы стекают по лицу, он тихо всхлипывает, будто боится издавать лишний вздох, а сам осматривает помещение, словно ищет в ком-то спасения. — Не трогайте парня, — раздался достаточно грубый голос снизу, Чайлд опускает взгляд. Осознание, что это был тот самый Бог Контрактов, приходит не сразу, — Катерина, отдай им то, что хотят, и пусть уходят на все четыре стороны.       Девушка за кассой быстро засуетилась, складывая все, что было в кассе, в мешок. Тарталью грубо опускают обратно на пол, и он чуть ли не разбивает нос: за это они получат уже в штабе. — Ты в порядке? — раздается теперь уже обеспокоенный шепот альфы, который, видимо, забил на грабителей.       Тарталье неловко? Щеки краснеют. Черт, черт, черт! — Д-да, все в порядке, — он неловко смеется, улыбается, пытаясь убедить, что все действительно в порядке. Так и было, он не боялся. Это было частью плана.       Вскоре грабители уходят, и люди начинают приходить в себя. Кто-то требовал вызвать полицию, кто-то приводил в состояние остальных.       Чжун Ли поднялся на ноги, а после подал руку рыжему, тот пару раз удивленно моргнул, а после взялся за чужую ладонь, поднимаясь и отряхиваясь. — Я приношу извинения за этот конфуз, нужно наладить охрану, — почему-то альфа продолжал обращаться конкретно к Аяксу. — Все в порядке, не переживайте, — он снова неловко улыбается, нервно потирая ладони в перчатках. — В любом случае, мне пора. — Может, мне Вас проводить? Извините, я не знаю, как к вам обращаться, — Чжун Ли выглядел не менее смущенным. Да какого черта вообще происходит?! — Нет, спасибо, я справлюсь сам. Чайльд. Можете звать меня Чайльд, — только вот это ваша последняя встреча.       Ну, Тарталья так думал. — Добрый вечер, Аякс, — приветливо улыбается Дилюк из-за барной стойки, сразу начиная готовить любимый коктейль друга. — Добрый, Люк, — парень плюхается на стул за барной стойкой и улыбается так. Слегка прям.       Живот крутит, но он не болит, Тарталью не тошнит. Знаете, как на американских горках, когда вагонетка делает петлю. Щеки горят. Нет, не так. Пылают. Руки тихонько дрожат, а сердце бьется так, как никогда не билось.       «Да что ж такое?!», проносится в голове у омеги, а Дилюк, видимо, замечает все смены эмоций у парня. — Рассказывай, не томи, — он ставит стакан с напитком на стойку и пододвигает к другу, а после берет грязный бокал, протирая его тряпкой и кивком здороваясь с другими посетителями. — Наверное, мне нужна твоя помощь, чтобы разобраться, что со мной происходит… — Чайлд тяжело выдыхает, прикрывая глаза, и немного отпивает перед тем, как начать свой рассказ. — Желудок в трубочку будто сворачивается, как на американских горках, сердце бьется часто, мне кажется, сейчас просто ребра сломаются из-за этого, — его мелко трясет, и Рангвиндр подмечает и это, уж слишком он внимательным был, да и знает он, что это значит. — Добро пожаловать, твоя омега почуяла своего альфу, — констатирует факт красноволосый бармен, опираясь на стойку.       Аякс моргает часто, смотря в глаза друга. Мысли несутся одна за другой, и он не знает, за какую зацепиться, чтобы удержать себя на стуле. — Ты уверен?.. Черт, в том банке столько альф было, как она вообще могла среди их всех найти его? — у него паника, и это видно даже по его выражению лица, Дилюку жалко становится его, хочется обнять, да стойка мешает. — Нет, никаких альф. Я не способен на создание семьи, ты же знаешь. Я сею хаос и разрушение и… — Аякс, — перебивает его бармен, — чем больше будешь отрицать, тем сильнее привяжешься. Не бери пока в голову, но теперь при течках будь осторожнее, ладно? Если что, я всегда готов прийти на помощь.       И Тарталье легче. Правда легче. У Дилюка есть опыт, он чуть постарше все же, да и с Кейей он прилично долго вместе, так что кому уж ли не знать об этом, кроме этих двоих? — Спасибо.       Чжун Ли нервно навернул очередной круг по гостиной, у Сяо даже голова закружилась, пока он наблюдал за своим другом. Старший ничего еще не сказал, хотя с момента их встречи прошло уже минут эээ… тридцать? — Чжун, — решается в очередной позвать друга Алатус, наблюдая, как тот резко останавливается, — так что случилось? Ты расскажешь, или мне лучше пойти домой и подождать, пока твой мозг переварит информацию? — Я не знаю, как объяснить это… — он проходит к дивану, на котором сидит Сяо, и падает рядом, нервно перебирая пальцы. — Впервые за долгое время мой внутренний альфа так… разбушевался. Это точно из-за того рыжего в банке, вот отвечаю! Остальных людей я чуть ли не каждый день вижу, а его… Он еще и пах так, знаешь, не приторно, но сладко… мята с мандарином… Странное сочетание, но такое… я даже описать не могу, черт!       Сяо тяжело выдыхает. Уж он-то точно знает, что такое встретить свою омегу, когда хочется найти и забрать себе раз и навсегда, пометить узором из зубов, желательно не один раз. Это тяжело контролировать. Вроде, вот ты цивилизованный альфа, а потом тебе сносит крышу один только запах этой омеги, и ты уже хочешь вцепиться в нее и просто обладать. Раз и навсегда. — Сяо, я должен найти его…