Жизнь - штука неоднозначная

Рождение любой фигуры - крайне сложный процесс. Но тот выбор, какой расы она будет, говорят некоторые, в разы сложнее. Этот вопрос всегда был неоднозначен и в принципе по своему странный. При рождении абсолютно каждой фигуры у неë есть две личности - заражëнная и чистая. А вот то, какая будет преобладать, это уже гораздо интереснее. Обычно каждая фигура рождается бесцветной, но уже где-то через неделю приобретает цвет - либо розовый, либо голубой. И как же это происходит? В течении всей этой недели, где-то в чертогах разума, борятся две сущности - заражëнная и чистая. Они ещë плохо соображают, практически не имеют формы, что, в принципе, не удивительно - ведь фигура то только родилась. Однако обычно именно в этом процессе фигура уже проявляет свой характер. Ведь говорят, что именно этот процесс уже предопределяет будущий темперамент. То, какая сущность победит, чаще всего уже предрешено. Ведь если родители были полностью чистыми - то изначально, конечно, победит чистая сторона, ведь генно она естественно сильнее. Если заражëнные - то соответственно заражëнная. Если каким либо образом один из родителей был чистым, а другой заражëнным, то шансы у обеих сущностей где то 50 на 50. Однако, в таких случаях фигура приобретает полузаражëнный вид, а сущности банально не конфликтуют между собой. Но такие случаи крайне редки, как и то, что бы чистые и заражëнные дружили, или уж тем более создавали родственные связи. У обычной фигуры сущности не могут полностью убить свою противоположность. Они лишь загоняют еë в самые глубины разума, где она томится в полной черноте ровно до того момента, пока фигура не очистится или заразится. Однако, есть особые типы фигур, которые могут полностью искоренить в себе противоположную сторону. Таких вида всего два - "Хранители" и так называемые "Исконно-заражëнные". Последних, к слову, в разы больше чем Хранителей, и даже обычных заражëнных. Конечно, процесс раздела сущности и у них, и у обычных фигур происходит всегда по разному, это глубокая и сложная тема. Однако, углубляться мы не будем, ведь это скорее всего будет скучно, да и уже будет совсем другая история...

___

Чарли был... Странным парнем. И Хранителем. Даже Сэм, милейшей души цветочек, иногда не могла понять, как тот умудрялся сохранять своë спокойствие и дружелюбие в ситуациях, когда казалось, что быть добрым невозможно. Нет, конечно, почти всем Хранителям свойственно дружелюбие, однако не в такой же степени. Но никто не спорил, что именно подобный характер в своë время и помог найти мир между чистыми и заражëнными. Сан говорила, что это, конечно, замечательно, но не всегда есть хорошо. Просто с заражëнными и Бликсером повезло. Но есть же на свете безумцы, психопаты, или просто те, кто желают подставить и воткнуть нож в спину, с которыми, увы, разобраться можно только силой. И Чарли принимал это. Но к счастью, похоже, на его век не выпаст участь столкнуться с этим. Сан предполагала что Ель прекрасно знала ситуацию с заражëнными и специально создала такого Хранителя. Не зря же она практически всемогуща и мудра. Поэтому предполагала что кроме уже закончившейся войны более ничего бурного в ближайшее время не случится. А если и случится, то... Увы, похоже придется воспитывать Хранителя и с точки зрения применения силы. Не сказать, что Чарли прям вообще был наивной тряпкой. Естественно, что бы продвинуться к Бликсеру пришлось было снять розовые очки, сражаться и быть серьëзно на это настроенным. Но если сосчитать тех кто успел пострадать, то выйдет скорее всего жалкая цифра. Что уж говорить об умерших - таковых, кажется, и вовсе не было. Казалось, что на воспитание спокойствия и упорности в боях помогли лишь обстоятельства. А может... Что-то ещë? Ведь далеко не каждая фигура способна вот так вот сразу приспособиться и изменить свой характер. В общем, Чарли был в основном крайне дружелюбен, спокоен и неконфликтен. А ещë очень открыт. Серьезно, он обычно ничего не скрывал от друзей, и никаких секретов у него не было. Солнышко говорило, что это может однажды сыграть с ним злую штуку. Но а что можно ещë сделать? Ведь пока не переживëшь - не узнаешь. Хотя... Всë же была одна вещь, о которой Чарли предпочитал никому не рассказывать. Даже Сан. Она же предполагала о существовании такого секрета, но увы, точно сказать не могла. Да и не спрашивала его. Знала, что в любом случае внятного ответа не получит. Да и не часто вообще задумывалась об этом.

___

Слабая, маленькая сущность боялась. Боялась, что чем больше она попытается сопротивляться - тем страшнее и болезненнее будет еë смерть. И она не ошибалась. Потому что, действительно, если бы она сопротивлялась и агрессировала - то получила бы лишь такую же агрессию в свою сторону. Но сейчас она выглядела на столько беззащитно и напугано, что вызывала лишь жалость и сострадание. Никто уже и не помнит, когда Ель была заражена долгое время последний раз. Так устоялось, что теперь она уже долгие столетия была лишь чистая. А соответственно и все Хранители, рождëнные из неë - такие же, чистые. И с мощной чистой сущностью. Обычно убийство заражëнной личности не составляло особого труда - за долгое время она настолько ослабла, что еë убийство как расплюнуть для чистых Хранителей, из поколения в поколение. Но несмотря на свою слабость, они обычно боролись за свою жизнь до последнего, пока чистая сторона не растаптывала их к чертям собачьим. Но этот случай, кажется, был особенным. Бедолага настолько отчаялся, что даже не пытался сопротивляться. Сжался в комочек, инстинктивно прикрываясь руками, словно в жалкой попытке хоть как-то защититься, и смиренно ждал своей смерти. Хотя, можно ли это вообще назвать смертью? Исщипление в пустоту, и всë - ты даже жизнь то не успел повидать. Но именно эти бездействие и отчаяние заставили чистую сущность усмерить свои пыл и злость. Тот возвышался над розовым комочком, и смотрел на него скорее с заинтересованностью, нежели агрессией. Слегка наклонив голову, чистый всë ожидал от того хоть какого то действия или реакции - но так ничего и не дождался. В какой то момент даже подошëл поближе и наклонился, что бы рассмотреть заражëнного получше, заставив последнего чуть ли не схватить инфаркт. Но в конце концов, чистый просто отошëл от него, так ничего тому и не сделав. Естественно, преимущество над телом взяла чистая сущность. Заражëнный так и не попытался хоть как-то влезть в это всë. Да и вообще, на протяжении долгого времени они никак не контактировали друг к другом. Чарли тем временем уже получил своë имя, и появлялся в своей пустоте разума лишь по ночам. И именно в это время только завидав появление чистого, заражëнный тут же пытался спрятаться куда подальше, что бы ни дай бог не спровоцировать преимущественную личность на агрессию. С того момента прошло достаточно много времени, а они так и не перекинулись даже словечком. До одного момента. Однажды Сан в очередной раз помогала ещë совсем молодому Хранителю обследовать мир. Пока они не наткнулись на один куст. — Ох, посмотри! - Солнышко присело, собирая с куста розовые ягоды. - Это - малина. Сейчас как раз лето, ягоды уже успели хорошо поспеть. Можешь попробовать их, если хочешь. Я думаю тебе понравится. — Малина? - Чарли взял из рук Сан пару ягодок, задумчиво пробуя их. - О, я знаю! Я буду так звать своего друга! — Друга? - девушка перевела вопросительный взгляд на того. - Какого друга? — М... Да так... Не важно... - Чарли решил, что наверное не стоит рассказывать о своëм таракане в голове. Солнышко, в прочем, решила и не спрашивать. Мало ли с какой молодой фигурой Хранитель успел подружиться. Тут, по идее, ничего удивительного не должно быть. А в ту же ночь, уже где-то в чертогах разума, Чарли нашëл спрятавшегося где-то в уголке заражëнного. Что у последнего, на самом то деле, чуть вновь не вызвало инфаркт. Несмотря на то, в каком обличии они сейчас были. — Малина! Я буду звать тебя Малина. - крайне наивным и через чур громким голосом выпалил чистый. Чтож, это были первые слова, которыми Чарли контактировал со своей заражëнной личностью. А ещë первый раз, когда последний посмотрел на чистого не только с животным испугом, но и недовольным и недоумëнным лицом, и немым вопросом в виде: "Ты что, совсем идиот?".

___

Но время шло. Малина всë же привык к своему так называемому, крайне странному имени. С неохотой, но привык. А ещë с того момента эти две личности стали хотя бы как-то контактировать. Не так уж и часто, но хоть как-то. А ещë, теперь, когда Чарли так и не проявлял никакой агрессии, Малина наконец стал проявлять свои истинный, заражëнный характер. И на это было... Достаточно интересно смотреть со стороны. Конечно, чистая и заражëнная личности отличались друг от друга, иначе смысла бы от этого и не было. Например, Малина стал более грубым, насмешливым и чëрствым. Это могло бы надоедать, если бы сам Чарли не был спокоен как удав. И не был дружелюбен до чëртиков. Ещë он был прямолинеен, в отличии от чистого. Мог сказать всë что думает, и даже не заметив что некоторые вещи говорить не стоило бы. Что часто приводило к бездумности - ещë одной чертой, отличающей его от Чарли. Но была одна черта у Малины, которая наверно хорошо бы описала его, да и вообще являлась самой главной отличительный чертой от Чарли. Он был чертовски труслив и пуглив. Это было ещë понятно с его появления, но теперь это стало видно ещë лучше. И благодаря повадку, и разговору, и в принципе поведению. Сам Малина этого даже не отрицал - в случае чего, с лëгкостью мог сказать Чарли о себе, что он - жалкий трус, так уж действовала его прямолинейность, и при этом тот даже не стыдился. Чистый и заражëнный бы даже не удивились, если бы однажды перед Малиной встал выбор - спасти лучшего друга или свою пятую точку. И он бы скорее выбрал последнее. Хранитель часто задавался вопросом - а вообще, как может сочетаться прямолинейность и трусливость? Ведь сказать в лицо всë, что думаешь о фигуре - далеко не черта труса. Ну, он задумывался над этим вопросом ровно до того момента, пока не вспоминал, насколько же Малина безбашенный. Он может с лëгкостью ляпнуть всë что думает, особенно в порыве какой либо эмоции, и только потом до него дойдëт что вообще то, его слова могут вызвать мягко говоря негативную реакцию - тогда ему может перпасть по пятой точке. И тогда уже всë тело заполонял страх. А может прямолинейность вызывалась тем, что он настолько привык и настолько хорошо уже знал Чарли, что прекрасно понимал, что тот вряд ли ему как то навредит. Хотя всë равно своим положением он не злоупотреблял. Но быть заражëнной личностью - не значит быть полной противоположностью чистой. Если бы это было так, то увы, чистые и заражëнные никогда бы не примирились. Малина конечно многим отличался от Чарли, но и одинаковые черты характера у них тоже были. При чëм, самое интересное, обсуждая однажды это, они пришли к достаточно интересному выводу. Да, со временем они стали очень любить обсуждать разные вещи... Чарли, будучи невероятно мягким и дружелюбным, возможно действительно стал бы "перебарщивать" с этим, превратил бы эту сильную сторону в свою слабость, если бы не... Да. Малина. Возможно за время общения он понабрал от того чëрствости и серьëзности, и во время стычки с заражëнными стал более серьëзным и уверенным в битвах. Малина же, хоть и был заражëнной стороной, умудрился понабрать от Чарли дружелюбия, общительности, спокойности и неконфликтности. В какой-то степени это сложно заметить, но если представить то, каким бы он был без этих характеристик и то, кем он сейчас представлялся, то изменения очень даже легко заметить. Да, они оставались самими собой, но общение скорее лишь улучшало их характер и помогало убрать те слабости и недостатки, которые были у каждого из них. Были у них и другие схожести. Например - любовь к ласке. Правда у каждого из них своеобразная. Если Чарли просто любил дарить ласку другим, то Малина наоборот - любил ощущать ласку от других. В прочем, это было не удивительно и так же показывало их основные характеры. Чарли был Хранителем, защитником других. А Малина наоборот - тот кто нуждался в защите. И таких нюансов было множество, и все они рассказывали многое о характере. Ведь характер - штука непростая. В общем, жизнью оба вполне себе наслаждались. По крайне мере Чарли на это надеялся. Малина, конечно, надоедал иногда своим вредным характером, но а что с ним ещë поделать? Чарли всë ещë был в разы сильнее его, а Малина всë ещë был труслив. Чистый правда пытался не показывать своего превосходства над ним, общаться на равне. Таков уж был его характер. Однако, иногда, если уж его совсем доставало поведение заражëнного, а Чарли итак был в плохом настроении, то он действительно мог прикрикнуть. Этого вполне хватало, что бы присмирить Малину, тот крайне явно проявлял свою пугливость в такие моменты. После этого Хранитель корил себя, но а что ещë можно сделать? Каждый из нас живое существо, и каждый способен проявлять чувства. В любом случае, общение с ним приносило скорее больше пользы, нежели вреда и негодования. Он иногда умудрялся даже давать полезные советы, о которых сам Хранитель додуматься не мог. Конечно это было странновато, ведь по сути Чарли и Малина одно и тоже существо, просто с разных сторон. Но... Мир сам по себе был странен и необычен. А ещë Чарли боялся. Боялся, что однажды в Малине проснëтся то чувство, жуткая жажда свободы и независимости, и тогда они уже начнут серьëзно так конфликтовать. А может оно уже проснулось? И лишь ожидает теперь удобного момента, что бы перехватить власть и вогнать чистого в землю. А он так просто доверился и открылся... Но Чарли забывал об одной важной детали. И совсем недавно она сыграла важную роль.

___

На самом деле битва с заражëнными была действительно сложной. Нет, не потому что Чарли не справлялся с физической мощью - просто он крайне сильно старался никому не навредить. А это давалось с трудом. Но поддержка со стороны друзей всегда мотивировала его. А ещë советы от внутреннего головного заражëнного таракана. Однако, этот заражëнный "таракан" прекрасно видел страхи чистого о том, что однажды тот предаст того и захватит контроль над телом, а чистого просто убьëт. Но эти мысли не злили Малину, а лишь заставляли грустно усмехаться. Неужели он всë ещë так плохо его знает? Или умудрился подхватить от него пугливый и паранойный характер? Однажды, уже где-то под конец похождения до замка Бликсера, при битве с какой-то фигурой, она смахнула Хранителя с островка куда-то в воду. Заражëнную воду. В тот момент Чарли не на шутку перепугался - не только потому что он мог умереть, но и потому что именно в этот момент Малина с лëгкостью мог перехватить контроль над телом. Чистому пришлось тогда с трудом доплыть до берега, но его состояние так и не изменилось. Вообще, при падении в заражëнную воду фигуры предполагали всегда два варианта развития события: тот, где чистая фигура заражается, а заражëнная личность выбирается из чертогов разума и забирает контроль над телом, и тот, где фигура, чаще всего Хранитель, умирает или сильно обжигается, ведь заражëнная личность убита ещë при рождении, и порча лишь ранит словно кислота. Но Чарли сломал оба понятия - он и не умер, и не заразился. "Так почему же?" - спросила однажды Сэм уже после окончания конфликта с заражëнными. Хранитель тогда лишь грустно усмехнулся, но ничего не ответил. Тогда у них с Малиной произошëл забавный разговор. Чарли видно был в каком-то истерично-пугливом припадке, и наконец доплыв до берега не спешил вылазить из порчи. Лëг на землю, будучи наполовину в воде, но не спешил вставать. Хотя бы потому что, во первых, сильно устал, а раны всë ещë зудели после битвы. Да, где-то там, вверху, его ожидает продолжение битвы, где-то там волнуются друзья и вообще может думают о его смерти. Но пару минут посидеть в, на удивление, приятной несмотря на заражение воде очень даже хотелось. А ещë потому что в голове царил один немой вопрос. "Не хочешь попробовать захватить контроль?" - скорее насмешливо спросил Чарли. "Что?" - тут же раздался эхом в голове в ответ крайне возмущëный и напуганный голос - "Ты хочешь возложить на меня свои проблемы? Не, не, не, разбирайся с этой хернëй сам!" Тогда чистый лишь усмехнулся, но потом, уже чуть позже, когда стало чутка спокойнее и Хранителю наконец удалось поспать, он всë же продолжил разговор. — Разве ты бы совсем не хотел повидать мир? Прочувствовать его? Тогда они сидели вместе, оба глядели куда-то в пустоту, а Малина положил голову на плечо Чарли. — Да ну его, этот твой мир. Даже не пытайся выгнать меня из моей зоны комфорта. Я уже понавидал то, какой хернëй ты страдаешь, и мне этого более чем предостаточно. Я не хочу... И тогда Чарли понял. Понял, что кажется его трусливость сыграла свою роль. И несмотря на то что это качество характера явно отрицательное, именно в этой ситуации оно показала скорее положительную сторону. Ведь Чарли боялся, что Малина захочет на свободу. Но эта заражëнная вредина похоже действительно скорее боится мира, и видно предпочтëт сидеть как запечный таракан в бошке, нежели искать приключения на пятую точку. — Ты серьезно думал, что я захочу впутываться в ту ересть, в которую ты ввязался? Да и в принципе переживать твою хранительскую жизнь, наполненную опасностями и неприятными приключениями на задницу? Да ну тебя. - со стороны Малина действительно мог показаться грубым, но Чарли уже настолько привык, что эти слова лишь вызвали у него смех. - Мне уж лучше здесь... В тепле и безопасности... А ведь это звучало крайне правдоподобно, а не как оправдание. Зная характер заражëнного, чистый прекрасно понимал что тот действительно предпочтëт сидеть здесь. Да, в какой то степени было его жалко - ведь он никогда не повидает мир. Точнее, не то что повидает, видит то он его каждый день от глаз Чарли. Просто... Не прочувствует его прелестей. И это даже не сарказам. Но... Во всëм надо искать плюсы, не так ли? Зато они не будут конфликтовать.

___

Чарли однозначно был странным парнем. И Малина был достоин его - такой же странный и иногда непонятный. Но они были достойны друг друга. И Хранитель никогда не жалел, что когда то он сохранил жизнь и существование своей заражëнной личности. Кто-то мог бы сказать, что Малина бесполезен и лишь мешает молодой чистой личности развиваться. Но это было далеко не так. Они переформировали характер друг друга. Дополнили и улучшили его. Ведь не зря говорится, что с волками живëшь - от них добра и наберëшься. Чарли смог достойно совершать храбрые подвиги, а Малина - быть более приятной личностью. Да, о подвигах последнего никто кроме чистого не знал, но он был крайне доволен и рад за заражëнного. И Малине, в принципе, хватало этого. В минуты когда никого рядом не было, любой бы другой сошëл с ума от одиночества - но в голове Чарли часто раздавалось что-то наподобие: "Чего раскис? " - и в принципе этого было достаточно что бы хоть слегка поднять настроение. Не стоит забывать, что их обсуждения часто приносили свои плоды идей и способов решения проблем. Но, наверное, самое главное - это то, что только благодаря друг другу, с самого начала, они смогли стать теми, кем они есть сейчас. Ведь когда-то, давным давно, чистая сущность пощадила беззащитное существо, выработав в себе ту неконфликтоность и дружелюбие, благодаря которому он смог совершить то, чего не смогли Хранители до него. А заражëнная сущность что? А она выработала в себе, казалось бы, ужасную черту - трусость. Но... Именно в его случае это скорее сыграло положительную роль. Ведь эта черта характера смогла сформировать и подобрать под себя в принципе всю личность, став благоприятной для общения с чистой сущностью. А они уже в процессе стали перенимать друг у друга черты характера, в результате став лучше. Вывод из всего этого, наверное, каждый сделает свой. Может, всë сложилось бы не так радужно, будь Малина откровенным безумцем без капли страха, А Чарли - тряпкой, не способной принимать решения. Но... Сложилась же всë так, как есть сейчас, не так ли? Характер - штука не простая. Далеко не всегда предсказанная или однозначная. В процессе жизни вполне себе изменяющаяся, и в лучшую или худшую сторону. Ну а жизнь не отстаëт по своей неопределённости. Такая же... Неоднозначная.