Не исчезай

      Утро. Мондштадт. Начало праздника «Луди Гарпастум». Праздник, посвящённый Анемо Архонту, Архонту, что освободил Мондштадт, научил народ этого славного города делать вино и жить спокойно. В ворота города, украшенного к празднеству вошёл юноша в зелёной одежде и с лирой в руках. Ветер всколыхнул две косички юного барда, и он, сделав глубокий вдох, сказал радостным тоном:       – Я снова здесь! Бард шёл по улицам Мондштадта, любуясь красотами свободного города. Видел резвящихся детишек, играющих в рыцарей и самих рыцарей, стоящих на страже людского покоя. Поднимаясь на центральную площадь города, он слышал игру на лире.       «Уже вовсю барды воспевают свои баллады!», – думал юноша. Поднимался бард по лестнице, как вдруг в него врезалась маленькая девочка, и с радостным взглядом смотрела на барда.       – Дядя, вы тоже бард?       – Да, – с улыбкой ответил он.       – И вы тоже приготовили песню?! – сильнее выпучив глаза спросила девочка.       – Конечно, у меня всегда много историй, – сказал бард, спустившись ближе к девочке.       – А как вас зовут, дядя?       – Венти! – сказал бард, достав из-за пазухи яблоко, которое он дал девочке. Девочка смотрела на барда радостными глазами, и, взяв его за руку, повела быстрее на площадь. Барды уже заканчивали свои песни, и всё внимание было приковано к только пришедшему петь свою балладу Венти.       – Моя баллада посвящена Анемо Архонту - Архонту, что освободил нас от тирана, Бога Бурь Декарабриана. Как только бард начал свою песнь, его тут же перебил один слушатель из толпы с удивлённым видом, и спросил:       – О ком-о ком баллада?       – О Барбатосе, Архонте нашем.       – Никогда не слышал о таком, – сказал мужчина из толпы. Люди начали шептаться: кто-то называл Венти сказочником, кто-то дурачком. Бард уже хотел было сказать о статуе, что за его спиной, что она стоит во славу Архонта, но, обернувшись, увидел там лишь высокую башню. Ошеломлённый увиденным и услышанным, бард резко убежал с площади прочь.       Забежав в таверну «Доля Ангелов», Венти, уставший от бегства, попросил бармена налить ему бокал одуванчикого вина. Высокий, красноволосый бармен с неким презрением посмотрел на барда и сказал:       – Тебе точно можно уже пить?       – Не беспокойтесь, я гораздо старше чем выгляжу, – с неразличимой улыбкой ответил Венти. Мужчина налил барду вина и сразу после первого глотка Венти ушёл в свои мысли.       «Почему жители города забыли про меня, Архонта, что освободил их, Архонта, что помог освободить город от страшного тирана, Архонта, что хотел мира и свободы Мондштадта? Свободы… А может так даже лучше? Город наконец станет свободным, таким, каким я его и хотел создать». Допив бокал, бард встал из-за стойки, и решил было выйти, как тут его остановил бармен.       – А заплатить за вино?       – Ах-хах, может я исполню песню, чтобы оплатить вино? – с невинными видом спросил бард.       – Ну уж нет, мору на стол, – сказал бармен, сложив руки на груди.       – Эх, ну ладно уж. Заплатив за вино, выпивший бард поспешил покинуть таверну.       Венти расхаживает по праздничному Мондштадту, и всё размышляет о том, о чём размышлял в баре. Проходя мимо больших мельниц, бард решил присесть и полюбоваться городом, что когда-то создал.       «Люди и впрямь забыли о существовании Анемо Архонта. И поделом мне, оставил свой народ на поводу у своего эгоизма и своих убеждений, не хотел становится как Декарабриан, а в итоге про меня и вовсе забыли».       – Ве-е-енти-и-и! – кричала девочка, что проводила барда до площади, – Венти, вы так быстро убежали, я ведь перепугалась! – со злым, но в то же время и милым лицом сказала она.       – Прости, просто я перепугался немного, – с неловким смешком сказал Барбатос.       – Извиняю, и кстати, я вас не отблагодарила за яблоко. Большое спасибо!       – Да не стоит, девочка, – уже искренне улыбаясь ответил бард.       – Девочка? Ах, точно, я же не представилась, – девочка быстро отряхнула платье, пригладила волосы и гордо сказала: «Меня зовут Барбара Гуннхильдр, рада знакомству».       – И я очень рад знакомству, леди Барбара, – сказал бард, поцеловав ручку Барбары. Барбара села рядом с Венти, и решила всё же спросить, о чём та баллада, что он решил спеть, на что бард ответил:       – Это история о барде, который обратился к Анемо Архонту, дабы свергнуть жестокого тирана с правления древнего Мондштдата.       – Вау, расскажите мне, пожалуйста, эту историю, Венти! – с блеском водяной глади в глазах попросила барда девочка.       – Если ты и впрямь хочешь услышать эту балладу, то хорошо, – сказал Венти, достал свою лиру и начал петь.

«То, что должно быть спето, случилось в древнем Мондштадте, Где правил злой тиран и жил маленький мальчик. Он искал песню для своей лиры, Но не мог увидеть голубого неба. «Я так мечтаю увидеть птиц», Сказал он, и его глаза наполнились светом. Но его голос затерялся в потоках сильного ветра, Либо вихрь лишь берёт, и ничего не отдаёт взамен. Голубое небо, свободные стихи и песни… Неужели они не стоили борьбы? Мальчик обернулся и протянул к Барбатосу руки «Иди со мной, ветер… Свергнуть тирана и разбить его стены». Мальчик поднял знамя мятежников, И Ветер развивал его высоко над головами. Победителями вышли они, жаждущие свободы. Боги пали, ветра задули, нации содрогнулись. Деспот встретил свой конец во мраке, А они смотрели, как башня стирается в пыль. Так Мондштадт родился заново, позабыв о тех событиях. С тех пор, и больше никогда, не наденет никто корону.»

      Барбала слушала историю, что рассказывал Венти, пытаясь не упустить ни звука, что произнесёт бард. Как только Венти закончил свой рассказ, Барбара встала и начала с улыбкой хлопать.       – Это прекрасная история, Венти, как жаль, что люди не захотели её слушать, я верю, что это не просто сказки. Мне очень понравилось.       В этих голубых глазах, Венти не видел ни капли лжи, а только восторг и небывалый интерес.       – Рад, что тебе понравилась эта история, Барбара, – сказал Барбатос, вставая со скамьи. – Ещё увидимся, мисс.       Венти пошёл к выходу из города, не оглядываясь, дабы не показать свою слезу, но не горя, а счастья, что о нём хоть кто-то будет помнить. Ведь если люди забудут о нём, то он исчезнет.

Продолжение следует...