Первый шаг.

      Несколько дней назад была отличная вылазка. Не то чтобы отличная, но все вернулись живыми и невредимыми. Из-за этого капитан Леви закрыл глаза на предложение Ханджи и всех остальных устроить что-то вроде масштабной пьянки. Но для этого пришлось везде убраться и дать общение замести следы за собой. На утро должно быть идеально чисто. Кажется, впервые в этом жутком на вид помещении была слышна музыка и весёлый смех с радостными криками. Спиртного было достаточно. Ребята спустились в пыльный погреб и чуть весь его не снесли. К полночи все были достаточно пьяны.       Жан рассказывал очередную шутку, придуманную про Эрена и все дружно смеялись. Даже на лице Микасы появилась легкая улыбка. Она больше не злилась на Кирштейна за любой его упрек в сторону Эрена с тех пор, как она узнала обо всем и даже убедилась, случайно проходя мимо конюшни. Выслушав очередную колкость от Жана, Эрен, пока никто не видел, поманил его к себе пальцем. Сам он стоял в углу и их бы там точно никто не увидел, тем более все были под градусом. — Шутка не понравилась? — Кирштейн подбежал к своему возлюбленному с сияющей улыбкой и положил руки на плечи. — Пошли. Парни молча покинули столовую, в которой происходила посиделка, и направились в погреб. Они спустились туда и Эрен закрыл дверь, чтобы никто не зашёл. — Вино вроде не закончилось. Жан осмотрел помещение, которое было освещено только свечами. Раньше он тут не был. Обычно за выпивкой бегали Саша и Конни, а он только караулил сверху. Эрен подошёл сзади и обвил руками талию Жана. Носом он уткнулся в шею и стал водить им. От этих движений и горячего дыхания у Кирштейна мурашки прошлись по телу. Он развернулся лицом к парню и словил его губы. Эрен прижался ещё сильнее и приоткрыл рот, углубляя поцелуй. Алкоголь ударил в голову, а в помещении стало слишком жарко. В погребе была какая-то койка и именно туда, не разрывая поцелуй, Эрен и повёл Жана. — Настолько сильно скучал? — Жан не успел опомниться, как оказался на мягком матрасе. — Мы вчера не встречались и сегодня тоже. Эрен сел сверху на возлюбленного и запустил руки под лёгкую рубашку. Холодными пальцами он начал водить по разгоряченному телу и тем самым выхватывал томные вздохи. Губы оставляли влажные следы на шее. Обоим сейчас хотелось чего-то большего. Никогда такого желания не возникало у них. Возможно, виной тому спиртное. Жан не церемонился и сразу снял рубашку с Эрена, любуясь подтянутым телом. Руки дрожали, а внизу живота затягивался узел от вида и ощущений, которые доставляет ему тонкие ледяные пальцы. — Ты красивый, — лунный свет из маленького окошка падал на лицо Эрена и завораживал. На лице Йегера появилась улыбка. Его переполняла нежность к парню под ним и любовь к нему. Хотелось доставить ему огромное удовольствие и сделать самым счастливым человеком на свете. Он оттянул края штанов и обхватил набухший член Жана, но тот тихо прошипел и убрал руку. — У тебя рука слишком холодная, — Кирштейн высунул член Эрена и обхватил их вместе. Его руки были значительно теплее рук Йегера и прикосновения были намного приятнее. Жан двигал рукой вверх — вниз, иногда сжимая ладонь, иногда расслабляя. Эрен уткнулся в плечо возлюбленного. Он старался сдерживать стоны. Щеки его раскраснелись от возбуждения, а тело разгорячилось. Такие ощущения были для него в новинку и Эрен понимал, что долго так не продержится. — Жан, я сейчас… — Я тоже, — Кирштейн не дал договорить и нежно прикусил тонкую кожу на шее Эрена, кончая в руку. Дыхание участилось. Эрен вздрогнул и кончил следом. Все закончилось настолько быстро, что оба пожалели. Хотелось, чтобы это не заканчивалось сейчас. — Прости, — Жан обвел пальцами потемневшее пятно на шее, — кажется, тебе придётся что-то придумать на утро. — Скажу, что у меня болезнь. Люблю с лошадьми любовью заниматься. За эти слова Эрен получил подзатыльник, но у обоих на лице появились улыбки. Возможно, они бы и дальше вот так бы лежали и даже продолжили проявлять свои чувства, но за дверью послышались голоса. Парням пришлось быстро подняться, привести себя в порядок и, открыв дверь, сделать вид, что они просто пришли за выпивкой. — Дверь сама захлопнулась, — сказал Эрен, краснея. — Я так и поняла, — ответила Микаса, не давая пройти Саше.