devils

Твою ж мать - это было единственное цензурное сочетание букв в голове бедного Чимина на тот злополучный момент. Ну не могло же ему НАСТОЛЬКО не везти по жизни (спойлер: могло), что буквально несколько минут назад бедняга (но не во сне, хе-хе) с упоением выстанывал каждую букву имени своего напарника, кончая в собственных фантазиях, и вот тот самый напарник, будь он не ладен и не в добром здравии, тут как тут, в самый неподходящий момент оказывается на пороге. Пак готов был провалиться под землю от одного взгляда на Хосока. Тот нескрываемо улыбался, почёсывая макушку и оголяя ещё больше вид на свои великолепные тату. Чернила украшали руки, плечи и грудь парня, сплетаясь в единое произведение машинного искусства. Конечно, тут и думать не приходится - он скорее всего всё слышал (хорошо, хоть не видел, и на том скажите "спасибо", а то нашего озабоченного мальчика можно было бы выносить вперёд ногами). Щёки бедного Чимина горели без солнца, пеклись без духовки, пылали без огня. Ещё слишком свежи были ощущения от сна, слишком реального, даже до боли обидного реального, но всё же сна. - И тебе доброй ночи, сосед, - Хосок ещё и умудрялся стебаться в такой ситуации, что выбивало у розововолосого почву из-под ног. Сосед? О нет... - Слушай, я, конечно, верю, что сны тебе снятся распрекрасные... - Чимин нервно сглотнул, надеясь всё же пропустить всё сказанное мимо ушей. Не получается. Только в тот момент он понял, насколько нелепо и стыдно он выглядит. Укутанный в одно одеяло с ног до головы, весь мокрый и задыхающийся, загнанный, как лошадь, обливающийся седьмым потом перед своим коллегой, так ещё и с до сих пор полувозбуждённым членом, ибо он ещё не успел отойти от недавнего оргазма, который неприлично выпирает из-под укрытия белой толстой ткани. Пак пытался вжаться в дверь, наверное, надеясь, что таким образом он сквозь неё просочится и исчезнет. Но нет. - ... Но, будь добр, веди себя немного тише. А то кляп тебе принесу, спать спокойно не даёшь, - Хосок тихо усмехнулся, опираясь локтем на дверной проём. Тут у Чимина появилась непонятная смелость и дерзость на ответ. Откуда, спрашивается, - непонятно. - Что, свой одолжишь? Мне приятно. Чимин пытался язвить на издыхании и осколках своей гордости. Но получалось довольно жалко, чему судила реакция Хоби. Эта фраза сначала вызвала у Чона удивление, а потом и ухмылку, которая вновь смутила Чимина. Напарник был слишком самоуверенным. Это сбивало с толку и выбивало из груди так слабо цепляющуюся уверенность в себе. Руки Пака на секунду дрогнули, чуть не выронив одеяло. Голая нога скользнула на миг, вновь скрываясь под тканью. Хосок хищно облизнулся, прикусив губу и оглядев человека перед собой с ног до головы. - Если я принесу тебе пару своих игрушек, то, мой милый, ты уж точно перебудишь весь дом своим сладким голоском в сумасшедшей агонии... - Хосок усмехнулся, придвинувшись к замершему Чимину почти вплотную. - А голосок у тебя и правда... Сладкий... Так мило стонешь и всхлипываешь, когда кончаешь... - Заткнись, - прошипел парень, дрожащими руками пытаясь сильнее запахнуться одеялом. - Может мне тебя какой-нибудь сладостью называть? Или всё же оставить сладеньким... - Хосок сделал вид, будто задумался, после чего засмеялся, нагло и отвратительно пошло ухмыляясь. - Извращенец, - процедил розововолосый сквозь сомкнутые зубы, захлопнув дверь перед носом напарника и переводя дыхание. Ему необходимо было успокоиться, а с ухмыляющимся и самодовольным Хосоком перед лицом это было невозможно. - И это ты мне говоришь, Чимин~щи? - послышалось с усмешкой за дверью. Имя специально было долго и мучительно растянуто, чтоб насладиться пыткой даже сквозь преграду в виде двери. - Заметь, не я тут вторую ночь во влажных снах купаюсь и имена разные выстанываю... А кое-кто другой... Чимина бросило в холодный пот. Он всё слышал. Всё. Каждое слово, чёрт бы его побрал. Пальцы, сжимавшие одеяло дрогнули, выпуская его из рук. Ткань с довольно слышным грохотом приземлилась на пол. Пак судорожно вдохнул, пытаясь прийти в себя и перестать так сильно смущаться от идиотских издёвок напарника. Надежда на то, что Хосок не понимал, о ком так яростно грезил его напарник, упала вместе с одеялом и валялась где-то там, в ногах. - И это я ещё извращенец? Стоишь голый посреди комнаты и краснеешь от простых моих слов... Или ты просто вспоминаешь свои нежные грёзы, сладенький малыш? - смешок, который до конца добил Пака, разрушил остатки его хрупкой личности и хаотично разбросал осколки по комнате. - Тебе нужно поспать, не хочу, чтобы ты был... вялым весь день. Отдохни, ну или снова подрочи. Расслабься, в общем, мой сладенький малыш Чимин~и, у тебя это получается просто прелестно. Доброй ночи, Чимин~щи... Удаляющиеся шаги. А Чимин с ногами забирается на кровать, подбирая к себе коленки и дрожа. Его колошматило, как флаг на маяке в самый ветреный день в году. Пак прижимал трясущиеся ноги к себе треморными руками и качался взад-вперёд. Ему нужно уснуть, но не получается. Не выходит. Розовые волосы прилипли к мокрому лицу, противно ощущаясь на коже. В голове отбойным молотком стучали слова Хосока, будто пропечатываясь на обратной стороне век, прямо перед глазами, под ресницами. Всё ещё трясясь не в силах справиться с эмоциями, переживаниями и мыслями, Пак погрузился в беспокойный сон. Ему почти ничего не снилась, так, какие-то неотчётливые обрывки и куски каких-то непонятных моментов, ещё больше разрушающие хрупкие намёки на адекватность. Пак до ужаса не выспался и проклинал в мыслях само существование такого человека как Чон чёрт-бы-поймал-этого-засранца-и-вытрахал-бы-ему-все-его-мозги Хосок. Немного потрёпанный внешний вид скрывался под тёмно-серыми брюками и чёрной рубашкой. Маска перекрывала все следы бессонной ночи на лице Пака. Розововолосый парень даже отказался от завтрака, вместо этого он предпочёл просто стоять рядом с братьями. Кимы смотрели как-то странно на охранников. Хосок постоянно сверлил взглядом Пака, улыбаясь под маской. Так тянулись долгие дни, чуть меньше недели. Пак почти перестал спать, тёмные круги под глазами уже были чуть ли не больше его милых глазок. С той самой ночи Чим и Хосок перестали разговаривать. Любое взаимодействие, кроме какого-то определённо рабочего момента, сократились до полного нуля. Даже Намджун-старший заметил это, о чём-то ласково воркуя с розововолосым телохранителем, пытаясь выспросить подробности новой сплетни для обсуждения с младшим братом. И всё бы было хорошо - с Хосоком не общаться, с Кимами держаться субординации (хотя мысли о том поцелуе с младшим Кимом до сих пор не давала спокойно стоять рядом с ним бедному Паку), работать, как ни в чём не бывало. Но нет, жизни обязательно было подкинуть бедному молодому телохранителю побольше испытаний. Намджуну-старшему захотелось улететь в Японию, ибо его душонка хотела развеяться, а кто он такой, если его внутреннее состояние вдруг внезапно захотело покувыркаться с молоденькими японочками, да напиться сакэ так, чтобы всё его тело на более девяносто процентов состояло из алкоголя и спирта. Естественно, одного его туда отправить никто не мог. И Чон Хосок отправится с ним. А Пак Чимин, только недавно ставший телохранителем, остаётся с Кимом-младшим, от которого у него слюнки текут, с которым ему придётся провести около недели наедине. И тут уже никто ему не поможет, если его внезапно накроет его какая-либо очередная фантазия... Утро началось довольно спокойно. Чимин сопровождал Кимов и Хосока в аэропорт молча, лишь изредка судорожно и нервно поправляя немного потускневшие розовые волосы в хвосте. Пара прядок выпала на лицо, аккуратно уложившись по бокам от лица на ткань чёрной маски. Хосок тоже маску не снимал, глядя прямо перед собой, иногда бросая какой-то двусмысленный взгляд и тихонько хихикая. Нам и Джун лениво о чём-то переговаривались, младший иногда что-то тихо шипел, будто пытался вразумить брата. - О, Нам~и, ну что ты такой грубый и противный? Не умру же я там, легонько поразвлекавшись? - заканючил Джун, плаксиво скуля в ухо брата. Нам брезгливо его отстранил от себя. - Откуда мы можем знать, что произойдёт в этой чёртовой Японии?! Я не хочу отпускать тебя туда, - процедил Нам, сильно хмурясь и отворачиваясь к окну. Конечно, он волновался за своего брата, но выказывать это никогда не хотел. Но эта фраза всё же слыла теплом и заботой, хоть и грубой и чёрствой на первый взгляд. - А ты мне не мамочка, чтобы отпускать или не отпускать, понятно тебе? - вдруг взвизгнул Джун, стукнув по переднему водительскому креслу. Чим даже вздрогнул от неожиданности, глядя в зеркало заднего вида, проверяя, всё ли в порядке. Хосок тоже дёрнулся, оборачиваясь. - Ох, мальчики, всё в порядке, не волнуйтесь, продолжаем ехать. Просто этот мелкий засранец меня уже достал... - Сам ты мелкий. Джун рассмеялся, хлопая брата по плечу и потрепав его щёку. Намджун-старший менял своё настроение, как дама лёгкого поведения своих кавалеров. Он мог плакать навзрыд, а через секунду уже хохотать. Хосок уже совершенно спокойно относился к нему. Но только Пак с ума сходил от таких перепадов. Блондин потянулся ближе к брату, целя его долго в щёку, что вызвало гримасу недовольства у Нама. Он слегка закатил глаза, стараясь отстранить от себя брата, но без особого усердства. Будет скучать... Братья долго стояли молча в зале ожидания, буравя друг друга взглядом, будто ментально о чём-то общаясь и споря, по итогу они крепко обнялись, словно виделись в последний раз, и разошлись, кивнув на прощание телохранителям. В голове розововолосого ещё долго будет стоять картина, как близнецы до самого последнего старались держаться мизинчиками, даже когда их руки уже вытянулись почти до боли. Не хотел отпускать. Пак спешно проследовал за Намджуном, сосредотачивая внимания на людей вокруг русоволосого. И тут какие-то девушки, что-то вереща и смеясь от волнения, подлетели к Чимину, пища о его внеземной красоте и просьбах снять маску, остановиться и сделать с ними фото. - Я не фотографируюсь, извините, - сдержанно ответил парень, поправляя хвостик и следуя за боссом. - Пойдём, нам нужно уезжать, - босс подхватил локоть телохранителя и кивнул головой девушкам. - Дамы, прошу нас простить, но этот молодой человек чрезвычайно занятой. Нам нужно идти. Леди... Девушки влюблённо вздохнули, услышав голос телохранителя в таком красивом чёрном костюме с чёрной рубашкой и чёрным галстуком, чёрная маска только дополняла этот строгий образ. Так ещё и розовые волосы прекрасно контрастировали с тёмными цветами. А затем заговорил и русоволосый мужчина, напрочь сбивая девушек с толку и заставляя лишь волнительно замахать руками возле лица и покраснеть. Одна из леди даже сделала вид (прекрасная актриса), что начала терять сознание, видимо в попытке хоть как-то задержать таких соблазнительных и притягательных кавалеров. Пак лишь дёрнул головой и поспешил вывести босса из аэропорта и посадить в машину. Чимин сел за руль, громко облегчённо выдохнув. Он посмотрел в зеркало прямо на Кима и спросил: - Я могу снять маску, босс? - Да, конечно, пока в машине находимся, можешь не носить этот намордник. Чимин благодарно долго кивнул, снял маску и завёл машину. Дорога уже не была такой напряжённой, почему-то с Кимом-младшим Паку было более спокойно и комфортно, чем с его старшим братом, что странно. Ведь именно со старшим близнецом тогда произошёл тот случай с пальцем, и вечерний поцелуй... Всё же именно от Джуна как-то веяло энергетикой психопата. Чимин внимательно следил за дорогой, немного расслабляясь за таким монотонным действием, как вождение. Долгий путь, видимо, наскучил Намджуну, что он заговорил. - Как-то резковато ты отшил тех девчонок, тебе не кажется? - проговорил русоволосый, откидываясь на сидение. - А? А, вы о тех в аэропорту... Просто меня они не интересуют. - Хм, не интересуют,говоришь? А какие интересуют? - Ким дёрнул бровями, явно загораясь интересом. - Ну, как вам сказать, сэр, - Чимин явно замялся, щёлкая серёжкой в языке об зубы и метаясь глазами из стороны в сторону, пытаясь просто хоть за что-то зацепиться и слезть с некомфортной темы. Но не тут-то было. - Так и говори, Чимин. Не волнуйся, мне просто интересно, и этот разговор останется здесь, не выйдет за пределы этой машины, только между нами, - голос Намджуна звучал спокойно, но с некоторым разгоревшимся интересом. От последней фразы у Чимина перехватило дыхание. Как тихо и глубоко она прозвучала... - Меня не совсем... интересуют девушки, сэр, - выдавливает из себя с горем пополам Пак, уже подъезжая к знакомому кварталу. - Я пытался встречаться с девушками, но быстро понял, что с парнями мне комфортнее. - Долго принимал себя? - внезапно спросил Ким с усмешкой. - Эм... Довольно долго, мать длительное время не понимала и не принимала, но... Чимин как-то сильно стушевался, пытаясь сменить тему и, видно, Намджун это понял, и решил замолчать, многозначительно пялясь в окно. До вечера день тянулся отвратительно долго. Чимин задумался над тем разговором, что произошёл в машине. Зачем босс вообще его спрашивал об этом, так обратил внимание на этот глупый случай с непонятными девчонками. Безусловно, на внешность парня часто велись девчонки, в школе толпой бегали за ним, пока сам Пак слюнями заходился по какому-нибудь старшекласснику или молодому учителю литературы. Тяжесть мыслей давила на Чимина, который пытался хоть как-то выполнять свою работу. Хосок оставил на нём огромную ответственность - сохранять жизнь и здоровье одного из близнецов, с которой Пак не хотел в очередной раз облажаться, как он это прекрасно умеет, мы с вами уже поняли. - Чимин-щи, поужинай со мной, - вывел из тяжёлых раздумий Пака голос Намджуна. Русоволосый сидел за столом и не приступал к еде, сверля взглядом своего телохранителя. - Д-да, конечно, господин Ким, как пожелаете, - Чимин снял перчатки, быстро скомкано кивнул и плюхнулся за стол рядом с мужчиной, поджав губы. Ужин прошёл в молчании. Таком, от которого кровь в жилах стынет. Тяжёлый, пронзительный взгляд Кима, дрожащие коленки и руки Чимина, вилка в которых в пятый раз уже не попадает по злосчастному кусочку мяса, звон столовых приборов и размеренное дыхание. Пак думал, что он уже где-то провинился, так сурово смотрел на него босс, но все переживания внезапно лопнули в один момент, когда заговорил господин Ким: - Чего такой задумчивый? - холодный, словно сталь, прозвучал голос босса. - А? Я... я ничего. Вы что-то хотели? Что-то не так, господин Ким? - парень встрепенулся, будто испугался, что что-то сделал не так. - Чимин~а, - голос Кима смягчился. Он звучал довольно ласково и как-то слишком притягательно, совершенно не похоже на Кима. - После ужина... останься в моей комнате пожалуйста. Чимин аж чуть не подавился. Он тяжело сглотнул, завис в одну точку на пару секунд и быстро закивал, вытирая салфеткой испачканные губы. Спрашивать босса о причинах такого поведения непозволительно, да и, по правде говоря, страшно. Потому Паку ничего другого не оставалось, как подчиниться. После ужина он быстро метнулся в комнату, переодеваясь из надоевшего костюма в большую оверсайз толстовку и спортивные штаны - самый свой комфортный вид. Маленький складной ножик тихо покоился в кармане. Пару раз стукнув штангой в языке об зубы от нервного напряжения, Чимин всё же постучал в дверь комнаты босса. После разрешения, Пак прошёл в комнату, закрывая за собой дверь на замок. - Присаживайся, - Намджун звучал слишком сладко. Чимин не мог ослушаться. Он как робот быстро выполнил то, что ему сказал Нам, оказываясь в опасной близости от босса. - Ты слишком напряжён в последнее время. Я понимаю, новая работа, опасность, столько всего произошло... Но не стоит же себя так истязать. Нам коснулся бедра парня, слегка улыбаясь уголками рта. На щеках проявились едва заметные, но глубокие ямочки. Если бы Чимин мог захлебнуться воздухом, он бы сейчас это и сделал бы. Это касание моментально взбудоражило те воспоминания, что Пак так старательно пытался забыть. По телу пробежали мурашки. - Чимин-а, а есть кто-то... кто тебе сейчас нравится? - осторожно спросил русоволосый, уже улыбаясь шире и загадочнее. - Е-есть, но... не думаю, что это взаимно. Мы... с ним совсем разные, и... Нам засмеялся, начав поглаживать Чимина по бедру и придвинувшись к нему ближе. В голове телохранителя мелькнула мысль: "Хосок, мать твою, всё, что здесь творится, всё происходит из-за тебя, мерзавец!" - Такой ты смешной Чимин~а... Такой милый, когда смущаешься. А дальше...