Глаза открыты широко

Уже два года нет тебя, А я всё также плачу. Мечтаю, что однажды встречу, медленно идя, И расцелую глупую удачу. Но даже мысль одна нелепа, Ведь мы заняли разные места. Ты — под землёй закопанный в могиле, А я — живая пташка, и одна. Помню, как жаждала на выпускной свой пригласить, И пусть бы мама накричала, мол:"Как посмел сюда прийти?!" Я всё равно б ладонь шершавую сжимала И целовала волосы твои. Высокий, плечи широки, Как у кота известного улыбка. Стоит подле меня и радуется от души, "Ах, как же выросла кровинка..." Была бы я самой счастливой на Земле, Явись возможность быть с тобой тогда. Красивая, и в платье выпускном, А макияжу будто нет ни края, ни конца. Стоял бы подле мамы, весь смурной, Она бы от тебя отодвигалась. Но то мгновенье, момент такой цветной Исправил бы далёкую напряжность. Я танцевала бы с тобой, Ведь кавалера лучше не сыскать. Всё радовалась, как же мне так повезло, С родным отцом в ритмичном вальсе полетать. А там взросленье — универ — Ты со слезами на линейке. Дочурка выросла совсем, Будто часы ускорили бег стрелки. От сессии до сессии студент живёт, А там, в квартире, дремлет папа. Он меня любит, меня ждёт И думает, какой же маленькой была когда-то. А через время, через годы, Меня ведёшь ты под венец. Глядишь на жениха, сомкнув смольные брови, И тихо шепчешь:"Вот... Конец". Твоя малышка больше не твоя. И есть мужчина, связанный с ней клятвой. Ты отпускаешь руку погодя, Вверяешь жизнь родную без оглядки. А там уж внуки, детвора, Ты — дедушка. Но нет, совсем не старый. Штанин касается младенца пухлая рука, А взор такой, как у тебя — опасно-шоколадный. ... Однако нет... Реальность — не мечта. Усвоила урок я слишком поздно. Хотелось бы почувствовать касание тепла И понимать, что это всё — не грёзы. Судьба — жестокая хозяйка. Забрала жизнь твою, украла моего отца. Я до сих пор храню в себе утайку, Что искренне люблю тебя, такого подлеца. Тебя не стало слишком рано, Ведь сорок восемь — что это за цифра? Свой юбилей отпраздновать — так мало! А восемнадцать отгулял давно, и смело. Я не успела попрощаться, Не запечатала огонь в глазах. В больничной койке, в бреду ты извивался, Да так, что слышал весь соседний зал. И вот мы в храме. Мама — в слёзы, А я в истерике смеялась час назад. Завидела худое тело в похоронной робе — От смеха не осталось и следа. Из глаз стекают капли горя, Струятся водопадом по щекам. Мне хочется приблизиться, коснуться боли, И знать, что ты — живое тело, живой храм. Мне мама строго запретила Твой лоб холодный целовать, А я бы очень этого хотела, Чтоб на подольше задержать... Твой образ, запах, мягкость кожи, Морщинки в бледном одеянии лица, И кудри, на мои едва похожи, А с ними — бледно-розовые, мёртвые уста. И больше никогда не скажешь, как ты любишь Свою малышку, продолжение себя. Меня на небесах забудешь, Не станешь звать, отпустишь навсегда. Я на Земле, и мне шестнадцать, А я — касаюсь мертвенной руки. С тобой, увы, я не прощаюсь, Прощаются лишь строки, что полны несказаной любви... 26 мая 2022 года