Danganronpa: Another Universe. Ultimate Archer's story

— Джунко-ча-ан! — по всей улице разнесся женский голос. Навстречу Эношиме неслась её сестра, — Джунко-чан, как все прошло? Гяру повернула голову в её сторону. Лицо девушки вобрало в себя всю вселенскую злость. Мукуро попятилась, её голос чуть дрожал: — Джунко-чан… Что случилось? План провалился? Его не арестовали? Или… Арестовали не того? Прошу, скажи мне! Джунко приблизилась к лицу солдата. Между кончиками их носов было всего пара миллиметров. Выделяя каждое слово, гяру процедила: — Да. Его. Не. Арестовали. Все. Пошло. Не. По. Плану. — О боже! — Мукуро схватила сестру за руку, — А кого? Гяру отдалилась от неё. Внезапно уголки её губ начали подниматься вверх, пока лицо Эношимы не начала украшать широкая улыбка. — Все прошло даже лучше, чем я думала. Вместо одного человека я заразила отчаянием сразу пять! — гяру победно вскинула руки вверх, — Правда… Не считая этой дуры Сато всего четыре… — Сато? — удивилась Икусаба, — Так её поймали? — Ага, — Джунко фыркнула, — Не думала я, что она окажется такой идиоткой и не попытается хотя бы замести следы, Мукуро-чан… — Эношима закинула руки за голову и расслабленной походкой двинулась по улице, — Я рассчитывала, что камеры внутри здания резервников я сломала окончательно, но… этому дебилу повезло и они каким-то чудом заработали. — Я полагаю, «дебилом» ты назвала Комаэду, верно? — спрсила Мукуро, спеша за Джунко. — Агась. Из класса этих придурков этот самый бесполезный, — Джунко зевнула, — Серьезно, от его удачи больше вреда чем пользы. Я хотела убрать его из-за Канэко-чан, но, как видишь, не вышло… — К-Канэко? — переспросила солдат, — А причем тут она? Ты мне говорила, что хочешь убрать «надежду» класса… Разве это не касается остальных по мнению её. Гяру резко остановилась. Медленно, стоя на каблуках, она повернулась и исподлобья посмотрела на Мукуро. От этого взгляда Икусаба попятилась. Она обидела Джунко своими словами? Но что она сказала неправильно? В этот момент гяру взяла и залилась громким, можно сказать, истерическим смехом. Мукуро тихо шикнула, так как прохожие начали на них пялиться, но её сестра не унималась: — Боже, Мукуро-чан, какая ты идиотка!.. — простонала она, — Ты на самом деле думала, что… — Эношима не выдержала и снова рассмеялась. — Джунко-чан… Что не так? — расстеряно произнесла солдат. Во мгновение гяру остановилась и снова посмотрела на сестру. — Комаэда-чан не «надежда» класса, — процедила она, — И я убирала его не поэтому. — Нет? А кто тогда? — Мукуро почесала затылок, явно недоумевая. — А это секрет! — Джунко задорно подмигнула, — Потом узнаешь!.. Икусаба лишь недовольно хмыкнула, но говорить ничего не стала. Джунко постоянно утаивает от неё как минимум половину своих планов, что иногда немного обижало солдата. Несмотря на это, девушка понимала, что её сестра куда дальновиднее её и поэтому даже без Мукуро планы Джунко будут исполнены. — Но ты не сказала, про Комаэду и Канэко, — повторила она свой вопрос, — Так как они связаны? — Ах да, прости… — Джунко всплеснула руками, — Сейчас отвечу! Эношима села на скамейку и знаком пригласила Мукуро. Солдат уместилась рядом и пристально начала смотреть на сестру. Ей было очень интересно, что она задумала на этот раз. — Видишь ли, Мукуро-чан… — начала гяру, — Ты не замечала, что Комаэда-чан и Канэко-чан всегда вместе тусуются? — А? Ну да… — девушка отвела взгляд в сторону, — Я вроде слышала, что Комаэда начал к Нидаю на тренировки ходить… Хотя у него, насколько знаю, здоровье… — Да-да! — продолжила Джунко, — Он постоянно ходит за ней хвостиком, это неудивительно. Он рассказал мне тогда, перед балом, что все его родные и близкие подохли из-за его удачи. Бедный мальчик совсем один почти всю свою жизнь… — тон гяру с веселого сменился на грустный, взгляд потупился, а также выступили слезы, — Его родители умерли в авиакатастрофе, любимая собачка попала под машину… неплохие друзья утонули в море… Какая жалость, не правда ли? А он ведь ничего не может с этим поделать… Все, кто ему дорог, со временем умирают… — Эношима всхлипнула, — И вот теперь у него появляется первый друг. Впервые за столь долгое время. Друг, что готов быть с ним несмотря ни на что… Друг, который сможет наполнить его ужасную жизнь красками, — одинокая слеза скатилась по щеке девушки, — Друг, который лишь притворяется другом. — Что?! — опешила Мукуро, — Хочешь сказать, что Канэко притворяется? Если честно, не похоже… Она на самом деле дорожит им… — Погоди, я еще не договорила! — внезапно крикнула Джунко, — Не перебивай меня! Солдат немного испугалась её крика, но извинились за грубость. После этого Джунко смягчилась и снова уселась поудобнее, чтобы продолжить рассказ: — Теперь к Канэко-чан… Она тоже постоянно с Комаэдой-чаном. Пусть и скрипя зубами, но она тащит его везде за собой. Как думаешь, почему? Почему, если ей с ним невыносимо, то она все равно хочет быть с ним? А ответ есть и он очень прост. Она зависима. Она зависима от Комаэды-чана. Подумай, Мукуро-чан, рядом с ней находится человек невероятно спокойный, добрый, приветливый, расслабленный. Он дарит ей тепло и любовь, которого она так жаждет и которого она не могла получить в детстве. Канэко-чан рассказала мне о домашнем насилии в её семье, как она ушла оттуда… Как человек, почти точь-в-точь похожий на Комаэду-чана по характеру, ушел из её жизни. Навсегда. Как ей было больно без него. Как она попыталась восполнить тепло, исходящее от него, побегами в место, что во всем напоминало его. Но потом Канэко-чан нашла кое-что получше… Она нашла похожего на него человека. Иными словами, она с ним лишь потому, что он напоминает ей еë отца. — Её отца? — переспросила Икусаба. — Ага, — гяру начала осматривать свой маникюр. Её голос начал звучать спокойно и непринужденно, словно бы она говорит о своих планах на завтра, а не о психологических травмах своих однокашников, — Её батя, как она говорила, был очень спокойным челиком, оптимистичным, добрым, много хвалил её, так как мамка этого не делала. Но ровно до того времени, как погиб во время спасательной операции около девяти лет назад. Из-за этого Канэко-чан однажды сбежала из дома на стрельбище, где её папка учил её стрелять из лука. Там она тренировалась по ночам втайне от матери. -И её что, не поймали? — Не-а. Она сваливала из дома каждую ночь лишь бы вспомнить папочку и пострелять из лука. Поверить не могу, быть одержимой этой идеей настолько, что сбегать на протяжении шести лет… Видимо, это была её единственная надежда в этом мире. — То есть… отец — это её надежда, верно? — подытожила Мукуро, — И все, что ей напоминает о нём — тоже её надежда, а значит Комаэда… — Умничка! — воскликнула Джунко, — Комаэда Нагито — надежда Канэко Эцуко! Он единственный, кому она может довериться, поэтому… его арест создал бы столько отчаяния… О боже!.. — глаза Эношимы закатились, дыхание стало сбивчивым, ноги подкосились, — Как это прекрасно!.. Я могла бы убить всю надежду внутри Канэко-чан!.. Но к сожалению… Удача Комаэды-чана мне не позволила. Его оправдали и выпустили, но… Арестовали дуру Сато из-за чего отчаянием прониклась Коидзуми-чан… Тоже неплохо… — фраза гяру была оптимистичной, но её голос звучал устало, — В любом случае, под «финальный удар» попадут все. — «Финальный… удар…» — спросила Мукуро, — Погоди, ты имеешь ввиду… — Именно! Вот для чего нам нужен был он. И ещё, я чуть не забыла… — Джунко развернулась и пошла вперёд, заложив руки за спину, — Похить любого ученика 77-В класса вместе с этим додиком и приведи их в назначенное место. Лично моя рекомендация — талант ученика должен быть связан с медициной. — Талант… С медициной… — Икусаба посмотрела на свои руки, но позже сообразила, — А, поняла! Это не должно быть сложно!.. — Отлично, Мукуро-чан, у тебя три дня, — отрезала Эношима, — Тогда мы начнем финальную часть плана. — Ч-что?! Уже финал?! — солдат сорвалась с места и побежала за сестрой, — А как же «катализатор»? — Не волнуйся, я все продумала… — Эношима начала напевать под нос какую-то песенку, — Перед началом всего она сама придет к нам в руки… Та самая надежда 77-В класса. — Джунко-чан… Я, пожалуй, поверю тебе на слово! — твердо сказала Мукуро и последовала за Эношимой, попутно продумывая план своего похищения. * * * Ни в одной комнате не горел свет. Казалось, все жители квартиры уже спали. Неудивительно, ведь уже почти двенадцать. Завтра рабочий день, надо выспаться. На самом же деле никто не спал. Никто из жителей. А точнее, один единственный житель. Нагито сидел за столом и смотрел куда-то через окно. Одинокий фонарь тусклым светом обнажал чью-то легковушку, взгляд Комаэды был направлен на неё, хотя на самом деле счастливчик витал где-то в облаках. Эту прекрасную атмосферу прервал пронзительный звон в коридоре. Парень повернул голову и некоторое время просто смотрел на дверной звонок, откуда и исходил этот ужасный шум. Позвонили во второй раз, уже настойчивее. Закатив глаза, Нагито поднялся и направился к входной двери. — «И кого сюда занесло в такой-то час?» Послышался стук ключа в замке и через секунду дверь уже была открыта. В глаза Комаэды врезался яркий лунный свет, что аккуратно очерчивал тоненькую фигуру девушки. Некоторое время глаза счастливчика привыкли к свету, а затем он узнал девушку, стоящую перед ней: — Сенсей? — тихо спросил он. — Комаэда-кун, здравствуй, — бодро сказала Чиса, — Прости, я тебя разбудила? — Нет-нет, что Вы! — он виновато замахал руками, — Вы что-то хотели, Юкидзомэ-сенсей? — Я бы… хотела поговорить. Столько всего произошло за этот день, я хочу проверит вас всех, — учитель схватила Нагито за руку, — В особенности тебя. Этот твой нервный срыв… всех напугал, знаешь ли… Да и остальные выглядят неважно. — Вы хотите поговорить? — ещё раз спросил парень и отошел в сторону, — Давайте не будем стоять под дверью, проходите. — Спасибо большое! — Юкидзомэ быстро обняла ученика и прошла внутрь, через минуту послышались шаги, а за ними грохот, в перемешку с тихим вскриком. — Сенсей?! — Нагито рывком включил свет в коридоре и увидел, как его учитель лежит на животе, а под её ногами валяется чёрный зонтик, — Ой, я забыл его тут! Вы в порядке? — парень в спешке убрал его и протянул руку учителю. — Да-да… — Чиса встала без его помощи, — Просто глаза к темноте не привыкли… Ну а ты в следующий раз не разбрасывай вещи, хорошо? — Я понял, — счастливчик знаком показал Юкидзомэ, где кухня, — Хотите чаю? — Спасибо, не надо, — улыбнулась девушка, — Я недолго у тебя побуду! — она поправила юбку и устроилась на одном из стульев. Нагито поспешил сесть напротив неё. В этот момент улыбка медленно сползла с лица учителя, вид стал невероятно серьезным во многом благодаря лунному свету, что был единственным освещением. Нагито в очередной раз забыл включить лампу в комнате. — Комаэда-кун… — медленно начала девушка, — Скажи, пожалуйста, что все это значило? — Что значило? — недоумевал Комаэда. — Всë, что мне рассказали, — пояснила Чиса, — Я про твою истерику на допросе. Мне сообщили, что ты внезапно начал смеяться и говорить, как это прекрасно. Можешь пояснить, что это значило? — все время Чиса смотрела прямо в глаза ученика, не мигая. — А, так вы об этом… — Нагито вздохнул, — Прошу прощения, я не вовремя дал волю эмоциям, вот и вылилось все в такой неудобный момент… Я очень часто начинаю смеяться без причины… — словно в подтверждение своим словам, счастливчик тихо посмеялся, — Поэтому не стоит обращать внимания. — Нет, стоит Комаэда-кун, — настояла Чиса, — Ты так всех испугал во время допроса. Ещё чуть-чуть и все подумали бы, что ты точно убийца. Прошу, держи свои эмоции под контролем, — Юкидзомэ снова взяла ученика за руку, из-за чего тот слегка вздрогнул, — Но все же… Что ты имел ввиду, говоря, что «это прекрасно»? В этом не было ничего прекрасного! Тебя могли посадить в тюрьму! — Нет, в этом было много прекрасного, сенсей, — возразил Нагито, — Все начали работать вместе, чтобы найти убийцу, все, в особенности Коидзуми-сан, так старались преодолеть это отчаяние от смерти ученицы! — голос парня стал громче, — Несмотря на свою ошибку, все были так полны надежды! Настолько яркой, красивой надежды! Простите, Юкидзомэ-сенсей, но я не мог просто взять и прервать рождение такого потенциала у абсолютных… Просто не мог… — Полны… надежды? — Чиса вытаращила глаза, — Но Комаэда-кун, как надежду могут родить столь ужасные вещи, как убийство и ложные обвинения? Знал бы ты, в каком все были ужасе… В каком ужасе была Коидзуми-сан, когда узнала, что её подругу убили… Бедняжка, она так плакала в классе перед приездом полиции… Все были так испуганы в полицейском участке… Неудивительно, это ведь убийство… А ты говоришь, что в этом полно надежды. В этом нет никакой надежды, только отчаяние! — Именно! — подтвердил Нагито, — Во всем этом также было столько отчаяния… Но и это отчаяние позже бы переросло в красивую надежду, я верю! Я уже буквально вижу, как ребята встают с колен и смиряются с потерей той девушки… Боже, если бы Коидзуми-сан смогла бы смириться с её смертью, то она бы стала ещё более достойной своего звания Абсолютного Фотографа, чем раньше! Как жаль, что моя удача снова все испортила… — Она ничего не испортила! Наоборот, благодаря записям с тех камер нашли настоящего виновника! Я, конечно, совсем не рада, что Сато-сан арестовали, но это хотя бы было справедливо! Не представляю, как было бы всем нам, если бы тебя обвинили, Комаэда-кун… В этом на самом деле было много ужасного отчаяния… -… Которое тоже бы стало надеждой, — спокойно продолжал Нагито, пока голос Чисы порой срывался на крик, — Юкидзомэ-сенсей, поверьте, я только рад пожертвовать собой ради их надежды! Их потенциал куда выше моего! Даже сидя за решеткой, я бы хотел увидеть этот свет! — Но Комаэда-кун… — Юкидзомэ с каждым разом звучала все менее уверенно, — Как отчаяние способно родить из себя надежду? Единственное, что порождает отчаяние — ещё больше отчаяния, ничего другого. Ты не знаешь, но Коидзуми-сан потеряла сознание от нервов, она сейчас в больнице. Все, в особенности Цумики-сан так плакали… А Канэко-сан… — в этот момент Комаэда чуть напрягся, — У неё случился нервный срыв из-за тебя. Страшно представить, что было бы, если бы тебя все-таки арестовали. — У Канэко-сан… Нервный срыв? — кажется, счастливчик полностью забыл тему их разговора и переключился на лучницу, — Юкидзомэ-сенсей, что вы такое говорите? Канэко-сан и нервный срыв? Мне кажется, что она слишком эмоционально стойкая для этого. Уверен, она бы и не заметила моего отсутствия… — Это неверно! — возразила Чиса, — У неё началась истерика, после того, как тебя забрали. Она отлучилась в уборную, а когда мы с Цумики-сан пошли проверить её… То она сидела на полу и кричала… Просто кричала… Скажу честно, я сама была в шоке, когда увидела, но факт остаётся фактом: у неё была истерика из-за тебя. Нагито замер. С чего это вдруг Эцуко будет истерить из-за него. Ему казалось, что ей все равно на него, а тут такое… Может, она так волновалась из-за другого? — Сенсей… может, Вам показалось? — Абсолютно нет, ещё до допроса она иногда странно косилась на тебя и дрожала. Это определенно из-за тебя. Комаэда-кун, она волнуется за тебя! — Зачем ей это делать? Не думаю, что о потере такого, как я нужно волноваться… Мы с Канэко-сан лишь друзья. Если меня не будет рядом она просто найдет себе нового друга. Да и в конце концов, у неё есть Овари-сан и Нидай-кун… Она, наверное, даже и не заметила бы моего отсутствия. — Комаэда-кун… — Чиса отвела взгляд, — А ты не думал… Что Канэко-сан думает о тебе не как о «просто друге»? Может… Ты ей нравишься? Нагито снова застыл. А затем звонко рассмеялся, будто услышал очень смешную шутку. — Юкидзомэ-сенсей, не несите чушь! — задыхаясь от смеха, выдал он, — Канэко-сан знает себе цену, она бы определенно влюбилась в кого-то более стоящего чем такой мусор, как я! Снова удар и снова щека Комаэды горит от боли. Он бы не особо удивился, если бы его ударила Эцуко, но для чего Чисе это делать? Счастливчик медленно открывает глаза и исподлобья смотрит на учителя, но та неожиданно нежно берёт его за щеки и поворачивает голову к себе. — Ты никакой не мусор, Комаэда-кун! — тихо сказала она, — Ты мой драгоценный ученик! Пожалуйста, хватит так занижать себя, ты прекрасен! И Канэко-сан вполне могла бы выбрать тебя. Все-таки, вы достаточно давно общаетесь и она хорошо тебя знает, как и ты ее, — учитель медленно отпустила своего подопечного и села на место, — Поэтому прошу, будь сдержанней и прекрати считать себя мусором, хорошо? — она встала и взглянула на часы, — Пол-первого… Я, наверное, пойду, уже поздно… — Юкидзомэ подняла с пола свою сумку, — А ты ложись спать, завтра утром в школу вставать, — не дожидаясь ответа парня, девушка направилась к двери. — Давайте я дверь открою… — сказал Нагито и последовал за ней. В полной тишине Чиса обулась и вышла на улицу, — Юкидзомэ-сенсей! Учитель вопросительно повернула голову. — Вы уже ходили к Канэко-сан? Как она себя чувствует? — Да, ходила. Как раз перед тобой, она мне не открыла. Думаю, уже спала на тот момент… — Чиса потупила взгляд и прижала к груди телефон, что держала в руке, — До завтра, Комаэда-кун, сладких снов. — Вам тоже, Юкидзомэ-сенсей. Учитель улыбнулась и спустилась по лестнице, пока Нагито провожал её взглядом. Его мысли были сосредоточены на словах Чисы о том, что он, возможно, нравится Эцуко. — «Да как же? Бред. Она не может любить такого, как я.» Но все-таки, некоторые сомнения все еще были в его сердце. Он настолько глубоко задумался, что забыл то сообщение на экране Чисы, что он увидел мельком, когда её провожал. Он четко видел текст: — «Юкидзомэ. Мне позвонили и сказали, что арестованную девочку (Сато) нашли убитой в туалете полицейского участка для арестованных. Твои вне подозрений, они все уже ушли на тот момент да и как они бы туда пробрались? Короче, через пару дней проводим похороны обеих, поняла?» * * * — Нагито-чан! Хей, Нагито-чан! — звонкий голос Миоды заставил Комаэду открыть глаза, музыкант прыгала перед ним, размахивая перед его носом листочком, — Ибуки принесла твою контрошу! — Уже? — счастливчик забрал его из её рук, — Юкидзомэ-сенсей сказала, что результатов не будет еще несколько дней… — А наш учитель умничка и все проверил этим же вечером! — воодушевленнно пропела Миода, — Эцуко-чан, а вот твоя! — Спасибо, — лучница молниеносно выхватила листик со своим именем и быстро пробежалась глазами по результатату, — девяносто шесть… Комаэда, а у тебя сколько? — У меня восемьдесят девять!.. — парень показал ей свой листок и мельком взглянул на её, на нём ярко-красным цветом было написано «96/100», — Канэко-сан, это отличный результат! Не думал, что ты настолько хороша в истории! — Аканэ, у тебя сколько? — Канэко повернулась к гимнастке, чей взгляд был мрачнее тучи. — Четырнадцать баллов, — ответил вместо неё Нэкомару, — Говорил же тебе, подучи эту тему… — Ну откуда я знала… — сконфуженно выдала Овари, — Я думала, пронесет. У тебя сколько, Нэкомару-чан? — Сорок два! Я побил свой реко-о-орд! — воинственно проревел тренер. — Получается, ты у нас лучше всех, Канэко-сан! — подметил Комаэда, — Я так горжусь тобой! — Спасибо, — спокойно сказала лучница, приняв комплимент, как данность. Несмотря на то, что в «Пике Надежды» преподавали всего шесть основных предметов, Эцуко была на первых местах во всех них. Нагито порой очень удивляло то, как она способна идеально отвечать на все вопросы учителя. Один раз он услышал от Аканэ, что она готовиться до поздней ночи, но Канэко резко начала это отрицать, словно пыталась доказать, что высшие баллы во всех тестах — заслуга её прирождённого интеллекта, а не долгого сидения за кучей учебников. — «Старания также прекрасны, как и ум, Канэко-сан…» — все хотел сказать ей Нагито, но что-то удерживало его от этого. Ему казалось, что ей причинят вред его слова. — Что?! У Сонии-сан девяносто девять баллов?! — разнесся громкий голос Казуичи, — Не могу поверить, почти сто! — Прекрасное знание этого бренного мирка, королева зла… — таинственно проговорил Гандам, — Запомни его хорошенько, ведь скоро от него ничего не останется! — Все-таки, уроки моего преподавателя в замке дают свои плоды! — весело сказала принцесса, — Мы с ней очень подробно разобрали эту тему. — Сония-сан, Вы такая умная! — продолжал прыгать вокруг неё механик, — Вы даже не представляете, как я восхищаюсь Вами! — Нихрена! Девяносто девять! — выпалила Аканэ, — Это че, учебник наизусть заучить надо, чтобы вот так шпарить… — Похоже, сегодня ты вторая Канэко-сан… — сказал Нагито и перевел взгляд на лучницу. Глаза девушки метали молнии, а пальцы нервно теребили бумагу, — Канэко-сан? — Подумаешь, девяносто девять… — пробубнила лучница, — С такими-то учителями… Неудивительно. — Ты что, расстроилась? — Комаэда заглянул в взволнованные глаза одноклассницы, — Второе место — тоже отлично! Да и не сказать, чтобы ты сильно от неё отстала… — Я не расстроилась! — выпалила девушка, — Просто… Я могла бы и лучше, — она отвернулась к окну и быстро сложила листок в карман рубашки, после чего тупо уставилась на улицу. Нагито неоднократно замечал, что Эцуко будто принципиально пытается быть лучше всех, а каждый раз, когда ей это не удавалось, она не то злилась, не то расстраивалась. Нагито так и не смог этого понять, так как лучница постоянно скрывает негативные эмоции, кроме, разве что, гнева. Даже после начала дружбы от Канэко отдавало некоторым холодом, но этот холод быстро превращался в лёд, как только счастливчик пытался завести разговор о её прошлом. Хоть Комаэда и пообещал себе, что не будет вмешиваться в личную жизнь подруги, что-то внутри него все равно желало узнать всю правду. И ради этой правды он был готов отшвырнуть комфорт Эцуко. Но как только он приступил к делу, Канэко мгновенно обрубала все возможные ходы и благодаря этому Нагито понимал, что все бесполезно. Эцуко ему ничего не расскажет. — Хей, ребят, что там происходит? — из раздумий его вывел голос Аканэ, что тоже смотрела в окно. Нагито её послушал и тоже взглянул. Рядом с воротами Основного Курса яблоку негде было упасть. На несколько сотен метров вокруг все оккупировали ученики Резервного Курса. Они кричали, размахивали палками и даже пытались перелезть через забор, но у них ничего не удавалось благодаря работе охранников академии. Также ученики, похоже, что-то скандировали, но нельзя было понять что. Овари подошла к подоконнику и облокотилась на него: — Это те ребята с Резервного? — изогнула бровь она, — Чë им надо? Что-то про какие-то «деньги» и «убийц» орут… Это из-за того случая с сестрой Кузурю, что ли? — Не, не думаю, — к ней подошла Хиеко, — Убийство той девки уже месяц назад расследовали, с чего бы им вдруг сейчас сюда ломиться? Или эти ребята тормознутые? — Мне кажется, это связанно с той фигней со студсоветом неделю назад… — задумчиво приговорил Нэкомару, — Помните, все учителя бегали и что-то выясняли? Там еще про какое-то видео говорили… — А ты что думаешь, Канэко-сан? — спросил Нагито. — Ничего, — лучница пожала плечами, — Меня больше интересует, куда пропала Юкидзомэ-сенсей. Она прислала сообщение уже час назад, а её все нет, — с этими словами девушка показала счастливчику телефон, на котором было короткое сообщение: — «Ребята, возникли неотложные дела. Вы посидите в классе и подождите меня, я приду минут через 10. Пусть пока Миода-сан раздаст вам итоги контрольной, потом я приду и мы обсудим ваши ошибки. Не скучайте, целую^^» Дальше чат был захламлен бесконечными эмодзи с сердечками и поцелуйчиками от Ибуки, но под сообщением учителя было написано «отправлено в 9:24». Нагито взглянул на часы. Пол-одиннадцатого. — Ты права. Давно её нет… Что же случилось? Но тут телефон Эцуко завибрировал и пришло ещё одно сообщение: — «Ребята, знаю, странная просьба, но постарайтесь не выходить из класса до моего прихода. По возможности не выходите даже в туалет. Целую всех.» — Не выходить.? — Канэко перечитала сообщения, — С чего это вдруг? — Наверное, на то есть причины… — Комаэда почесал затылок. — Ребя-я-а-ат! — внезапно Миода встала на свою парту и начала размахивать двумя листками, на которых были цифры «67» и «58», — А где Микан-чан и Рëта-чан? Ибуки должна отдать им их результаты! — Забыла что ли, их уже месяц в школе нет! — пискнула Хиеко. Несмотря на недавний резкий скачок роста, её голос также был пронзительным и противным, — Кстати, где они? — Может, духи Сато Тэмико и Кузурю Нацуми забрали из в свой метафизический иной мир? — предположил Гандам, — После их смерти беспокойные бестелесные оболочки жаждут новых собеседников… — Не неси хуйню! — встрял Фуюхико, — Бред. Наверняка где-нибудь на свиданке сидят… — Целый месяц? — изогнула бровь Эцуко, — Это ж что за свиданка должна быть? — Хм… Что за свиданка.? — задумчиво проговорил Казуичи, — А что если… А что если они… — Да! — неожиданно к механику подскочил ТеруТеру с бананом и пончиком в руках, — Они определенно на свидании! На особенном… приватном свидании… Где-нибудь… В отеле! Где царит расслабленная, романтичная атмосфера! Где все твои тревоги отходят на второй план, оставляя место для чего-то более личного! Где ты сливаешься душой с небезразличным себе человеком! — Ого, ну и речь… — у Аканэ упала челюсть. — Я уже вижу! Как в пончик Цумики-сан… — повар протянул булку Соуде, тот послушно взял его, — Проникает изливающийся соками бананчик Митарая-куна! — Ханамура начал аккуратно заталкивать фрукт в дырку от пончика, а затем также медленно выводить его. Глаза всех присутствующих расширились. — Х-ханамура-кун… Не при всех же… — неловко выдал Нагито. — Слушай, повар, давай-ка без твоих намеков! — Эцуко нахмурилась, — Вечно тебе все опошлить надо… — Ханамура-кун! А ну-ка прекращай! — встряла Махиру, — Это неприлично! — Довольно! — раздался грозный голос Гандама. Тут к ТеруТеру и Казуичи сзади подошел медведь и одним движением съел пончик и банан. — А-А-А-А-А-А-А-А-А!!! — по всему классу раздался дикий визг. Он принадлежал повару и механику, чьи кисти рук вдобавок съело животное, они начали отчаянно вырываться, пока не вытащили свои окровавленные руки- ОТКУДА ТУТ МЕДВЕДЬ?! — заорал Соуда. — Ваше неуважение должно быть наказно! — продолжал Танака, — Хаос (1), добей их! Медведь зарычал и двинулся в сторону своих жертв. Зареванные ТеруТеру и Казуичи попятились, иногда всхлипывая. — Танака-кун! Не надо! — его прервала Махиру, — Им и так досталось! — Я не могу потерпеть такое злодейство! — не унимался животновод. — Танака-сан, прошу, не надо! — закричала Сония, — Я думаю, они уже выучили урок! В этот момент Гандам как-то странно покосился на принцессу. — Хаос! Отойди! — взревел он, — Они получат по заслугам попозже… — Спасибо-спасибо! — Невермайнд сорвалась с места и подбежала к однокласснику, — Этот медведь такой классный!.. — С-спасибо… — Танака залился румянцем. — Эй! Мы вообще-то кровью истекаем! — встрял Казуичи, — Кто-нибудь, помогите! И правда. На руках Соуды и ТеруТеру были огромные, красные следы от зубов. Они страшно ныли, из-за чего два ученика постоянно скулили. — Надо скорее обработать рану! — Сония подбежала к пострадавшим и осмотрела раненых, — А Цумики-сан как раз нет рядом… Нам нужна аптечка! — И где мы её достанем? — пропищала Хиеко, — Нам же сказали, из класса не выходить! — Но иначе может начаться воспаление!..- неуверенно сказала Коидзуми, — Мы не можем это просто так оставить! — Кто-нибудь, помогите на-а-а-ам! — заорал что есть силы ТеруТеру, — Я не хочу умирать! — Да не ори ты! — зашипела Сайонджи, после чего подлетела к повару и со всей силы ударила его по голове своим подбородком. — Э? — Ханамура поднял голову. — Хиеко-чан, ты чего? — удивленно выдала Ибуки. — Когда у человека истерика, то нужно привести его в чувство чем-то неожиданным! — ответила танцовщица, — Или же просто ударить. Ну, мне Микан-чан рассказывала… — девушка бросила тоскливый взгляд на парту медсестры, что пустовала, — Ну и где же она? — В любом случае, что насчет аптечки? — сказала Махиру, — Кто-то должен за ней сходить… — Давайте я схожу, — вызвалась Эцуко, — Если больше некому… — Я с тобой! — бросилась вдогонку Аканэ. — Ну уж нет! Без тебя я в разы быстрее дойду! — Канэко прищурилась, — А то ты еще в столовку захочешь… — Да блин!.. — Овари насупилась и плюхнулась на стул рядом с Нэкомару. — Хорошо, Канэко-сан, ты только поторопись! — беспокойно сказала Сония, осматривая раны Казуичи. Лучница фыркнула и вышла из класса. Как только она сделала пару шагов. За дверью послышались какие-то голоса, а затем за ней вышел Нагито. — И чего это тебе можно, а мне нельзя! — взвыла гимнастка, — И вообще, ты слабее меня и это Эцуко-чан придется тебя защищать! — Овари-сан, не волнуйся! — оптимистично выдал счастливчик, — Все будет хорошо! — И чего это ты за мной пошел? — спросила Канэко, когда парень подошёл к ней, — Я же сказала, что сама быстрее доберусь! — Коидзуми-сан сказала, что могут возникнуть проблемы и поэтому на всякий случай стоит пойти двоим, — улыбнулся он, — Вот я и вызвался. — Не думал, что Аканэ в данном случае будет эффективнее? В конце концов, она Абсолютная Гимнастка и дерется хорошо, если что… — А я Абсолютный Счастливчик. Удача — это все, что у меня есть, так что думаю, так мы вдвойне в безопасности. — Пх… Как знаешь… * * * Ученики плутали по пустующим коридорам. Видимо, всем классам запретили выходить из кабинетов, так как на лучницу и счастливчика временами поглядывали другие студенты и перешептывались. — Интересно, что такое произошло? — задумчиво протянул Комаэда, — Раз нам даже в уборную отойти нельзя… — Как думаешь, это связано с теми учениками на улице? — спросила Эцуко, — Они вроде, чего-то от нас хотят… — Может быть, — пробубнил счастливчик, — А может и нет… Тут я ничего не могу сказать… — Интересно, если это так продолжиться, нам в школе ночевать придется? — лучница поежилась, — Что-то не хочется… — Не думаю, в конце концов, все не так уж и плохо, Канэко-сан? — расслабоенно ответил парень. — Какой ты оптимистичный… По мне, все очень даже плохо, раз в школу не войти и не выйти… Из-за чего они митингуют? — Овари-сан спрашивала у Кизакуры-сенсея, но он ушёл от ответа… Мне кажется, тут что-то не так… — Угу. Убийство сестры Кузурю от нас не скрыли, а если тут та же херня, то зачем её от нас скрывать? — ученики завернули за угол, — Если это только не страшнее… — Не надо быть пессимистами! — воскликнул счастливчик, — Может это обычная демонстрация, только и всего! Уверен, немного помитингуют и разойдуться!.. — после этих слов Комаэда издал нервный смешок и отвел взгляд куда-то в сторону. — Ну, если ты так считаешь… — Эцуко опустила голову и снова начала мять листок с контрольной. — Эй, ты чего.? — Нагито это заметил и слегка наклонился к ней, — Ты так из-за этой работы расстроилась? Ты же получила одну из лучших оценок!.. Лучница отвернула голову и стиснула зубы: -… Но не самую лучшую… — И что? Ты уже в числе первых, разве это не уже прекрасно? — парень развел руки в стороны в своей привычной манере, — Какой бы маленькой не была надежда, она все равно является важной! Если это маленькая надежда, то её поглотит большая, а если, наоборот, большая, то она наоборот, поглотит маленькую и станет больше! — залился соловьем он, — Ты даже не представляешь, как я счастлив видеть это! Мои одноклассники с каждым разом улучшают свои результаты и становятся более похожими на Символы Надежды! Это так красиво! Канэко резко перевела взгляд на него и застыла. Через секунду на её щеках возник легкий румянец, что сразу спал после холодных слов лучницы: — Комаэда. Ты опять. — А? Ой, прости… — счастливчик хихикнул, — Меня опять занесло… — Ты уж контролируй себя… Заносит его… — девушка фыркнула, — Но… Спасибо… — Хм? За что? — Что… приободрил меня… — лучница всеми силами старалась не смотреть ему в глаза, в то время как Нагито, наоборот, пытался заглянуть ей, — Мне на самом деле… Очень приятно… — А! Так ты об этом! — Комаэда звонко рассмеялся, — Пустяки, не волнуйся! Уголок губ Канэко слегка приподнялся и она издала легкий смешок. Кажется, эта лёгкая смешливость её друга заставила и её улыбнуться. — Ты — прекрасный луч надежды, Канэко-сан! — внезапно счастливчик наклонился к её уху и начал шептать, — Прошу, никогда не забывай это… От неожиданности лучница вздрогнула, в то время, как парень продолжал: — Ты прекрасна не смотря ни на что… — девушка могла почувствовать его дыхание на своей шее, — Ты даже не представляешь, как я восхищаюсь тобой… — Комаэда… Ты чего.? — девушка отпрянула. — Я просто сделал комплимент… — недоуменно выдал Нагито, — А что такое? — Ничего. Спасибо. — Хах… Обращайся. На некоторые время снова воцарилась тишина, что давила на обоих собеседников. Никто не мог придумать, что сказать, ведь говорить было толком не о чем, да и не хотелось как-то. Вместо этого одноклассники просто продолжили путь до кабинета медсестры, что был уже недалеко. Эцуко закрыла глаза и начала прислушиваться к звукам. Почти тишина. Только голоса школьников за дверьми, а также звук битого стекла… Погодите, битого стекла? — А? — Канэко резко обернулась, — Ты это слышал? — Что? — Нагито обернулся за ней. — Будто окно разбили… Мне точно не показалось. — Я ничего не слышал… Может, все же послышалось? — Нет, не думаю… — девушка заглянула ща угол, — Я это слышала. Абсолютно точно. — Давай… Тогда ускоримся? — Давай. Ученики начали идти быстрее. Звук снова повторился, но лучница это проигнорировала. Им нужно как можно скорее забрать аптечку и вернуться в класс, пока её опасения не подтвердились. — «Это же не могут быть… Те самые ученики?» — кровь стучала в ушах. Совсем скоро они дойдут до своей цели. Звуки разбитых окон сменились топотом и громкими голосами. Вскоре просто громкие голоса сменились яростными криками. — Теперь я тоже это слышал! Это… — Нагито не успел договорить. Из-за угла выскочило трое резервников и схватили его за шиворот. Не успела Эцуко и среагировать, как и её схватили сзади. Ученики прижали Комаэду к стене. Двое держали его за руки и за шею. Третий схватил некое подобие копья, которое на самом деле было обломком прута из забора, и направил прямо на горло парня. — Ты Комаэда Нагито, верно? — сквозь зубы проговорил он, — Супер Крутой Счастливчик уровня Старшей Школы. Или же просто Абсолютный Счастливчик. Почти два года назад ты выиграл лотерею, благодаря чему попал в Основной Курс этой школы… Правильно? В ответ парень прохрипел что-то невнятное. Одни из резервников плотнее сжал руки вокруг шеи из-за чего лицо белобрысого начало краснеть. — Чего вам от него нужно?! — Канэко начала вырываться, — Отпустите! — Он попал на Основной Курс просто из-за того, что ему повезло! — прорычал все тот же резервник, — Это несправедливо! Мы платим баснословные деньги ради того, чтобы учиться даже там, где до нас абсолютно никакого дела! Мы все столько работали, чтобы попасть сюда, а он… просто оказался везунчиком! — Зачем вообще придумали такой талант — Абсолютный Счастливчик?! — дополнил ученик, что скрутил лучницу, — Он только сильнее укрепляет ту мысль, что мы с рождения никчемны! Поэтому, чтобы навсегда искоренить такой стереотип, мы уничтожим этот титул раз и навсегда! -… Вместе с его носителями! — прошипел первый ученик и начал медленно подносить острый кончик копья к горлу Нагито. На это Комаэда лишь тихо прохрипел и слабо дёрнул кулаком. — Прекрати! — рефлекторно Эцуко пнула ученика, что сдерживал её, в промежность, от чего тот скорчился и расслабил хватку. Воспользовавшись этим, лучница быстро выскользнула из его рук и, словно молния, оказалась рядом с другими резервниками. — Что за… — не успел парень с копьем среагировать, как уже был откинут мощным ударом в нос. Не успели двое остальных учеников сообразить, как одного из них пнули в живот, а второго в колено. Оба резервника попадали вместе с ослабевшим Нагито, которого лучница схватила за руку и потащила за собой по коридору. — Не упустите их! — захлебываясь слюнями и слезами, проорал ученик, которого девушка ударила в пах, — Это наш последний шанс! Когда Абсолютные уже пробежали пол-коридора, то услышали шаги и крики. — Черт! — Эцуко поняла, что надо действовать быстро. Она распахнула дверь кабинета медсестры, что уже был рядом и закинула туда Нагито, после чего сама забежала и закрыла дверь на защелку. Через пару секунд снова пронесся звук шагов и возгласы тех четверых школьников. Постепенно их голоса становились всё тише, пока совсем не стихли. — Видимо, не заметили, что мы запрыгнули сюда… — девушка устало упала на пол и окинула взглядом кабинет, — Подождем немного здесь и вернемся назад. В классе учеников побольше, да и чего один Нидай стоит… Поэтому они точно туда не сунуться… — лучница взглядом искала своего друга, — Но идти назад надо острожней, а то ещё прибегут к нам и тогда точно конец!.. — Она нашла его. Нашла его на полу. Он съежился, как маленький ребенок, и обхватил голову руками. Нагито беспрерывно что-то бормотал себе под нос. Иногда его голос становился чуть громче, но затем стихал ещё сильнее. — Эй… Комаэда? Все хорошо? — Эцуко встала и подошла к нему. Она аккуратно прикоснулась к его макушке, но парень внезапно вскочил и двинулся к стене. Его колени дрожали, руки обхватили тело, а губы исказились в жуткой ухмылке. Бормотание, исходящее из них, оказалось тихим, хриплым смехом, что становился с каждым разом все громче и громче. — Комаэда.? Смех не прекращался, дрожь била ещё сильнее, да так, что счастливчик буквально падал на колени, не в силах удержаться на ногах. По белому, как снег, лицу, стекал холодный пот: — Какой же… Какой же я идиот, верно? — наконец смог выдавить он из себя, — Я на самом деле бестолковый мусор!.. — Эй, ты чего? — не зная, что делать, девушка подбежала к нему, но парень снова отпрянул. — Не подходи! — взвизгнул он, — Тебе тоже достанется!.. — Я вообще-то помочь тебе пытаюсь!.. — голос лучницы сорвался с грозного на неуверенный тон, — Что случилось?.. — Я с самого начала понимал, что так получиться!.. Но почему-то… Я пошел с тобой!.. Теперь эти ученики ищут нас чтобы убить! Точнее… Чтобы убить меня. Но я уверен, что тебя они тоже захотят забрать из этого мира!.. Если бы я остался, то этого бы не произошло! Я снова все испортил! — его голос становился все громче, пока не перешел на крик. Затем Комаэда разразился хриплым, отчётливо слышным смехом, что прерывался всхлипами и тщетными попытками Нагито вытереть бесконтрольно текущие слезы. Он смеялся и ревел одновременно. Паническая атака. — Успокойся! — Эцуко поняла к чему это может привести и попыталась успокоить друга, мощно ударив по щеке. Но он никак не отреагировал. Все, что произошло — Нагито упал на пол и продолжил смеятся, только теперь вдобавок он начал переодически задыхаться от собственного гоготания. — Черт!.. — по звукам приближающихся шагов стало ясно, что эти резервники возвращаются и скоро их услышат, — Комаэда! Прошу, потише! — парень полностью её игнорировал. Она схватила его за грудки и как следует встряхнула, но и это не помогло. Счастливчик стал похож на тряпичную куклу, что продолжала смеяться, даже если её изрядно побить. — «Как же тебя успокоить?..» — лучница начала лихорадочно соображать. В голове проносились разные варианты, один из них предполагал ударить друга настолько сильно, чтобы он потерял сознание, другой предлагал просто зажать его рот рукой. Оба были провальными. В первом случае девушка не сможет его ударить, так как она сама находиться в стрессе и она заметила, что её удары стали слабее. Второй тоже не подходил, ведь как только Канэко отпустит руку, то Нагито продолжит истерить и тогда резервники точно найдут их. Но тут среди бесчисленных воспоминаний пронеслось одно, наиболее яркое: то, как Хиеко бьет ТеруТеру подбородком и говорит о том, что делать, если у человека истерика. — «Надо сделать что-то, что истерящий не ожидает!» — говорила тогда Сайонджи — «Не ожидает.?» — принеслось в голове Эцуко. Она может также ударить Нагито подбородком, но он навряд ли это заметит, ведь его истерика страшнее, чем у повара. К тому же, надо быстро заткнуть ему рот. — «О боже…» — в голову лучницы пришла одна идея. Она была идеальной. Но вот заставить себя это сделать девушка смогла с огромнейшим трудом. Но от этого зависят их жизни, поэтому не время брезговать. Канэко набирает полные легкие кислорода и втягивает одноклассника в поцелуй. Комаэда затихает. Прошла всего пара секунд, что показались Эцуко часами. За это время резервники успели потоптаться у входа в кабинет медсестры и уйти с возмущенными возгласами о том, что ученики смогли убежать. Канэко победно сжала кулак. Она убила двух зайцев одним камнем: Нагито успокоился и его рот удалось закрыть. В это время сам счастливчик с распахнутыми от шока глазами наблюдал за происходящим. Только тогда лучница сообразила, что его можно отпустить. Видимо, она сама настолько занервничала, что не дала парню разорвать поцелуй, который уже не давал ему дышать. Она отстранилась. Снова повисла давящая тишина. — Канэко… сан.? — удивленно прошептал Комаэда, не сводя с нее глаз, — Ты… Чего.? — Не бери в голову… — Канэко отвернулась, её лицо побагровело, — Мне надо было тебя успокоить, чтобы нас с тобой не убили. — Я понял. Эцуко встала и огляделась в поисках заветной аптечки, за которой они и пришли. — Прости меня, Канэко-сан… — тихо сказал он, — Если бы не моя удача… — Она здесь не при чем. Стоило ожидать, что эти резервники все-таки смогут сюда вломиться. Да и кому же, благодаря ей, мы попали не куда-то, а прямо в кабинет медсестры. Поэтому давай скорее заберем аптечку и смоемся отсюда. Это место меня напрягает. — Хорошо… — внезапно кратко ответил счастливчик. В полной тишине они достали аптечку и пошли к выходу. Уже открывая дверь, Эцуко почувствовала, как Комаэда дергает её за рукав. — Что такое? — Канэко-сан… Твои порезы… Услышав это слово девушка быстро подняла руку и поняла, что рукав её рубашки был вдоль разрезан. Кусок ткани свисал с её руки и почти отвалился. Видимо, когда тот резервник её схватил, то случайно порвал его. Теперь длинная дорожка из шрамов была оголена. — Блин… — лучница попыталась как-то закрыть ее, но ничего не получалось. К горлу снова подступила паника. Нельзя, чтобы шрамы увидели её одноклассники. — Держи… — в этот момент Нагито снял свой пиджак и протянул его ей, — Пока закроешь, а потом решим, что делать. — С-спасибо… — слегка покраснев, Эцуко приняла такой «подарок». Надо же. Сначала она его целует, теперь он ей свой пиджак надеть предлагает. Что за день такой? — Идем? — Да… Давай побыстрее… — Согласна. * * * Вместе они вернулись в класс. Благо, на обратном пути резервники им не попадались. Да и ближе к концу путь стал безопаснее благодаря любопытным ученикам других классов, что разглядывали парня и девушку через окно. Путь опять же прошёл в полной тишине. Каждый пытался переварить недавние события. Внезапное нападение резервников, истерика Нагито… все это легло на плечи Эцуко в одно мгновение и она совсем не знала, что с этим делать. Появилось столько вопросов. Этих вопросов стало ещё больше, когда они вошли в класс и не увидели там никого, кроме все также сидящих на полу и ноющих ТеруТеру и Казуичи, рядом с ними Сонии, а также сидящего за последней партой их пропавшего месяц назад одноклассника. — Митарай?! — в унисон сказали ученики. — Где ты был? — Что ты тут делаешь? — Где Цумики? — Ребята, подождите! — прервала их принцесса, — Митарай-сан вам все объяснит, но сначала давайте обработаем раны! — она указала на повара и механика. Ребята тут же приступили к делу. Через пару минут счастливчик и лучница снова повернулись к аниматору в ожидании объяснений. — Митарай-кун, расскажи, что случилось? — спросил Нагито. — Желательно побыстрее, — съязвила Эцуко, но Рета это проигнорировал. Он встал со своего места и откашлялся: — Цумики-сан… Она где-то в школе. И она в опасности. Нужно её найти как можно скорее.