Я, ты и дождь.

У него милое, невинное лицо, а характер такой, что дьяволы в аду молят его в рай забрать, лишь бы не к ним, и именно такого человека он встретил на свою больную голову два года назад, когда Альберу был на первом курсе университета. С тех самых пор, когда он встретил это красноволосое недовольство, его жизнь обрела новые краски, как будто маленький ребенок взял все виды красок и нарисовал тысячи клякс на пустом холсте. В прямом смысле. Сначала это были лишь случайные встречи и короткие приветствия, затем повысилось до интереса, и голубоглазый студент не заметил перемен в своих чувствах, ведь те были слишком невиданные для него.

От карих сходят с ума.

***

Пока Альберу витает в штурме из мыслей о дальнейших сессиях и бормочет какие-то проклятия, Кейл смотрит на него пустым взглядом. Спустя несколько секунд, молодой человек закрывает ладонью лицо, а другой держится за живот, его начинает мелко трясти. Плечи дрожат, заставляя Кроссмана то и дело, что хмурится и смотреть на того вопросительным взглядом. Не выдержав, Хенитусе начинает смеяться в голос. Блондин же замирает и смотрит на это странное зрелище таким же взглядом. Что-то внутри теплеет, а в животе ненароком начинают летать бабочки, когда он видит эту очаровательную улыбку рыжей головы. -Улыбайся, тебе так идет, - внезапно выпаливает свои мысли Кроссман, через мгновение, видя, как ранее светлое лицо, приобретает красноватый оттенок. Они тупо смотрят друг на друга. Один - шокирован своими словами и неизвестным теплом внутри, другой - от слов первого, и такого же тепла. Кейл думает, что раньше ему никто не говорил такие слова, и что он, возможно, прислушается к словам светловолосого парня.

В голубые глаза влюбляются.

***

Pov Альберу.

Это было несколько месяцев спустя. Он отгадал мой любимый цвет с первой попытки.. Но только между нами… У меня не было любимого цвета до тех пор, пока он не выкрикнул с наглой усмешкой: «Желтый!». - Он был чертовски взволнован и улыбался, словно маленький ребенок, совершенно отличающийся от своей безразличной стороны. Так что я сказал ему, что он был прав. И с тех пор я не смотрел на желтый как раньше. Он повсюду. Наверное, теперь я даже мог бы жить в нем.

***

      -Донсэн, какая у тебя мечта? Красноволосый смотрит на темное небо, допивая тёплый латте. Довольно прохладно в этот октябрьский вечер, хоть и вдвоем были в пальто. Если у Кейла глаза свежеприготовленного темного чая, который согревает в холодную погоду как эту, то Кроссман думает, что он сахар. Альберу это уже принял. В то же время, Хенитусе смотрит на проезжающие иномарки серых цветов и никак не ярких. Они вдвоем стоят возле маленькой кофейни, откуда веет приятным запахом кофе, и слышится разные голоса сидящих там людей. -Чтобы меня кто-то поцеловал под дождем… - Кейл смущенно отводит взгляд от Альберу, рассматривая как мигает светофор и зажигаются фонари многоэтажных домов. И как бы первый не отрицал, он в прямом смысле намекает. Прошло уже три года с тех пор как они встретились в тот дождливый день, и Кейл каждый раз проигрывает у себя в памяти тот момент, как же он благодарит свою фотографическую память. Но, прошло, черт возьми, уже три года. Кроссману уже давно должно было быть понятно, что рыжий влюблен в него. И черт возьми, это раздражает, если ничего не случится, Кейл сойдёт с ума. Появившиеся складка меж бровей явно показывала, на сколько Кейл рассердился от этих мыслей.       –А твоя? - спрашивает через несколько секунд красноволосый, чтобы избавится от смущения, написанном на его лице и принять опять свое стоическое выражение, что у него плохо выходит. По известной причине, он постоянно не может контролировать свои эмоции рядом с этим блондином. И Кейла это раздражает, но только чуть-чуть. В то время Альберу внимательно смотрит за меняющимся на глазах лицом рыжего. И он не замечает, как слова вырываются из его уст:       -Чтобы начался дождь. В очередной раз между ними повисает напряжение, которое раньше было также ощутимо, но на данный момент зашкаливает приделы. Хенитьюз замирает в одном положении, широко раскрыв глаза. Кроссман же, сразу приходит к осознанию сказанного. В миг, когда Кейл хотел уже что-то сказать, с неба упала одна капля прямо на его голову, а затем ещё несколько. Подняв голову, двое парней наблюдают, как ранее тёмное небо, становилось ещё темнее и гуще, словно его застилала волна, а с ней приходил и дождь. С каждой секундой капли из неба становились все чаще и чаще падать, превращаясь почти в ливень, и они вдвоем тупо пялились вверх, а затем взглянули друг на друга. У обоих было сложное выражение лица. Неожиданно для Кроссмана, Кейл начал смеяться, держась руками за живот. Так они стояли несколько минут под сильным ливнем. Вокруг бежали под укрытие люди, а от машин теперь светили желтые и красные фары, и они сами промокли до нитки, но Альберу смотрел лишь на хохочущего Хенитусе. Улыбнувшись от осознания, блондин также начал смеяться из-за всей этой до абсурда ситуацией. Двое людей, наконец, увидели друг в друге что-то такое, неподвластной даже вселенной. Кейл, который относился ко всем холодно и не показывал своих эмоций, наконец, открыл своё сердце. Альберу, который не знал, что такое любовь и не верил в неё, наконец, нашел её, и так же человека, с которым он может быть собой.

Этим вечером, когда на улице было холодно, мы держались за руку в кармане его куртки. Это было лучшее время. - Кейл.