Не выходи из комнаты

Питер не замечает, когда Тони мягко заменяет свое плечо подушкой ближе к утру. Старк, пытаясь не разбудить мальца, аккуратно накрывает его легким пледом и идет на кухню, чтобы приготовить сытный завтрак. Его не покидают мысли о ненормальном питании подростка с особенным метаболизмом, поэтому он старается запихнуть в Питера как можно больше еды. Мужчина кривится, когда две стеклянные миски издают слишком громкий звук, и сразу же переводит взгляд на спокойно пускающего слюни Паркера. Тони не спешит продолжать свои кулинарные подвиги, позволяя себе посмотреть на своего сына, что за долгое время выглядит умиротворенным. Перед глазами проскакивают картина вчерашнего вечера, рыдающего взахлеб Питера и вводящего в панику рассказа о злых подростках. Из окна веет утренней прохладой, а пахнет самым настоящим летом. Питер просыпается от приятного запаха панкейков с кленовым сиропом, впервые за несколько недель проснулся аппетит. Парень незамедлительно встал, чуть ли не падая, путаясь в пледе. Старк, наблюдающий за этой картиной, давит смешок, неудачно маскируя его под кашель. Паркер сводит брови к переносице и забавно морщит нос, но ничего не говорит, не хочет портить этот момент. Раньше он бы покраснел, потому что внимание от Железного Человека неимоверно смущало, но сейчас это доставляет только мимолетный трепет в груди, что-то отдаленно напоминающее забытое чувство легкости. Питер сонно потирает глаза, садясь на кухне, нужно сходить в ванную, но он боится потерять момент, когда он может съесть что-то, не встречаясь с «белым другом» после. Тони не заостряет внимания на вчерашнем вечере, давая время обоим принять все. — Нужно съездить в школу, не уверен нужно ли там твое присутствие, но у тебя там, скорее всего вещи, которые нужно собрать, не думаю, что ты хочешь, чтобы я шарился по твоему шкафчику. Личное пространство и все такое, — Старк неопределенно машет рукой, которой держит вилку с кусочком подгоревшего бекона. — Конечно, — Питер бессовестно крадет из чужой тарелки самый привлекательный кусочек бекона. Тони хочется делать вид, что все хорошо, но он не может. Это утро выглядит таким нормальным, но чувства подсказывают, что ни черта не хорошо. Старк хочет верить, что все хорошо, но молчание некогда болтливого Питера не дает делать это. Тони ставит пустую чашку из-под второй порции крепкого кофе и встает. — Я пошел собираться, ты тоже начинай, — Тони ерошит чужие волосы и направляется к себе в комнату. Хотелось бы надеяться, что Мишель и Нед хотят видеть его в школе, но Питер понимает, что это не так. Он понимает, что сейчас он уже не тот, с кем хочется проводить время. Он понимает, что он стал неудобным, что теперь с ним невозможно поговорить об очередном культовом фильме или рассказать жуткую легенду. Он понимает, что с ним тяжело общаться, что его взгляд стал неприветливым и тусклым. Он это знает, но ему больно. Все люди считают, что в тяжелую минуту друзья будут рядом и помогут, Питер не исключение. Питер был уверен в этом, был уверен в Неде, который никогда не бросал его, но эта слепая преданность быстро увяла. Паркер на всю жизнь запомнил взгляд Лидса, направленный на него вчера, когда все оглушительно скандировали самые обидные прозвища. Это не взгляд того человека, который хочет помочь, нет, он скорее сожалеющий. Питер ненавидит жалость. Особенно такую наигранную и противную. Питер рад бы поменять все огромные кофты с горловиной на обычные футболки, но он просто не может. Парень смотрит на свое блеклое отражение в наполированном окне, рвано проводит дрожащими пальцами по самым глубоким и неаккуратным шрамам на ключицах. Особенности кожи в этих местах позволяют почувствовать более яркое ощущение боли. Питер не уверен в какой момент нанес себе эти увечья, просто не помнит, все было под пеленой не самых приятных эмоций. Солнце светит слишком ярко, хочется идти с закрытыми глазами или остаться в комнате, не открывая шторы. Старк уже стоит на кухне, одетый в идеально выглаженный костюм. — Тебе не жарко? — Старк вздергивает бровь и кладет свою руку на плечо парня, отчего тот слегка дергается. — Нет, просто отлично, — Питер видит, что Тони не верит, но не может заставить себя сказать еще что-то. Паркер любит ездить с Тони, потому что мужчина учитывает все особенности его мутированного организма. Музыка играет практически неслышно, а температура в салоне настроена идеально. Питер пристегивается, садясь на переднее сиденье, и откидывает голову, что с самого утра раскалывается после сна в неправильном положении. Старк паркуется и поворачивается к Питеру, что успел за это время задремать, мужчина мягко тормошит парня. В ответ на сонный непонимающий взгляд он кивает в сторону здания Мидтаунской школы. Нед идет в туалет во время урока, чтобы пропустить хоть небольшую часть урока ненавистной химии. Раньше было намного легче, раньше Питер подсказывал, когда Лидс не мог что-то сделать. Нед слышит знакомый голос и заворачивает за угол, чтобы лишний раз не пересекаться с тем, кого вспоминал несколько секунд назад. — Нет, Тони, не нужно, я тебя прошу, — Нед задерживает дыхание и припадает ближе к стене. — Эти маленькие пиз... — Лидс раздосадованно мычит, понимая, что Старк и Паркер отошли слишком далеко. Нед никогда не замечал в себе такого странного чувства. Ему обидно знать, что Питер идет сейчас по школе вместе с Железным Человеком. Ему не завидно, нет, просто душит обида за то, что он своими же руками уничтожил дружбу с Человеком-Пауком, с тем, через кого можно было бы познакомиться со Старком. Да, он, черт возьми, мог предупредить Питера о споре Бреда и Флэша, но решил не препятствовать. Питер прекрасно слышит учащенное сердцебиение и прерывистое дыхание друга, но молча проходит дальше, подавляя в себе чувство стыда. Как бы плохо ни было Паркеру, тот всегда готов помочь друзьям, но у него больше нет друзей. «И ты сам в этом виноват» — гаденько напоминает голос, слишком похожий Мишель, когда она говорит очевидные вещи, на ее взгляд, причиняя боль. Тони несколько раз стучит, и не дожидаясь ответа, заходит в кабинет директора. Мужчина азиатской внешности средних лет отрывается от документа, которым был занят, кривя губы в недоброжелательной улыбке, но сразу же изменяется в лице, когда понимает кто пришел. Старк следит за суетящимся мужчиной с самодовольной ухмылкой, но сразу же одергивает себя, садясь в свободное кресло. — Мы по делу, директор…— Старк театрально пытается вспомнить имя директора, хотя он запомнил табличку на двери кабинета. — Морита, мистер Старк, — мужчина тянется через стол, чтобы пожать руку, совершенно не обращая внимания на одиноко стоящего возле двери Питера, — Что вас к нам привело? — Хотим перевестись на домашнее обучение, — директор несколько секунд переводит взгляд от Питера к Старку, — по семейным обстоятельствам. Питер мог бы закончить школу экстерном, но Тони понимает, что парнишке незачем нагружать нервную систему еще больше. Экзамены в любом проявлении требуют особых усилий, а Паркер не может позволить себе готовиться к такому, не отдавая всего себя. Старк не готов откачивать Питера после недели без сна на кофеине. Директор оперативно подписывает все документы и выпроваживает посетителей. Питер открывает свой шкафчик и понимает, что он тут не убирался с седьмого класса. Тони игнорирует два сообщения, что пришли на его телефон, и помогает парню запихнуть все вещи из ящика в старую спортивную сумку. Паркер дергается от звонка, который объявляет начало перемены, и начинает собирать все бумажки по истории в разы активнее. Питер останавливал грабителей, боролся с мужиком, что нацепил на себя крылья, и был придавлен зданием, но ему страшно встретить своих одноклассников. Страшно не за себя, а за них. Паркер мысленно благодарит учителя химии, который постоянно задерживает их после урока, и быстро уводит Старка подальше от школы. Тони думал, что они были там от силы минут двадцать, но один взгляд на часы заставляет нервно посмеяться, потому что часы явно дают понять, что в школе они пробыли ровно час. Питер валится на свою кровать и мычит что-то невнятное в подушку, давая понять, что он совершенно не настроен на разговор. Старк вспоминает про сообщения и достает свой телефон.

Тройная дрянь

Проверь его руки, Старк.

Тройная дрянь

Ты знаешь, что делать, папаша.