Gift

«Любовь определяется готовностью поделиться ею. Любовь, которую мы отдаём, — это единственная любовь, которую мы ценим. Единственный способ сохранить любовь — это отдавать её.»

© Элберт Хаббард

      Выпускной. У него есть много значений. Обычно это действие получения или присуждения ученой степени, или церемония, которая иногда ассоциируется, с выпуском из учебных заведений, также называемое вручением дипломов. И все ли это значения?       Был также более узкий смысл, это был знак нового начала. Но с новым началом на горизонте, нужно закончить уже начатое. Одного не может быть без другого.       Для Кэролайн Форбс выпускной имел больший смысл. Она стояла на пустой сцене, глядя на звёздное небо, широко раскрыв глаза. Океан чувств и эмоций внутри бушевал, но не от страха или ужаса. Это было редкое волнение, которое приходит только в определённые моменты жизни. Такое волнение возникает, когда не знаешь, чего ожидать. Непредсказуемость будоражит до глубины души. Счастливое и успокаивающее блаженство от осознания того, что только ты можешь управлять своей судьбой.       Эта теория может быть доказана, даже когда речь заходит о более важных вещах в жизни.       Например, о первородном гибриде…       Она мягко улыбнулась, обернувшись, чтобы увидеть гибрида перед собой. Всегда — как положено по этикету — опаздывающий и во всей своей красе.       — Как ты так быстро добрался сюда?       Он подошёл к ней, поднимаясь на сцену своей обычной царственной походкой.       — Я уже был в пути.       С самой первой встречи, их отношения — если их можно назвать так — были адскими американскими горками эмоций. Полные взлётов и падений. Завихрений и поворотов. Чёрт, даже пару крутых петель, которые заставили Кэролайн задуматься, как она должна угнаться за их отношениями? Разве не так всё и должно быть? Никто не знает, что будет завтра, будь ты человеком или вампиром.       Но, несмотря на это, со временем и просто большим количеством правильного влияния люди могут взрослеть и меняться к лучшему. Сегодня маленькая девочка Кэролайн ушла, и появилась женщина, которой она стала. Все это видели. Это не упустил и Клаус.              — Я получил твоё приглашение, — сказал он, доставая из кармана пиджака белый конверт. — Это было очень тонко. Ты, должно быть, ожидаешь наличные.       — Это или мини-холодильник, — Кэролайн слегка пожала плечами. Она действительно не любила подарки, но было бы неплохо пораньше начать украшать свою комнату в общежитии.       — Я подумывал предложить тебе билет первого класса, чтобы ты могла присоединиться ко мне в Новом Орлеане, — Кэролайн стояла потрясённая. Новый Орлеан? С другой стороны, она не была так уж удивлена, что он сделал такое предложение, с его то настойчивостью. К этому времени она уже должна была привыкнуть. — Но я знал, каким будет твой ответ.       Он знал, где (и у кого) сейчас было её сердце. Отсутствие Тайлера всё ещё давило на неё, но она смирилась с этим. Он был её первой настоящей любовью. И девушка никогда не забудет то, что было между ними, но Кэролайн всегда умела терпеть. Вот кем она была.       Её красота всегда будет привлекать других, но не Тайлера. Она была сильна во всём, к чему стремилась. Её яркий свет никогда не угаснет, независимо от того, сколько печали или препятствий будет брошено на её пути. И даже всё это вместе взятое ни за что не сравнится с миллиардом причин, по которым Клаус любил её.       — Поэтому я подумал о том, что ты примешь, — начал Клаус, но короткая пауза лишила его голоса. Он почти уступил своим самым сокровенным эгоистичным желаниям. Он мог прислушаться к своим эгоистичным доводам и унести её прочь с помощью всего лишь унции своей силы. Это было бы неплохо, но в глубине души он знал, что этого ему будет недостаточно. Дело было не в его желаниях или потребностях. А в её. Его милой Кэролайн.       И это было самое трудное, что ему предстояло сделать. Быть бескорыстным и отдавать другим казалось Клаусу невозможным. Ему потребовалось всё его существо, чтобы не поддаться искушению, но она того стоила.       Ради Кэролайн.       — Тайлер теперь свободен и может вернуться в Мистик Фоллс, — слова, наконец, слетели с его губ, ожидая реакции Кэролайн.       Её глаза расширились, когда она наконец поняла, что он сказал.       — Что?       — Он твоя первая любовь… — вид счастья, озарившего лицо Кэролайн, облегчил тяжесть его поступка. Теперь это стало возможным. Каким бы трудным это ни казалось… — …Я намерен стать последней. Сколько бы времени это ни заняло.       Клаус быстро наклонился и, закрыв глаза, коснулся губами её щеки, оставив жгучее ощущение, которое мог дать только он. Он очень медленно отодвинулся от лица Кэролайн, чуть задержавшись. Страх и облегчение нахлынули на него, когда он понял, что набрался смелости воплотить в жизнь одно из самых простых своих желаний. Но как самый эгоистичный человек, он не мог не хотеть большего. Однако сейчас было не самое подходящее время. Должна же быть какая-нибудь граница. И всё же ничего не могло подавить его желания повторить поцелуй.       Один только этот поцелуй стоил того. Больше, чем один раз, когда он целовался с ней, используя тело Тайлера. Но сейчас тело Клауса прикасалось к Кэролайн, даже если это было одним из самых простых прикосновений. Клаус.       Не Тайлер.       Когда он наконец вернулся на своё прежнее место, их взгляды пересеклись. Она увидела, как в его глазах промелькнуло неведомое ранее чувство, природу которого она не смогла определить.       — Поздравляю, Кэролайн… — прошептал он, вновь посылая вихри эмоций.       Слёзы счастья защипали в её глазах, и на лице появилась искренняя улыбка. Для Клауса это был величайший подарок, который он когда-либо мог получить.       — Давай убираться отсюда, пока двенадцать разъярённых гибридов не затеяли драку, — предложил Клаус, мягко взяв её под руку.       Пока Клаус провожал Кэролайн со сцены к машине, между ними установилось лёгкое молчание. В словах не было необходимости. Это не было похоже на глупые романтические комедии с типичным счастливым концом.       Как бы она ни была счастлива, её собственная реакция привела в замешательство. Разве она не должна быть счастлива? Разве она не должна кричать от счастья на крышах самых высоких домов — может быть, это немного экстремально, — но всё же?       Правда в том, что она больше не понимала, что происходит. Важно лишь то, что теперь у неё есть время принять решение о том, чего она хочет. Теперь мяч был на её стороне.       Подарок — это не то, что можно ограничить цветной коробочкой с бантом. Независимо от того, насколько тонким или незначительным он может быть для некоторых, всегда есть важна мысль, стоящая за ним. Но благодаря одному простому акту самоотверженности Клаус сделал ей величайший подарок. И это всё, что имеет значение.