Любовь или жизнь

От лица Глента: Я стою у колонны автомобилей и курю, глядя в небо. Сейчас я знаю - пришёл час платить по счетам. Через 20 минут мы будем выезжать, через час я уже буду стрелять в Кобякова. Через два мы с Владом будем дома, он будет целовать меня, а я обнимать его за талию. Никогда не думал, что мои руки будут тянуться к чему-то, кроме револьвера и сигары. Он - мой мир, моя отдушина, моя радость, моя жизнь. Моя вечная любовь. Я могу пробовать любые наркотики, но Влад - мой личный сорт. И мне впервые страшно перед перестрелкой, ведь теперь мне есть, что терять. Я чувствую себя как маленький мальчик, который потерялся в огромном магазине. Хоть я, не смотря на юный возраст, давно уже не ребёнок. Мои глаза видели всю грязь этого мира. Всю его поднаготную, а руки были по локоть в крови. Но я любил Влада, какой-то своей личной, больной любовью жестокого и ужасного человека. Я потерял много людей на своём жизненном пути, очерствел к смерти, к боли, к любым чувствам жалости, а его смерть допустить не мог. И для меня это было единственным, что осталось в моей душе человеческим. Любовь. Вот сигара догорела, обдав мои пальцы обжигающим теплом. Пора выезжать. Колонна бронированных машин двинулась. Некоторые из них были полицейскими, подробности того, как они у нас оказались сейчас лишние, но скажу одно - связи и деньги правят этим миром. С помощью них можно получить всё, что угодно. Я сидел во второй машине, это было излишкой моего плана. Те, кто едут первыми - пушечное мясо. Жаль, что кроме меня тут об этом никто не знает. Мы первые попадём под обстрел, но элемент неожиданности будет тут ключевым. Первым предоставляется слишком ответственный шаг, чтобы отпустить их и прятаться где-то в одной из последних машин. Сейчас моя решительность граничит с безрассудством, ведь я знаю - он должен выжить. Наши машины проезжали по улицам города, люди, которые были со мной молчали, все были погружены в свои мысли, перед отъездом я проговорил весь план снова и предупредил семью, что лучше ему следовать и не делать глупостей. Этого уже хватит. Но план действий никак не уходил из моей головы и я начал в сотый раз продумывать все его аспекты. Наверное, именно так чувствуют себя люди, когда волнуются, я же отвык от этого спектора эмоций. И так, сначала мы, с помощью полицейских машин перекроем дороги, чтобы на нашу стычку по воле судьбы не наткнулись невинные люди. Мне, конечно, без разницы на их жизни, но тем не менее это наш бой, лучше бы избежать чужих глаз. В общих чертах план действий простой. Мы перекрываем Кобякову все пути отхода, затем нашей целью будет в полицейской форме остановить их машины, якобы для проверки документов и найти машину, в которой едут Влад с Кобяковым. Наверняка машина будет где-то в центре - это самое безопасное место. А так как Кобяков всегда был трусом я не сомневаюсь, что поедет он именно там. Далее всё ещё проще. Чем проще - тем лучше. Я подойду к машине с Кобяковым и направлю на него оружие. Никто не посмеет стрелять, пока я направляю на него пистолет. Конечно, без кровопролития в любом случае не обойдётся, на это я рассчитывать не мог. Но элемент неожиданности на некоторое время даст нам преимущество. Нашей главной целью является вытащить Влада, этим я займусь сам, мои навыки стрельбы ещё никогда меня не подводили. И другого плана тоже нет, Кобяков слишком хорошо перестраховался, единственная брешь заключалась в том, что он не успел оформить все левые документы на выезд, такой вот минус спешки, и полиция вполне могла его остановить. Что она и сделает, точнее сделаем мы. И в связи с этим конкретного плана "Б" у меня нет. Он нахуй и не нужен. План универсальный: адреналин и оружие. Вот мы и подъезжаем, я говорю людям натягивать на лица маски. Карантин тоже иногда играет на руку. Лишняя конспирация ещё никому не вредила. И вот мои люди уже ходят среди рядов машин Кобякова и тщательно ищут ту, в которой сидит он сам, под предлогом перепроверки документов. И вдруг на мою рацию приходит сообщение: "Четыре." - Произнёс парень сдавленным от волнения голосом и звук исчез. Я дал сигнал людям, чтобы они следили за ситуацией и если что, открывали огонь. Кобяков и не подозревал, что уже находится в окружении, бежать некуда. Сейчас тут будет много крови. От лица Влада: Я сидел в машине и ждал, до меня уже дошло, что операция началась. В моем рукаве был нож, который мне заботливо вручил подчинённый Кобякова. При малейшей опасности я буду его использовать. Ну а сейчас нужно только ждать. Надеюсь, мои люди хорошо сработают. Мысли прерывает диалог Кобякова с одним из наших подчинённых. К: Да, конечно, можете проверить документы. И тут я слышу испуганный вздох Кобякова, поворачиваюсь и вижу, как Кобяков с Глентом, который был в форме полицейского, наставили друг на друга оружие. Г: Ты же знаешь, я выстрелю, считаю до 3. Ты отпускаешь пистолет и мы с Владом уходим. Понял? Но Кобяков молчал, его руки предательски тряслись, он потерял дар речи от страха. Кажется он даже не подозревал, что может быть засада. Это было довольно опрометчиво с его стороны. Никто не смел стрелять. Только ожидание. Все вокруг застыли в ожидании. Люди уставились на противостояние своих предводителей. Мир вокруг застыл. Молчал и я, но не от страха. Я поджидал момент. И он настал. Кобяков взвыл от боли и выронил пистолет, я вонзил ему нож прямо в ногу, так глубоко, как мне позволяло положение человека с завязанными руками. Глент воспользовался секундным ступором Кобякова и выстрелил прямо ему в голову. Вот так и закончилась его жалкая и глупая жизнь. По глазам Глента я видел, что в данный момент он жалел лишь об одном, для Кобякова это закончилось слишком быстро. Весь салон машины теперь был покрыт кровью и остатками органов. Собственно, как и я сам. Я взглянул на окровавленные остатки Кобякова и не испытал ничего, кроме отвращения. Теперь никто больше не посмеет наставить на Глентика оружие. Тянуло блевать, но я прервал этот минутный порыв. Не успел я очнуться от шока, как началась бойня. Люди Кобякова открыли огонь первыми. Какой-то парень, который первый оправился от шока, выстрелил в Глента, но тот, ловко увернулся, спрятавшись за дверь автомобиля. "Стреляйте!" - Дал приказ Глент, обвенчав начало стрельбы точным выстрелом в своего потенциального убийцу. В следующую секунду Глент уже вытаскивал меня из машины под гром очереди. Посыпались горы выстрелов. Я уже увидел, как какой-то парень упал замертво в пару метров от нас. Разглядеть человека я не успел. Глент вытолкнул меня из машины и повалил на землю, а потом быстро развязал. И вот мы уже за импровизированным укрытием - машиной, в которой всё ещё лежал труп Кобякова. Всё происходит так быстро, что я едва успеваю реагировать. "Блять, Владик, что ты там сел, мы не на отдыхе!" - Произнёс Глент, одной рукой, обнимая Влада прямо лёжа на асфальте, а другой уже целясь в парня, который упорно стрелял по их укрытию. И снова выстрел, на этот раз стрелял Глент, и попал, запах пота и крови заполонили всё пространство настолько, что было сложно дышать. Вокруг мелькали пули, трупы, бегали люди, шум стрельбы разрывал ушные перепонки. От лица Глента: Я стрелял на поражение. Буквально не давая противнику подойти на 10 метров ближе к нам. "Сейчас мы перебьём этих уродов и уедем, это не займёт много времени." - Думал я, но через шум выстрелов услышал истеричные крики Влада, который лежал рядом со мной. "Блять, Глентик, ты же обещал не приезжать сюда сам!!" - Говорил на повышенных тонах Влад, который параллельно стрелял из револьвера, который я ему одолжил. "Ты не рад меня видеть?" - С напускной грустью произнёс Глент спуская курок. "Рад, но... Я чуть со страха не сдох, когда ты к машине подошёл, я так за тебя боюсь!" - Сказал А4, целуя Глента в щёки. Г: Владик, всё будет хорошо. Глент улыбался и гладил Влада по голове. Но новая серия выстрелов прервала момент встречи влюблённых. Г: Ладно, потом наобнимаемся, сейчас нужно закончить с этим. Это было очень эпично. Куча людей стреляют друг в друга, но двое влюблённых не обращают внимания что творится у них за спинами, они сидели за машиной на мокром от крови асфальте и стреляли во всех, кто приближался к ним. Вдвоём против всего мира. Вдвоём до конца. От лица Глента: Выстрелы становились всё реже, скоро мы окончательно перебьём людей Кобякова, всё пошло по плану, не считая самодельности Кобякова конечно, но о нём уже нельзя говорить. Ведь о мёртвых говорят либо хорошо, либо никак. А хорошего сказать я могу мало. Но покоя мне не давал один парень, который явно пытался попасть в нас с Владом. Я пристально следил за его перемещением, но в этой толпе людей неизбежно терял его. Вдруг выстрел. Доля секунды на понимание, и я уже обнимая, закрываю Влада от пули. Ещё мгновение и острая боль в боку. Кровь. Мне не страшно, Влад жив, значит, всё в порядке. Значит всё пошло по плану. Я знал, что так может случится. Любовь или жизнь. Свой выбор я уже сделал. "Глентик, не время для объятий." - Сказал Влад, стреляя точно в парня, который ещё секунду назад покушался на их жизни. Теперь всё позади. Вокруг всё становится темно, я теряю сознание. Только темнота и режущая боль, которые перебиваются криками Влада. "Зачем?!! Зачем ты это сделал?! Глентик, мой хороший, потерпи немного, пожалуйста, ты только не умирай, прошу!!" - Срываясь на рыдания кричал Влад и пытался перевязать рану. Г: Потому что я люблю тебя, пидорас. Это было последнее, что я произнёс, моё сознание уплыло куда-то далеко и я лежал, не в состоянии был подняться, или что-то сказать. Меня окружала тьма, боль в боку и пронзительные крики Влада, которые я уже не в силах был разобрать. Всё кончено, завершение было таким, какое оно должно быть. Нет, и не было для меня смерти лучше, чем погибнуть, спасая его. От лица Влада: Мы стреляем в этих придурков, теперь всё хорошо. Мы с ним вместе, а когда мы с Глентиком вместе, для нас нет ничего невозможного. Через какое-то время остаётся совсем немного людей, которые в принципе остались живы. Но часть моих (наших) людей всё ещё были в полном порядке. Семья Кобякова не отличалась меткостью. Это очень радовало. Я смотрю по сторонам, вроде никого, смотрю на Глента, вижу что он направил свой взгляд куда-то вдаль. Смотрю туда же, сразу понимаю что есть ещё один человек. Через долю секунды Глент обнимает меня. Не понимаю что произошло, но стреляю в того парня. Затем оборачиваюсь к Гленту и вижу, что вокруг всё в крови, я в крови, а он держится за бок и теряет сознание, взгляд мутнеет. У меня начитается паника. Это не может просто так закончится. Нет. Только не наша история. Только не здесь и не сейчас. Кричу, чтобы мне помогли дотащить его до машины, а сам пытаюсь вспомнить что делать в таких ситуациях, пытаясь держаться сам. Прошло слишком мало времени с момента моего лечения. Но сейчас не о том. Глент. Никто не откликается на мои крики, слишком шумно, слишком много выстрелов. И тогда я принимаю решение сам нести его, прямо под пулями. Другого выхода нет. По воле судьбы я отделался только лёгким ранением в плечо. И вот мы уже у какой-то машины. Я кладу его на заднее сиденье. Мы едем вместе. Вроде бы ничего страшного нет. Он просто обязан оклиматься. Всё не может так закончится, я хочу сорваться на слезы, но сейчас не время. Тут только мы вдвоём и от меня зависит его жизнь. Для меня никогда не было ничего больнее, чем видеть моего любимого Глентика таким. В крови и с гримасой боли на лице. Я должен его спасти. Если он погибнет, то я не смогу без него. Мне без него не жить. Он - мой мир, который в одночасье рухнул. Моя любовь бессердечного человека.