*Дилан*
Первые дни учёбы я провёл в трансе, познавая сущность бытия, покрываясь пылью. Слишком много людей пронеслось мимо меня, вроде это элитная школа, а народу как в обычной, только форма и сама школа покруче будут. Сам ковыляю без формы, потому что нет нужного мне размера, однако факт того, что я без формы, не сделал меня белой вороной, Юджин же ходит в форме, и то ворчит как ему в ней неудобно. На правах переведёныша некоторые пары отарабанил дистанционно, Юджин — лоханулся, об этой возможно даже не слышал. Однако скоро будет презентация всех кружков или как их там клубов для людей, которые вообще нигде не числятся. Думаю сходить туда ради интереса, должен я знать, какие развлечения могут угодить богачам. Если подумать, старшие курсы где-то занимаются после пар, получается только первый курс отлынивает, даже мой сосед, сонная зараза, числится в клубе по тайскому боксу, хотя можно выбрать два клуба сразу, мне бы хотя один приметить, да чтоб нормальный был. Заранее узнать не могу какие там будут представлены, потому что это зависит от данного количество народа в клубе, желания главы, лимита возможностей самого клуба. А вот моим размышлениям пришёл алес капут, потому что сейчас будут астрономия. Все подростки зашли в просторную аудиторию. С одной стороны у стенки стоит большой деревянный шкаф. Его дверцы имеют стеклянные вставки, что аж можно увидеть секреты шкафа, которые естественно никому не нужны, позади всех парт околачиваются разные модели планет, галактик и вселенных. У окна стоит большой телескоп. Вопрос века, назрена он здесь, когда никто им пользоваться не будет в дневное время, если только не пытаться через него увидеть расплывчатое и туманное будущее студентов и зарплаты преподов. Когда все уселись, через две минуты заходит маленький старичок с большой стопкой книжек по астрономии. — Дети, после основной лекции я дам вам тесты на 5 минут, сам уйду, потом тесты заберу, — старик это сказал противным шипилявым голосом, открывая учебник на первых страницах. — А сами уйдёте смотреть билеты на Мальдивы, — ехидно и с прищуром спросил один студент, но из-за смеха было не понятно, кто же это был. По классу прошла волна смеха, отзываясь эхом от стен, препод захлопнул учебник и пытался своим взглядом усмирить класс. — Ты чё, какое смотреть, он щас потащится к мисс Уокфилл, чтоб уединиться, — только сильнее студенты смеялись, сам преподаватель вышел покурить. Группа так и не утихла, а всё так же и смеялась. Дилан открыл учебник, пролистал пару страниц, и закрыл.* Дилан*
Что за хрень? Бабские блоги и то интереснее будут, где астрология, где гороскопы на день, карты таро? Эта мыльная опера не так трудна, чтоб исписать бумагу на учебник на элементарные истины. На вас не хватает Джордано Бруно. Не спорю познание мира важно, но такие простые вещи можно изложить в других учебниках более подробно, а не тратить бумагу и терпение, ведь нельзя попросить у Санты вторую нервную систему и пачку денег, чтоб самому смотаться на Мальдивы. Однако здесь и маты прописаны в таблицах, ой, простите, названия на латыни. Никогда не любил латынь, ничего не понятно, как и собственно в моей жизни. Чисто по приколу вышел из аудитории, нашёл выпавший тест нашего сушёного изюма …ладно, по приколу решу (убераю лист в карман брюк). Коридоры здесь просторны и столь безлюдны …так хорошо, никто не орёт, нет желания убивать гарлопанов голыми руками, охота просто пройтись. Блуждая по коридору, Дилан находил разные выставки трудов студентов, находя хорошие работы, где автор его тёзка или однофамилец, он морщил нос, от мысли, что он с кем-то из этих богачей чем-то похож и что-то делит, вызывало ощущение тошноты, но не мог не признать таланта этих людей. Одна работа была представленна картиной. Такая простая, но живая и яркая, словно полотно живое. На картине автор изобразил бал — маскарад, обилие красок пестрили и бросались в глаза, некоторые мазки были грубыми, но имели свой шарм. Бал был в разгаре, люди танцевали и танцуют под венский вальс сейчас в голове Дилана. Блондин смотрел на их танец, на их маски, которые так сильно бросаются в глаза своей загадочностью, таинственностью. Вся картина имеет яркую палитру, где преобладает алый, золотой и белый оттенки, только маски прорисованны жирной чёрной краской. Дилан проводит аналогии с современным обществом. Сейчас до сих люди носят маски, играют перед всеми роли не важно кого, главное чтоб красиво. Всех заботит в этом мире статус и твоё материальное состояние. Пока Дилан думал об этом, за ним наблюдал издалека один человек. Он не мог понять, почему Дилан обходит картину с глазами критика, почему так тяжело вздыхает, его это тревожило. Таинственный наблюдатель не спешил покадать своё место из-за колонны, он ждал, пока Дилан сдивинтся в сторону другой картины, но это не произошло. Эти двоя ещё будут стоять всё оставшиеся время от пары от сушёного изюма.