Запах вишни

Ненависть — имеет срок годности. Любовь, которая не проживается — бесконечна.

— Как Вы относитесь к прощению? — по комнате разносится загробный голос психолога. Высокий мужчина, около тридцати пяти лет, одетый в ненавистный белый халат, с чёрными, как смоль волосами, сидит за своим столом и крутит в руках ручку, осматривая бланк перед собой. На столе лежат разные картинки из разряда: "Что вы видите на картинке?" и если ты не отвечаешь "бабочка" — значит у тебя шизофрения. Кабинет выполнен в кремовом цвете (спасибо, что не белый) и висит одна единственная картина. Цветы вишни. "Как человек, который в нём нуждается". — Я считаю, прощение — самый важный этап нашей жизни. И не потому, что без него ты подохнешь, как собака, — горько усмехается пациент и заламывает пальцы на руках. Нервничает. — Как Вы считаете, Вы заслуживаете прощения? "Нет". — Надеюсь. Ну знаете ли, каждый человек заслуживает второго шанса и всё такое, — продолжает заламывать пальцы. — А если второй шанс использован? Третий? Пациент отрицательно мотает головой. Он никогда не даёт третьих шансов, он никогда не повторяет больше двух раз. Но он прощает. И не потому, что рейтинг на кармамометре становится лучше, а потому, что ему самому становится лучше. Он спас очередную жизнь. Он на это надеется. Врач делает какие-то пометки в своей анкете и продолжает: — Вам давали второй шанс? Он задумывается на долю секунды и кивает. Ему давали третьи, четвертые и даже пятые. Но лишь один человек не дал ему второго шанса, а об этом он предпочитает лучше умолчать. — Как Вы считаете, почему Вам давали второй шанс? — звучит ещё один вопрос. — Может быть, я не такой плохой человек? — скорее для себя, чем для врача, озвучивает пациент. Он на это очень надеется. — Вы меня спрашиваете? — психолог вопросительно изогнул бровь. — Ах, нет, конечно! — он нервно проводит вспотевшими ладонями по коленям, а потом зарывается рукой в волосы, оттягивая пряди. Нервничает. Второй признак. — Думаю, я не плохой человек, я пытаюсь не быть им, иначе не получается в идеальном обществе, знаете ли. Нужно соответствовать идеалам общества и идеалам своего внутреннего мира. Ещё одна пометка на белом листе и мужчина поправляет очки, трёт переносицу. — А какие идеалы у Вашего внутреннего мира? Хороший вопрос, ответа на него у собеседника нет. Что такое идеал? Мозг выдаёт высокого парня, с выкрашенными в яркий алый цвет волосами, в лёгкой голубой рубашке и чёрных узких джинсах, который танцует под песни Halsey на берегу моря, держа в руках Пина Коладу. И счастливо во всю улыбается. Настолько счастлив, что слепит всех на этом чёртовом пляже. И нет никого в этой Вселенной счастливее него. А потом он плачет и в ванной пытается содрать с своего тела чужие прикосновения, чужой запах и избавиться от мерзких меток на теле. — Это сложный вопрос, знаете. У каждого свой идеал. — Я спрашиваю про Ваш, — настаивает мужчина. — Я считаю.. Наверное, человек должен быть добрым и не совершать плохих поступков. Все мы люди, которые сами себя губят своими же словами и действиями. — Вам не кажется, что это слишком абстрактно? Пациент возвращается к своим коленям и сжимает их руками, напрягая мышцы. Волнуется. Признак третий. — Да, конечно. Ещё человек должен быть счастливым. — Счастливым? — спрашивает психолог, удивляясь такому ответу и обводит его ещё раз глазами. — Счастливый человек — идеальный человек, — пожимает плечами парень, сидящий напротив. "Идеальный человек — несчастный человек", вторит ему сознание и оно право. Врач делает ещё одну пометку на своём белом листе и возвращает свой взгляд к пациенту. — Вам пришёл блэк-лист? Блэк-лист — современное наказание за плохие поступки человека. Видимо, Вселенная решила сыграть в лотерею между другими Вселенными и всячески проебала, поскольку на людей обрушился тот самый Божий гнев. Современный мир жесток. Почему? Потому что все, кому исполняется двадцать пять лет — получают злополучный блэк-лист, который определяет насколько ты хуевенький человек. И ладно бы этим все заканчивалось.. Ну почитал ты о том, какой ты гандон (будто сам об этом не знаешь), так тебе ещё и умирать из-за этого приходится. Вселенная лоханулась? Нет же, она проебалась по максимуму, тем самым обрекая людей на погибель. И вот, Чон Чонгук, сидящий напротив своего гробовщика (так он называет врачей), размышляет о смерти и о прелестях жизни. Никто не знает, когда это появилось и почему. Современная наука не в состоянии отыскать корни этой проблемы и найти хоть какое-то решение. Взамен, в мире воцарился загробный покой. Никаких преступлений, войн, а в тюрьмах так вообще нет необходимости. Потому что у боли есть порог, а у страха его нет. Людям больше не страшны тюрьмы, пытки, увольнение с любимой работы или проигрыш машины в казино. Они боятся смерти, которая поселилась с ними бок о бок. Она больше не эфемерность, она — жестокая реальность и её почти возможно ощутить наощупь. Отец рассказывал Чонгуку, как умер его друг. Он не смог исправить причинённый вред, не смог получить того самого прощения и утром просто не проснулся. Причина смерти — остановка сердца. И никаких тебе болезней, вредных привычек или патологий. Сама Смерть пришла и забрала его с собой, утаскивая в недры Ада, где он будет вымаливать прощение, пока не переродится. Чонгук со страхом ждёт своего двадцатипятилетия, которое, между прочим, уже на следующей неделе. Он знает, что он не выживет. Пройдут сто дней и он возьмёт Смерть за руку и как со старым другом отправится в самый последний круг ада. Он просто не может выжить, не после всего того, что он сделал. Не после него. — Мне двадцать пять на следующей неделе, я думаю вселенская почта слегка задерживается, — Чонгук пытается шутить. Это нормально на пороге смерти шутить? По крайней мере, это адекватнее того, что он сидит в грёбанном кабинете психолога, который пытается ему помочь. Помочь? Ему? Вселенная явно дико издевается над Чонгуком. Ему может помочь только один человек. — Насколько Вы оцениваете свои шансы остаться в живых? "Ноль". — Двадцать процентов, возможно тридцать, — пиздит, и даже не краснеет. Чонгук искусный liar и манипулятор. Полезный навык в современном обществе, кстати. Даже ноль — не то число. Он вообще никак не оценивает свои шансы. Он просто не хочет. Знакомьтесь, это Чон Чонгук, ему двадцать четыре и он устал от своей жизни. За своей чёрной толстовкой он скрывает забитый рукав и надпись на латыни у сердца, которую никогда не показывал никому, кроме мастера. Его мешками под глазами, которые он тщательно скрывает консилером, можно собирать картошку, а пустой взгляд вгоняет в депрессию. Этот человек — тень Смерти. — Не так уж и плохо, не считаете? — Да, всё неплохо. Если постараться — будут все сорок, — Чонгук пытается улыбаться, но выходит оскал. Он слишком устал быть идеальным. Хотя слово "идеальный" — никогда не было синонимом к имени Чон Чонгук. В детстве он не подчинялся уставам общества, которое, к слову, и вправду идеально. Хотя, как посмотреть. Никаких плохих людей, все тебе улыбаются и лелеют, протягивают руку помощи и просят прощения. По сто ёбанных раз на дню. Все такие тёплые, классные и добрые, и все проблемы прошлого тысячелетия канули в небытие. Но каждая система — шаткая, и эта не стала исключением. В каждой корзине есть гнилое яблоко, также, как и в каждом мире гнилой человек. И раз в год что-то происходит: подрываются моста, здания, захватываются корабли, похищаются люди. И им не страшно, они не боятся смерти; того, что ждет их после неё. Они устали придерживаться ёбанных правил. И Чон Чонгук устал. Его тошнит от общества, от этого мира. Он бы с радостью поменял его на другой, он более чем уверен в его существовании. Врач заканчивает свои пометки, вытаскивает из сейфа какую-то баночку с таблетками и протягивает Чону. Тот безоговорочно забирает и прячет в карман толстовки. Снотворное. — Тогда жду Вас на следующей неделе после получения блэк-листа. Думаю, Вы будете нуждаться в собеседнике, — врач кивает на свои же слова. "Нет". — Да, конечно, до встречи, — парень встаёт, слегка кланяется и выходит из кабинета, а потом бежит прочь из здания, которое ненавидит больше, чем себя. Забавно.

***

Неделя после встречи с психологом проходит настолько быстро, что Чон даже не успевает заметить пролетевшие дни. Он слишком занят своими делами. Пытается учиться, пока не отвлекается на написание стихотворений; ходить в танцевальную школу, пока ещё может; проводить время с друзьями, пока не стало поздно. И всё вроде бы нормально, но в каждом касании он буквально прощается со всем, что имеет: с этим миром, со всеми близкими. В гостиной его квартиры вечером его дня рождения появляется свёрток. "Из воздуха" приземляется на журнальный столик. Обычный белый лист, свёрнутый и закреплённый чёрной ленточкой. И лишь чёрное кажется ему праздничным. Он откладывает телефон и протягивает руку к письму. Аккуратно разворачивает и принимается за чтение.

"Вашему внимание предоставляется Ваш блэк-лист. Просьба ознакомиться с инструкцией и провести все необходимые меры для исправления ситуации. Ваш срок — сто дней. Если Ваш блэк-лист не очистится по истечению данного времени, с сожалением сообщаем Вам, что Вы умрёте. Удачи Вам. И всегда помните — Вселенная на вашей стороне".

Чонгуку всегда было интересно, кто же пишет эти письма. Какая-то машина? Какой-то красивый ангел, с массивными белоснежными крыльями за спиной, сидит вечерами за столом и выводит чернилами по тысячи однотипных писем? Возможно, эти письма появляются сами? В любом случае, он уверен, что всё происходит не просто так, даже если этому нет никакого объяснения с точки зрения науки. Он оглядывает глазами список людей и останавливается на последнем, двенадцатом человеке. И крышка его самодельного гроба захлопывается с огромной силой, не давая ни малейшего шанса на отступление. Чонгук усмехается: а что он ожидал? Что человек, которому он испортил жизнь, простит его, отпустит все его грехи и даст спокойно жить? Если да, то он сказочный долбаёб и Вселенная не зря его ебёт. До формирования блэк-листа, если человек на каком-то подсознательном уровне искренне прощает обидчика, его имя не вносится. Чонгук правда не понимает, как это работает. Он смотрит на эти имена и помнит, блять, каждого. И ему не стыдно, ему грустно. Грустно от того, что он был таким подонком и лишь потом понял, что внутренних демонов нужно держать в узде. Он ещё раз обводит глазами письмо. "Вселенная всегда на вашей стороне" вгрызается в его голову, и ему смешно, до чёртиков. Вселенная всегда на вашей стороне, если вы правильный человек, который выгоден обществу. На телефон приходит сообщение и Чонгук отрывается от разглядывания злополучного письма. jimin: сколько? Чимин — лучший друг Чонгука, хотя тот уже вот десять лет вторит, что он его не достоин. Чимин бескорыстный и невероятный человек, и когда ему на его двадцатипятилетие пришёл блэк-лист, там оказалось всего одно ёбанное имя. Имя его матери, от которой он ушёл, потому что та пила и избивала его. Одно ёбанное имя. Ему хватило тринадцати дней, чтобы оно исчезло и теперь единственное, чего ему стоит остерегаться — это машины или же внезапный астероид, который может разрушить всё живое. Но отчего-то Чонгуку кажется, что до такого он не доживёт. Вселенная ещё не наигралась. Вы спросите, почему имя женщины, которая ломала жизнь своему сыну, оказалось в блэк-листе? Всё просто: нельзя бросать на произвол слабых людей. Эта женщина — слаба, ментально и физически. По сути есть многое, что нельзя, но и списка с перечисленными вещами и поступками, которые будут входить в это "нельзя", как такового — нет. И некоторые вещи кажутся такими бредовыми, но это не его правила и не ему их менять. jk: двенадцать. Отправляет в ответ Чонгук, и ответное сообщение не заставляет себя ждать. jimin: ебать, прям как апостолов. вот это тебя карма ебёт, братан. Тут он согласен, карма его поёбывает нормально, так ещё и в разных позах. jimin: давай в бар к намджуну. ко всему прочему, тебе сегодня двадцать пять, а это нужно отметить. Чонгук смотрит на время, которое нещадно выдаёт "18:30", значит отмазаться, типа "я устал и хочу спать" не получится, поэтому он отправляет многословное "ок" и идёт в душ. Ему нужно подумать. И он думает. Чертовски много. В душе, пока пытается смыть из себя этот день. В гардеробной, пока выбирает какую рубашку ему надеть, чтобы она подходила под туфли. В такси, поскольку нет желания вести сегодня машину. Он даже думает по дороге к столику, где его ждут друзья, с многочисленными закусками и алкоголем. — С днём рождения, — радостно восклицает Чимин и стискивает парня в объятиях. Чимин жутко тактильный и Чонгук уже к этому привык. Принял как данность и сам заразился ею. Ну так, немножко. — Спасибо, — слегка смущённо отвечает Чонгук, положив руки на талию своему другу, обнимая в ответ. Чимин его слегка отстраняет и роется в кармане, а Чонгук хмурится. Он говорил ему, чтобы не было никаких подарков, он ненавидит свой день рождения, но Чимину до фонаря, что он там ему говорил. Он достаёт какую-то бархатную коробку и открывает. Со стороны создаётся впечатление, словно тот собрался делать ему предложение руки и сердца. Но Чонгук то знает, что Чимин давно влюблён в одного засранца, который до жути гомофоб и отвечать на чувства явно не намерен. В коробке два одинаковых серебряных кольца, во внутренней стороне которых красуется надпись, насколько Чонгук понимает, на итальянском. — L'amicizia è un'anima per due, — с едва заметным акцентом произносит Чимин. — Дружба — это душа для двоих. Я увидел эти колечки от Тиффани и понял, насколько они идеально подходят нам. Посмотри, у меня такое же будет. Я надеюсь, что этот холодный металл будет тебе напоминать в тяжёлые дни обо мне, что ты совсем не один и где-то там есть я, который всегда готов помочь тебе и выслушать. А Чонгуку хочется плакать. Он его не заслуживает, правда. Но он его очень любит. Он лишь прячет свои слезящиеся глаза, и ещё крепче стискивает Чимина в объятиях. Хочется простоять так свои оставшиеся сто дней, рядом с человеком, который значит — всё. Это та самая дружба, о которой говорят: "до гроба". — Всё, не надо только плакать мне тут. Скажи, что любишь меня, надень кольцо и пошли отмечать уже. Чонгук шмыгает носом, глубоко вздыхает, мысленно заставляя себя успокоиться. Надевает чёртово кольцо и отправляется к столу, где его ждёт компания, которая состоит из Намджуна — владельца этого бара, который сегодня взял выходной, всегда улыбающегося Хосока и Юнги, то есть неразделённой любви Чимина. — Всем привет, — Чонгук машет компании и та начинает улюлюкать. Кольцо, блять. — Неужели наши голубки созрели и решили сплести гнёздышко?       Чимин лишь закатывает глаза и пинает Хосока, чтобы тот уступил ему место. Чонгук падает рядом с Намджуном. — Ты дурак? Я скорее лягу в постель с Намджуном, чем с Чонгуком. Он мне как брат, а инцест — грех. Это дружеские кольца, талисман нашей вечной дружбы. И Чонгук ему благодарно улыбается, мысленно соглашаясь с каждым его словом. Чимин ему, как старший брат; хён, который всему научит, всё подскажет и всегда поддержит. И между ними та самая любовь, о которой пишут в до жути банальных книгах или транслируют в не менее уступающих по банальности фильмах. Но никогда не просыпались какие-то другие чувства, они даже по пьяни никогда не целовались в шутку. Та самая дружба, о которой ходят легенды. И умерли они в один день, крепко сцепив руки в замок. — Фу, не говори таких глупостей. Больше не буду спать с тобой в одной кровати, маленький извращенец, — Намджун демонстративно морщится, хотя никогда не имел ничего против ориентации мелкого, но был самым натуральным из всех натуралов в их компании. И все относились к этому тоже хорошо. Намджун мечтал о семье, большой, чтобы с детьми и красавицей женой. И поэтому, когда ему пришёл его блэк-лист, он управился за тридцать шесть дней, не желая больше тратить время на такие вещи, а начинать жить. Сейчас у него есть потрясающий человек по имени Арин, которая учится на учительницу младших классов и бесконечно сильно любит Намджуна, поддерживая во всём. Чимин лишь демонстративно в ответ надувает губы и тянется к бутылочке с соджу, разливая всем. — С днём рождения, мой дорогой друг. Ты же знаешь, что всегда можешь на нас положиться? — и компания поддерживает слова Чимина, посвистывая. — Сияй ярче всех, даже если Смерть дышит тебе в спину, — заканчивает тост Хосок, поднимая вверх рюмку. "Даже если Смерть дышит тебе в спину", как же ты чертовски прав, друг.

***

Они выпивают уже который час, празднуя и рассказывая друг другу разные весёлые истории, лишь бы заглушить мысли Чонгука о блэк-листе, который остался лежать на журнальном столике дома. Он старается не думать о том, что тратит время вместо того, чтобы пытаться спасти себя, ведь отсчёт уже идёт. Он просто пьёт, веселится и выкуривает очередную сигарету, наблюдая как дым растворяется в воздухе, смакуя горечь во рту. Где то на фоне играет Lorde, а танцпол уже давно заполнился пьяными телами, которые то покачиваются в такт, то устраивают танцевальные баталии. Но Чонгук их не слышит и не видит. Он занят друзьями, он наслаждается короткими моментами которые подаёт ему жизнь и старается не страдать. Хотя бы этот вечер, хотя бы пару часов. Его уже опьяневший взгляд цепляется за красные волосы в толпе, и Чонгука прошибает холодный пот. Неужели... — Парни, я сейчас вернусь, продолжайте, — бросает Чонгук, быстро тушит сигарету и отправляется за призраком. Он надеется, что это мать вашу, призрак. Неон больно бьёт по глазам, и Чонгук кое как добирается до барной стойки. На высоком стуле сидит знакомые очертания фигуры. Ровная спина, широкие плечи, голубая рубашка и алые волосы. Чонгук точно в кошмаре или в своём самом хорошем реалистичном сне. Он помешивает Пина Коладу и стряхивает пепел с сигареты в пепельницу. Чонгук осторожно, будто к загнанному зверьку, подходит и усаживается рядом, и человек оборачивается на него. Не он, это блять не он. От сердца отлегает, но где-то внутри безбожно ноет. Возможно, Чонгук хотел, чтобы это был он. — Вы что-то хотели? — произносит низкий голос и Чонгук убеждается в своей паранойе. Он болен, ему нужна помощь и его психолог был абсолютно прав. — Я Вас перепутал со своим знакомым человеком, прошу прощения, — отвечает Чонгук и пытается встать со стула. Собеседник поднимается первым, тушит сигарету о пепельницу и ровным голосом припечатывает его обратно на место: — Я — не твой ночной кошмар, я — его причина. И уходит. Просто берёт и уходит, а Чонгук остаётся сидеть в замешательстве и смотрит вслед уходящей фигуре, обещая себе больше не пить. — Налей воды, — охрипшим голосом говорит знакомому бармену и быстро осушает протянутый ему стакан. Кажется, на сегодня ему уже хватит. — Кто это был? "Я — не твой ночной кошмар, я — его причина". — Перепутал его, показался знакомым. — Перепутал? Странно, мне показалось, что он тебя знает. Насколько ты трезв? Знает? Значит.. — Один из пяти, — отвечает Чонгук и понимает, что мгновенно трезвеет. — Дружище, проспись, — бармен хлопает того по плечу и возвращается к работе. А Чонгук плетётся обратно к своему столу, и присаживается на то же место. — Ты чего? — подаёт голос Юнги, который наблюдал с какой похоронной походкой к столу возвращался именинник, — Будто призрака увидел. И снова в яблочко! — Типа того, — отвечает Чонгук безжизненным голосом, заставляя начать беспокоиться уже Чимина. — Что случилось? — Чонгук чешет подбородок и поджигает очередную сигарету. — Мне показалось, или я видел человека, которого считал мёртвым, — и за столом воцаряется тишина. И теперь, это уже не кажется глупостью, когда кто-то невидимый присылает блэк-листы и смерть уносит за собой "плохих" людей. Теперь это кажется самой здравой мыслью. — Откуда ты его знаешь? — Чимин явно заволновался, отсел от Хосока и присел ближе к Чонгуку, положив свою руку на его бедро, тем самым показывая, что он рядом. — Когда я жил в Пусане, во дворе был один парень. Неприметный такой, ни с кем не играл никогда, а его взгляд мог испепелить. Ну, мне так казалось, я очень боялся его. А потом он исчез, и.., — а дальше язык не поворачивается сказать про Лос-Анджелес, про один из самых хороших и одновременно мерзких вечеров в его жизни. Про то, как касался его тела, ворвался в чужую душу и устроил там погром, оставив униженным, разбитым и грязным. Про то, как чужие глаза светились счастьем, как он улыбался, пока пил свою чёртову Пина Коладу и вечно поправлял свои волосы, которые пахли вишней. Отрывками перед глазами пролетает тот самый вечер: барная стойка, алые волосы, берег океана, грязный мотель, прикосновения к чужому телу, рёв мотора и исчезновение с места преступления. — И потом я слышал от матери, что он погиб. А тут я вижу парня похожего на него, возможно мне показалось. Ну наебал он их слегка. От этого ему хуже уже точно не станет. — Дорогой, мы не в том мире живём, и ты это знаешь, — глаза Чимина светятся искренней обеспокоенностью. Они дружат всю жизнь, но он не знает о том человеке, да и никто не знает. Это то, что он унесёт с собой в могилу, когда крышка гроба по имени Ким Тэхён захлопнется с раздражающим звуком. — В любом случае, если он жив, то мне придётся его найти, — пожимает плечами Чонгук и все присутствующие, кроме Чимина, понимают почему. — Почему? — всё таки пытается уточнить Чимин и вопросительно хмурит брови. Его чёрные волосы выглядят очень красиво на фоне дыма, идущего со стороны Чонгука. — Он в его блэк-листе, я прав? — произносит Юнги, поворачиваясь в их сторону и Чонгук кивает. — И.. что ты сделал? — озвучивает вопрос Намджун, который интересует здесь всех, но смелости спросить — не всем хватает. А Чонгук прикрывает глаза и нахлынувшие воспоминания уносят его в тот самый вечер.

flashback

2018 год. Лос-Анджелес.

Заграницей классно и Чонгук теперь понимает это сам, не слыша от кого-то другого. Город ангелов — первый город в США, который он решил посетить. Его безумно тянуло к Голливуду, к океану и к этой жизни; к свободе, о которой все так говорят. С английским он на "ты", с самого детства он знал, что без него — никуда, поэтому стал его изучать. Он оглядывает местный пляж и его охватывает восторг: сверкающий песок, бездонный океан и множество людей, в чьих глазах отражается счастье. Какая-то пляжная вечеринка, Чонгук не особо в этом уверен, но он наблюдает за танцующими людьми и улыбается, отпивая из своей бутылки пива. Его взгляд цепляется за парня в голубой рубашке, чёрных узких джинсах, и он очень яркий. В прямом смысле. Его алые волосы переливаются на уходящем за горизонт солнце. И он выглядит невероятно, пока танцует и пьёт свой коктейль, улыбаясь. "Счастливый человек — свободный человек". А потом его память резко обрывается, он помнит только прикосновения и поцелуи. Помнит, как терзает чужое тело; то, как с каждым толчком он шепчет его имя, оставляя метки на красивой шее. Этот вечер и стал его отправной точкой. На следующее утро он проснулся в чужих объятиях и память не хотела восстанавливаться. — Привет, — шепчет голос и чужие губы оставляют сухой поцелуй на его щеке. Чонгук морщится от чужого прикосновения, ведь совершенно не помнит, кто этот парень и что произошло. Хотя, что именно произошло — догадаться не трудно. — Прозвучит крайне по-свински, но я не помню как тебя зовут, — красноволосый в ответ на это лишь улыбается. — Тогда давай заново? Я Ким Тэхён. И это "заново" станет его самоличным гробом; могильной ямой, которую он себе выкопал, ответив "Давай", растянувшееся на два месяца. Курортный роман, или называйте это, как хотите. Но на деле это стало чем-то гораздо большим. Он узнал, что есть по-истине светлые люди. И это не такие милашки, как Чимин, которые сами по себе милашки, с рождения, в их ДНК это заложено. А такие, как Ким Тэхён, который не может пройти мимо бродящего пса, да так, что Чонгуку приходилось закидывать его на плечо и уносить силой, а после наблюдать его истерику и успокаивать, заверив что с ним всё будет хорошо, а эти псы привыкли так жить. — Но ты не понимаешь! Люди такие злые, они оставляют беспомощных на произвол судьбы. Вдруг я бы стал для этой собакой спасением? Чонгук просто мотает головой. — Горе ты моё, ты ничего не мог с этим поделать. В этом мире ничего от нас не зависит, — грустно озвучивает Чонгук, пока вытирает слёзы на красивом лице Тэхёна. — Ты не прав, Чон Чонгук. В этом мире всё зависит от нас. А Чонгук по-прежнему не согласен, но эти два месяца стали чем-то новым для Чонгука. Просыпаться с кем-то, обедать вместе и узнавать что-то новое. Каждый день. Он как чёртова энциклопедия, он всё, мать вашу, знает. И каждый раз удивляет, а улыбка его может осветить весь мир. И фонари не нужны, и свет вообще нигде тогда не нужен. И он очень красив. Эти красные волосы, прекрасная квадратная улыбка и даже родинка на кончике носа — он идеален, и в своих цветных рубашках, он словно спустившийся ангел. И пахнет вишней, а Чонгук обожает вишню. — Ты точно не ангел? — прищуривается Чонгук, пока смотрит как тот надевает яркую красную рубашку, которая сочетается с его волосами. Тэхён лишь смеётся. — Если бы я был ангелом — я бы нашёл тебя раньше, — и все вопросы сразу отпадают, потому что Чонгук знает, что тот не врёт и говорит правду. Он знает, что в любом из миров они найдут друг друга. Всё имеет начало, но всё имеет и конец, кроме, конечно же, Вселенной. По крайней мере, люди так думают. Я же — не согласен, считаю, что даже эта бездонная щель имеет свои берега. Как и их счастье. Оставлять слабых людей на произвол — грех, но Ким Тэхён никогда не был слабым и лишь Чон Чонгук смог его сделать таким. Пришла пора возвращаться домой, Чонгук уже даже не помнит, потому что прилетел первым же рейсом, а следом отправился в Киото, Хоккайдо, Токио, объездил всю Японию и потом отправился в Австралию лишь бы забыть про своего красноволосого мальчика, которого хотелось бы оберегать всю жизнь. — Почему нам нужно расстаться? Я не понимаю. Я могу уехать с тобой, ты же прекрасно знаешь, что меня здесь ничего не держит! — чуть ли не вскрикивает Тэхён, наблюдая как Чонгук собирает свои вещи. — Я тебя никогда не любил, ты был мне просто полезен эти два месяца. Спасибо за приятное времяпровождение, но ты — не то, что мне нужно, — и каждое слово бьёт по сердцу другого ножом. А после просто уходит, по пути стирая свои неуместные слёзы, потому что боится, потому что испугался. Потому что потрясающий Ким Тэхён не заслуживает такого, как Чон Чонгук. Он заслуживает гораздо большего, он заслужил любовь от всего мира, даже от самой Вселенной. Идеал должен стремиться к идеалу, а Чонгук не может позволить себе испортить такого человека. Он лучик солнца в этом мире, а солнца здесь порой очень не хватает. А Вселенной смешно наблюдать, как расходятся две души, которые связаны и обязаны встретиться даже после смерти. Она лишь потирает руки и записывает имя Ким Тэхёна в блэк-лист Чон Чонгука, потому что бросать любимых — непростительный грех.

end of flashback

— Чонгук! Ты чего завис? — Чонгук будто пробуждается ото сна и осматривается. Всё так же: те же бутылки на столе, та же компания и те же напуганные глаза Чимина. Он роняет свою руку на его, сжимая пальцами чужую ладонь. — Всё хорошо. Что ты спрашивал? — Этот парень. Кто он? Хороший вопрос. Бывший? Насмешка вселенной? Возлюбленный? Чонгук уверен, что он его любил. И трёх лет ему не хватило, чтобы забыть его. Он его помнит, но теперь уверен, что перегорел. И любить он не умеет, ведь любимых не бросают и будущего с ними не боятся. Два месяца его жизни превратили последующие три года в ад самобичевания. — Я его очень обидел, поэтому он двенадцатый в списке. Вы знаете, что чем ниже человек в списке — тем выше вина, — грустно усмехается. Выше вина? Серьёзно? Его вина не имеет веса, она неосязаемая. — Чем обидел? Чонгук, почему из тебя всё нужно вытаскивать клешнями? — Я.., — он запинается, ему страшно произносить такое вслух. Он никогда не говорил об этом ни с кем, лишь с собой глубокими тёмными ночами, — Его бросил. — И? — тянет Чимин, мол "И что тут такого?". — Мы были влюблены, — и принимается заламывать пальцы на руках. Снова нервничает. — Почему ты мне о нём никогда не рассказывал? — Это не то, о чём я бы хотел поговорить сейчас или в целом. Я еблан и на этом всё, — раздражается Чонгук. Ему больно об этом говорить, о своей слабости и о своей трусости, которая проявилась в тот момент. Страшно ему, видите ли, жить с человеком и строить с ним будущее. "Какая чушь!" — скажет кто угодно, но для Чонгука это самый большой страх. Он считает себя недостойным, тогда считал и сейчас считает. Поэтому и на блэк-лист ему поебать, и на то, что будет после. — Ладно, мы обсудим это позже, — отчеканил Чимин, смотря таким взглядом, который не даёт отходных путей. Чонгук кивает, мол обязательно, и неловкая атмосфера за столом начинает испаряться. Благо Хосоку, который умеет любой неловкий разговор развернуть в правильном направлении. Душа компании, солнышко, которое светит, но когда нужно — показывает зубки и вполне больно кусает. Весь вечер Чонгук чувствует на себе взгляд со стороны лучшего друга и прячет своё беспокойство под маской улыбки.

***

Он тянет свои окровавленные руки к его лицу, а тот упирается в угол и понимает, что загнал себя в тупик. По его щекам текут слёзы, а взгляд просит о пощади. — Вернись, — шепчет силуэт продолжая приближаться. А Чонгуку страшно, это его самый большой страх. Он видит его, своего малыша, по рукам которого течет его собственноручная кровь. На руках нет живого места, они все изрезаны, а он тем временем подходит всё ближе. А Чонгука окутывает запах вишни, он везде, проникает в лёгкие, под кожу, в его ДНК. Манит за собой, пытается утащить на дно. — Вернись, — продолжает шептать Тэхён и тянет свою руку ему. Чонгук, как завороженный, тянет свою руку в ответ, почти хватается и чувствует, что кто-то начинает его трясти. Силуэт потихоньку расплывается, и нежность в глазах напротив сменяется на ярость. Чонгук открывает глаза и подрывается с кровати. Над ним склонившись стоит Чимин с перепуганным лицом. Его волосы прилипли ко лбу, а весь он выдохся. — Ты как? — Н-нормально, — шепчет Чонгук и шарит рукой по тумбочке в поисках стакана с водой. Осушает его в один глоток и пытается отдышаться. — Я думал у тебя припадок, испугался чертовски, — Чимин присаживается рядом. — Мне снился кошмар. Всё в порядке. — Не в порядке. Что с тобой происходит с того вечера в баре? Ты уже месяц такой. К слову, прошли первые тридцать дней. После того вечера в баре, Чонгук нигде не видел Тэхёна, но пытался найти. По интернету, по разным доступным базам, но он будто испарился, а парень тем вечером был просто фантомом. Но что-то подсказывает Чонгуку, что нет. Его кошмары участились, и во всех Тэхён тянет к нему свои окровавленные руки. Он в той же голубой рубашке, но теперь она больше похожа на кровавое месиво, а руки превратились в ободранные куски мяса. Он тянет свои руки к Чонгуку, к его лицу, к телу и шепчет навязчивое "Вернись", а он почти возвращается, но Чимин снова и снова успевает вырвать его из кошмара. Насчёт Чимина, то всё проще некуда. После первого кошмара, который ему довелось видеть, он переехал к Чонгуку и стал помогать ему в очищении его блэк-листа. А так же спасал от апатии и этих ночных паник, будил и приводил в чувства. Чонгук ему вселенски благодарен и снова убеждается в том, что не достоин его. Чимин смирился со своей люболью давно, но последние события больно ударили по нему. Юнги нашёл себе парня. Да, мать вашу, парня. Чимин предполагал, что тот может оказаться би, и был готов к любым его отношениям. Думал, что готов, но это его подкосило и он отдалился от друга. Юнги не понимает почему, пытается наладить контакт, а Чимин убегает. И правильно делает. За месяц Чонгук продвинулся по списку. Одно имя исчезло само по себе. Видимо, в глубине души человек простил его, и больше не держит зла. Чонгук благодарит за это и старается жить дальше, не смотреть на последнее имя. Его психолог продолжает уверять его в том, что он заслуживает прощения, что он должен бороться за свою жизнь. Чонгук лишь кивает, а после выходит в коридор к Чимину и стискивает того в объятиях, пряча слезящиеся глаза. Дней у него остаётся всё меньше. — Это просто кошмары, Чим, они когда-то закончатся, — "когда ты сдохнешь", звучит чей-то голос в голове. Парень лишь мотает головой, отгоняя навязчивые мысли. Чимин сочувствующе гладит по плечу и призывает пойти в душ, поскольку сегодня у них долгий день и нет времени на отлёживание своих задниц. Чонгук вздыхает и направляется в сторону ванной. В ванной комнате стоит большое зеркало, в рост Чонгуку. На него смотрит уставший от жизни человек, с забитым рукавом правой руки и красивым телом. Он и правда красив: в меру подкачен, забитый рукав ему очень идет и надпись под сердцем ничего не портит, у него чёрные короткие волосы, которые после сна запутались и слегка прилипли ко лбу. И эти мешки под глазами, боже мой, ему кажется, словно всей жизни не хватит, чтобы они сошли. Он быстро принимает душ и комната заполняется запахом ванили с карамелью. Чонгук любит этот запах: он нежный и сладкий. Полная противоположность ему. А в жизни итак хватает кислого, поэтому немного сладости не помешает. Так же быстро одевается и заходит на кухню, где его ждёт Чимин, весь при параде. Шёлковая рубашка, светлые синие джинсы, серёжка в виде колечка в ухе. Он готовит кофе и по кухне разносится вкусный запах только что приготовленных сырников, которые покоятся на столе и ждут своего часа. — Ты уже? Быстро, — отмечает Чимин и возвращается к своему занятию. — Ага. Что у нас сегодня? — спрашивает Чонгук и откусывает сырник, про себя отмечая, что тот просто великолепен. — Твой одноклассник, Ли Вон, — и Чонгук перестаёт жевать. Вот кто бы что, а этот персонаж точно не захочет его видеть. В средней школе он натерпелся от Чонгука на всю оставшуюся жизнь. Из-за того, что тот перешёл ему дорогу, он изводил его изо дня в день, придумывая для него различные унижения и оскорбления, превращая его жизнь в ад. — Я согласен на смерть, — недолго думая, произносит Чонгук. Аппетит даже пропал, совершенно не хочется никуда идти. Сейчас бы лечь обратно под одеяло и дожидаться своей смерти. — Не беси меня, Чон Чонгук. Доедай свою порцию и поехали, не будем тратить время, — ответил Чимин тоном, не терпящим возражений. Чонгук Чимина в ярости видел лишь пару раз, и убедился на своём опыте, что доводить его не нужно. Поэтому покорно доедает сырник и сообщает, что готов. — Куда едем? — Адрес вобью в навигатор. Пошли давай, двигайся уже, твою мать, — и Чимин буквально выталкивает Чонгука за дверь, закрывая её на ключ. Они спускаются вниз по лестнице и прыгают в машину. Чимин быстро вводит адрес в навигатор и Чонгук тяжело вздохнув, выезжает из гаража. Сегодня будет тяжёлый день.

***

Его встречает высокое здание в одном из элитных районов Сеула, вывеска которого гласит о том, что это юридическая компания Ли. Лозунг: юридическая помощь для всех, никого не оставим без внимания. — Видимо твоё влияние на него дало свои плоды, — усмехается Чимин. — Возможно, именно ты его натолкнул на то, что он имеет сейчас. — Надеюсь, Чимин. Я был свиньёй и этот человек заслуживает быть счастливым, — тихо говорит он и выходит вслед за другом. У входа их встречает высокий охранник и Чонгук сообщает, что у него личный разговор к Ли Вону. По рации произносится "пускай заходят" и они входят в здание. Их встречает массивный хол и красавец секретарь у регистрационной стойки. — Привет, сладкий, — Чимин будет не Чимином, если не включит флиртующую сучку, — не подскажешь нам, где находится кабинет Ли Вона? И ухмыляется, ведь знает, что под действием этой ухмылки все тают. Но, видимо, "сладкий" не так прост, поскольку лишь обводит его безразличным взглядом и сообщает, что кабинет директора находится на шестом этаже, последний с левой стороны. Чимин обиженно дует губы, заходя в лифт. — Он тебя отшил, — Чонгук откровенно усмехается. — Ой, заткнись, — шипит Чимин и щипает того за бок. Бесит. Лифт двигается нещадно быстро, а у Чонгука нет слов. Он не знает, что скажет этому парню, а если говорить точнее, уже мужчине. Ли Вону двадцать пять стукнуло ещё полгода назад, он немного старше Чонгука, быстро очистил свой блэк-лист, о чём и сообщали на пресс-конференции. После такого заявления акции его компании взлетели до небес, сделав Ли Вона чуточку (ладно, сильно) богатым. Чонгук не знает, что скажет, и его нельзя за это винить. Он слишком провинился перед этим парнем,а тот слишком сильно от него пострадал. Они выходят из лифта, проходя до конца коридора, и упираются в дверь. "Ли Вон" — гласит надпись. Чимин дважды стучит, и услышав с той стороны одобрительное "войдите", осторожно открывает дверь. Он силой запихивает своего друга в кабинет, а сам заходит следом. Парень, сидящий за столом — красивый. Каштановые волосы; выразительные глаза, немного подведённые подводкой; пухлые губы, которые он нервно кусает; выпирающие ключицы из под рубашки, которая раскрыта на три добрых пуговицы. Он поднимает свой взгляд на гостей, на секунду немеет, а после откладывает ручку и указывает на стулья напротив. Чонгук на ватных ногах подходит к столу, присаживается и чувствует себя, как на расстреле. В то время, как сидящий рядом парень — улыбается. — Вот ты и пришёл ко мне на коленях, Чон Чонгук, — звучит голос мужчины. Он звонкий, в нём нет ни намёка на грубость или же ненависть. Констатация факта. Чонгук невольно вспоминает, как бросил эти слова ему в лицо много лет назад, когда тот приполз к нему на коленях с просьбой забрать судебный иск. Сучёныш посмел поднять на него руку, Чонгук отомстил вдвойне. Чонгук усмехается, он заслужил. Он много чего плохого заслужил в этой жизни и прекрасно это понимает. — Что тебе нужно? — не теряя времени, спрашивает. Чонгук отмечает, что тот весьма занят и они его отвлекли. — Я.. блять, так сложно. Я хотел поговорить с тобой, наедине, если можно, — говорит Чонгук и кидает взгляд на Чимина. Тот лишь кивает и быстренько ретируется из кабинета. — Ты ведь не школьные годы пришёл вспомнить? Тебе стукнуло двадцать пять? — Да, но не в блэк-листе дело. Я давно хотел, моя совесть проснулась раньше, чем пришёл блэк-лист. Мне правда стыдно за то, как я поступал. И, если ты однажды сможешь, то прости меня. Ли Вон вздыхает. Он устал от таких, как Чонгук, которые приходят и просят прощение по несколько раз в месяц. У него слишком много обидчиков, не находите? Но жизнь Ли Вона сладко поебала, а точнее, люди, которые обходились с ним не лучшим образом. — Ответь мне на вопрос. Что у тебя есть? — В каком смысле? — Чонгук непонимающе уставился на парня, пытаясь понять вопрос. — В прямом. Что у тебя есть? Дом, кот, собака, любимый человек? Ради чего я должен тебя простить? "Ради себя" — проходит где-то в голове, но Чонгук усердно игнорирует. — У меня.. есть лучший друг, родители и, пожалуй, любимое занятие, — "любимый человек тоже есть", шепчет сознание, но Чонгук гонит эти мысли подальше. Нет у него больше любимого человека. — Чем ты занимаешься? — Танцую. — Помнится, в школе ты тоже танцевал. Значит не забросил? — Нет, — Чонгук мотает головой. — Танцы — моя жизнь, моя отрада и моя свобода. Лишить себя танцев было бы тем же самым, что лишить кого-то жизни. Ли Вон совсем не удивляется столь громкому заявлению. В школе Чонгук танцевал, он был лучшим и даже пластичный Ли Вон не мог за ним угнаться. Но он никогда не подавал виду, что умеет танцевать, что он вообще хоть что-то умеет, кроме математических уравнений. Он мог процитировать почти любого британского писателя наизусть, написать химическую формулу почти с закрытыми глазами. Он был отличником, круглым ботаником, как принято говорить и Чонгука это бесило. Вот и добесило, называется. — Похвально, что ты нашёл себя в жизни. "Я сделал это ещё три года назад, но тогда же и потерял себя". — Да, классно заниматься любимым делом. Но я здесь не за тем, чтобы отнимать твоё время и говорить о себе. Вон хлопает в ладоши и складывает руки в замок. — Да, конечно. Чонгук, если ответишь мне честно на вопрос, я решу, что делать с тобой. Но если соврёшь — моего прощения ты не получишь никогда. Чонгук кивает. — Как ты сам считаешь, ты достоин прощения? — Нет. И это чистейшая правда. Он считает, что не заслуживает прощения этого парня, прощения тех десятерых людей, прощение которых уже получил, чьи имена уже растворились на том ёбанном блэк-листе. — Тогда почему ты здесь? Ты считаешь, что ты не достоин прощения, так отчего я должен тебя простить? — Потому что отчего-то хочется жить, — тихо отвечает Чонгук и опускает взгляд в пол. "Почему бы тебе просто не сдохнуть? Почему ты продолжаешь отравлять этот мир собой?" "Потому что отчего-то хочется жить". — Неужели ты понял, да? Много времени понадобилось, не так ли? — усмехается парень, и трёт переносицу. — Я прощаю тебя, Чон Чонгук. Стань счастливым, если сможешь и больше никогда не появляйся на моём пути. И отводит от него взгляд, возвращаясь дальше к своим делам, пока Чонгук продолжает на него смотреть. Это шутка? Пранк вселенной? Или человек, которому Чонгук несколько лет отравлял жизнь, простил его, отпустил с Богом и дал маленький шанс. — Будь счастлив, Ли Вон. И выходит из кабинета, оставляя молодого бизнесмена наедине с делами и его мыслями. Чимин, сидящий на диванчике, подрывается и оглядывает парня. — Что? — Достань свёрток, — произносит, после чего Чимин роется в своём рюкзаке и достаёт блэк-лист. На их глазах имя Ли Вона исчезает, оставляя за собой пустое пространство на белом листе. — Ты смог, ты смог! — радостно вопит Чимин и кидается на шею Чонгука. Тот лишь слабо улыбается, понимая, что на этом его борьба не заканчивается. Он замечает замешательстве на лице друга и вопросительно уставляется. — Что? Ты не рад? — Рад, конечно, всё хорошо. Что там в списке? — Чимин снова раскрывает блэк-лист и там красуется одно лишь имя, которое является ему в кошмарах. "Ким Тэхён". — Последнее имя. Это вроде тот парень, о котором ты говорил. Какие мысли? — Никаких, — Чонгук врёт. Он даже не будет пытаться что либо сделать, ему стыдно и безумно страшно. — Как искать его знаешь? — спрашивает на ходу Чимин, пока они выходят из здания. Запрыгивают в машину и Чонгук заводит двигатель, выезжая на трассу. — Я не буду его искать, — просто отвечает Чонгук. — То есть? — недоумевает Чимин. — Чим, моя вина перед этим человеком больше всей чёртовой вселенной. Мои дни сочтены, давай не тратить время на пустые разговоры, — устало выдаёт Чонгук, сосредоточившись на дороге. — И ты даже не попытаешься? То есть, мы столько сделали за этот грёбаный месяц, а ты остановишься на каком то Ким Тэхёне? — Он не какой-то Ким Тэхён, — рычит Чонгук, вцепившись в руль. Разговоры о Тэхёне накаляют обстановку. — Пожалуйста, давай не будем ругаться. Я устал. — Ты, блять, устал? Правда? Ты в шаге от того, чтобы остаться в живых, ты это понимаешь?! И ты останавливаешься! Да что ты сделал этому парню, что он не сможет тебя простить? — почти кричит Чимин, упёршись в Чонгука злым взглядом. — Я не уверен, что он жив, ясно? — отвечает Чонгук и сильнее цепляется за руль напряжёнными руками. На спидометре 130 и он ловко лавирует между потоком машин. — То есть, как? — Вот так, блять. Я поступил, как конченая мразь, а у него была шаткая нервная система и сложное эмоциональное состояние. Тогда в баре мне могло привидеться, потому что я был пьян и он мне часто снится. Я не не хочу его искать, я, блять, боюсь его искать, боюсь найти его на каком-то ёбанном кладбище Лос-Анджелеса. Тебе, блять, ясно?! — Чонгук не выдерживает и срывается в ответ. 150. — Чонгук, сбавь, слышишь? — говорит друг и поглаживает по коленке, успокаивая. Тот приходит в себя и спидометр снова показывает 80. — Извини, я не знал. Хочешь, я сам поищу? Хочешь? Ты даже не узнаешь об этом. Я не могу тебя потерять, ты забыл? Друзья — это одна душа в двух телах, а как же я без души жить буду? Слова Чимина отрезвляют парня, но он не может ничего ему обещать. Лишь останавливает машину у обочины и сгребает того в крепкие объятия, успокаивая и попутно вытирая слёзы, которые Чимин изо всех сил держал всю дорогу в себе. — Моя душа бессмертна и даже если мое тело сгниёт — я буду рядом с тобой. Наша дружба не подвластна никаким правилам, запомни Пак Чимин, и не смей даже плакать на моих похоронах, я проверю,— после произнесённого, Чимин начинает плакать ещё сильнее. Чонгуку самому больно. Не хочется умирать, оставлять всё и всех, особенно Чимина, с которым он пережили слишком много. Он надеялся однажды станцевать на его свадьбе, пока тот будет улыбаться, танцуя со своим избранников, но не в этой жизни. Разве что Юнги поймёт, что очень любит Чимина и они сыграют свадьбу за полмесяца. Но это похоже на чудо, а чудес — не бывает. Даже в таком мире, где живут они. Кто-то сверху посмеивается над их отчаянием. А судьба подготовила ему ещё много сюрпризов.

***

В тот же вечер было решено завалиться в бар к Намджуну, поскольку Чимину нужно напиться и он не хочет слушать бред Чонгука. Он найдет решение, даже если расшибёт себя об лепешку. Чонгук долго упрямился, предлагая различные варианты событий (фильмы, роллы, чипсы, сериалы, не то чтобы различные..), но Чимин маленький манипулятор знает за какие ниточки дергать, и поэтому сейчас они сидят на том же месте и ждут текилу. — Почему бы не попытаться, Чонгук? Ты не можешь быть уверенным на сто процентов, что он тебя опрокинет. Что тебя останавливает? "Совесть". "Вау, ты вспомнил обо мне?", огрызнулась она в ответ. "Заткнись, блять". Разговоры о последнем имени в его блэк-списке не заканчиваю вот уже час, а Чонгук устал. Физически и морально, он уверен что его сегодня будут преследовать кошмары до самого утра, а то и подольше. — Хватит, прошу. Мы здесь не за этим, — недовольно стонет Чонгук, оглядывая всех взглядом. Ну заебало, правда. — Как раз таки, мой дорогой друг, за этим. Я не позволю тебе сдохнуть из-за какой-то красноволосой принцесски, — щурит глаза Чимин. Упертость друга порой пиздец бесит. — Выйду подышу, — отмахивается Чонгук и выходит из здания. Ночной Сеул прекрасен. Сотни огней, звездное небо и несмотря на октябрь, на улице сегодня удивительно теплая погода. Он садится на лавочку в парке, недалеко от бара, и подкуривает сигарету. Выпускает дым, поднимает голову наверх. Миллионы звёзд и ему кажется, что в этот момент они смеются над ним. И где-то там сидит кто-то, кто управляет его жизнью. Бесит. Чонгук никогда не верил в высшие силы. Он знал лишь, что есть тот кто манипулирует этим миром, этими людьми, отправляя на их пути все больше и больше бед. Но в божественные силы он не верил. Ни в Бога, ни Аллаха, ни Будду, ни в любых других богов. Есть Вселенная и на этом спасибо. Большего не надо. Но то что происходит нельзя назвать иначе, как Божий гнев. — Красивое небо, не так ли? — произносит чей-то низкий, бархатный голос и у Чонгука заканчивается воздух в лёгких. Он оборачивается и видит парня, в чёрном пальто и вспоминает, что вышел в футболке и завтра вероятнее всего, сляжет с температурой. Но его это не волнует, он поднимает взгляд выше и цепляется за алые волосы, и даже в этой темноте замечает родинку на кончике носа. Те же глаза, и чёлка спадающая на них, но взгляд никакой, пустой, холодный. Он подходит и присаживается рядом, поворачивается и смотрит на Чонгука. А у того шок, и кажется сердце начинает останавливаться раньше времени. — Ты мне опять мерещишься. Боже, Чонгук, хватит пить, — шепчет он сам себе, не отрывая взгляда от парня, будто боится что тот сейчас исчезнет. Тэхён улыбается и проводит языком по нижней губе, а Чонгук залипает на это движение. — Ты думаешь я галлюцинация? — и в голосе слышится насмешка. "Смотри какая у меня власть над тобой, и как ты слаб в моих руках". — Ты не можешь быть настоящим, — продолжает шептать Чонгук и обхватывает себя руками за плечи. Ему почему-то становится холодно. То ли от порывов ветра, который внезапно появился, то ли от взгляда Тэхёна. — То что ты уехал не значит, что я исчез, стал призраком и мерещусь тебе, — Чонгук дальше не верит ему. Он сходит с ума, тихонько, но верно, а его собственное сознание издевается над ним. Чонгук чувствует необъяснимые вещи. Если Тэхён настоящий, то он рад, что тот жив. Рад, и не в прощении дело. Потому что такие люди как Ким Тэхён достойны жизни, они вдохновляются и вдохновляют других. С таких людей, как Ким Тэхён, нужно срисовывать картины, которые будут бесценны, которым не найдется места в этом бренном мире, настолько прекрасны они стали бы. Настолько прекрасны, что не достойны этого прокаженного мира. Неосязаемы, чисты, как и Ким Тэхён, который вероятно сидит сейчас перед Чонгуком, а не просто мерещится ему. — Ты не галлюцинация? — Галлюцинация может так? — спрашивает Тэхён и неожиданно хватает Чонгука за шею, не сжимая. Просто проводит пальцами, доказывает своё существование телесным контактом и забирает руку назад, засовывает в карман. Воздух в лёгких Чонгука заканчивается, вера в происходящее не даёт о себе знать. Он сидит и пялится на парня, который является его смыслом жизни, но который никогда об этом не узнает. Чонгук не успеет. — Что.. что ты здесь делаешь? На другом конце света, как ты здесь оказался? —задаёт Чонгук совсем неуместный, по мнению Кима, вопрос. Тот лишь выдыхает и поднимает свой взор на звёзды. "Как хочется стать одной из них". Даже не догадываясь о том, что он уже чья-то звезда. — Решил не дать тебе сдохнуть, — отвечает Ким и снова оборачивается на парня. — Ты о чём? — Тебе двадцать пять. Я помню. Он помнит. Прошло три чертовых года, а он помнит когда его день рождения. — Я не собирался тебя искать, — просто отвечает Чонгук. — Ауч. Неприятно, но не смертельно. Да и я не удивлён. Зачем искать того, кто для тебя никогда ничего не значил? — и Тэхён от чего-то улыбается. Своей фирменной квадратной улыбкой, но она не такая яркая, как её помнит Чонгук. Фальшивая? Maybe, но возможно память Чонгука потихоньку стала стирать его улыбку? Нет. Чонгук забудет своё имя, но не эту улыбку, которая сияет ярче любого Сириуса. — Я не собирался искать тебя, чтобы не причинить ещё большей боли, — Чонгук не умеет подбирать слова, я кажется уже говорил? — Большей боли? Ты? Мне? — и Тэхён хохочет, как сумасшедший. Чонгук слышал такой смех, однажды когда был в больнице на очередной сеансе у своего психолога. В соседнем кабинете кто-то так же хохотал, и врач объяснил ему, что это не более чем истерический смех, но у всего есть своя причина. И у Тэхёна, видимо, тоже. — Ты не сможешь причинить мне большей боли. Или ты намереваешься побить свой же рекорд? Ауч, и вправду больно. Что-то сжимается внутри Чонгука. Чувство сожаления, ненависти и жалости к себе, накрывает его волной. Мерзко становится от самого себя, от сидящего рядом Тэхёна который явно пострадал и теперь пытается это скрыть. А больше всего мерзко от своего страха, который так никуда и не исчез. Страх не быть достаточно достойным. — Я не так выразился. Прошу прощения, — сигарету дотлела в его руках, и он неприятно обжег себе палец. Тихо ойкнув, он выбрасывает её в урну, не заметив обеспокоенный взгляд Тэхёна, который прячется за очередной маской. Сколько их у Тэхёна? — Тогда что ты имел ввиду? — интересуется Тэхён, не спуская взгляд с пальца который тот обжег. Тот, кажется, начинает краснеть и опухать. — Я хотел тихонько подохнуть, не обременять тебя попытками дать мне какие-то шансы и всё такое. Я мудак и я это знаю. Я рад, что ты очистил свой блэк-лист и что ты жив. Хотя не думаю, что у тебя там кто-то был. — Почему? Я не безгрешен, — искренне удивляется Тэхён. — Потому что даже ангелы рядом с тобой грешны, но не ты. Ты воплощение того, чего никогда не будет во мне, — горько усмехается Чонгук. И он прав. Тэхёнов блэк-лист оказался пустым. Ему пришло лишь оповещение о том, что он прошёл проверку и пожелания счастливой жизни. — Сколько? Чонгуку не хочется говорить, он мнется и всё же выдает: — Двенадцать. Реакции не последует, а после Тэхён просто кивает. Мол, другого я и не ожидал. — И какой мой номер? — Это не так важно, — заламывает пальцы на руках. Уже привычка. — Номер, — почти рычит и Чонгук невольно вздрогнул. — Последний. Двенадцатый. — Вау, Чон Чонгук, ты не перестаёшь удивлять. Неужели нет такого несчастного, которому ты бы испортил жизнь больше, чем мне? Тэ язвит, а Чонгук не может отвести взгляд. Он не может поверить что видит его здесь, он настоящий, он не сон и не фантом. Настоящий Ким Тэхён, которого он оставил в съёмной квартире в ЭлЭй, сидит сейчас возле него, за хуеву тучу километров от США, в другом конце планеты. Охуеть. — Почему ты здесь? — Чонгук игнорирует его язвительное поведение и снова задает тот же вопрос. — Ну что ты заладил, других вопросов нет? — Тэхён демонстративно насупился и выпячил губу. Чонгук понял — он издевается над ним, пришёл помучать и свалить в туман. Браво, Тэхён, десять из десяти. — Как.. дела? — осторожно начинает Чонгук. Ему правда очень интересно. — Не сдох и прекрасно, переехал в Сеул. Переехал, крутяк. Стоп, что?! Переехал, блять, куда? Ощущение, будто он сейчас переехал Чонгука, а не переехал в его город. — И как тебе город? — Поспокойнее ЭлЭй. Нравится. И парни здесь красавчики, знаешь американцы такие непостоянные в плане отношений. Неинтересно, — Тэхён расплывается в улыбке, а у Чонгука сжимается сердце. Конечно блять, а что ты ожидал? Что у него за три года никого не будет? Что будет ждать тебя, как верный пёс? Совсем еблан? Чонгук прикрывает глаза и достаёт ещё одну сигарету. Поджигает, вдыхает, выдыхает. Дым заполняет легкие. Становится легче. Нервозность отпускает. — Давно? — кивает на сигарету в руках. — Три года, — выдыхает и отвечает. — Избавился от одной плохой привычки и завёл себе вторую? Знаешь, я бы тебя не убил, но эта штука вполне может, — он снова кивает на сигарету и усмехается. — Тэ, ты не плохая привычка, — начинает Чонгук, но его грубо перебивают. — Не. смей. называть. меня. Тэ., — процедив сквозь зубы Тэхён. И его глаза вспыхивают опасным огнём. Чонгук незаметно вздрагивает, но быстро берёт себя в руки и затягивается. — Прости, — тихо шепчет Чон, чувствуя себя нашкодившим школьником. Тэхён закатывает глаза, но быстро успокаивается и впивается взглядом в парня. У Чонгука взгляд отстраненный, он далеко отсюда, его мысли уносятся вместе с тлеющей сигаретой. — Ты красивый, — неожиданно произносит красноволосый и Чонгук давится дымом. Такого поворота он не ожидал. — Что? — Ты слышал, — невозмутимо ведёт плечами Тэхён и облокачивается о лавочку. — Ты мне ответишь, что ты здесь делаешь? Именно здесь, в этом парке, на этой лавочке со мной? Тэхён задумывается. А и правда, что он здесь, мать вашу забыл? Мог бы сидеть дома, со своим братом и праздновать пятницу, запивая её белым сухим, посматривая очередную серию "Игры Престолов", а вместо этого он сидит здесь со своей первой любовью, которой он нахуй не нужен. — Наслаждаюсь твоим жалким существованием. Так приятно смотреть как загибается тот, кто сломал тебе жизнь, — равнодушно отвечает Тэхён и чонгуковы догадки подтверждаются. Он даже не злится, он не имеет права злится, он просто кивает и дальше курит. — И ты ничего не скажешь? — Зачем? Ты прав, моё существование жалко. Ты прав, я загибаюсь. И ты прав, я тебе сломал жизнь. Здесь нечего отрицать, оправдываться незачем. — Исправить ничего не хочешь? "Хочу". — Не хочу. Возможно я хочу умереть, какая тебе разница? — отчего-то злиться Чонгук и выкидывает ни в чем неповинную сигарету, встаёт на ноги. Тэхён поднимается следом за ним. — И что же тебя так подкосило, дорогой мой? — почти ласково спрашивает Тэхён, но Чонгук улавливает в его нотках сарказм. "Ты". — Я сам. Я ответил на все твои вопросы? — Нет. — Ну что ещё, блять? — рычит на него Чонгук потому что это невыносимо. Стоять здесь, смотреть на него, и чувствовать ебанную вину, наверное самую сильную за все его годы жизни. — Тогда давай сначала? Блять. Да пошёл ты нахер, Ким Тэхён. Чонгук срывается и уходит из парка, и у выхода чувствует руку на своем предплечье. Ким останавливает его и разворачивает к себе. — Ты не ответил на вопрос, мне такое не нравится, — в его голосе стальные нотки. Кажется, кто-то выбесил принцессу, как его теперь называет Чимин. — Тебе что, блять, нужно? Ты пришёл поиздеваться надо мной? Так я это слушать не буду. Да, я еблан, проебался и испортил тебе жизнь. Можешь убить меня, но слушать я всё это не намерен, — ярость в нём бурлит, но пока он отдаёт отчет своим действиям. Рука Кима и дальше покоится на его предплечье. — Не хочешь слушать, да? Тогда может тебе рассказать об этом? — он одёргивает рукав своего пальто и чонгуковы кошмары становятся реальностью.       Его запястья украшают маленькие шрамы от порезов. Многочисленные. Чонгук сбился бы со счёта сразу, если бы начал считать. Поглубже и не очень, большие и маленькие. Это руки — из его снов, из его кошмаров. Оказывается, это всё реально. Видимо Тэхён пытался прикрыть свои увлечения, поэтому кое-где можно заметить маленькие татуировки. Цветы вишни покрывают порезы поверх, но не прячут их. Такое невозможно спрятать. — Или может быть об этом? Он одёргивает второй рукав и там не лучше. Посреди многочисленных порезов красуется кривое "Чон Чонгук". И те же ненавистные цветы вишни. — Или об этом? Он расстегивает пальто, слегка поднимает гольф и на его подтянутом животе красуются многочисленные татуировки, порезы и шрамы от ожогов. — Что ты блять с собой сделал? — шепчет Чонгук и тянет руку чтобы прикоснуться. Тэхён шлёпает его по той руке и она не достигает цели. — Слишком сильно по тебе скучал. Видишь как сильно? — впервые за весь вечер в голосе Тэхёна слышится искренность. Голос дрожит, в глазах накапливается влага. — Твои чертовы прекрасные руки. Как у тебя рука поднялась такое сделать, Тэхён?! — буквально кричит Чонгук, потому что искренне не понимает, как тот посмел таким ужасным способом прикоснуться к своим рукам. К его любимым рукам. — Я слишком сильно по тебе скучал. Меня ломало, боже как меня по тебе ломало. И так мне становилось легче, — оправдывается Тэхён и слезы предательски катятся по щекам. Чонгук осторожно подводит руку к его щеке в вопросительном жесте. Тэхён лишь тихонько кивает и Чонгук стирает навязчивые слезы, касается его кожи. Как он скучал, боже, как же сильно он скучал. Он настоящий, здесь и не исчезнет. Не исчезнет же? — Давай, — отвечает Чонгук, во второй раз захлопывая крышку своего гроба. Теперь буквально. Тэхён поднимает на него глаза, а в них вопрос. — Правда? — а в голосе мольба. — Правда, малышка, — и Тэхён падает в чужие родные объятия, рыдает в голос. Впервые за три года он ощущает счастье. И понимает теперь, что такое на самом деле счастье. Это держать любимого человека за руку, готовить ему завтрак и засыпать с ним. После долгой разлуки прыгать в объятия, разливаться в слезах на родном плече, чувствуя как намокает рубашка. — Тише, не плачь из-за такого уёбка как я. Оно того не стоит, — а Тэхён просто молчит и лишь ближе прижимает его к себе, боится что тот сейчас раствориться и снова оставит его. — Я думал приду, обложу тебя последними словами и уйду. Я пришёл таким сильным, а при виде тебя стал слабым. Каково жить зная, что у тебя столько власти надо мной? — спрашивает Тэхён, шмыгая носом. "Страшно". — Тише, малыш. Прости, прости, прости, тысячу раз прости, —шепчет Чонгук, прижимая его ближе к себе, пока тот успокаивается. Спустя недолгое время, Тэхён приходит в себя и легонько отстраняется чтобы посмотреть ему в глаза. — У нас получится заново? "Прости, котёнок, но нет". — В этом мире всё зависит от нас, не так ли Ким Тэхён? "Тысяча раз прости". Тот лишь кивает в тот многомногомного раз и улыбка появляется на его лице. Тэхён улыбается, а душа Чонгука цветёт. Тэхён улыбается, а Чонгук сильнее влюбляется. Тэхён улыбается и сильнее закапывает Чонгука. — Могу я тебя поцеловать? — спрашивает Тэ, не отводя взгляд от его губ. "Ты хочешь меня здесь похоронить? Потому что клиент готов". Он ничего не отвечает, лишь тянется к нему и осторожно касается его губ своими губами. И всё в одно мгновение становится правильным, его руки на тэхёновой талии, тэхёновы руки на его шее и эти губы со вкусом вишни. Самый любимый и самый ненавистный чонгуков запах. Он готов в нём тонуть, захлебываться, задыхаться. Он проводит языком по тэхёновым губам и углубляет поцелуй, не опошляя его, двигаясь нежно. И поцелуй похож на соломинку для утопающего. Только утопающий не нуждается в спасении и тянет спасателя за собой на дно. Они губами борются, пытаясь доказать друг другу, кто больше скучал, кто больше любит, и кто больше страдал. Тэхён прижимает его ближе к себе и боится отпускать, снова углубляет поцелуй, да так, что им не хватает воздуха. С сожалением, но он отстраняется от Чонгука и упирается своим лбом об его лоб. — Я так скучал, — шепчет между поцелуями Тэхён, пока покрывает лицо Чонгука. И Чонгук чувствуется, что правда скучал. — Я так виноват перед тобой. — Тише, ничего не хочу слышать про твою вину, дай мне поцеловать тебя, —и снова утягивает его в поцелуй, оставляя слова Чонгука где-то позади, ведь они так неважны. Сейчас важны лишь они, их тела которые они сжимают друг в друга и сладкие губы, слаще любого мёда на свете. — Я так сильно тебя, — шепчет Чонгук между поцелуями. — Я сильнее тебя, — получает в ответ и утопает, умирает в этой любви, потому что она неземная, он её не заслуживает. Сердце трепещет, душа цветет, и кажется что несмотря на октябрь сейчас зацветёт вишня. Потому что внутри Чонгука она цветёт, двадцать четыре на семь. Они отстраняются от губ друг друга и еще пару минут стоят в обнимку. И Чонгуку хочется плакать и благодарить всё на свете за эти последние мгновения счастья, но он лишь сжимает Тэхёна покрепче. — Ты замёрз? — спрашивает Чонгук, когда чувствуется что парень в его руках начинает дрожать. — Не то чтобы сильно. — Пойдём. Не хочу чтобы ты заболел, — он берёт его за руку и это так правильно. Так правильно выглядит тэхёнова рука и в его руке. И тащит за собой. У него мало времени и он не намеревается тратить его попусту. А вселенная даёт ему второй шанс.

***

Если бы Чонгука спросили о самых счастливых днях в его жизни, он бы безоговорочно сказал: октябрь и ноябрь этого года. Дни проведенные с Тэхёном стали самыми прекрасными моментами за последние три года. Он снова начал жить, он снова полюбил жизнь, и этот парень рядом вдыхает в него счастье с каждым днём. В тот вечер он повёл его в бар к своим друзьям и познакомил с тем самым таинственным Ким Тэхёном, который не дает Чонгуку жить без него даже во сне, приходя в кошмарах. Чимин взглядом дал понять, что состоится серьезный разговор и достал свёрток. Имя Тэхёна никуда не исчезло, но он виду не подал. Возможно, им нужно время. Его время подходит к концу и Чонгук это понимает. Боль в сердце с каждым днём усиливается. Так что как умирают проклятые вселенной? Впечатляюще и больно. Но он продолжает улыбаться, держать любовь всей своей жизни за руку и жить. Столько, сколько сможет. Чимин понимает, что здесь что-то не так, но к другу не лезет с расспросами и советами. Он просто надеется, что в ближайшие дни имя исчезнет. Он надеялся так на прошлой неделе, и в прошлом месяце, но Чонгуку осталось буквально три дня, а имя не исчезает. Оно будто намертво там въелось или кто-то свыше забыл его стереть. Но всё не так просто, Чим. Тэхён заново научился доверять Чонгуку. Поначалу было сложно. Просыпаясь по ночам, и находя вторую половину кровати пустой, он срывался и искал Чонгука по всей квартире, и находил его на балконе или на кухне попивающим сок. Он боялся, что тот опять уйдет, исчезнет, испариться. Тэхён часто думал, что если Чонгук уйдёт, то жить уже не получится. Даже как пару месяцев назад. Ну никак. Было трудно, но они смогли заново выстроить доверие и создать новые моменты. О старом они стараются не говорить. Лишь иногда Чонгук срывается и покрывает поцелуями каждый порез и шрам, судорожно шепча "прости" после каждого поцелуя. В такие моменты Тэхён заходится слезами и успокаивать приходится Тэхёна. Он давно его простил, он просто хотел чтобы тот был рядом. И вот сегодня утром, Чонгук сообщил Тэхёну что у него какой-то сюрприз и чтобы тот ждал его дома. Тэхён не любит сидеть дома. Стены на него давят, он вспоминает больницу в которой пролежал после попытки самоубийства. Так назвали врачи, а Тэхён просто немного переусердствовал и полилось немного больше крови. Пришлось зашивать, а потом слушать мозгоправа. Что они понимают, когда у него тут любовь всей его жизни ушла? Глупые врачи. К слову о врачах. Чонгук перестал посещать своего психолога, сообщив ему, что его главная проблема решена. Он долго благодарил его и мужчина услышал в его нотках прощание. Но тот лишь кивнул и отпустил Чонгука с чистым сердцем, но где-то под ложечкой засосало от того, что он не сделал всё, что потребовалось. Часы показывают 17:30 и в дверь звонят. Тэхён спешит открывать и за ней стоит Чонгук, слегка измотанный, но счастливый. Он звонко целует Тэхёна в щеку и заходит в квартиру. — Ты ещё не одет? Давай быстро, — поторапливает Чонгук Тэхёна, и тот бежит в комнату переодеваться. Любопытство берёт над ним вверх и по дороге он больно задевает руку дверью. Чёрт возьми. Чонгук осматривает свою квартиру и понимает, насколько в ней все изменилось после появления Тэхёна. Ванильный запах смешался с вишневым, и теперь это любимое сочетание вкусов Чонгука. Тэхён везде понаставлял цветы, свои любимые орхидеи и потрясные каллы, которые так раздражали взор Чонгука. "Так надо. Не трогай мои каллы!", причитал в тот день Тэхён, когда Чонгук незаметно пытался выкинуть их в окно. Они похожи на супружескую пару, которая прожила много лет в гармонии и счастье, и казалось бы ничего не может нарушить идиллию. Казалось. — Я готов, — выходит Тэхён из их комнаты и выглядит потрясающе. Теплое пальто цвета хаки, черные классичные штаны и такой же черный шарф, обмотанный вокруг горла, потому что если выйдет без него — получит от Чонгука. — Идём, — Чон берёт его за руку и выводит из квартиры. Они заходят в лифт, где Тэхён безцеремонно пытается узнать куда они идут, пытаясь соблазнить его всякими поцелуями и зажиманиями, но Чонгук не сдаётся и до первого этажа Тэхён дуется. Чонгук лишь щелкает его по носу и улыбается. Ему так нравится, когда Тэхён счастлив. Он садятся в машину Чонгука и тот настаивает на том, что необходимо завязать глаза, иначе ничего не получится. Тэхён недолго сопротивляется, в итоге соглашается и на его глаза падает черная ленточка, плотно укрывающая от какого-либо просвета. Они едут долго, на фоне играет Melanie Martinez и Тэхёну нравится. Это не его стиль, скорее Чиминов (он видимо и загрузил её сюда), но Тэхёну нравится Чонгук, а значит и всё что он имеет и к чему касается. Чон останавливает машину, выходит и открывает пассажирскую дверь. Подает руку и Тэхён крепко за неё хватается. — Солнышко, сломаешь, — ласково подшучивает Чонгук. — Поцелую и всё пройдет, — хихикает в ответ Тэхён. Такая милашка. Чонгук ведёт его за руку и осторожно надавливает на плечи, чтобы тот присел. Когда Тэхён поудобнее усаживается на плед (как он уже понял), Чонгук снимает с него черную ленту и его взору открывается море. Они сидят на краю скалы, а под ними невозможно красивое и безграничное море. — Вау, как красиво, — Тэхён не сдерживает восторженного вопля. Оранжевый закат отражается в воде и это выглядит очень красиво. Такой же закат был в первый их день знакомства. Точнее, так казалось в тот момент Чонгуку. Ведь парень из Пусана и парень из ЭлЭй — это его любимый Ким Тэхён, который сейчас пожирает глазами этот вид. — Нравится? — спрашивает Чонгук и открывает бутылку рядом стоящего вина. — Ты шутишь? Очень. Спасибо тебе, это очень красивое место, — отвечает Тэхён и принимает бокал, который наполнил и протянул ему Чонгук. — За нас? "За твоё светлое будущее". — За нас, котёнок, — и они оба отпивают по немного вина, и Чонгук откладывает свой бокал. Он долго думал, что подарить Тэхёну. Сначала хотел кольцо, но на его руке уже красовалось парное кольцо, к которому Тэхён, между прочим, жутко ревновал. Пока в один момент не увидел залипающие глаза Чимина на Юнги. В тот день его ревность расселась и он видел между ними лишь ту самую дружбу, о которой пишут в книгах. Потом он подумал о медальоне, возможно с его фотографией внутри или фотографией его любимых орхидей. Но это слишком банально и не про них. Гуляя по ювелирным, он увидел браслет, выполненный в форме вишневых цветов. Это его цвет, его запах, его вкус. Не задумываясь, Чонгук оставил за этот браслет три тысячи долларов, потому что для него это не деньги. Чонгук выкупит для него целый мир, если понадобиться. — У меня кое-что есть для тебя, — говорит Чонгук и достаёт из кармана пальто бархатную коробку, алого цвета. — Что это? — тихо спрашивает Тэхён, а глаза горят интересом. — Не кольцо, но почти. Открой, — кивает на подарок Чонгук. Тэхён осторожно берёт его в руки, раскрывает и его взору представляется красивейший браслет из белого золота, выполненный в форме цветов его любимой вишни. — Чонгук, он стоит целое состояние, — Тэхён поднимает на него полные радости глаза. — Детка, я куплю тебе планету, только скажи, — и он не шутит, он правда купит. Планету, звезду, вселенную. Всё для радости его вишенки. — Он очень красивый, боже, спасибо. Я его никогда не сниму, обещаю, —шепчет Тэхён и Чонгук принимается застегивает его на израненном запястье. Он снова обводит взглядом многочисленные ранки и целует руку. Тэхён отводит смущенный взгляд. — Я рад, что тебе нравится, — и притягивает его к себе для объятия, утыкается носом в его волосы и вдыхает запах. Самый родной и самый сладкий. Ворвался в его жизнь и перевернул её вверх дном, вдохнул в него любовь к жизни. Но судьба никого не щадит. У Чонгука колит сердце, беспощадно даже в этот момент. Он старается не кривить лицо, не подавать виду, пускай боль невозможно терпеть. Он будет молчать до последнего вздоха, он больше не заставит свою малышку страдать. Он надеется, что после Тэхён сможет дальше жить, изредка думать о нём и построит себе светлое будущее со всем тем, что ему оставит Чонгук. Он молит об этом все небесные создания вселенной. И саму вселенную тоже. А время не щадит, забирает своё, вырывая с корнями. Чонгук чувствует, как его сознание уплывает. А на фоне крики Тэхёна, который пытается привести его в себя.

***

Просыпаться больно. Просыпаться с разными трубочками — вдвойне больнее. Белый свет бьёт по глазам, и Чонгук на мгновение прикрывает их заново. "Я жив?". Первая мысль. В груди больно, а дышать сложно. Рядом какое-то движение и Чонгук поворачивает голову. На стуле, упершись лбом об его руку, спит его красноволосая красавица. Уставший, мешки под глазами и поясница будет болеть ни один день. — Малыш, — тихо шепчет Чонгук, слегка двигая рукой. Голос хрипит, каждое слово отдает болью в горле. Тэхён что-то там мычит и начинает просыпаться. Оглядывается, быстро трёт глаза, а заметив что Чонгук проснулся, начинает суетиться. — Врача! Позовите врача!, — кричит он какой-то медсестре и прибегает обратно к Чонгуку. — Что болит? Хочешь воды? — Эй, тише, не так энергично, малыш, — успокаивает тот Тэхёна. Тэхён присаживается обратно на стул, а в глазах слёзы. — Почему ты мне не сказал? — а в голосе отчаяние. — Всё будет хорошо, — Чонгук протягивает руку к его щеке и осторожно гладит. Предательские слезы катятся по щеке. Чонгук нежно их стирает и шепчет всякие глупости, пока на лице красноволосого не появляется улыбка. В этот момент заходит врач и под недовольный взгляд Тэхёна выводит его за дверь под предлогом "Мне нужно осмотреть пациента, Вы будете только мешать!", и садится на тот же стул, на котором сидел Тэхён пару минут назад. — Сколько? — Чонгук даже не церемонится, ему нужна цифра. — Почему Вы не решили эту проблему? — Я спросил сколько, а не вашего совета или нравоучений, — огрызается Чонгук. Разговор не успел начаться, а уже надоел ему. — Двенадцать часов. Ваш срок сократился на больше, чем один день, — на такое заявление Чонгук вопросительно поднимает брови. "Да кто меня там сверху так блядски ненавидит?!" — Есть объяснение почему? — Вы сами знаете, что наша наука не может ничего объяснить. Мне очень жаль. В данный момент все зависит только от вас. "Умение прощать — великий дар. Меня им обделили". — Спасибо за всё. Позовите Тэхёна, пожалуйста, — устало выдаёт Чонгук и поправляет свою подушку. В груди ноет, и это не из-за недостатка времени. "Я столько времени просрал вдали от него. За это ты меня наказываешь?" Врач кивает, ещё раз просит прощения и выходит из палаты. Спустя несколько минут заходят Чимин и Тэхён, который успокоился, но его глаза выдают его истерику. — Хэй, дружище, ты как? — обеспокоенно спрашивает Чимин, усаживаясь ближе к Чонгуку и берёт за руку. Тэхён так и остаётся стоять упершись о дверной косяк. — Несмотря на твоё беспокойство, ты весь светишься. Тебе дали зелёный свет? — интересуется Чонгук, сильнее сжимая его руку. — Да, но сейчас не об этом, — он делает голос тише, чтобы его слышал только Чонгук. — Почему имя Тэхёна не исчезает? Он тебя не простил? "Я себя не простил". — Простил и подарил самые прекрасные мгновения. Но мне пора. Помни о том, что я тебе всегда говорил и никогда не сдавайся. "Никогда не сдавайся, Чимин. В этом мире нет никого сильнее нас с тобой". — Как же мне не сдаваться, если ты сдался? — шепчет Чимин и отпускает его руку. — Прими и прости, хорошо? Будь счастлив, — отвечает ему Чонгук и Чимин не сдерживает слёз. Они катятся по щекам, а он выходит из палаты и в последний раз бросает взгляд на своего лучшего друга. Здесь ему делать больше нечего. — Почему он плачет? Что ты ему сказал? — начинает заваливать вопросами Тэхён, усаживаясь на то же место, где до этого сидел Чимин. — Сядь поближе, давай, я не хрустальный, — и тянет своего мальчика к себе в объятия, укладывая его на свое плечо. — С тобой же всё будет хорошо? "Нет". — Малышка, это обычная усталость. Всё пройдет, не волнуйся, — целует в макушку и Тэхён слегка успокаивается. — Чонгук, знаешь, я без тебя уже не смогу. Я тебя очень сильно люблю, с первого взгляда и до последнего вздоха, — и прижимается к нему ближе, будто боится что тот исчезнет. "Надеюсь ты скажешь эти слова кому-нибудь другому и будешь счастлив". — Я никогда так не любил, как с тобой. Спасибо за подаренную личную вселенную, котёнок, — стискивает его в своих объятиях, а сердце нещадно ноет. Он не врёт, он правда его любит. И готов отдать всё, чтобы не оставлять его. Но не может, банально не может блять, потому что это сильнее него, сильнее них и их любви. Неосязаемое и непобедимое. Они засыпают вместе в теплых объятиях. А под утро Чонгук добровольно отдаёт себя в руки смерти, противно пикают аппараты, которые подключены к Чонгуку. Запах вишни висит над Чонгуком как крышка гроба. И он добровольно её захлопывает. На пороге смерти он слышит нечеловеческий вопль Тэхёна.

Неделя спустя.

Похороны — одна из самых печальных вещей в этом бренном мире. Нет ничего хуже чем прощаться с человеком, которого ты знал всю жизнь, любил или ненавидел в этот момент не имеет значения. Ты смотришь как заколачивают его гроб, а его грудь больше не вздымается. Приходит осознание того, что ты больше не увидишь этого человека, не услышишь его голос, не сможешь обнять и сказать "люблю". Ким Тэхён относится к тем людям, которые не выносят похорон. Поэтому он стоит вдали, под черным зонтом, потому что на улице льёт как из ведра. Существует изречение о том, что если в день похорон идёт дождь, значит сама природа плачет по умершему. Правда это или нет, мы возможно никогда не узнаем, но дождь неприятно барабанит по зонту, намереваясь намочить черное теплое пальто на парне. В его руках орхидеи, потому что цветы вишни он не смог найти. Да и какая вишня в такое время года? Он смог бы принести жасмин, но он хочет оставить частицу себя, даже не подозревая о том, что уже оставил. Своё сердце. В тот же день Чон Чонгук умер. В заключении о смерти была банальная "остановка сердца" и Ким Тэхён до сих пор не понимает почему. А после нашел его блэк-лист и увидел там своё имя и всё равно ничего не понял. Почему? Он простил его, он вручил ему своё гребаное сердце с прощением. Почему кто-то наверху так сильно ебет его? Ответа у него на это нет, и у Чимина, который стоит у могилы своего лучшего друга и заходиться в рыданиях, переходящие в крик. Рядом стоит Юнги, пытается поддержать его, но получается из вон плохо. Как бы Чимин не любил Юнги, тот понимает — Чонгук незаменим. Поэтому он стоит, пытается придерживать его чтобы тот не упал в ту же могилу за своим другом. Стоят и Хосок с Намджуном, лишь Тэхёнов брат не смог приехать. Поэтому он стоит вдали, не плачет и смотрит на тот самый браслет, который он не снимал с того дня как получил его. И не снимет никогда. Даже когда лепестки вишни заполнятся кровью и его окутает его собственный запах. К нему подходит мужчина, лет тридцати пяти, в коричневом теплом пальто и с таким же коричневым зонтом. Глаза у него уставшие, безжизненные. Он будто не спал несколько суток. — Ты Ким Тэхён? — голос низкий, ниже чем у Тэхёна. Загробный. Будто сама Смерть заговорила с ним. Тэхён лишь вяло кивает. У него нет сил говорить с кем-то или слушать кого то. — Это тебе, — он протягивает ему черный конверт. — Что это? — спрашивает он, но конверт забирает. — Послание от Чонгука, — отвечает мужчина и уходит, оставляя Тэхёна с грузом мыслей и непонятным черным конвертом. Он устало выдыхает, пытается отогнать слёзы и прячет конверт в карман. Церемонная процессия подошла к концу, и когда все разошлись, Тэхён наконец подошёл к могиле своего возлюбленного. С красивой фотографии на него смотрел улыбающийся Чонгук, и Тэхёну всё это кажется сном. Будто он не лежит в четырех досках под землей, и его сердце не перестало биться ещё неделю назад. Будто он не оставил своего малыша одного. — Ты меня обманул, Чон Чонгук. Ты сказал, что всё будет хорошо. А сам ушёл и оставил меня одного. Я тебе никогда этого не прощу. Надеюсь тебе там лучше, чем здесь со мной было, — парень шмыгает носом, укладывает свои орхидеи на могилу и следом бархатную коробку. Вытаскивает руку из кармана и смотрит на обычное, серебряное кольцо. — Видишь? У тебя такое же. Я тебя посмертно на себе женил. Однажды мы встретимся вновь. "Однажды мы встретимся вновь, Тэхён", он будто слышит чей-то голос в своей голове и уходит прочь с кладбища. Заходя в их квартиру, снимает пальто и вытаскивает из кармана тот самый черный конверт. Идёт в ванную и включает кран. Ему нужно умыться. На бортиках лежат уже использованные лезвия, кое-где кровь. Он закатывает рукава своего свитера и смотрит на свежие раны. "Я так сильно по тебе скучаю, Чон Чонгук", говорит буквально каждая из них. Проводит пальцем и шипит от боли. Раскрывает конверт и достаёт письмо, узнаёт в нём почерк Чонгука. "Привет, моя любовь. Если ты это читаешь, то вероятнее всего крышка моего гроба захлопнулась. Я снова причинил тебе боль и мне жаль. Но это последняя боль, клянусь. Больше ты от меня не пострадаешь. Вероятнее всего это письмо тебе принёс мой психолог. Да-да, его голос разбудит даже мёртвого, я знаю. На мне не сработает, даже не пытайся. У тебя сотня вопросов, я знаю, но у меня не так много времени. Ты наверное хочешь знать, почему ты простил меня, а я умер? Существует изречение, которое гласит о том, что с юных лет нужно приучаться прощать недостатки ближнего и никогда не прощать своих собственных. Тэхён, я не смог простить себя за свою слабость три года назад, когда испугался, сбежал и оставил тебя одного. Это меня и погубило. В этой Вселенной столько правил, я нарушил бы их всех ради тебя, ради нас, но я не смог. Не вини себя и будь счастлив. Постарайся, прошу. Я буду наблюдать за тобой и всегда буду рядом. Потому что не было ещё такой любви, как у меня к тебе и никакая смерть этого не изменит. Я пройду все круги ада, но однажды мы встретимся вновь. Навсегда, только твой Чонгук". Он аккуратно складывает письмо и ставит на стоящий рядом столик, с которым связано слишком много воспоминаний. Ведёт рукой по воде, которая уже стекает с краёв ванной, а после ведёт рукой по своим ещё не зажившим запястьям. Тэхён теперь точно знает, что его кровь пахнет вишней.

от громкого "люблю" до сильного "без тебя" ноябрь отметит год на числах календаря. а сколько же было слов, разбросано для толпы чтобы спрятать надежно то, что рвет тебя изнутри. предавший хотя бы раз, однажды все повторит. ноябрь отметит год. когда-нибудь отболит. Автор неизвестен.