Что с тобой делать?

— Игорь? Игорь, у тебя дверь не закрыта! Дима переступил с ноги на ногу в темном проёме. Он осторожно ступил во внутрь и попытался снова. — Игорь, ФедрИваныч с тетей Леной беспокоятся, — Дубин сделал ещё пару шагов и продолжил. — Говорят, что ты заболел и гостинцев передали. Варенье малиновое, мед… Игорь? В темноте, прерываемой лишь бледным светом из окна, были слышны только шелест валявшихся повсюду листов и свист сквозняка. Неожиданно бесформенная куча на диване захрипела и зашлась страшным кашлем. Дима подпрыгнул на месте чуть не выронив пакеты с банками. Вот тебе и бравый следак. Он осторожно поставил гостинцы и подошёл на пару шагов. Куча не унималась, Дубин боялся, что скоро задохнётся. — Игорь, — он ориентировочно попытался потормошить напарника за плечо, но попал в пятку. — Игорь! Мужчина под одеялами наконец перестал выкашивать лёгкие, но на Диму не реагировал. Раздался хрипящий вздох, и майор снова затих. Дима нахмурился, но решил не будить пока больного. Он зябко передёрнул плечами от сквозняка. Осторожно перебираясь через громовские завалы и чуть не споткнувшись о принесенные гостиницы, парень включил свет на кухне. Тусклая лампочка пару раз угрожающе мигнула, но похоже обошлось. Дубин сбегал перенес пакеты на стол, чтобы уж точно не запнуться и хмуро встал перед окном. Холодом несло с него, безошибочно. Одеяла на диване снова захрипели и Игорь, кажется, даже что-то пробормотал, но не спешил подниматься. Дима заключил для себя, что все ещё спит. В целом это было странным, потому что спящим Игоря парень заставал считанные разы и каждый раз майор просыпался от чужого присутствия. Стоило вернутся к насущной проблеме, а именно к холоду и окну. Как Игорь жил с продуваемой всеми ветрами квартирой зимой Димка не представлял, но надо было хотя бы попытаться законопатить часть щелей. Дубин оглянулся, но кроме старых газет и скотча в голову больше ничего не пришло. Кажется бабушка у себя в деревеньке тоже деревянные окна газеткой выстилала, но там своя техника была. Дима вздохнул, почесывая затылок, благо газеты валялись повсюду в избытке, осталось надеяться, что и скотч тоже где-то есть. На что-то же Гром должен свои расследовательские аппликации к окну приклеивать. Около часа спустя, израсходовав приличную часть напольного громовского покрытия из газет и половину рулона скотча, Дима мог сказать, что проделал хорошую работу. Сквозняк больше не гонял листы по комнате и в квартире стало немного теплее. Разве что Игорь беспокоил парня все больше и больше. Было ещё несколько приступов зверского кашля и непонятных бурчаний, но мужчина не вставал и не подавал других признаков жизни. Даже после того, как Дима феерично навернулся, снеся по пути дверь, стоящую рядом с туалетом, и табуретку, Игорь не среагировал. Парень решил, что как бы не было майора жалко, всё-таки нужно разбудить, оценить состояние, залить в него чая тёть Лены, по возможности накормить и запихнуть таблетки. Первым делом — чайник. Как бы часто по долгу службы или по дружбе Дубин не бывал в квартире Игоря, это вылилось в отдельный квест. Тихо бормоча нелестные вещи в адрес майора, он наконец-таки нашел доисторическое пузатое нечто в холодильнике, где кроме чайника была только вилка. Решив ничему не удивляться, Дима поставил чайник на плиту и понял, что не знает где спички. Многострадально вздохнув, парень стал по новой перерывать кухню, по пути найдя чистую кружку и ложку. Ложка правда оказалась столовой, но так даже лучше. Закончив на кухне и максимально оттянув этот момент, Дима решил перейти к самому сложному. Он решительно подошёл к дивану, протянул руку и.… стушевался. Игорь и в лучшие дни не самый ласковый человек, а тут больной, да ещё и разбуженный. Страшно было представить. Он конечно не убьет, но послать может далеко и на удивление очень красноречиво. Ответ на внутренние мучения Дубина дал сам Игорь. Он заметался под одеялами и начал что-то невнятно бормотать. Видимо снился кошмар. — Игорь? — осторожно попробовал парень. Он снял слои одеял и встретил нефокусирующийся взгляд. Мутные серые глаза смотрели сквозь Диму, влажные пряди налипли на лоб майора, а сам он мелко подрагивал. — Х-хол-лод-дно-о, — едва разборчиво и как-то грустно протянул Игорь куда-то в пустоту. Тусклый свет с кухни придавал лицу мужчины жутковатый восковой оттенок. «В морг краше кладут», — неутешительно мелькнуло у Димки. Майор от чего-то резко дёрнулся и попытался снова скрыться под одеялами. И снова зашелся страшным кашлем. — Игорь, — взволнованно пролепетал Дима, когда тот закончил. — Да, что ж это такое. Он хотел поправить залезающие в глаза майору пряди, но тут же отдернул руку. — Боже, ты совсем горишь. И надо же было довести себя до такого, — бормотал Дима, спешно выпутывая Грома из-под одеял. — Упрямый… осёл, вот кто ты. Игорь вяло отмахивался и все бормотал как ему холодно. Взгляд измученных глаз так и не останавливался на Дубине. Наконец целиком улицезрев майора, Дима сдержанно чертыхнулся и снова вздохнул. Игорь забрался под одеяла в уличной одежде целиком, даже кепка забилась в угол дивана. — Ну, нельзя же так, — ласково, словно провинившемуся ребенку выговаривал парень. Игорь ненадолго уставился на Диму, словно заметив его здесь, но снова потерялся в лихорадке. Дима стащил с мужчины куртку и выкинул в угол, следом за ней отправилась кепка и мокрая от пота футболка. Игоря трясло уже всерьёз, он забился в угол дивана, сжавшись в комочек и обняв колени руками. — Я-я ни-никого не уб-бивал, — вдруг резко сменил пластинку майор. — Н-не убивал? У Димы сердце сжалось от грустных лихорадочно блестящих глаз. «Бредит», — с некоторым содроганием заключил Дубин. — Конечно, не убивал, — ласково ответил парень, положив руку разволновавшемуся Игорю на колено, но тот дёрнулся и отстранился. Мужчина шумно швыркнул носом, слегка покачиваясь, оглядел пространство вокруг и сжался еще сильнее. — Н-не в-виноват, — прохрипел Игорь и спрятал голову в коленях. — Эт-то не я. Дима растерялся в конец. Что делать вот с таким Игорем он не знал. Наверное, даже Прокопенко такого Игоря не видал или видал, когда он был совсем пацаном. Ситуация аховая. Парень присел рядом с майором, но трогать больше не пытался, по крайней мере пока тот не поймет, что рядом с ним напарник, а не бандюган какой. Хотя, о чем Игорь говорил Дубин представлял слабо. Игорь последнее время даже до состояния кровавых соплей никого не избивал, а тут про убийство лепечет. — Игорь, — аккуратно попытался позвать Дима. Игорь не отвечал, пришлось повторить несколько раз, прежде чем Гром резко вскинулся и уставился прямо на Димку. — Это не я, — неожиданно четко произнес дрожащим голосом. — Дима, это не я. За что же ты так. — Это не ты Игорь, не ты, — понятливо закивал парень и снова протянул руку к чужому колену. Майор даже отшатываться не стал, а сам наклонился вперед. — Это пр-правда не-не я. Дима снова уверил Игоря, что полностью ему верит, и вздохнул. По-хорошему Игоря надо переодеть, измерить ему температуру и напоить. Да, обильно напоить, что-то такое он когда-то читал или мама рассказывала. Гром тем временем выдохся и просто молча дрожал, разве что. — Игорь, давай переоденемся? — даже самого Дубина покоробила насколько слащаво прозвучала эта фраза, словно мамочка уговаривала строптивого ребенка, Гром же похоже не заметил. Парень оглянулся на майора и слегка улыбнулся. Гром отключился, привалившись к спинке дивана, положив ладонь под щеку. Только осознав, что теперь ему придется иметь дело с совсем безвольной тушкой напарника, Дима вновь нахмурился и решил… а ничего не решил, истошно засвистел чайник. Дубин дернулся на кухню. По пути зацепившись взглядом за аптечку. Когда Дима вернулся, Игорь, разбуженный свистом, снова затравленно озирался по сторонам и бормотал о том, что холодно и это не он. Чего же Игорь не сделал, Дима так и не разобрался, но похоже до конца ночи стоит разобраться. Гром наверняка после не будет в восторге, подробностями своей жизни Игорь делился, ага, не делился. Только если Пчелкина что-то вытягивала, правда, для этого ей надо было напоить Игоря в край. Федор Иванович, наверняка, что-то знал, но у него совсем другой уровень доступа. Дима покачал головой. Друзьями-то может Игорь их и назвал, только вот что делать он ничегошеньки не понимал. Как выбегал один, так и продолжал бежать, разве что Димку активно от себя не отгонял, позволял за собой бегать, да Юльке технику перестал ломать. Вот и весь прогресс. В себя Дубина привел грохот. Игорь каким-то макаром умудрился запутаться в одеяле и сверзиться с дивана. С тихим «эх, Игорь» Дима уселся рядом на пол, отставил кружку с аптечкой и осторожно усадил рядом запутанного в одеяле друга, в этот раз не выпутывая. — У тебя есть градусник? — спросил Дима, переложив аптечку себе на колени. Ответа ожидаемо не последовало, зато Игорь закашлялся в колени. Нашелся старенький ртутный градусник и, к удивлению, набор лекарств от простуды с не истекшим сроком годности. Интересно, кто обеспокоился? А вот жаропонижающего нет, даже банального ибупрофена. — Игорь, нам нужно температуру тебе измерить, — серьезно произнес парень, глядя майору в глаза, но тот не сильно желал отрываться от созерцания пустоты. С обреченным «ладно» Дима полез к Грому сам. Маневрируя здоровым мужчиной как плюшевым мишкой, ему удалось поставить градусник и даже зафиксировать, правда сам Дима оказался в обнимку с пышущим жаром как печь майором. Игорь глубоко вздохнул и упёрся горячим лбом парню в шею, сложив голову на плечо. — Т-тепло, — тихо пробормотал он, сильнее прижавшись. Дима вздохнул и прикрыл глаза, выжидая время. Гром тоже притих, обдавая парня горячим хриплым дыханием. Цифры на экране телефона ползи уж слишком медленно, по мнению Димы. Игорь снова задремал или просто слишком устал двигаться. Плечо под немаленьким майоровым весом уже начинало побаливать, да ещё и положение не самое удачное. «Совсем неудачное», — мрачно думал Дубин, ерзая. В спину неприятно впивалась деревяшка от подлокотника дивана. На часах лениво изменилось число минут. Сколько там этот градусник нужно держать. В целом и без градусника понятно, что Игорю нужно сбивать температуру, только таблеток не ма. Одному ему тут не справиться… Точно, совсем с Игорем заработался. Дима 20:13 У тебя есть время?

Юля 20:13 Что-то срочное?

Дима 20:13 Игорь заболел, нужно в аптеку сходить

Юля 20:13 Буду через полчаса Что брать? Вы у Игоря?

Дима 20:14 Что-нибудь от жара Да, у Игоря Ему сильно плохо Не могу уйти

Юля 20:14 Окей, жди

Дима удовлетворенно отложил телефон и снова обратил внимание на сопение в свою шею. Снова захотелось повздыхать, приговаривая «эх, Игорь». Ну право, как ребенок. Ничего, ничего, они с Юлей потом отыграются. Осталось выходить этого упертого… майора для начала. Парень кинул слегка уставший взгляд на часы и прикинул, пора или не пора вынимать градусник? Кажется, пора. — Игорь. Игорь, пора вставать, — мягко потормошил Дима майора. — Давай градусник. Гром что-то невнятно промычал. Еще раз вздохнув, парень снова принялся манипулировать чужими конечностями. В итоге Игорь снова оказался на плече Димы, что-то бормоча о том, как было холодно и как теперь тепло, перемещая с короткими приступами кашля. «Сорок?» — Дубин щурился, вертя градусник и так и сяк. — «Многовато». — Так, давай сначала зальем в тебя чай, не зря же теть Лена передавала, и горло успокоишь, — слегка засуетился Дима. Попробовав сам из кружки, чтобы Игорь не обжегся, парень осторожно усадил майора в вертикальное положение и осторожно поднес к губам чай. Гром встрепенулся, обхватил пальцами кружку, посмотрел на Димку неожиданно ясными глазами и тихо произнес «спасибо». Так они и сидели в тишине, прерываемой лишь тихим прихлёбыванием Игоря. — Дима? Игорь? — раздалось со стороны двери. — У вас дверь открыта. — Юль, заходи, — в ответ прокричал Дима, с одной стороны, коря себя за то, что забыл закрыть дверь, с другой, радуясь, что не надо вставать. Игорь же в этот момент решил, что время ясности прошло, и, выронив кружку, снова попытался спрятаться бормоча о том, что ни в чем не виноват. — Парни? — спросила Юля и ознаменовала свой приход включенным светом. Глаза резанула тусклая лампочка, Дима едва проморгался, Игорь же зарылся в свое одеяло с головой и глухо забормотал что-то другое. — Спасибо, — от всей души произнес парень, когда девушка показала ему лекарства. — Игорь? — то ли обращаясь, то ли спрашивая произнесла Пчелкина. Дима вздохнул. — Перегрелся. Можешь воды принести и найти какие-нибудь домашние штаны. В прошлый раз, когда я ушел, он с дивана свалился. Юля быстро кивнула и ушла сначала на кухню. Дубин же решил наконец убираться с холодного пола и стал аккуратно подниматься. Из-под одеяла резко высунулась рука и схватила его за штанину. — Я никуда не ухожу, — терпеливо объяснил Димка. — Давай уложим тебя обратно на диван. Чтобы Игорь не оказался голой спиной на жестких подушках старенького дивана, он сначала застелил одним из одеял. Откуда их столько у Грома? На парочке даже пододеяльники имелись. — Давай, Игорь, поднимайся. Юля подоспела как раз к тому моменту, когда Дима уже водрузил большую часть Игоря на диван, тот даже замолчал и волком глядел на парня, лишь закашливаясь в одеяло время от времени. — Что-то это нехорошо звучит, — заметила девушка, передавая Диме стакан, на поиски которого у нее видимо ушло столько времени, с чем-то растворенным внутри. Сжавшийся опять в углу дивана, Игорь недовольно смотрел на них двоих, но смотрел как-то странно. — Р-реб-бра м-мять не буд-дете? — все еще дрожа хрипло выдал майор, от чего в изумлении замерли и Юля, и Дима. — Зачем нам это делать? — первой пришла в себя Пчелкина. Игорь кинул в ее сторону еще один странный взгляд. — Димка ударил. Руки дергаются, — Игорь вытянул ладонь, которая из-за озноба ходила ходуном. — Х-холодно-о. Гром снова переключился и зарылся в одеяло, потом, словно что-то вспомнив, распахнулся. — Си-синяки, — он что-то нарисовал дрожащей рукой у себя на груди и закашлялся. — Б-болит. На груди не было никаких синяков, Юля с Димой в замешательстве нахмурились, потом парень словно бы прозрел. — Дима? — заинтересованно протянула девушка с толикой обеспокоенности. — Я понял, — ответил Дубин. — Ему мерещится ночь задержания. Ну, когда я его шокером ударил… Он закончил несколько смутившись. — Правда не знал, что кто-то из наших его… — продолжил Дима и снова смутился. — Ла-а-адно, — протянула Пчелкина и присела рядом с Игорем, уже обращаясь к нему. — Никто тебя мять не будет. Давай, ты сейчас дома. Она мягко обняла майора и жестом потребовала у Димки стакан. Игорь же уперся, спрятался у нее в плече и не хотел отрываться. Что-то продолжал о ребрах и дзюдо. — Давай подумаем немного, — ласково начала Юля, от чего даже Дима удивился. — Я же тебя не задерживала и ничего не делала. Ну, давай посмотри на меня. С еще некоторой порцией уговоров, Игорь все же поднял лицо и вдруг побледнел еще больше. Он вдруг так взбрыкнулся, что Юля от шока выронила стакан. Все лекарство выплеснулось на пол, но у Игоря были такие испуганные глаза, что даже ругать его было невозможно. — Сжег, — убито прошептал майор. — Он теб-бя сжег. Я-я видел. Юля чертыхнулась себе под нос. Дима просто округлившимися глазами смотрел попеременно то на лужу, растекающуюся по полу, то на загнанного Игоря. — И-и тебя с-сжег, — тем временем продолжил Игорь, уже глядя на Димку. — Дядь Ф-федю-у тоже сжег. Друзья содрогнулись. Майор тихо издал звук полный отчаянья. Он не плакал, не вздрагивали плечи, даже слез не было. Просто прикрыв голову руками и зажмурив глаза, Игорь принялся просить прощения, меняя имена и запинаясь. — Дима, иди набери еще один стакан, пакетики на прилавке, — по-профессиональному спокойно произнесла Юля. Дубин резко кивнул и чуть ли не кубарем слетел с дивана. Его слегка потряхивало, когда он из ещё более менее горячего чайника заливал в стакан и размешивал лекарство. Дело Чумного Доктора ударило по ним всем, уже когда прошла эйфория от победы. Сам Дима не раз и не два подрывался ночью от кошмаров, где они с Юлей не успевали за стремительно летящим в окно Игорем или где он не успел со шлангом, и Игорь вспыхивал как спичка. Об этом шепотом парень делился с подругой пасмурными вечерами, когда обоим было невмоготу держать все в себе. Бравый майор к их маленькому клубу не присоединялся, зубоскалил на работе и делал вид словно все произошедшее обычный вторник. Дима даже сам начал верить, что Игорь просто непробиваемый. Как выяснилось, нет. К возвращению Димки Юля умудрилась убедить Игоря, что никто никого не сжёг и не взорвал. Майор вальяжно раскинулся у нее на коленях и что-то увлеченно показывал в потолке. Эта картина могла быть милой или даже домашней, если бы не тревожное выражение лица девушки и ужасный болезненный вид Игоря. Торопливым жестом Юля подозвала Диму и отобрала стакан, а потом шепотом отправила искать домашнюю одежду Игоря, ну или что-то, чем можно заменить. Штаны успешно нашлись на стуле, и там же даже оказалась слегка потрёпанная с виду чистая футболка. Совместными усилиями влив в майора стакан лимоном пахнущего лекарства и переодев его в домашнюю одежду, они оказались на диване, наблюдая за сопящим Игорем. Голова Грома так и лежала у Юльки на коленях, а ноги он закинул уже на колени Димы и отказался убирать. Друзья с лёгкими вздохами переглядывались над больным. «Ну, и дурак», — с нежным теплом мелькало в их глазах. «Вот что с тобой делать?» — ласково думал Дубин. «Пришибу, если снова вздумает так пугать», — мысленно закатывала глаза Пчёлкина. Димина рука крепко лежала на покрытой одеялом голени, а Юля лёгкими движениями перебирала темные пряди на затылке.