Abyss

спустя два года — Не хотят сотрудничать с нами? — Юнги усмехается, продолжая расставлять цветы над могилой своих родителей. — Нет, — коротко отвечает Сухо. Омега улыбается. Встает на ноги и, наклонив голову на бок, смотрит на надгробный камень. — Отец, что скажешь? — спрашивает, вопросительно смотря, — Что-что? — прикладывает руку у уху, — Оставить их в покое и перейти на других? Ах, отец, ты всегда был таким милосердным. — качает головой из стороны в сторону, громко выдыхая. — Поэтому ты и находишься сейчас в сырой земле. — Раздражение. — Я не собираюсь быть таким, папуль. Что сказал Джихо? — Что решение должны принять вы. Сухо и Дохен обмениваются взглядами, догадываясь о следующих словах Юнги. Дохен смотрит на омегу, на его расслабленную и уверенную фигуру. Не может понять, как он мог превратиться в такое чудовище, когда еще в прошлом году ныл и жаловался ему, что в приютах для собак недостаточно игрушек и кормов, что хотел бы приютить их всех, а сейчас безжалостно разрушает эти же приюты. Сухо просто опустил голову. Не желая смотреть на лицо омеги, пока он поворачивался к ним. — Убить. Юнги изменился, и это неудивительно. Смерть и предательство самых близких людей оставил глубокий след не только на душе омеги, но и отпечаталось на его лице. Глаза у Юнги совсем пустые, стеклянные. В них нет ничего, кроме озлобленности на весь мир. Омега бросает взгляд на могилу, в двадцати метрах, где похоронен его брат и отвернувшись, идет к чёрному Гелендвагену. Юнги ни разу не навестил могилу брата, потому что ему стыдно. За то, что он не смог спасти его, за то, что вовремя не заметил, за то, кем он стал сейчас. Как то Юнги решил пойти к могиле, это было после двух недель с похорон, но он не смог. Не смог подойти, потому что увидел Тэхена с Хосоком. Дружба омеги оборвалась после смерти Чимина, последние слова, которые сказал ему Тэхен, было обвинение в смерти, в тот страшный день. И все. Юнги сейчас точно может сказать, что он самый одинокий человек в мире. Рядом с ним нет никого. Юнги за это время, словно, отключил свои чувства. Хватит с меня боли, как то ночью сказал, а на следующее утро пошел на свое первое убийство и несмотря на удушающий страх, совести, которая приходила по ночам, моральной боли, что он отбирает чужую жизнь, Юнги продолжал это делать изо дня в день. В омеге не остались больше ничего человеческого. Юнги поднимается в свой кабинет, заказывает кофе и объявляет собрание всех своих главных людей. Совсем скоро произойдет именно то, чего Юнги с Джихо добиваются вот уже год. Скоро падет Клан Чхве. ************ За эти годы Юнги полностью влился в дела компании, помогает дяде в повышении силу и мощи компании, а также сам завербовал армию новых людей и полностью ушел в бизнес. В омеге столько злости и ненависти, что у него помутился разум. Все называют его безумным, сумасшедшим, страшным. Члены совета обходят его стороной. Обсудив детальные вопросы со своими главными людьми, Юнги решается  действовать уже завтра. Как только все вышли из кабинета, омега, подойдя к барной стойке, наливает себе в стакан любимый Джек Дэниэлс и, подойдя к большим, панорамным окнам, начинает раздумывать свои дальнейшие действия. Все должно пойти по плану — думает омега. Избавлюсь от всех и уеду куда-нибудь далеко. — Господин Мин, могу ли я войти? — Входи, Сухо. Альфа открывает двери и заходит в кабинет. Снова пьет, — думает он. Закрыв двери, он подходит к омеге и останавливается позади нее, смотря на прекрасный ночной Сеул сквозь толстое стекло. — Вы обещали, больше не пить. Но с самого утра, вы только этим и занимаетесь. — Говорит все как есть. Не боится. Волнуется. Волнуется за омегу. — Гитлер тоже обещал не нападать на Чехословакию. Добро пожаловать а реальный мир. — Отвечает усмехаясь. Сухо отчаянно вздыхает. — Вы перестали навещать психолога. — произносит на выдохе. Юнги поворачивается лицом к другу. Смотрит на него и слегка улыбается. Сухо и Дохен не просто помощники Юнги, они стали его друзьями. — Сухо, еще немного времени и, — Юнги прикрывает глаза и делает глоток виски, — все это прекратиться. Мы избавимся от всех врагов и все наладится. Ничего не наладится. — остается неозвученным. Стук в дверь и в кабинет входит Дохен. Взгляд альфы падает на стакан, в руках омеги, а после и на Сухо. — Какие новости? — спрашивает Юнги, отворачиваясь к окну. — Наши люди уже стоят на границах, когда начнут переводить товар Чхве, их задержат, а после передадут полицию. Мы уже предупредили господина Кима, он будет поблизости со своей командой. — Мы не должны допускать ошибок, Дохен. Одна ошибка, и нам всем — конец. — Говорит омега, откладывая уже пустой стакан на стол и поворачивается к ним лицом. — Ким Чуен один из лучших офицеров, он сделает все, чтобы посадить ублюдка. — Добавляет Сухо. Дохен согласно кивает. — Помимо этого, завтра днем приедет О Шихек на подписание мирного контракта. — добавляет Дохен. — Прекрасно, — широко улыбаясь, говорит Юнги, — как только мы подпишем контракт, вечером он должен умереть. Пусть посчитают, что причина — инфаркт, или еще что-то, плевать. Все его имущество перейдет нам, создадим фальшивые документы. Джихо сегодня вечером улетает в Китай, я буду один. — А как же его муж и дети? — спрашивает Сухо. — Убивать мы их не станем. Просто закроем им рты и отправим в Канаду. **************** Следующим утром, клан О и клан Квон подписывают мирный договор. Ночью этого же дня, О Шихек умер от остановки сердца в собственном доме. Все имущество альфы передаётся клану Квон, а его семья в ту же ночь покидают, уже не принадлежавший им, особняк. ****************** Черные тучи зловеще собрались над кладбищем, предупреждая о скором ливне. О Шихека хоронили именно так, как и принято хоронить человека его уровня. На похороны, кроме близких родственников, присутствовали все местные лица криминального мира. Стражи порядка перекрыли ряд центральных дорог для кортежа из тридцати автомобилей, украшенных венками. Затянутое низкими серыми тучами небо дарила омеге некое успокоение, а когда оттуда начали капать мелкие капли дождя, Юнги и вовсе облегченно улыбнулся. Неожиданная смерть главы Клана О обсуждают на всех телеканалах. Наконец-то, машины одна за другой покидают кладбище. Последними к могиле подходят главы трех местных домов. О Шихек, глава Клана О. Мёртв. Квон Джихо, глава клана Квон — второй, по счету самого могущественного клана страны. Чхве Сехун, — самый могущественный клан в стране. Юнги с Джихо подходят к могиле и оставляют перед ним венок с белыми розами. — Примите мои соболезнования. Шихек был хорошим человеком, — обращается к плачущему мужу Джихо и возвращается на свое место. -Ловко ты от него избавился, — шепотом произносит Джихо, заставляя омегу усмехнуться. Это лишь цветочки. — Думает. — Смерть Шихека так же подозрительна, как и внезапное появление сына Джихена. — говорит Сехун, вставший рядом с Джихо. — Ах, Чхве Сехун, вы меня обижаете, — Джихо достает с кармана пачку сигарет, и зажав одну между губ, зажигает ее зажигалкой, делая глубокую затяжку, — мой племянник был спрятан от таких подлых людей, как вы. Что касается Шихека, насколько мне известно, у него случился сердечный приступ. Или я чего-то не знаю? Мужчина презренно посмотрел на Джихо, он прекрасно понимал, что смерть О Шихека его рук дела, а так же он прекрасно осознавал, что рано или поздно они доберутся и до него. — Дядя, нам пора идти, у нас собрание через двадцать минут, — говорит Юнги, закуривая сигарету. — Конечно. Прошу прощения, Чхве, дел много, — улыбается ему. — Конечно. **************** — Что это? — тут же спрашивает Чонгук, как только зашёл в кабинет. — Подарок от племянника Квона, они снова поймали нашего человека, — отвечает Сехун, массажируя виски, — этот парень обезумел, иначе какой нормальный человек пришлёт сердце и глаза в коробке, идиот, хоть в холодильник поставил бы, так хоть вони не было бы, — жалуется он. Чонгук старается игнорировать тихий вой своего зверя при упоминании омеги. Лишь стоит смиренно, смотрит то на Чхве, то на стоящего рядом, Сокджина. — Это уже пятый человек за неделю, может вам стоить тщательнее выбирать людей? — спрашивает Сокджин, попровляя рукава пиджака. — Отправил бы тебя, но к вашему счастью они считают вас мёртвыми, — закатив глаза, отвечает ему альфа, — с появлением этого омеги у нас все идет не по плану, будь он проклят. Чонгук лишь сжимает челюсть, опустив голову вниз. Спокойно, приказывает зверю. Чонгук больше не думает о Юнги, не вспоминает больше, только иногда, когда увидит или услышит что-то связанное с ним. Чонгук Юнги ненавидит. За гнилую кровь, за ложь, за то, что спокойно приказал убить его и Сокджина, за то, что спокойно на малину смотреть не может, за то, что каждую ночь сердце болезненно ноет, за то, что в альфе жажда мести с каждым разом становится больше из-за его предательства, и это чувство разрушает всю человечность альфы. Больнее всего было когда Чонгук узнал, что приказ о их казни отдал сам Юнги. Альфа тогда подтвердил свою мысль, что омега его никогда не любил. Жаль, что Чонгук не узнает, что именно Юнги подстроил их побег и помог им. Сокджин и Чонгук, еще находясь в Японии, решили объединиться с главным врагом Квонов, а именно, с Чхве Сухен. Альфы конечно же понимали, что потребуется много времени, но не ожидали, что смогут расположить Сухена к себе. Сначала альфы под другими именами нанялись работать охранниками в их компании. Чонгук с Сокджином устраивали поддельные нападения, чтобы Сухен их заметил и это произошло полгода назад, когда в особняк Сухена ворвались воры, а Джин и Чонгук по чистой случайности оказались там. Сухен долго благодарил парней за спасение его семьи и не понимал, как команда из двадцати охранников смогли убить какие то два разбойника, которых так и не смогли найти. Сухен с того дня начал следить за парнями до того момента, пока один из его шпионов доложил ему, что тот собирает армию. Сухен тогда ворвался в их маленький дом со своей армией, готовый их убить, но Чонгук с Сокджином попросили его поговорить. Тогда парни рассказали ему о том, кем они на самом деле являются, кто их отцы и какова их задача. Узнав, что эту армию они собирают не для Сухена, а для клана Квон, альфа успокоился и ушел. На протяжении нескольких месяцев Сухо был на страже, ожидая любого подвоха со стороны альф и предательства, но понял, что они на его стороне. Тогда Чхве принял их и доверился. Парни часто давали Сухену ценные советы по безопасности, а так же подсказывали ему пару идей для расширения бизнеса. Чонгук с Сокджином умные и сообразительные парни, а еще бесстрашные и смелые, это и привлекало Сухена. Спустя еще пару месяцев он убедился, что они ему преданы после очередного задания, где Сокджина чуть ли не убили, из-за того, что альфа защищал Сухена. В ту ночь Чонгук долго ругался с Сокджином из-за его легкомысленности и не понимал, как тот мог пойти на такой риск, Сокджин на это лишь усмехался и напоминал другу, для чего они тут и что тот готов пойти на все, только бы Сухен доверился бы им. Так и произошло. — Чонгук, что скажешь? — обращается к нему альфа. — Мы не должны упускать ни одной мелочи, должны знать даже то, что они пьют и едят, — произносит альфа, садясь на диван, — я сам выберу человека и отправлю его к ним. ************** Спустя еще пару дней, Чхве Сухена задержала полиция, арестовав его за нелегальный перевоз оружия через границу. Ему поставил срок в пять лет и выписали штраф в большую сумму. Никто не сомневался в том, что его выпустят через пару дней. Через два дня после ареста, его сыновья, помимо штрафа, внесли еще более большую сумму, за его освобождение и за закрытие дела. Учитывая это, клан Чхве потеряли три миллиона долларов и, судя по СМИ, которые разлетаются за считанные секунды, они надолго останутся без новых контрактов, что может ослабить их клан. — Они обвели нас вокруг пальца! — кричит Сухен, швыряя пустой стакан в стену, — как они узнали об этом черт побери! — Возможно, нас кто-то предал, — говорит Сокджин. — Найдите предателя! — кричит альфа, — а племянника его убить! — Нет! — резко воскликнул Чонгук. — Убить! Пусть этот ублюдок Джихо поймет, что со мной лучше мне связываться. — Но смерть племянника главы клана повлечёт за собой также неприятности для вас, — добавляет Джин. — Убить. Это приказ, — отвечает Сухен и выходит из кабинета оставив альф одних. Сокджин переводит взгляд на друга, который настолько задумался, что с первого раза не услышал, как его зовёт друг. — Чонгук! — Что? — приходит в себя. — Что нам делать? Если Сухен увидит, что мы бездействуем, то прикажет сделать это кому-нибудь другому. — Черт, — стонет альфа, прикрыв глаза и откинувший на спинку дивана, — Джина, думаю нам пора уже действовать. — Я тоже так думаю, — соглашается. — Сегодня? — Да. У нас давно уже все готово. Чонгук кивает. Сегодня все решится как для Сухена, так и для Чонгука с Сокджином. — Мы почти у цели, брат, — усмехается Джин. — Почти, — отвечает, — но нам все еще нужно время для следующего шага. — Чонгук, что будешь делать с Юнги? Ты ведь не собираешься его убивать. — Спрашивает его Сокджин. — Нет, — отвечает, кусая нижнюю губу, — я отправлю его в другую страну без возможности вернуться назад. ************* Этой же ночью на особняк Чхве нападают, и это оказываются сами охранники, которые были людьми Чонгука и Сокджина. Абсолютно всех, кто находился в особняке, убили. Сехун, узнав эту новость тут же приказывает ехать в особняк, где прямо у входа, его встречает Сокджин. — Что произошло?! Кто посмел напасть на мой особняк?! Где мои дети?! — кричит альфа, забегая внутрь особняка и схватившись за сердце, пятится назад, увидев своего старшего сына с дырой между глаз, который лежал в луже крови. — Тише-тише, — подходит к нему Сокджин, — ты с ними встретишься через пару секунд. — Ч-что? Сокджин резко достаёт  пистолет из пояса и направив дуло прямо в лоб альфы, стреляет. Тело Сехуна падает прямо на, до блеска очищенную, обувь Сокджина. — Ебаный в рот, — шипит альфа, толкнул тело альфы в сторону и посмотрел на свою заляпанную обувь, — зря чистил, блять. Сокджин еще раз выругавшись, выходит из особняка, доставая телефон из кармана пиджака и набирая номер Чонгука. — Вот что за несправедливость. Рвешь жопу лишь бы к этому уебану в доверие втерется, а потом убиваешь за секунду, никакого наслаждения, — сразу же начинает жаловаться, слыша глухой смех в трубке. — Я уже в компании, документы все готовы, завтра эта компания официально станет кланом Чон, но пока мы будем скрываться, ради безопасности. И конечно же, половина передаётся тебе, поэтому надо уже сегодня объявить о новом клане Ким. — Пахнет богатством, — усмехается Джин, — ладно, мне нужно съебатся отсюда, пока полиция не приехала. — Все готово? — Конечно. На особняк Чхве напали люди Квона. ********** На следующее утро вся страна узнала о нападении на дом Чхве Сехуна и в это же утро, Квон Джиха забрала полиция. Новость о убийстве и задержании  клана крутились на каждом канале как и то, что главой клана Чхве обьявили другого человека, который предпочитал быть анонимным, а вместе с ним об появлении нового клана, который так же оставался анонимным для всех. Вместе с этим, названия клана было удалено со всех официальных сайтах и документах и журналистам ничего не оставалось, кроме как атаковать каждого сотрудника кланов, прямо у входа к компанию, о вопросах касаемое нового названия и новых главы. Юнги, узнав новость, тут же поехал в компанию к Джихо но не успел, так как того уже забрали в участок. Омега в ярости кричит на сотрудников, швыряет в них все, что попадается ему под руку, приказывает уволить всех старых охранников, за то, что омегу вовремя не предупредили. Омега так же отдал приказ отрубить пальцы ног у всех своих шпионов, которые работали в компании Чхве. Журналисты толпами собрались у входа компании, не давая возможность кому-либо выйти, несколько десятков полиции собрались в компании, чтобы допросить каждого сотрудника и Юнги в первую очередь. — Я ничего не буду говорить без своего адвоката, — в очередной раз отвечает Юнги, — и клянусь, — встаёт на ноги и облокотившись руками об стол, смотрит на сидящего сотрудника полиции, — если правда откроется, и все узнают, что мой дядя ни в чем не виноват, я сам лично убью всех тех, кто посмел ворваться в мою компанию. — Не советую вам, господин Мин, так разговаривать с полицией, — усмехается альфа, вставая с кресла, — вы ведь можете оказаться на месте своего дяди. Юнги усмехается и переводит взгляд на его бейджик. — Ким Минхо, — читает по слогам, — я вас запомнил. ************** Юнги крутится на своем кресле, устремив свой взгляд на потолок. Прошло три дня с момента, как Джихо посадили, а расследование по его делу все еще не закончилось. Все улики указывают на Джихо, но есть моменты, которые не дают право полиции и судье объявить его виновным. Например то, что Джихо почти каждую неделю ехал в другие страны и занимался другими делами, что давало понять, что Джихо с Чхве не связывался совсем за последние три месяца, так же в ход идет подозрительно отключенные камеры у ворот особняка. Юнги так же уговорил офицера Ким Чуен добавить записи о том, что внезапное убийство семьи Чхве и объявление нового клана и новых глав, которые так тщательно скрываются, считает подозрительным. Омега так же не может понять причину, почему обвинили именно их клан, ведь те, кто это подстроил, могли бы смахнуть все на обычное ограбление, но нет. Кто-то пытается уничтожить именно их. Юнги звонит офицеру Ким и приказывает тому добыть всю информацию о его дяде, обо всех его делах, о семье, обо всем абсолютно за последние двадцать лет. И добавляет, что никто не должен об этом узнать. Завершив вызов, омега завет к Сухо и Дохен в свой кабинет. Через пару минут двое альф входят в кабинет и приняв от Юнги стакан с виски, садятся на диван, напротив Юнги. — Ким Чуен только что передал послание от Джихо, — начинает омега и приподнес сигарету к губам, — через неделю будет банкет, где объявится мистер аноним один и мистер аноним два, — усмехается, делая глубокую затяжку, — меня, конечно же, никто не приглашал, но я все же пойду. И вы пойдете со мной, — делает глоток виски и снова берет сигарету между губ, — хочу увидеть этих бестрашных людей, которые посмели объявить нам войну. — Конечно, мы пойдем с вами, — отвечает Сухо, — мы возьмём еще охрану? Все-таки это опасно. — Нас троих будет вполне достаточно, — отвечает омега и тушит сигарету в пепельницу, — мне кажется, будто Джихо чего-то мне не договаривает, — озвучивает свою мысль омега, которая крутится у него в голове уже пару месяцев. — Что вы имеете ввиду? — спрашивает Дохен, поправляя свой наушник. — На счет моего отца, — пожимает плечами омега, — сколько бы я не спрашивал его о причине, по которой Чон его убил, о том, что говорили следователи, он лишь отмахивается, говоря что это уже в прошлом. — Ему скорее всего больно вспоминать об этом, — отвечает ему Сухо. — И он так же говорит, — усмехается Юнги, — меня беспокоит то, что я пытался нарыть хоть что-то, что связано с убийством родителей, с их отношениями с Чоном, но ничего нет. Словно кто-то просто взял и сжёг все. — Чушь, — улыбается Сухо, — дело уже давно закрыто, с чего вы решили покапатся в этом? — Недосказанность. Абсолютно всех, — отвечает омега, смотря то на одного, то на другого. — Ладно, можете идти, -на выходе произносит и встав с дивана подходит к окну, — и уберите этих журналистов, иначе я им всем руки отрублю. Альфы переглянувшись, выходят из кабинета, оставляя Юнги одного со своими мыслями. У омеги в голове ничего не сходится. ************* На следующий день Юнги пошел в полицейский участок, где его в очередной раз начали допрашивать, в надежде, что омега им в чем-то признается, но ничего, кроме колких слов и усмешек, не получили, поэтому решают вызвать главного офицера полиции Ким Чуен. — Знали бы они, на чьей ты стороне, — усмехается Юнги, когда Чуен зашёл в кабинет для допроса. — Сделай вид, будто ты не рад меня видеть. Не пались, — отвечает ему альфа и садится напротив омеги, — у меня для тебя хорошие новости, — говорит альфа и видит, как у омеги загораются глаза, — я нашел доказательства того, что вы, а точнее, твой дядя, не причастен в дело убийства Чхве, — альфа протягивает омеге папку, — мы смогли найти хакеров, которые отключили камеры на территории особняка, это оказались люди Чхве. — Не понял, — откладывает папку омега, — Чхве запланировал свою смерть чтобы нас подставить? — У меня два варианта. Либо он подстроил свою смерть и устроил шоу «новый анонимный глава клана», либо же у вас появился новый враг, который вправду убил семью Чхве и занял его место. Оба варианта уместны. — Но мне нужен один вариант, и желательно, правдивый. — На самом деле, у меня есть идея, как нам выяснить правду. Через пару дней будет мероприятие на котором будет присутствовать тот самый Мистер Х, который даже имя клана убрал, а до этого мероприятия будет суд, через два дня, если я сегодня же передам улики. — Не понимаю. — Мистер Х слишком уверен, и думает, что сможет от него избавится. Но он видимо плохо освоен в криминальном мире. Мы проведём судебный процесс, в котором Джихо объявят виноватым, чтобы тот точно объявился бы на мероприятии. Что-то мне подсказывает, что если Джихо признают невиновным, он будет продолжать скрываться точно так же, как и сейчас. — Предлагаешь посадить Джихо? — вскинув брови, спрашивает Юнги, — ты ведь понимаешь, что следующий суд будет только через полгода? — Ну, ты можешь внести залог и вытащить его раньше со всеми доказательствами, либо же стать новой главой клана. Юнги на секунду задумывается, устремив свой взгляд на свои часы. — Ну, думаюсь я и без него справлюсь, — усмехается, — пусть посидит там, пока я не узнаю всю его биографию. Ты что-то узнал? — У меня очень мало свободного времени, поэтому я немного порылся и достал информацию о семье. — Альфа достаёт из своего кармана телефон и начинает копаться в заметках, — во-первых, они были свободными братьями, у них разные папы, а не отцы, как тебе сказали. Твой дядя остался на фамилии своего папы, так как отец долгое время его не признавал. — Мой дедуля что ли, — усмехается омега, откинувшись на спинку стула. — Нет. И говоря об этом, Ким Чжуен всего лишь директор детдома, который не имеет никакого отношения к твоей семье. — Вот значит как, — улыбается омега, понимая, что совсем не удивлен. — Да, а еще он скончался пол года назад. — Не скажу, что мне жаль. — Твой дядя и отец не знали друг друга несколько лет, они познакомились на похоронах твоего настоящего дедушки, им тогда было по 25, а твой папа был беременен на тебя. — А мне он сказал, что они не разлей вода. Уебок. Чуен поджимает губы и отключает свой телефон. — Ты был прав, это и вправду слишком странно. Зачем ему надо было врать тебе? Юнги вздыхает и откидывает волосы назад. Омега чувствует ком в горле от, возможно, еще одного предательства от близкого человека. Юнги не считает Джихо своей семьей или самым близким человеком, нет. У Юнги к нему лишь благодарность. — Чуен, — произносит омега, вставая со стула, — достань все видеозаписи с камер наблюдения моего особняка в день убийства моих родителей. Плевать, что их стёрли, ты найдёшь их. Это приказ. Чуен кивает, а Юнги, достав из своего портмоне чек на 500$ и передаёт его альфе. — Отдам вдвое больше, если найдёшь записи. — С вами приятно работать, господин Мин, — говорит офицер, пряча чек в задний карман своих брюк. — Взаимно. Юнги выходит из кабинета и направляется прямиком на выход. Сев за руль своего гелендвагена, омега заводит машину и откидывает голову назад, размеренно дыша. Весь секрет личной жизни заключается в избавлении страхов. Наше будущее еще не пришло, прошлое уже прошло, а настоящее — через миг испарится. И только вечное и неизменное всегда с тобой, оно — спокойствие. У Юнги спокойствие граничит с безразличием, и это пожалуй самое лучшее чувство для омеги. Юнги титановый. Омега запрещает себе быть слабым даже наедине с самим собой. Пока не время. Юнги весь свой смысл жизни пытался заключить в процветание клана, но понимает, что ему это нахер не нужно. Процветание клана это лишь цель, которую внушил омеге его дядя, а желание Юнги заключается в его прошлом. Там, где он был счастлив, где он не был один. Самое большое несчастье — это быть счастливым в прошлом. Иногда, Юнги видит во сне крышу детсада, старую комнату, где рядом с ним лежат Тэхен с Чимином, Юнги снится его прошлое счастье, любовь. **************** Спустя два дня, Чонгук, стоя на своей террасе, читает новости о признании в виновности главы клана Квон, о его пожизненному заключении и не упускает новость про объявлении нового главы клана, Мин Юнги. Альфа отключает телефон, когда чувствует ладони на своих плечах. — Почему ты так поздно проснулся? — сонно произносит обнаженый, розововолосый омега, обнимая альфа со спины. — Вышел покурить, возвращайся в постель, ты замёрзнешь. — Пойдем со мной, — бурчит омега, отстранившись от альфы и тянет того за руку. — Детка, возвращайся в постель, — отпускает его руку альфа, — докурю еще одну и вернусь, — говорит, закуривая новую сигарету. Омега вздыхает и уходит обратно в комнату, оставив альфу одного. Мин Юнги, мы теперь официально враги, думает. У Чонгука, как он думает, нет больше никакой одержимости или любви к омеге. Это все осталось в далёком прошлом, детская/первая любовь в прошлом. В Чонгуке лишь сидит одна лишь цель о мести отца, и ничему другому нет места. Посадить Джихо в тюрьму лишь предупреждение ему о том, что его смерть близка, а пока, пусть наслаждается последними днями жизни. Юнги. Одно лишь имя, и зверь Чонгука начинает агрессивно биться мордой об грудную клетку. Сколько бы альфа не внушал бы себе, что он больше ничего не чувствует, что не осталось ни капли той любви, что испытывал альфа, как его зверь, скулясь от боли, напоминает обо всем. В эти моменты альфа думает, что было бы, если бы он никогда не узнавал бы о происхождении Юнги? Например, Чонгук стоял бы сейчас на террасе обнимая маленького и колючего кроху. Или, они бы лежали в постели грея друг друга объятиями, либо омега настойчиво вытащил бы альфу на улицу и они бы долго гуляли. Чонгук поднимает голову к небу и выдыхает горький дым сигареты. Чонгук оказывается пуст.