Мой ночной кошмар

Эфир во «Вместе»: «– Знакомьтесь, Филипп Зильченко — монополист на рынке отходов. Вот оно его творение, — разводя руки и показывая детально свалку, торжественно произносил Чумной доктор. — Дети рождаются с отклонениями, люди страдают от страшных болезней, город задыхается и всё это благодаря ему. — П-прошу, я во всём виноват, умоляю не трогай мою семью, — привязанный к столбу, Филипп давился слезами. Весь его вид был жалким, но он всё ещё пытался защитить свою семью. — Тысячи людей погибли из-за твоей поганой свалки, теперь эта участь ждет и твою семью… — истеричный крик прорезал тишину огромной свалки, Зильченко пытался отсрочить свою кончину: — М-Мы можем договориться… –Нет, — Чумной доктор был не преклонен и в считанные секунды всю семью обнял огонь…» Один из криминалистов выключил смартфон, где только что Старкова смотрела новую запись убийства Чумного доктора. Ужасные кадры всё ещё мелькали перед глазами. — Он, видимо, запаниковал, ведь на сколько хорошо я прочла дело, он убивает раз в месяц? А последнее убийство было чуть больше недели назад. — Пазл в голове никак не хотел складываться. «Что послужило этому…выпаду?» — Как обстоят дела? Есть зацепки? — Как всегда, всё чисто, не единой зацепки, — печально произнес один из криминалистов. Место происшествия было мерзким. Тошнотворный запах горелой плоти смешивался с тухлым от отходов. В такой свалке невозможно найти что-либо, и Алина отчасти сочувствовала команде криминалистов. Воодушевления не прибавлял снующий неподалеку Гром, что не мог не вставить ехидный комментарий. — Что такое? Уже в тупике, агент Старкова? — потешался Гром. Раздражать девушку ему почему-то очень нравилось. Видеть, как в её глазах плескается гнев — ни с чем не сравнимое удовольствие. — Не лезьте не в своё дело, майор. У вас, насколько мне известно, есть свое. Искать холодильники, кажется? Ну так ищите и не мешайте следствию, –смерив его леденящим взглядом, девушка покинула место преступления. Последнее слово в их перепалках всегда оставалось за ней.

***

— Сергей, к вам Алина Старкова, по личным вопросам. Мне впустить её? — в комнате раздался механический голос ИскИн, прерывая разговор Сергея и Олега. — Да, можешь, — на секунду отвлекся Разумовский. — Олег, на сегодня ты можешь быть свободен, поговорим позже. Пока, друг. — Прошу меня извинить за то, что помешала вашему разговору, но я не займу много времени. Здравствуйте, Сергей… Олег, — девушка осеклась, но быстро взяла себя в руки. Олег Волков был мертв по всем бумагам, но сейчас он стоял перед Старковой живее всех живых. Видимо, у нее было на лице всё написано, раз в тишине раздался смешок телохранителя. — Я материален, агент, так что успокойтесь, — это было последние слова Олега, перед тем как уйти. — Так зачем вы пожаловали, агент Старкова? — Снова надевая давно уже привычную маску богатенького мальчика. — Или же вы просто пришли снова мной полюбоваться? — самовлюбленная ухмылка расцвела на лице Сергея, что откинулся на своём кресле и рассматривал пришедшую девушку. — Нет, вы не в моем вкусе, так что не обольщайтесь. Я пришла по делу, –мысленно поблагодарив себя, что не показала своего волнения перед этим мужчиной, но Алина всё же мысленно упрекнула себя, за столь фамильярное отношение. Что-то внутри кричало, чтобы она уносила ноги как можно быстрее. От этого мужчины веет опасностью. — Да? И по какому же? — безразлично спросил Разумовский, не прилагая особых усилий, чтобы скрыть свою заинтересованность. Пока девушка собиралась с мыслями, Сергей пробежал взглядом по ней. «Симпатичная и фигура что надо, одежда прилегает там, где надо». — Вы должны закрыть компанию и отключить приложение, на неопределенное количество времени. — Это прозвучало как гром средь ясного неба. Оценив чувство юмора этой девушки, мужчина издал смешок, но Алине было явно не до смеха. — Вы верно шутите? Закрыть компанию? Алина, вы показались мне не глупой, так не разочаровывайте меня, — издевательски протянув гласные в словах, произнес Сережа. Ему нравилось смотреть на то, как стремительно меняется цвет лица агента от оскорблений. — Да как ты смеешь называть меня глупой?! Ты вероятно не понимаешь, что этот псих убивает людей и пропагандирует насилие? На это смотрят дети, Разумовский! И все это он делает в твоей социальной сети и тебе всё равно?! Может ты знаешь, кто Чумной доктор и покрываешь его?! Тебе лучше сразу признаться кто он или… — Алина даже не заметила, как начала кричать и перешла на «ты», что в обычном состояние не могла себе позволить. Но весь боевой настрой отбил взгляд золотых глаз, которые угрожающе блестели. — Или что? Ну же, чего вы замолчали, продолжайте, Алина. — В сопровождение этим словам, Сергей медленно встал со своего места и, словно хищник, направился к своей жертве, возвышаясь над ней на добрые две головы. Настолько маленькой она была по сравнению с ним. — Вы разбрасываетесь такими громкими словами. Ты очень смелая, Алина Старкова, — медленно подняв руку к её лицу и, почти не касаясь кожи, провел вдоль скулы, а потом грубо схватил пальцами за подбородок, поднимая голову выше. — Но одновременно такая глупая. А девушка растеряла весь свой профессиональный вид. Сколько она раз встречалась с разными людьми и всегда находила, чем осадить их настрой, но сейчас она чувствует себя, словно загнанная мышка в лапах кота. Сердце отбивает бешеный ритм, а из-за шума крови в ушах, она не слышит ничего вокруг, руки вспотели и взгляд такой загнанный. Из-за адреналина не сразу чувствует боль от пальцев, которые продолжают грубо держать, шея моментально затекла и отозвалась ноющей болью от неудобного положения. Старкова всё ещё смотрит в эти до одури красивые золотые глаза. «Стоп, а когда они успели поменять цвет или это из-за освещения?» — Отпусти, — прошептала Алина, в уголках её глаз начали собираться слезинки. Собрав всю силу, девушка толкнула Разумовского в грудь, но он даже не пошатнулся. Сквозь рубашку проступала твердая грудь и жилистые мышцы. Сергей продолжал возвышаться над ней и удерживать голову в неудобном положение. — Как тебя с такой-то силой взяли правоохранительные органы? — протянул Сережа, рассматривая вблизи красивое лицо девушки. Её глаза необычного цвета — изумрудные с жёлтыми и голубыми вкраплениями в правом и светло-голубой левый. Аккуратный носик, милый румянец на щеках и скривленные плюшевые губы. –Не за силу взяли, за острый ум. Не всё же грубой силой решать, да Разумовский? — прохрипела Алина, из-за пальцев держащие лицо высоко, затекла шея, принося жуткий дискомфорт. «Из такого очаровательного ротика льётся столько острот», — Разумовский в голове прикинул, чем бы занял этот ротик, чтобы остудить пыл девушки. — «И как только сил хватает дерзить, она интересней, чем я думал. Поиграть бы с ней, да, Птица?» — жуткий оскал озарил его лицо. Отпустив подбородок Старковой и отойдя на два шага назад, смерил её оценивающим взглядом уже голубых глаз, заметив на сколько сильно она испугалась. Под белой шёлковой рубашкой тяжело вздымалась грудь, ладони нервно вцепились в черную ткань свободных классических брюк, что выгодно подчеркивали нужные изгибы. Сам наряд Старковой был обычным и скучным, но сама девушка выглядела моделью даже в таком виде. «И чего она только забыла в органах, могла бы рассекать по подиуму», — рассуждал Разумовский. Вытерев вспотевшие руки об брюки, Алина взяла себя в руки. Смерив его яростным взглядом, Старкова собралась разразиться гневной тирадой. И даже уже открыла рот, чтобы накричать, но ее бесцеремонно заткнули. — Ты можешь идти, Алина, у меня назначена встреча, — как ни в чем не бывало Сергей отправился к своему столу. — До скорой встречи, малыш, — уже тише добавил он, чтобы Старкова не услышала.

***

Нервно вылетев из компании «Вместе», девушка решила, что сегодня уже ничего не сделает и отправилась домой. Её маленькая квартирка досталась ей в наследство от семьи. Комната-студия сделана в персиковых тонах, не заставленная слишком большим количеством мебели. Угловой диван бежевого цвета, стеклянный журнальный столик, заваленный разной документацией, письменный стол и кухонный гарнитур с обеденным столом — всё, что находилось в единственной комнате. Вся стена за диваном обвешана фотографиями, вырезками из газет, журналов и все соединено замысловатыми линиями. Её дело зашло в тупик. Предупреждали, что дело будет сложным, но, чтобы без единой зацепки — такого раньше не было на ее практики. Пусть Старкова и молода, но достаточно повидала, по её мнению. Мотивов много, у всех убитых жертв были враги и не одни. «Можно, конечно, взять компанию «Вместе» и проверить каждого человека, но это на долго затянется и без специально разрешения — невозможно. Разрешение получить на допрос каждого работника «Вместе» не получится, так как нет весомых доказательств, что это сделал кто-то из компании», — Алина легла в чём была на диван и тяжело вздохнула. Это дело оказалось и для неё слишком сложным и запутанным. Следующие два дня пролетели быстро, Алина взяла несколько отгулов, чтобы собраться с мыслями, да и просто отдохнуть. Все два дня её не покидали мысли о Разумовском, об его поступке и о своем желание в тот момент — очень хотелось его поцеловать, но Старкова всячески отгоняла эти мысли. «Это все из-за того, что у меня давно никого не было, а он слишком красивый, вот и всё». На третий день девушка отправилась на шоппинг, обновление гардероба поможет ей забыть о красивом рыжеволосом принце с пучком. Но видимо не судьба, стоило только подойти к торговому центру как раздался взрыв. Теракты для Питера стали не в новинку, после появления последователей Чумного доктора. Рядом с местом взрыва стояла машина всеми известного Кирилла Гречкина — богатенького мальчика. Рядом столпились прохожие и последователи в черных костюмах и в масках. –Не-ет, — Алина упала на колени, громко крича во всё горло, смотря как красная машина исчезает за горизонтом, оставляя за собой кровавый след. Гречкин сбил маленькую девочку и уехал с места преступления. Тошнота подступила к ее горлу. «Никогда прежде на моих глазах не убивали людей, а особенно детей. Только что на моих глазах погиб невинный ребенок». Всхлипы вырвались из горла девушки, Старкова даже не заметила, как к ней подъехала машина и кто-то поднял её на руки, унося с места смерти. Девушка обвила руками шею мужчины и зарылась холодным носиком в воротник рубашки, продолжая всхлипывать. Острые ноготки вцепились в плечи, оставляя красные полумесяцы.