Рожденный под несчастливой звездой.

— Я собрал вас всех вместе, друзья мои, по понятной всем нам причине, — начал говорить Альбус Дамблдор, обведя всех присутствующий учителей взглядом, — пропажа Гарри Поттера, — маги взволнованно зашептались. — Мы все заметили пропажу мальчика еще в прошлом году, — подал голос Флитвик, — но не удостаивались чести узнать тому причину. Старик долго думал, стоит сказать правду или солгать во благо. Он знал, что уже очень скоро газеты взорвутся сообщениями о том, что Мальчик-который-выжил до сих пор не вернулся — с этим нужно что-то делать. Если официально сообщить о том, что он исчез, то поднимется ужасная паника, и все спокойствие Магической Англии пошатнется, а этого допустить было нельзя. Поэтому директор решил утаить ужасную правду, но и при этом частично раскрыть — что же приключилось с Гарри. — Дело в том, как бы мне не прискорбно было говорить это, но Тот-кого-нельзя-называть вернулся! Вернулся на последнем этапе Турнира трех волшебником, — наступила звенящая тишина, преподаватели с недоверием и ужасом смотрели на директора. — Во время ритуала воскрешения Темному Лорду Гарри потребовался как ингредиент, и после всего произошедшего мальчик стал чувствовать себя скверно, вы все могли заметить это. Между ними появилась связь, которая высасывала из ребенка жизненные и магические силы. Я не мог допустить этого, поэтому решил отправить его к моему очень хорошему другу, который должен помочь мальчику выжить. Это очень важно, как вы могли понять, — преподаватели хмурились все сильнее. — И, если не выйдет помочь Гарри, то бремя избранного падет на плечи Невилла. Пророчество все равно будет искать подходящее дитя, хотим мы этого или нет, — завершил старец. — Я правильно понимаю, Гарри Поттер в школе Хогвартс больше не появится? — с грустью в голосе спросил Слизнорт, он так желал познакомиться с мальчиком лично. Именно этот факт заставил его согласиться на должность учителя в этом году. — Боюсь, что скорее всего это так, — медленно кивнул Дамблдор. — Вы уверены, что Лонгботтом и его бабушка согласятся, так сказать, доделывать работу Гарри? — подала голос профессор Макгонагалл, поправляя свою остроконечную шляпу. — Да, действительно, с этим могут возникнуть проблемы, но я надеюсь на их благоразумие, ведь выбора всё равно ни у кого нет, — Дамблдор обвел всех многозначительным взглядом и резко встал с кресла. — На этом все, можете вернуться к вашим делам, — никто не ожидал такого резкого окончания собрания, поэтому преподаватели как-то неуверенно глянули на директора, но послушно покинули свои места.

***

Засидевшись в саду, Гарри и не заметил, как село солнце. Он никогда ранее не засиживался так долго, но это произошло не зря — никогда ранее парень не обращал внимания на то, каким прекрасным становится лес с наступлением темноты. Мальчик улыбнулся своим мыслям и сел на крыльцо дома, вдохнув полной грудью свежий, слегка влажный осенний воздух. Верхушки деревьев и поляну освещала яркая луна. Где-то справа, Гарри никогда не мог понять, где эти насекомые прячутся, стрекотал сверчок. Присмотревшись, парень заметил еле заметное свечение в кустах, которое усиливалось. Но это не оказалось чем-то ужасным — обычные светлячки. Правда повели они себя странно. Когда каждый из них вылетел из своего укрытия — кто из закрывшегося бутона недавно выросшего цветка, кто из-под листьев крупного куста — они собрались в небольшой рой и подлетели к парню, который с легким удивлением смотрел на них. А насекомые все кружили вокруг него, легко и ненавязчиво, пока не облепили майку в районе быстрорастущего живота. Гарри улыбнулся и приподнял ее, заметив рисунок, появившийся у него с получением дара. Давно он не смотрел на него. Но светлячки повели себя ещё необычнее — они сели в разных местах на коже и впитались, отпечатываясь рисунком. Они более не выглядели как жуки, скорее как обычные черные точки, к которым тут же потянулись новые веточки лозы, разрастаясь по всему животу необычным узором. — Что происходит? — шепотом спросил парень, удивленно поднимая брови. — Татуировка показывает твой прогресс, — услышал голос дамы Гарри в своей голове и вздрогнул от неожиданности. Нахмурившись, он отпустил края майки и посмотрел на свои руки — по сути он не делал ничего. — Ты опять занимаешься самокопанием? — Временами мне не хватает своих друзей. Я ужасно поступил с ними, мы никогда не врали и не утаивали ничего друг от друга. Вместе у нас могло выйти что-нибудь. — Ты сам посчитал это омерзительным. — Знаю, знаю… я просто был дураком и поспешил, — он опустил глаза и сжал руки в кулаки. — Если бы я могла, я бы подбодрила тебя, обняв, — смешок. — Почему не можешь… — Если ты не заметил, то у меня нет рук, как и ног тоже. — Почему же нету, — Поттер нахмурился. — Я сделаю их тебе, обещаю. Я сделаю. — Спасибо, Гарри, я верю тебе. Ты сможешь создавать вещи куда прекраснее.

***

— Чувствую, что времени потребуется намного больше, черт возьми! — ругался Темный Лорд, зло смотря на лист пергамента в своих руках. Мужчина поручил Люциусу составить список последователей Лорда, работающих в Министерстве, а также указать их должности и связи. То же относилось и к светлой стороне, которая значительно перевешивала. Шестнадцать лет отсутствия дали свои плоды — людей Волан-де-морта практически не осталось. А те, кто остался, не считались кем-то действительно значимыми, за исключением Малфоев и Ноттов. Они смогли удержать какое-никакое место в обществе. Остальные, кто смог избежать Азкабана, старались не высовываться. Кстати о тюрьме… Волан-де-морт еще не знал наверняка, стоит ли освобождать большую часть его последователей или же они не понадобятся ему более. Лорд также решал, как ему поступить. Действовать аккуратно и незаметно — дергать за ниточки, как он любил — или же всерьез взяться за дело и устремиться к заветному креслу Министра Магии. Пока что второе симпатизировало мужчине больше. Это был самый быстрый и действенный вариант, плюс ко всему — его человеческий облик позволял спокойно появляться на людях. Лишь единицы узнают в молодом перспективном работнике Тома Реддла, но что они могут? Будут доказывать, что парень, которому на вид не больше двадцати пяти, является недавно воскресшим великим и ужасным Волан-де-мортом? Вряд ли.

***

Прошла очередная неделя, и сейчас Гарри было очень скучно. Ну очень. Частенько он размышлял о том, о сем, но мысли раз за разом возвращались к такой дурацкой теме, как имя для сына. Вот вроде бы ничего сложного, но на самом деле… Фантазия у парня практически напрочь отсутствовала. Не хотелось называть как-то просто, вроде того же Джима или Джеймса, да простит его отец, но и при этом не хотелось чего-то слишком навороченного, как это любят делать эльфы, например. На данный момент фаворитом для Гарри являлось имя «Аргон». И звучит достаточно серьезно и недлинно. С фамилией обстояло все далеко не лучше. Если ребенок изъявит очень серьезное желание ехать в Хогвартс, то Поттер вряд ли устоит, хоть и против этого. Но, предположим, это случилось. Фамилия Поттер ну очень толстый намек, как и Реддл, собственно, поэтому парень склонялся больше к Мраксу. Эванс ещё бы был неплохим вариантом, но это уже было немного личным для Гарри — постоянно слышать эту фамилию и вспоминать о матери он не хотел. А Мракс… это тоже довольно очевидно, но тут хотя бы можно сослаться на потерянных родственников, которые уехали и недавно вернулись. Плюс ко всему, не стоило забывать Темного Лорда, который рано или поздно узнает об отпрыске. И что-то Гарри не особо хотелось бы злить его тем, что у ребенка нет его фамилии. По крайней мере, умереть от такой ерунды — последнее дело. Поэтому парень для себя решил назвать сына Аргон Мракс-Поттер, вторая фамилия не для частого употребления, естественно. Гарри моргнул и поднял левую бровь. С чего он вообще так уверен в том, что будет сын? Он никогда не думал об этом, и поэтому сейчас это кажется странным. Действительно, почему? Поттер подлил воды в вазу с цветами и поставил ее на место — на кухонный подоконник. Ну, даже если будет девочка, парень склонялся к названиям цветов, вроде Фиалки или Лилии, — только не Петуния! — так что с девочкой в этом плане было проще. Что было необычно для самого Гарри, он старался быть готовым практически ко всему.

***

— Могу поздравить тебя, Гарри, хотя пока и нет особой причины, — сказал старший эльф Поттеру на ближайшем их «сеансе». У мальчика пронеслась мысль о том, что его день рождения уже давно прошел, а он его никак не отпраздновал. — И с чем же? — Смотри, сегодня уже тридцатое сентября. Рожать ты будешь ровно через… три месяца. — Так мало осталось?! — воскликнул Каллисто, сидящий рядом, но молчавший из-за того, что засмотрелся на сад через окно, — Отец, он сам только на третьем, тебе не кажется, что ты что-то напутал? — Нет, точно говорю. Я никогда еще не ошибался в этом. Да, согласен, на месяц раньше, но это не беда. Гарри растерянно свел брови, действительно, уже очень скоро. — А пол вы тоже можете узнать? — Конечно! Я думал, ты знаешь, будет мальчик сто процентов, — очень уверенно сказал Ганимед, вызывая вздох облегчения у парня. — А откуда?.. — Откуда знаю? Все просто — тянет силы у меня так, что просто кошмар. Девочки не берут так много. Ему, наверное, она кажется очень вкусной. Эльфийская, говорят, нежнее человеческой. — У магии есть вкус? — удивился Поттер. — Не совсем так, конечно. Ты еще просто, скорее всего, очень молод, чтобы чувствовать ее, но у каждого свой магический отпечаток. Когда я даю тебе свою магию, ты же чувствуешь легкость и расслабленность? — Гарри кивнул. — Вот, а Мы ассоциируем это со вкусом, немного сложно объяснил, но, я надеюсь, ты меня понял, — Поттер неуверенно кивнул и на это, он действительно более или менее понял. — У меня еще вопрос. — Задавай, конечно, — руки эльфа отстранились от парня, так он давал понять, что на сегодня все. Зеленоглазый благодарно кивнул. — Когда я только заинтересовался своим состоянием, то в школе обнаружил книгу, в которой говорилось о возможных причинах беременности, да и ваш сын говорил мне, что это сложный процесс. — Ты хочешь узнать больше об этом? — парень кивнул. — Это все и правда очень непросто. Тут в дело вступает не только любовь, но и сама магия. У обычных людей любовь можно перебороть, а вот от магического партнера практически не отвязаться. Да ты и не захочешь этого, когда прочувствуешь всю её прелесть. Мне сложно объяснить, ведь у самого не случалось этого ни разу за всю мою очень долгую жизнь. На самом деле, я и не искал, но мы не об этом, — он перевел дыхание. — Магия соединяет чуть ли не ваши магические ядра, ваши судьбы. Как бы вы не выглядели, какой бы характер не имели, как бы не думали — вы все равно будете тянуться друг к другу, игнорируя в итоге все недостатки. Это в самом деле неописуемое ощущение. Я просил сына рассказать подробнее, но он у меня недостаточно красноречив. — Хэй! Я тут вообще-то! — возмутился Каллисто и пихнул отца локтем в бок. — Не сердись, — старший потрепал белобрысого по голове. — Гарри, ты же контактировал со своим партнером, разве ты не чувствовал ничего? — Это очень сложно, — замялся Поттер. — Я пока не готов рассказывать вам об этом, прошу прощения, — Ганимед кивнул. — Ничего страшного, я могу понять тебя и не буду давить, — мужчина мягко улыбнулся. — Ну что же, нам пора, — взрослый эльф пожал руку парню, а Каллисто мягко приобнял его. На том и распрощались. Когда же гости покинули дом и Гарри вернулся в гостиную, он мягко сел в то же самое кресло. Парень догадывался, что «партнер» стоит выше любви и что должны быть какие-либо признаки для её проявления. Чтобы отличить. Но вспомнить ничего, что помогло бы ему догадаться, Поттер не мог. По сути, парень встречал Лорда всего три раза, если не считать кошмаров и в младенчестве — в теле Квирелла, в Тайной комнате и на кладбище. Но и тогда ничего не почувствовал. Тут могло быть несколько причин. В первую встречу Волан-де-морт даже собой толком не был, это могло приглушить его личность. Во вторую он вообще духом бесплотным был. В третью уже сложнее понять, но можно скинуть на его нестабильность… А можно ли скинуть вообще все поведение Лорда в целом в тот день на его неуравновешенность после воскрешения? Вполне возможно. Плюс ко всему, Гарри казалось, что он не мог чувствовать Лорда по-особому из-за собственной незрелости тела в общем и магии в частности. Если, конечно, не было еще какой-то причины, о которой мальчик не знал.

***

Пока Поттер маялся от скуки, Лорд развил бурную деятельность.Первым делом он создал поддельные документы на имя «Амаранта Ангрекума Пруэтса», довольно странное, но Реддлу нравилось. Во-вторых, он решил устроиться обычным секретарем в Министерстве, чтобы начать пускать корни изнутри. Парочке же своих верных Пожирателей поручил заняться прессой, в чем очень хорошо помогут угрозы и Империо. Ну, а в данный момент, пока еще никому неизвестный молодой человек уверенно вышел из камина прямо в Атриум Министерства магии. Мужчине еще слабо верилось в простоту всего происходящего, вот он — Темный Лорд Волан-де-Морт — спокойно пришел в место, которое хотел захватить, шагает по этому темному камню, без опаски разглядывает лица суетящихся сотрудников и гостей и, как это не странно, идет к своему рабочему месту. Не выкрасть пророчество, не убить Министра, а работать. И все же Лорд решил провести некоторые маскирующие изменения в своей внешности, точнее — немного нарастил волосы и сменил цвет глаз на карий. Темный было наколдовать проще всего, да и держался он лучше. Хотя его натуральным цветом глаз всегда был голубой, после возвращения человеческого лица красная радужка никуда не ушла. Благо, зрачок был вполне себе человеческим. Оторвавшись от созерцания огромного фонтана, Лорд повернул голову в сторону «цокота» каблуков, который, почему-то, очень хорошо выделялся на фоне шумного холла. Столь… громкой личностью оказалась Долорес Амбридж. Убедившись, что она идет целенаправленно к Реддлу, мужчина натянул на лицо приветливую улыбку, параллельно пытаясь вспомнить все, что ему было известно об этой женщине. — Здравствуйте-здравствуйте! — радушно пропищала она, подойдя к нему. — Вы, как я понимаю, новый секретарь? Редко, когда в Министерстве требовался человек на эту должность. Как мне вас называть? — И я вас приветствую, помощник Министра магии, прошу, зовите меня просто Амарант, — ответил ей в тон Лорд, не снимая с лица приторную улыбку, от которой самому становилось мерзко. — Ох, прошу, зовите меня просто Долорес, — и звонко рассмеялась, прижимая к груди тонкую папочку. — Ах вот! Просто положите это на ваш рабочий стол, нужные люди заберут, — и передала свою ношу Лорду. — Будет сделано. И перед тем, как мы распрощаемся, хочу поздравить вас с новой должностью в Хогвартсе. — Благодарю, да, этой школе нужна встряска! — она покивала сама себе и резво зашагала дальше по своим делам, скорее всего, обратно в школу. Реддл скривился, но, быстро справившись с собой, пошел к лифту. Внутри он приказал отправить его на первый уровень. — Министр магии и обслуживающий персонал, — оповестил механический женский голос, и лифт тронулся. Пока мужчина был в пути, он решил обратить свое внимание на папку в руках. Раскрыв её, он удивленно поднял брови, не веря своей удаче. В его руках находились списки занимаемых должностей, возможные замены, графики работы и все с этим связанное по сегодняшнее число. Хоть стопка бумаг казалась небольшой, текст был с двух сторон листа и очень мелко напечатан. Жадно рассмотрев ценные данные, Лорд вышел из лифта, доехавшего до места назначения, и уверенно двинулся к своей стойке. Думосброс поможет Реддлу восстановить всю информацию об этих данных в меноре — это не было проблемой.

***

Рон сидел рядом с подругой, выполняя домашнее задание и кидал на нее хмурые взгляды. Девушка была совершенно не настроена на учебный лад, что, несомненно, радовало рыжего, но такие перемены в Гермионе напрягали. Так как писать ему приходилось сейчас одному. Наконец, не выдержав того, что подруга вновь погрузилась в себя, Уизли дотронулся до ее плеча. Девушка поджала губы и грустно посмотрела на друга. — Ну что опять не так? — устало спросил Рон. Ему не особо хотелось вновь поднимать эту дурацкую тему, но парень знал, что, если не решить проблему сейчас, станет только хуже. — Неужели ты до сих пор винишь себя? Мерлин, уже же столько времени прошло. — Нет, Рон, нет, — она устало потерла глаза рукой, — я думала о письме, которое отправила, просто… — Ты расстроена из-за того, что Гарри не ответил? — предположил он, почти полностью уверенный в своей правоте. — Нет. Ты разве не заметил кое-чего? — Рон отрицательно покачал головой и задумался. Вроде ничего такого не случалось, если не считать «воспитательных мер профессора Амбридж». — Сова с тем письмом… Рон, она до сих пор не вернулась, — рыжий нахмурился еще сильнее, он не особо следит за количеством сов в совятне. — Я не могу понять почему! И я не знаю, где найти информацию, ведь о действиях почтовых сов почти ничего нет в библиотеке, и это тоже странно! Сову могли убить, перехватить, что угодно! Или Гарри вообще находится на другом континенте? — все больше распалялась девушка, но под конец притихла, вспоминая, что все же сидит в гостиной факультета. — Может, ты что-нибудь знаешь об этом? Все же у меня не было сов. — На самом деле, ты права, это странно, — Рон задумчиво почесал подбородок. — Думаю, от характера птицы зависит. Одна во что бы то ни стало найдет получателя, другая устанет и вернется домой… — Ты хочешь сказать, что… — девушка судорожно вздохнула и прикрыла рот рукой, — она ищет Гарри?! — Уизли пожал плечами: — Я просто предположил.

***

Гарри сидел за рабочим столом и штудировал найденные на стеллажах фолианты, периодически заглядывая в дневник прежнего жильца дома. Поттера очень сильно интересовала передача дара по наследству и вообще родовые дары. Как говорил дед Каллисто — «дети рождаются с предрасположенностью». Проще говоря, отпрыскам не обязательно быть беременными или девушками, чтобы попасть в милость бога, они уже априори имели более семидесяти процентов успеха. То есть, сын сможет сам выбрать дары, создать свой вид способности, что все же радовало. Зеленоглазый задумался. Он знал, что Поттеры отменные артефакторы, но как это отразится на самом Гарри в его положении и сыне? Мысли героя плавно перетекли к Волан-де-морту. Тот владел парселтангом по наследству, Гарри тоже мог говорить со змеями (по неизвестным причинам). Шанс, что у сына он тоже будет, очень велик. — Мерлин! — парень возвел глаза к потолку — о чем он только думает от безделья. Конечно, когда даже использовать магию нельзя, любой на стену полезет. Единственное, что остается, это мусолить одни и те же темы и читать более менее понятные ему книги. На самом деле, Поттер уже ждал рождение сына как что-то новое среди серых обычных дней, после этого события точно будет чем заняться.

***

Октябрь. Лорд удовлетворенно сидел в своем любимом кресле в Слизерин-меноре и с наслаждением читал первую газету, к которой он приложил руку. Реддл решил копнуть под Дамблдора и пошатнуть его положение в обществе. Конечно, эта новость не была на первой полосе (не хотелось слишком бурной реакции), но все же она была. Марволо решил написать о дружбе светлого мага с Гриндевальдом и смерти сестры Альбуса по его, несомненно, вине. Темный Лорд не забыл и о себе, сидеть на одном месте он не собирался, и поэтому, скромненько, где-то посередине Пророка, виднелся список лучших работников за этот месяц, где недвусмысленно указывали на магические и умственные способности некоего Амаранта, который заслуживает повышения. Лорд самодовольно усмехнулся, завтрашний день должен принести хорошие новости, а то ему уже надоело сидеть за стойкой, заполнять бумаги и ставить подписи. Все это было настолько обыденно и отнимало столько сил, что мужчина стал мало времени уделять ПСам, которые совсем от рук отбились. На этих выходных Волан-де-морт собирался устроить собрание, на котором раздал бы ближнему кругу задания о наборе новичков. Также нужно было переписать расписание обязательных тренировок и присутствовать на большинстве из них лично, и вот только тогда что-то путное и начнет получаться. Реддл был уверен, что получит кресло Министра без крови, но вот те две встречи с Дамблдором в Министерстве заставляли задуматься. Старик на контакт не выходил, но взгляд давал понять — тот все знает и видит. Так что Орден Феникса простаивать не будет, стычки не избежать. Если не ликвидировать Альбуса раньше выборов, что могло плохо сказаться на моральном состоянии общества, если к тому моменту, конечно, народ его сам не возненавидит. Уголки губ Лорда дрогнули и он откинул газету в сторону, закидывая ногу на ногу. Страницы Пророка, шелестя, разлетелись под ногами. Как же Реддлу нравилась эта хитрая игра. В хорошего мальчика наигрались, в войнушку тоже, настала очередь и политики. Задумчиво проведя указательным пальцем по верхней губе, мужчина ненароком вспомнил, как этот самый палец очерчивал линию позвоночника мальчишки. Лорд готов был поклясться, что тому нравилось, но сама мысль об этом была противна ему, неудивительно, что все так обернулось. И это тоже была немаловажная проблема для Реддла на данный момент.

***

— А помогать мне в… том самом будете вы? — с надеждой спросил Гарри, хлебнув душистого чая после «переливания». В этот раз пришел только старший эльф, без младшего. Каллисто извинился за это, сказав, что ему уже лучше будет оставаться с мужем последние недели, в это время контакт должен быть теснее, что напрягало зеленоглазого. Ведь это значит, что отцу его друга придется еще чаще наведываться к нему, а тот даже и не знает, чем ему отплатить, ведь просто убежать из тюрьмы с Каллисто слишком малая цена за все это. — Да, конечно, сам ты вряд ли справишься, — мило улыбнувшись, ответил эльф, он, кажется, догадывался о мыслях, посещающих темную голову. — Ты уже подготовил детскую? — Гарри быстро закивал. — Да! Относительно недавно я прибрался там, и вот только вчера сделал кроватку. — Сделал? — заинтересованно спросил Ганимед. — Д-да, ничего сложного, — Поттер немного забыл, что не рассказывал еще ничего об этом светловолосому. Днем ранее. — Только не переусердствуй, прошу, — шептала Дама, Гарри кивнул и потер руки над деревянным стулом, отрытым на чердаке среди груды хлама. Сейчас мальчик собирался «воззвать к материи», чтобы изменить её суть. Это самое примитивное, на что он был сейчас способен, затратив минимум магии. Это что-то вроде банальной трансфигурации, только стабильной и постоянной. Сосредоточившись на своей цели, парень, не разделяя рук, представил, как нечто вязкое и текучее распространяется сначала по левой руке, потом по правой, далее между ними. Когда он уверовал, что все идет как надо, то поднес руки к одной из ножек стула, ухватившись пальцами за края. Направив немного этой «жидкости» в дерево, парень потянул деревяшку в разные стороны, с замиранием сердца наблюдая, как та, повинуясь, разделилась на две ровные части до самого основания. Привычное всем дерево в данный момент было похоже на жвачку, так легко меняющую свою форму. Но как только пальцы отпустили концы, материал снова затвердел. Уже более уверенный в своих действиях, Гарольд лихо делил, растягивал и придавал форму дереву, и вот уже через два часа работы вместо старого стула стояла вполне себе пригодная люлька. Очень устойчивая и с красивыми витиеватыми рисунками по бокам, напоминающими всю ту же многострадальную лозу. Качнув кроватку, Поттер улыбнулся своему творению и отнес её в предназначенное дня нее место. И по сей день парня не покидает трепет от того, с какой легкостью он управлялся с материей. А ведь это только начало.