В какой момент моя жизнь стала такой?
Когда умерли мои родители?
Когда меня определили в интернат?
Или сразу с момента проявления моих способностей?
Эти вопросы посещали мою голову не один раз на дню. Почему это все свалилось на меня в таком возрасте? Мне же всего 15... Меня несильно толкнули в плечо, призывая обратить внимание на собеседника. Я отшатнулась не ожидая толчка. Мужчина лет 30 смотрел на меня вопросительно. Последние дни я обитала где-то далеко в своих мыслях. Моя судьба, на ближайшие года так три, решилась за несколько дней. Это было так резко будто меня кинули с борта в ледяной, бьющий океан. Это возможно пугало ту, живую часть меня, но управляющей части меня было похуй. Я медленно подняла глаза на говорившего. Картинка перед глазами расплывалась и поэтому я видела только очертания. Говорить не было сил и желания, но кто меня спрашивал о моих желаниях. Соцработник приподнял бровь, ожидая моего ответа.
Чтож, я опять не слушала его. Из раза в раз приходилось делать вид, что я не расслышала вопрос. Смерть родителей сильно выбила меня из хода жизни и входить в этот бешеный ритм казалось мне невозможным. Громкий голос повторяет свой вопрос с безразличным спокойствием. От его тона по моим рукам прошлись мурашки. Я поежилась. В лицо его я не вглядывалась, оно мне совершенно не важно. Мы больше никогда не встретимся. Ему всë равно на меня. Это всего лишь его работа. Было видно как он хочет побыстрее разобраться со мной и забыть, как выкуренную сигарету. От этого стало гадко на душе. Я стала абсолютно не нужной в этом мире. Больше нету людей кто убережет меня от жестокости взрослой жизни.
Ой я опять задумалась.
— «Где твой багаж?» — в очередной раз спрашивает, стоящий напротив меня, мужчина.
— «Его нету» — говорю я, разводя руки в стороны. И в правду, все мои вещи сгорели вместе с моими родителями. Единственное, что я смогла спасти из горящего дома — так это себя. Ни одежды, ни личных вещей у меня сейчас не было.
Бомж. Такое точное описание меня сейчас. Я грустно ухмыльнулась и перевела взгляд на мужчин в нескольких метрах, решающих вопрос о моем проживании. Соцработники переглянулись, один из них тяжко вздохнул. Видимо мое внезапное появление застало их врасплох. Общежития какого-то неведомого мне интерната переполнены, пихать меня некуда. Для меня это было еще одним доказательством своей ненужности здесь. Работники ещë раз тихо переговорились и подозвали меня ближе.
— «Мы решили определить тебя в самый дальний корпус, так как всё переполнено» — произнес один из мужчин. Придëтся переться, по-видимому, минут десять. А может и больше, черт знает насколько большая территория. Мы стояли недалеко от высоких железных ворот которые были изрисованы граффити и матными словами. От скуки я начала вчитываться в неаккуратно нарисованные буквы.
Кино шлюха.
Что? Я отвела взгляд от этой надписи ожидая то что мужчины наконец поведут меня к моему новому месту проживания. Соцработники смотрели на меня по видимому ожидая ответа.
— «Ясно» — только и могу выговорить я. Желание общаться с ними было на нуле. Хотелось спать, ну или изолироваться.
А еще лучше умереть. Мне вообще всё равно где я буду жить.
Мне похуй честно. Так и хочется это сказать, но нельзя иначе их и так плохое впечатление обо мне в конец испортиться.
Я стою, ожидая работников при этом перебирая браслеты и прокручивая кольца. Так часто бывает от стресса или непонятных мне ситуаций. Пальцы покалывает от холода. Они уже немного онемели ведь на улице не особо-то тепло. Октябрь на дворе. Подростки уже во всю учатся. А мне только предстоит влиться в эту рутину из домашних заданий и скучных уроков. Мурашки пробегались по всему моему телу. Холод активно давал о себе знать. И ведь все что на мне было это домашняя растянутая зеленая кофта и синие шорты. Пожар не оставлял мне выбора. Ледяной ветер пробивал до костей пробираясь прямо к сердцу. Высокие кроны деревьев никак не защищали от него. Подняв голову ввысь я начинаю всматриваться в листья деревьев желая увидеть в них ответы на интересующие меня вопросы. Но они лишь шелестели создавая шум. Верхушки елей медленно раскачивались под порывами воздуха.
Лишь бы не заболеть в такой холодуй. Хотя свалиться с температурой не так уж и плохо, ведь я смогу пропустить пару дней жизни. Чтобы отвлечься от, бьющего по моим открытым частям тела, морозного шквала, я пыталась вспомнить события нескольких последних недель. Вообще плохо что-либо помню. Я не помню, как выбегала из горящего дома, не помню, как заметила огонь, не помню похороны родителей. Ничего не помню. Больно не было.
Лишь пустота. Она разъедала меня изнутри. Из воспоминаний меня вырвали всё те же работники. Меня окликнули, подзывая жестами, и заставляя следовать за ними. Я медленно и неохотно зашагала за мужчинами. Хотелось сбежать, укрыться где то далеко и надолго. Я не готова к новой жизни. Надо отвлечься от угнетающих мыслей.
Мокрый асфальт под моими ногами был намного интереснее детей, снующих туда-сюда по территории интерната. Все они чем то заняты, увлечены. Кто то смеется в компании своих друзей, кто то тихо перешептывается с подружками, кто то спорил у одинокого дерева, а кто то внимательно читал что то в учебнике. Мелочь же безбожно кричала и издавала прочие звуки присущие детям во время игр. Они носились вокруг разных железных лазелок, явно ещё советских, краска на них слазила частями. Интересно когда последний раз здесь был ремонт? Наверное его вообще не было. Обычные площадки которые живут больше века. Кто-то из детей вероятно окажется в медпункте с сотрясением, столкнись его голова с железной палкой. И он точно будет не первым и увы не последним. Погрузившись в мысли я и не заметила как ноги, немеющие от холода, подставили меня, и я чуть не полетела лицом в гравий. Асфальт кончился. Как и мои надежды на комфортное проживание в этом месте. Дальше на нормальную дорогу всём было плевать. Местами был гравий, местами грунт, а если посмотреть вперëд можно было снова увидеть небольшие куски асфальта. Удивительно, но и так ожидаемо. Зато растения на местности что надо. Деревья высокие, будто после стен, на территории интерната, лес вовсе не думал заканчиваться. Возможно дети даже терялись в этих кустах и деревьях. Не хотелось бы наткнуться на труп по дороге на учебу. Безразлично ведя взглядом вверх по болезненным стволам меня ожидал сюрприз. Не ожидала, что в такого рода месте деревья могут вырасти до такой высоты, что неба видно не будет. Кроны деревьев словно купол, окутывали это место, укрывая от посторонних глаз. Уже не так светло, может небо и есть там, за листвой, но мне сейчас не видимо. Дорожка под моими ногами закончилась и я опять чуть не запнулась, в этот раз о ступеньку каменной лестницы. От нее откололся камешек и отлетел в сторону. Я проследила глазами его путь, но вот он скрылся в умирающей траве.
— «Пришли» — сказал соцработник. Я вздохнула и нехотя подняла взгляд на своё новое место проживания. Здание было пятиэтажное и выглядело как типичное русское жилище. В таких обычно живут забытые своими детьми, пожилые люди. На железной двери подъезда была вмятина. Что то плохое у меня предчувствие. Грязно-серые стены дома излучали холод и апатию. Подняв голову повыше я увидела таки небо. На нем раскинулись тусклые звездочки. Я поежилась и ступила на первую ступеньку лестницы.
— «Пятый этаж, шестьдесят пятая квартира» — проговорил другой из моих надзирателей, перед тем как попрощаться. Вздрогнув я обернулась, но мужчин за моей спиной уже не было.
Похуй.
Быстро поднявшись по бетонной лестнице и отворив тяжелую, железную дверь подъезда, я прошла в шумный холл. Холодный ветер в миг сменился на теплое помещение. Мелкая дрожь ушла, а пальцы начали щипать от смены температуры. Внутри этот дом совершенно другой, не такой устрашающий и больше не отдает холодом внутри меня. Яркая лампа освещала кресла и небольшой диван. На нëм смеялась компания просматривая какую-то передачу. Пол был выложен белой плиткой. Ана стенах в некоторых местах висели незамысловатые картины. Приятный свет разливался по всему залу.
Уютно. Но не для меня.
Потому что мне похуй. Я уверенно прошагала к лестницам делая безразличный вид. Придётся подниматься хотя хотелось завалиться спать. Пока шла вверх по ступенькам, я погрузилась в раздумья. У меня будет соседка? Сосед? Я буду жить одна? Просторная ли у меня комната? Или маленькая? Мне пришлось резко вырваться из раздумий, так как я чуть не наступила на маленького и тощего котенка. Пушистое, пятнистое, маленькое чудо смотрело на меня своими пронзительно яркими глазами. . Они были зелеными, но эту зелень будто окутывал холодный синий цвет. Как человеческие… Животное остановилось и будто вглядывалось в мою душу залезая все дальше. Несколько секунд длились для меня тягуче. Но вдруг пушистик тихо мяукнул и вильнув хвостом прошёл за меня на лестницу.
Стоп. Откуда в общяге кот? Я обернулась но пушистого создания уже не было.
Ладно это не важно. Я прошла дальше по коридору, осматривая номера на дверях. Идя все дальше перед мной открылся вид на железную дверь с нужным мне номером. Посмотрев в конец этого пролета я увидела лестницу на крышу. В голове я отметила пункт потом залезть туда. Вернув свой взгляд оборатно к двери у меня пронеслась мысль. Не комната что ли? Квартира? Мои ладошки вспотели и я начала активно вытирать их о кофту. Мои ожидания оказались ложными. Я нервно огляделась. Какое то плохое чувство обвивало меня со всех сторон.
— «Что же… Дом, милый дом…» — вздохнула я. Ключ пришлось искать гениальным способом. Я просто залезла рукой под пыльный коврик лежащий у входа в квартиру номер 65.
— «Быстро» — я хмыкнула и подцепила железный ключ.
Банально. Хотя бы не пришлось долго искать. Я поднесла ключ ближе к лицу и заметила повешенный на него брелок. На нем было что то написано
Что? Кривым еле понятным подчерком было выведено предложение.
— «Эта квартира досталась тебе не случайно» — я перекошено улыбнулась.
Вот так сюрприз. Да не это бред какой то. Просто кто то решил прикольнуться. Я еще раз огляделась по сторонам. На этаже было подозрительно тихо. Это напрягало и озадачивало меня все сильнее. Я переложила ключ в другую руку.
— «Блядство!» — вскрикнула я от неожиданности. Меня ударило собственным же током.
Ничего нового собственно. Я обратила внимание на ожог чуть выше запястья. Он был темно серого цвета и расползался неестественными рисунками по коже. Еще одна моя особенность пришедшая со способностями. Мои раны всегда имеют черный цвет. Место куда пришелся ток, дало о себе знать. Оно заныло и зачесалось.
Ну ничего, не впервой. Я вымученно улыбнулась и, убрав руку в карман шорт, вернулась к ключам в моей руке. Обычный железный ключ вроде ничего такого. Мои ладони потели все сильнее и я уже перестала их вытирать о кофту. Это бесполезно.
Ужас я уже минут 7 стою на пороге и все никак не могу зайти в квартиру. Поднеся ключ к замочной скважине, выдохнула. Отчего то было волнительно. Я снова оглянулась не желая наткнуться на свидетелей. Никто не должен увидеть мою уязвимость сейчас. Лампочка надо мной замигала от перенапряжения. Я еще раз тяжело выдохнула. Вернув взгляд на ключ в скважине я медленно повернула три раза. Дверь со скрипом распахнулась впуская меня в помещение. Моему взору открылся вид на пустую квартиру. И.
Бардак. Нет не просто
бардак. Как будто в квартире прошелся ураган. Мои руки онемели чуть не выронив ключ. Мой рот приоткрылся в немом вопросе. Обстановка в моей квартире была устрашающей. Стол перевернут и поломан напополам, стулья поломаны и валяются щепками на полу, обои ободраны и изрисованы непонятными мне символами. Внизу подоконника валялся разбитый горшок с хризантемой. Атмосфера нагоняет ужас. Стало интересно какую тайну хранит эта квартира. Я прошла в глубь квартиры разглядывая символы и пытаясь выцепить хоть одну знакомую букву. Обои были измазаны в чем то коричневом. Я ступала аккуратно стараясь не наступать на осколки. Пройдя несколько метров я вошла в кухню. В ней происходил лютый разгром. Столешницы разбиты и в некоторых местах пробиты насквозь, двери шкафов раскрыты некоторые из них держаться на добром слове, битое стекло валяется на каждом шагу. Где то я увидела столовые приборы выпавшие из навесного шкафчика. Мои глаза с каждой увиденной вещью расширялись все больше.
— «Что за…» — произнесла я на испуганном выдохе. Только это успело вылететь из моего рта, как за моей спиной послышался женский ухмыляющийся голос. Я оглянулась сразу принимая безразличный вид и увидела светловолосую девушку с каре. На шее висело множество цепей разных форм, длинны и толщины. Ее безмерная красная толстовка практически висела. Черные скинни джинсы с рваными коленками облегали ее изящные ноги. Степень моего удивления росла со скоростью света. Но показывать этого я не собиралась. Мало ли что из себя представляет эта девушка. Сразу подлетев ко мне, она протянула мне руку, здороваясь.
— «Вот и объявилась та самая».
