"Бис" для суфлёра

      Гектор пригласил Риддла в свой кабинет. Взмахом палочки он призвал из шкафа бутылку огневиски и пару бокалов. Домовики тут же доставили корзинку с едой. И хотя есть не хотелось совершенно — мысленно он всё ещё переживал Заседание, — Гектор был им очень благодарен за заботу. Раньше эти создания были его единственным обществом.       — Думаю, на сегодняшнем Заседании Гермиона убедилась в никчёмности Нобби Лича, — начал Гектор без обиняков. — Так что мы можем продолжить наше сотрудничество, не опасаясь сюрпризов с её стороны.       — Отлично, — Риддл отсалютовал ему бокалом.       Впрочем, Гектор не чувствовал себя хоть каплю счастливым. В конце концов, обидели его наследницу. Ему было больно видеть разочарование в её глазах. В момент, когда Лич начал читать своё предложение, из Гермионы будто выбили весь дух, он будто почувствовал толчок магии на ментальном уровне — возможно, так работала магия рода, а может быть, он так хорошо узнал саму девушку и отлично понимал, что именно она чувствует, но в груди буквально растеклось неприятное липкое ощущение предательства, хотя лично его, конечно, Лич не предавал. Если бы он не приказал ей молчать — грубо и жестко, — она бы многое наговорила, о чём потом, несомненно, пожалела бы. Дагворт-Грейнджер догадывался, что между девочкой и этим маглокровкой что-то есть, но даже не думал, что это что-то — настолько серьёзное. Она была буквально раздавлена.       Гектор покачал головой.       — Я готов его убить, — проговорил он.       Риддл немного приподнял брови и склонил голову набок. В его глазах промелькнул алый всполох. А, может, то была игра света, исходящего от камина и свечей, расставленных и развешанных по периметру комнаты — Гермиона любила свет. С её появлением в поместье стало светлее, теплее и уютнее.       — Мы можем это сделать, но, боюсь, это осложнит ситуацию на выборах. Кто знает, кто там следующий на очереди у Дамблдора, — задумчиво проговорил он.       Этим Риддл нравился Гектору. Своей решительностью и небольшим отклонением от современных моральных норм — лет пятьдесят назад такой склад ума был абсолютно приемлемым, маги по своей природе были жестче маглов и проще относились к смерти. Почему-то не приходилось сомневаться в том, что Том говорил серьёзно.       — Я воспользовался твоим советом, — как бы между прочим проговорил Гектор, переводя тему: думать о способах убийства Нобби Лича было слишком тяжело — он боялся, что воспользуется одним из них. Встретив недоумённый взгляд, он пояснил: — Рассказал Гермионе, почему я так отношусь к Дамблдору.       — О, — протянул Риддл и кивнул.       Гектор откинулся на спинку кресла и потёр переносицу. Из-за переживаний и дурацкой погоды начиналась мигрень. Он не мог понять, как Гермиона может любить… такое. Та не раз признавалась ему, что обожает грозу.       Комната периодически освещалась яркими голубыми и желтыми вспышками молний, как от знакомых Гектору темномагических заклинаний; раскаты грома заставляли стёкла в рамах противно дрожать. Ветер уныло завывал в трубе дымохода, словно раненое животное. Он нервно передёрнул плечами.       — Ты как раз учился в школе, — наконец произнёс Гектор, когда молчание затянулось. — Во время войны. Мы воевали. Сражались за Англию, наравне с маглами. Гораций запрещал обсуждать это на своих вечеринках, — хмыкнул Гектор. — Хотя его близкий друг, Дамблдор, отправлял вчерашних школьников на войну. Чтобы потом случайно победить в дуэли…       — Думаете, это была случайность? — лениво поинтересовался Риддл, падая в кресло.       Гектор неуверенно пожал плечами. Том выглядел задумчивым, и было загадкой, размышляет ли он о том, как прикончить Лича, или анализирует победу Дамблдора.       — Если нет, то почему он не сразился раньше? Почему ждал четыре года? Думаю, убери он лидера раньше, война не затянулась бы на такой долгий срок. — Гектор вздохнул. — Я не уважаю Дамблдора. Я испытываю раздражение по отношению к нему не только потому, что он гнал детей на убой — всё-таки, это была какая-никакая, но численность, а потому, что он так долго тянул, а потом так легко победил, и война закончилась, — он с глухим стуком прикосновения стекла о дерево резко отставил пустой бокал на стол. — Я на многое готов, чтобы сбить с него спесь.       Риддл просто кивнул.       — Уже сейчас видно, сколько волшебников на нашей стороне. Я думаю, за следующие восемь месяцев мы укрепим позиции достаточно, чтобы…       Воздух в комнате вспорол хлопок. Гектор рывком подскочил, увидев тело, в котором опознал свою наследницу.       — Гермиона!       Он в секунду подбежал к девушке. Она вся была в алой крови, мантия пропиталась ею и клочьями свисала с тела, прожженная в нескольких местах.       — Мерлин, — изумлённо выдохнул Риддл, роняя бокал.       Гермиона шептала что-то неразборчивое. Риддл поворачивал её на бок, чтобы та не захлебнулась кровью, которая пугающе ровной струйкой вытекала из уголка рта.       — Долохов, оборотка, — неразборчиво шептала она, пока не потеряла сознание.       Риддл заметно побледнел, очевидно, узнав имя.       Гектор подбежал к камину и бросил порох в пламя.       — СМЕТВИК! Мерлина ради, это срочно!       — Я слушаю, — почти сразу отозвался тот.       — Срочно ко мне, я открыл камин, Гиппократ, дело серьёзное, — нетерпеливо прокричал Гектор прямо в пламя.       Обернувшись, Гектор заметил, что по-прежнему бледноватый Риддл накладывает диагностические чары на Гермиону. Выглядела она просто ужасно — катастрофично. Эльфийка вилась вокруг, стараясь аккуратно снять обрывки мантии.       — Черри, — прохрипел Гектор, пробегая глазами по телу, — вернись туда, откуда забрала её, найди пальцы. Как можно скорее.       — Скорее всего, она пыталась трансгрессировать, — так же хрипло проговорил Том.       Из камина с шумом вывалился Сметвик. Гектор впервые видел его в обычных брюках, свитере, с растрёпанными волосами. Наверное, у него был выходной. Увидев Гермиону, он смачно выругался.       — Гектор, восстанавливающее, универсальное от проклятий, бальзам от ожогов, — перечислял он, просматривая диагностические чары, наложенные Томом и накладывая свои, — костерост, кровевосполняющее, рябиновый отвар. Мистер Риддл, трансфигурируйте кресло в кушетку и помогите мне раздеть пациентку.       Гектор стремительно вылетел из комнаты в лабораторию. Можно было бы попросить домовиков, но у них не было доступа к сейфу, где хранились лучшие зелья. Он старался сохранять спокойствие, но получалось очень плохо. Руки тряслись. Он разбил несколько флаконов с зельями, просто проигнорировав это.       Вернувшись, Гектор увидел бледного Риддла, решительного Сметвика и плачущую Черри.       — Держите, мистер Риддл, — приказал Гиппократ, взмахивая палочкой над пальцами Гермионы, которые придерживал Том.       На месте «стыка» фаланги слабо засветились белизной, и от них спиральной струйкой в воздух поднялся то ли пар, то ли дым.       Гектор, моргнув, поставил зелья. Он смотрел на Гермиону, не веря, что она всё ещё дышит. Её кожа напоминала воск и казалась иссиня-бледной, губы посинели, как от долгого нахождения в ледяной воде. На животе и бёдрах разрастался огромный красно-розовый ожог. Из распоротой раны на левой ноге практически виднелась кость. По рёбрам расползался огромный синяк. А ещё она была невероятно худой. Он и не замечал раньше. Болезненно худая.       — Гектор, вызови Миранду и Трэверса. Гермионе нужна сиделка. И мы обязаны сообщить о нападении.       Гектор кивнул. Он как в тумане дошёл до камина. Он не помнил, как общался с Мирандой и Уолтером. Когда они явились, с ними общались Гиппократ и Том. Миранда поднесла Гектору флакон с каким-то зельем. Вдохнув, Гектор мгновенно вырвался из тумана. Он с благодарностью посмотрел на медиведьму.       — …Отлично. Миранда, оставайся с ней. Перемещать мисс Грейнджер нельзя, да и не вижу в этом смысла, когда рядом превосходный зельевар. Я думаю, это займёт неделю, не меньше. Предупрежу Корри, что тебя не будет на работе…       — Неделю? — прохрипел Гектор.       — Повреждения слишком серьёзные, — пояснил Гиппократ. — Я оставлю несколько рецептов. Приходи в себя, ты нужен племяннице. Уолтер, ты закончил?       — Да, парни осматривают место происшествия. Уже поступило несколько заявлений о драке, появились свидетели. Официантка сказала, что девушка пыталась увести нападающего. Когда ей это удалось, она запечатала дверь Коллопортусом, парни не сразу смогли его снять, — отчитался Трэверс. — Я буду держать вас в курсе, — нетипично мягко добавил он, обращаясь к Гектору.       Он и Гиппократ исчезли в пламени.       Появилась Черри. Гектор увидел, как она дёргает Риддла за рукав рубашки. Тот вздрогнул и невидящим взглядом посмотрел сквозь неё.       — Мистер Том, Чер просит вас срочно домой.       Риддл кивнул несколько раз.       — Гектор, я вернусь, как только смогу, не закрывайте камин, — попросил он.       Он бросил порох в пламя и исчез. Стало так тихо, будто тишиной заложило уши, будто и не было сейчас этих сумасшедших тридцати минут.       Миранда сочувственно посмотрела на Гектора. В глазах застыло настоящее неприкрытое беспокойство — не то, фальшивое, которое Миранда демонстрировала семьям своих пациентов. От этого становилось ещё паршивее. Гектор не отказался бы от фальшивого беспокойства, которое используется для излишне волнующихся родственников.       Всего за полчаса его жизнь превратилась в ад. Гектор упёрся локтями в бёдра и запустил ладони в волосы. Тёплая ладонь коснулась его плеча.       — Всё будет хорошо, она сильная девочка.       Гектор кивнул и благодарно сжал ладонь медиведьмы.       Он поднялся на ноги и подошёл к Гермионе. Болезненно худая. Всё тело в шрамах. Выпуклые фиолетовые полосы на груди — след от тёмного проклятия. Мелкие белые шрамы на ногах и плечах. Гектор слегка повернул её руку, заметив нацарапанные буквы. Его брови взлетели вверх. Он взглянул на Миранду. Та тоже выглядела ошеломлённой.       m u d b l o o d       — Это чертовски странно, — высказалась в итоге медиведьма.       И Гектор был чертовски с ней согласен. Он бросил косметические чары, чтобы те скрыли надпись.       — Даже знать не хочу историю этого.       Миранда кивнула.       — Я присмотрю за ней, отправляйся в лабораторию, — она протянула ему список зелий, — я позову тебя в случае чего.       — Спасибо, — бросил Гектор, стараясь использовать хоть какие-то интонации, чтобы это не звучало сухо.

* * *

      Гектор вернулся в кабинет спустя пару часов, после того, как закончил с основами для зелий. Работа немного помогла привести мысли в порядок, однако, увидев Гермиону, он снова растерялся. Если бы не ровно поднимающаяся и опускающаяся грудная клетка, он бы ни за что не поверил, что она жива.       Миранда сидела в кресле неподалёку. Риддл расхаживал по кабинету. Увидев Гектора, он на секунду застыл, но быстро взял себя в руки.       — Гектор, мы не могли бы отправиться в моё поместье?       На самом деле это не было похоже на вопрос. И сказано было таким безотлагательным тоном, что Гектору оставалось только согласиться, но видит Мерлин, он ни на минуту не хотел отходить от Гермионы.       Он нехотя кивнул, и они вместе подошли к камину.       В библиотеке Риддла обнаружился Сигнус Блэк. Он выглядел намного более бледным, чем обычно. Сигнус сидел в кресле, крепко сжимая в ладони бокал. Очевидно, что там было что-то алкогольное. Увидев Гектора, он побледнел ещё сильнее. Настолько, что если бы сам этого не видел, Гектор бы в это не поверил. И Дагворт-Грейнджер напрягся. Палочка скользнула в ладонь.       — Не нужно, — попросил Том, мягко касаясь его предплечья. — Сигнус, говори, — буквально приказал он.       Гектор бы непременно удивился, если бы у него были на это силы.       — Я знаю, кто напал на вашу племянницу, — проговорил Блэк.       — Я слушаю, — коротко бросил Гектор.       — Беллатриса.       — Ваша дочь?! — воскликнул он, крепче сжимая палочку, словно она могла ему помочь. Впрочем, могла ведь. Палочка подтвердила это снопом красных и синих искр.       — Гектор, — предупреждающе обратился Риддл, снова касаясь его предплечья.       Гектор сбросил его ладонь в раздражении. Он сделал шаг вперёд и указал палочкой точно на грудь Сигнуса.       — Я надеюсь, она уже у мракоборцев?! — зашипел он.       Сигнус покачал головой.       — Она тяжело ранена. Мисс Грейнджер бросила в неё какое-то проклятие, раны не закрываются.       — Не скажу, что я этому не рад, — едко прорычал Гектор.       — Мистер Дагворт-Грейнджер, я накажу её, но мне нужно знать контрзаклятье. Судя по тому, что рассказала мне дочь, мисс Грейнджер использовала заклинание, которое придумала сама. По крайней мере, я о нём не слышал…       — Мне наплевать, — оборвал его Гектор. — Это не мои проблемы. Мерзавка напала на мою единственную наследницу. Надежду Рода, — твёрдо произнёс он. Блэк устало рвано вздохнул. Риддл стоял в стороне, сложив руки на груди, наблюдая за ними, словно рефери. — Вы и сами прекрасно понимаете, что в прежние времена мне нужно было бы объявить войну роду Блэк.       Сигнус вздрогнул, как от удара, и на секунду спрятал лицо в ладонях.       — Я понимаю, но это моя дочь…       — Вам следовало лучше следить за ней! — вспыхнул Гектор. — Если это всё, то я, пожалуй, вернусь к себе.       — Постойте, — Сигнус подскочил; его бокал упал на ворсистый ковёр, — обещайте подумать над этим, прошу. Просите всё, что хотите.       — Это решать не мне, а Гермионе, — сухо бросил Гектор.       Он скользнул взглядом по Риддлу и, бросив порох, исчез в пламени.       Том появился спустя пять минут. Он вновь принялся нервно расхаживать по кабинету.       Миранда переводила напряжённый взгляд с Гектора на Тома и обратно. В конечном итоге она поджала губы и закатила глаза.       — Я отлучусь, чтобы собрать вещи. Если что, ты знаешь, как меня вызвать, — предупредила она Гектора.       Гектор стоял возле Гермионы. Кажется, ситуация только сейчас начала его догонять. Сегодня он чуть не лишился… Её. Мерлин, он и не подозревал, как сильно привязался к ней. Видеть её в таком состоянии было мучением. Понимать, что её состояние может ухудшиться, — целая пытка. Он взял её ладонь в свою руку и тяжело вздохнул. В его жизни бывали плохие дни, но этот определённо стал самым худшим. В груди всё сжималось от боли. В крови клокотала ярость.       Сдавать Блэков мракоборцам было бы слишком просто. Он искренне надеялся, что мерзавка страдает. Если Гермиона поправится… Когда Гермиона поправится, мысленно поправил он себя, он лично позаботится о том, чтобы мисс Блэк пожалела о том, что сделала.       — Мастер Гектор, зелья, — напомнил Фиг, на мгновение появившись в комнате, вырывая Гектора из оцепенения.       Тот взглянул на Тома.       — Я буду здесь, — твёрдо сказал он. — До того, пока не вернётся медиведьма, и после тоже.       — Том, скажи честно, зачем ты здесь? Я не уступлю Блэку. Я посоветуюсь с Гермионой, но решение буду принимать сам.       Риддл качнул головой.       — Мне плевать, — холодно бросил он. — Если бы нашёл Беллатрису первой, я бы добил её сам. Я не… Не заставляйте меня объясняться прямо сейчас, просто позвольте быть здесь. Я дам клятву, что не наврежу ей, чтобы вы были спокойны.       Он так смотрел на Гермиону, что Гектор поверил ему. Но клятву всё же принял — предосторожность прежде всего.       — Черри, присматривай за Гермионой, — приказал он. Домовушка кивнула. — Эппл, приготовь гостевые комнаты.       Гектор вышел из кабинета и направился в лабораторию. Доваривать зелья, которые должны были спасти жизнь его наследницы. Сейчас он чувствовал себя столетним стариком.