подъебки

Сколько уже времени прошло. "Итан.. я ведь буду держать тебя здесь, пока ты не передумаешь," - звучит эхом фраза, выплюнутая сквозь зубы - "а иначе ты просто подохнешь на этом самом месте" О нет, Итан слишком необходим ему, и он его никаким способом не убьет. А если и убьет, то тот возродится снова. В том же теле. И они оба прекрасно об этом знают. Казалось бы, у Итана нет выбора. Но, когда от тебя ничего не зависит, разве не интереснее немного потянуть время и чужие нервы? Гейзенберг уже пробовал разные тактики. То метал ножи в стенку, то опрокидывал Итана со стула, то орал в приступах бешенства. Итану же было просто насрать. Чистейшее человеческое равнодушие. Эта игра, придуманная Итаном, была именно ради развлечения. Ради использования остатков фантазии, которые некуда было деть за это время странствий. - Признай, что ты нихуя со мной не сделаешь Гейзенберг игнорирует фразу, записывая что-то на листе бумаги. Затем садится на стул и демонстративно закуривает, останавливая взгляд на стене справа, не глядя на Итана. Итан смотрит на его профиль полуприкрытыми глазами. Руки затекли, но как будто это мешает. Он всего лишь плесень, так что какая разница. У настоящей плесени вообще нет рук. - Ге-е-ейзенберг. Ответа нет. - Мне вот всегда было интересно, за что тебя так не любила Димитреску. Может быть, она была слишком пафосной для тебя, а может.. ты был слишком скучным для нее? - Заткнись, Уинтерс. Не мешай. Гейзенберг продолжает что-то писать. Ему действительно насрать, он не прикидывается. Конечно, Итан знает, где находятся истинные болевые точки, ну или хотя бы примерно догадывается. Но было бы наивно раскрывать все карты сразу. Итан ухмыляется и протяжно продолжает. - Тебе ведь не с кем поговорить было все это время, верно? Не зря тебе так понравилось расставлять везде свои дурацкие телевизоры. Тебе надоело сидеть среди железок... или среди идиотов. Даже не знаю, в каком случае хуже. - Слышь, психолог блядский. Завали ебало, а. Итан улыбается по-кошачьи. Уже ближе. Краем глаза он видит, как железо рядом начинает дрожать. - Ты ни-ху-я не умеешь сдерживать эмоции. Возле лица Итана мгновенно появляются покрытые ржавчиной ножи, а Гейзенберг вскакивает и громко ударяет рукой по столу. Затем он встает со стула, подходит к Итану, и садится напротив него, положив руки на спинку своего стула и раздвинув ноги. Итан молчит, пытаясь выглядеть спокойным, но уголок его губ неумолимо ползет вверх. Кто из них больше поехал крышей, интересно проверить. Говорить начинает Гейзенберг, со злобным оскалом и иронией, сквозящей в каждом слове: - Ну что-о же, ты меня по фактам разьебал. Что мне тебе теперь, хуй отсосать? Из губ Итана вырывается сдавленный сип, очень отдаленно напоминающий смех. - Ну ты определенно можешь рискнуть, если я в этот момент не рассыплюсь к херам. Нож опасно прижимается к щеке Итана. Итан, не в силах сдерживать саркастичную улыбку, смотрит прямо Гейзенбергу в глаза. - Вот только не делай вид, что тебе не нравится. Брови Гейзенберга ползут вверх, но он быстро стирает это выражение со своего лица. Ножи падают на пол с громким звоном. - Засунь свои фантазии куда поглубже, уебан. Ты нихуя меня не понимаешь, и вряд ли когда-нибудь сможешь понять. - Звучишь, как эмо-подросток. - А ты ломаешься, как девственница. - Откуда мутанту с завода об этом знать? Небось уже забыл, что такое нормальные женщины вообще - А тебе видимо понравилось ебаться с Мирандой? Вороньи перья в жопе не застревали? - Что-то мне кажется, ты смутно представляешь себе гетеро-секс. Может быть с гейским у тебя немного лучше? Гейзенберг отворачивается, и, поперхнувшись воздухом, кашляет. Итан поднимает брови и выдыхает смех в нос. - Тебе явно не хватало хорошей перепалки, да, Карл? Гейзенберг поворачивается к нему вновь, и видно, как он криво улыбается, закусив щеку. - Ты хреновый собеседник, Итан Уинтерс. - Ну уж не пизди. У тебя не так много выбора. Гейзенберг наклоняется чуть ближе к лицу Итана и ядовито выцеживает, сделав паузу: - Больше, чем у тебя. Отшатнувшись, он возвращается к столу и закуривает очередную сигару. Итан улыбается и добавляет, как бы поставив точку в диалоге: - Ты это сейчас своим членом решил похвастаться, что ли?