Другая Амбридж

      ПРИКАЗ МИНИСТЕРСТВА МАГИИ       Долорес Джейн Амбридж-Принц (генеральный инспектор) назначается директором Школы чародейства и волшебства «Хогвартс» вместо Альбуса Дамблдора. Основанием настоящего приказа является Декрет об образовании №28. Подписано: Корнелиус Освальд Фадж, министр магии.       К утру эти объявления были развешаны по всей школе. Дамблдору удалось бежать, несмотря на усилия двух мракоборцев, авроров и генерального инспектора в моем лице. Новое назначение появилось уже на следущее утро после побега директора. В «Пророке» появилась статья о попытке Дамлдора устроить брак национального героя с Джиневрой Уизли. Уверена, Уизли завалили гневными письмами и вопиллерами. Дочь из школы они временно забрали.       Остальных учеников пока не сильно тревожило мое назначение на новую должность, но выделились гриффиндорцы. Они отказались посещать занятия, пока не вернут директора. Так же профессора устроили забастовку с подачи Макгонаггал. В понедельник занятий не было, кроме зелий. К Снейпу пришли все по расписанию, даже гриффиндорцы. Мой любимый супруг оторвался на учениках, зная, что другие профессора не проводят занятия. Я написала доклад в Министерство на каждого профессора и попросила министра отправить детей на каникулы раньше положенного времени. Фадж понимал, что ситуацию не решить так просто, и ответил согласием. Во вторник поезд уже забрал учеников на каникулы, хоть до Рождества оставалось больше недели.       В пустой школе было непривычно спокойно. Я решила заняться ремонтом школы, а Министерство прислало бригаду ремонтников. Два десятка учеников, которые остались в школе, с помощью попечительского совета разместили временно в Хосмиде. Я постаралась привлечь Филча на свою сторону, который впрямь оказался ценным помощником, поскольку в том, что касается знания тайных ходов и закоулков Хогвартса, ему не было равных. Хоть он и сквиб, но командовать бригадой ремонтников вполне может. Потом ему поможет профессор Флитвик, а лорд Малфой обещал провести положенные ритуалы.       Я вернулась в свои комнаты поздно вечером. Из-за отсутствия детей и профессоров ужин не подавали в Большом зале. Эльфы приносили его каждому человеку в замке отдельно. Я направилась в смежную со своей комнату, которую уже больше месяца Гарри использовал как свою спальню. Это было небольшое подсобное помещение, которое никак не использовалось. Мы с Гарри привели комнату в порядок, достали мебель и светильники, и получился приятный уголок.       Сейчас Гарри лежал бледным на постели. Я присела на край и взяла его за руку. Мальчишка тревожно спал под действием зелья. В тот вечер, когда исчез Дамблдор, Гарри рухнул на пол посреди коридора, держась за голову. Я растерялась в тот момент и не понимала что с ним. Помог Снейп, который решил сопроводить нас.       - Поттер, что с вами? – стряхнул его мужчина, пытаясь сфокусироваться на его глазах.       - Больно, профессор… - у гриффиндорца пошла кровь носом. – Он лезет в мою голову…       Гарри зажмурился, пытаясь подавить боль.       - Поднимите щиты, Поттер. Вспоминайте наши уроки! – держал его за плечо Снейп.       Я лишь бессильно смотрела на происходящее.       - Не могу.       - Вы не бездарь, постарайтесь, - упрашивал его Снейп, что-то ища в кармане мантии. – Представьте квиддичное поле. Большое, зеленое, без конца и края. Гарри уткнулся носом в чужое плечо и застонал. Я растеряно посмотрела на мужа.       - Поттер… Гарри, - с трудом выговорил мужчина имя гриффиндорца, - не сжимайтесь, мысли должны концентрироваться на поле.       - Поле… - повторил он.       - Вы ведь любите мотаться по полю на метле? Заставьте Темного лорда за вами побегать.       Снейп достал склянку с прозрачным зельем и поднял на меня глаза.       - Помогите мне.       Вдвоем мы разжали ему зубы и залили зелье в рот парня. Потом Снейп помог перенести мальчишку в комнату. Гарри метался во сне. Северус присел на постель к нему и взял за руку, а палочкой водил вокруг его головы. Я почти не различала слова мужчины, но мне вдруг стало спокойно на душе. Северус никогда не причинит вред Гарри.       - Временно с ним будет все хорошо, - сказал зельевар, поправляя одеяло мальчишке. – Я никогда еще не видел подобной ментальной атаки. Лорд просто не способен причинить такой вред на расстоянии, не имея с человеком прочной связи в виде метки.       - Тогда, почему Гарри так плохо?       - Не знаю, - смотрел на спящего Северус. – Долорес, Гарри носит защитный комплект наследника?       - Нет.       - Нужно наведаться в банк, думаю, у Поттеров припасен защитный комплект для наследника.       - Хорошо.       Той ночью мне так и не удалось поспать. В банке меня приняли не особо радушно. Гоблин-поверенный рода Поттера долго изучал меня через очки и скупо кивнул. Как опекун я могла получить любой предмет из сейфа Гарри. Комплект мне доставили, но пришлось почти час ожидать в кабинете под немигающим взглядом неприветливого гоблина. Предоставленный комплект был не полным. Гоблин объяснил, что двух предметов не хватает, так как они остались на Джеймсе Поттере.       - Не могли же его похоронить с артефактами рода?       - К тому моменту лорд Поттер с супругой почили, а похороны проводил мистер Дамблдор, - говорил гоблин.       - Разве артефакты не возвращаются в хранилище автоматически?       - Со смертью лорда хранилище опечатывается до назначения наследника. Мистер Джеймс Поттер не вступил в права наследия, и вернуть предметы не мог.       Захоронить артефакты с погибшими вполне могли, так раньше делали во многих странах. Вспомните даже пирамиды и саркофаги с обе.       - Если снять их с мертвого человека, то они будут защищать нового владельца? – спросила я.       Гоблин поднял на меня разочарованный взгляд, будто я говорила околесицу.       - Леди Принц, родовые артефакты потому и имеют такое название, ведь подчиняются только представителям своего рода, - сказал гоблин. – Я понял ваш вопрос. Забрать артефакт можно, но использовать – нет.       - Спасибо.        Я вышла из банка и аппарировала в магической границе Хогвартса. Направляясь в здание школы, я размышляла над всем. Чету Поттеров хоронили с почестями после гибели. Ответственным за это был директор Дамблдор. Он вполне мог снять браслет или другой артефакт с мертвого Джеймса. Только зачем? Артефакт был простой безделушкой, которая не принесла бы пользы. Но вот Гарри, надев неполный комплект не сможет быть в полной безопасности.       Я вернулась в комнату подопечного, около кровати которого сидел Снейп. Он сразу меня заметил и положил руку мальчишки под одеяло.       - Как все прошло? – спросил он, поднимаясь мне навстречу.       - Неплохо, - достала я небольшую коробку.       Я рассказала, что узнала в банке и спросила о месте, где похоронены Поттеры. Снейп вздохнул. Я видела, что ему тяжело вспоминать о покойной первой любви.       - Давайте сходим туда после праздников, - сказал Северус.       Я не стала настаивать и обняла мужа со спины.

***

      Гарри сидел на постели и смотрел, как за окном кружились снежинки. Ночью, пока все спали, шел снегопад. Их никогда не устанешь рассматривать. Хлопья - падают бесшумно, плавно, будто танцуют в воздухе. Снег укрыл все белым блестящим ковром, преобразил землю, словно в сказке. Гарри хмыкнул про себя. Он перестал верить в сказку. Директор и Сириус причинили ему боль, и подросток с разочарованием смотрел на магический мир. Слава героя душила его.       Хотел он подобной славы? Только единицы знали правду, и лишь пара человек видела его настоящего, а не то, что хотела видеть и видела общественность. Да, он герой, не из-за того, что победил великое зло, а потому, что он не умеет сдаваться и борется за то, что ему дорого, что он честен и искренен. Он просто Гарри, Гарри Поттер и не более. Остальное – только ярлыки. Увы, некоторые не видят за ними истины.       Гарри вздохнул и посмотрел в сторону новой одежды. Полчаса назад Долорес принесла ему одежду для ужина. В канун Рождества они собирались навестить семью мисс Амбридж. Гарри обнял себя за плечи, он не хотел никуда идти, ведь то была не его семья. Мисс Амбридж и профессор Снейп заботились о нем последнюю неделю как о маленьком. Гарри не хотел портить им праздник своим унылым лицом. Раньше он бывал на праздниках в семье Уизли. Он всегда ощущал себя там как не в своей тарелке.       Уизли… Они стали для Гарри, едва попавшего в магический мир, эталоном семьи, примером, но вскоре он заметил то, на что раньше не обращал внимания: они не стремились к переменам, их устраивала жизнь в нищете. Да, они были бедны, но Гарри никогда не понимал, как можно жить в той лачуге, что они именовали домом, почему не поддерживать дома минимальный порядок и чистоту? Было много вопросов, на которые он не находил ответов. Теперь стали понятны причины, побудившие в своё время Билла покинуть родной дом и уехать в Египет в поисках лучшей жизни, причины, которые заставили Чарли отказаться от всего и жить бок о бок с драконами, которые, как знал Гарри, во многом были лучше людей. Даже Перси, хотя он его и недолюбливал, ушёл из дома, не желая идти на поводу у родителей. Поступок мистера Уизли с его вынужденной помолвкой на Джиневре подкосил последние хорошие воспоминания об этой семье.       Гарри громко вздохнул и пропустил появление незваного гостя его комнате.       - Поттер, почему вы еще не собрались?       - Профессор, можно я никуда не пойду? – повернул голову к вошедшему зельевару Гарри.       Он впервые видел Снейпа в таком виде. Мужчина был одет в брюки и темно-зеленый свитер, из-под которого выглядывала белая рубашка. В руках мужчина держал зимнюю мантию излюбленного черного цвета.       - Поттер, это не обсуждается! – грубо сказал зельевар. – Вы не будете чахнуть тут в одиночестве в праздник. У вас пять минут на сборы. Ждем вас внизу.       Он вышел, а Гарри слегка улыбнулся. Он не переставал удивляться, как Снейп может быть таким язвительным и добрым одновременно. Добрым и терпимым к нему. Похоже, брак принёс этому язвительному человеку много счастья, которое он тщательно скрывал в своих глазах. Гарри ненадолго решил оставить свои проблемы и внутренние переживания, и окунуться с головой в атмосферу праздника в чужой семье. Он быстро оделся и спустился в уютную гостиную, где его уже ждали. Видно он немного задержался, ведь взрослые занялись более приятным делом. Гарри покраснел, увидев целующихся профессоров. Он резко отвернулся, скрывая свое смущение. Профессор Снейп показал новую свою сторону, а профессор Амбридж выглядела счастливой.       - Мы можем продолжить немного позже, - сказала Долорес.       - Да, когда Поттер перестанет подглядывать.       Гарри покраснел еще больше и вышел из-за угла. Профессор Амбридж тоже смутилась, но не спешила покидать уютные объятия своего мужа.       - Простите, я не специально… - пролепетал парниша, не поднимая глаз.       Я не могла сердиться на Гарри, ведь мы ненадолго забыли, что не одни в домике. После праздничного завтрака, который прошел в Хогвартсе среди профессоров, мы вернулись втроем в мой домик недалеко от Косой аллеи. Как ни странно, но почти все профессора вернулись в школу и выразили желание вновь приступить к работе. Я напомнила им о небольших изменениях после каникул. Частичный ремонт в замке почти окончился и профессор Флитвик согласился проконтролировать его окончание после моего отъезда. Только декана факультета Гриффиндор не было, а профессор Трелони появилась за столом нетрезвой. Я написала новую жалобу на неё министру. Уверена, что смогу за каникулы всеми правдами и неправдами выгнать её из школы. Профессор-алкоголичка не нужна в магическом учебном заведении. Если в Мунго ей не помогут с этой зависимостью, то на работу в Хогвартс она не вернется.       Гарри все еще топтался на месте. Я подошла и коснулась его расчёсанных волос.       - Все хорошо?       - Да, - запнулся с ответом Гарри. – Мне точно нужно идти с вами? Это ведь ваша семья?       - Поттер, не глупите, - заговорил мой Северус.       Гарри всегда реагировал на зельевара и резко поднял голову.       - Гарри, ты мой воспитанник, почему я не могу взять тебя на семейный ужин? – спросила я. – Ты хочешь остаться?       Мне было больно думать, что Гарри неприятно находиться со мною или Северусом под одной крышей. Здесь должна быть другая причина. Я обняла мальчишку, вызвав тем недовольный взгляд мужа. Может мой воспитанник просто привык оставаться на Рождество в одиночестве? Нет, никто не должен быть один в такой вечер.       - Гарри, - заглянула я в его грустные зеленые глаза. – Если тебе не понравится, ты всегда можешь вернуться в этот домик назад камином.       - Хорошо, - ответил подросток.       Северус взял меня под руку и оттянул от мальчишки. Кажется, мой зельевар немного ревновал к гриффиндорцу. Я легко поцеловала мужа в щеку, чтобы он не расстраивался без причины. Взяв подарки для моих родителей и брата, мы подошли к камину. На самом деле я очень мало о них знала. Долорес почти не общалась с ним после окончания школы. Мать и брата она презирала, а отца считала позором, ведь он работал уборщиком в министерстве. Сейчас глава семейства Амбридж был на пенсии. Камином мы добрались в дом моих родителей. Я первой оказалась в просторной гостиной, наполненной домашним уютом и запахом свежей выпечки. Рядом с камином стояла нарядная ёлка, а в кресле сидел мужчина лет сорока на вид. Это был Орфорд Амбридж.       - Долорес, - поднялся он с кресла. – Не ожидал, что ты все же явишься спустя столько лет.       - Отец, - едва смогла проговорить я.       Из камина вышел Северус и едва не вывалился Гарри, но муж успел его схватить за плечо.       - Спасибо, - тихо сказал мальчишка.       Орфорд наблюдал за нами, я же немного мялась в присутствии этого человека. Он был отцом Долорес и моим теперь тоже. Мне хотелось наладить с ним отношения.       - Отец, это Северус – мой муж и Гарри – воспитанник.       - Очень приятно, сэр, - первым заговорил Гарри, как воспитанный ребенок.       - Мистер Амбридж, - пожал руку тестю Северус.       Он и отец несколько мгновений играли в гляделки. Я занервничала и взяла мужа под руки. Северус моргнул и отпустил руку отца.       - У вас крепкая хватка, мистер Снейп, - ответил мой отец.       - Благодарю, - скупо ответил Северус.       Похоже, ему было тоже неуютно рядом с отцом. На минуту в комнате воцарилась тишина, мы стояли и не знали, что сказать друг другу. В гостиную вошла немного полная женщина с улыбкой на лице.       - Дорогой, у нас гости?       - Здравствуй, мама, - сказала я, тепло улыбнувшись женщине.       Она казалась мне совсем незнакомой, хотя в душе ощущала, что она самый родной для меня человек.       - Долорес? – женщина была сильно удивлена.       - Да, это я.       Женщина остановилась в полуметре от меня и с любовью вглядывалась в мое лицо. На глазах у неё появились слёзы. Она была рада видеть дочь, которая давно вычеркнула её из своей жизни. Я, поддавшись некоему душевному порыву, обняла мать. Женщина не сдержала слёз.       - Что вы сырость развели в доме? – сказал отец, украдкой вытерев глаза. - Давайте к столу.       Я поборола некую неловкость и выложила подарки под елку. Мать взяла меня за руку и не хотела отпускать. Она провела нас в столовую, где за столом уже сидело трое человек. Шатен с серыми глазами, очень похожий на мать, был моим братом Майклом. Рядом с ним сидела худенькая брюнетка, на коленях которой расположилась малютка лет трех. Девочка первой нас заметила и привлекла внимание родителей.       - Давно не виделись, Майкл, – первой заговорила я.       Молодой человек за столом очень внимательно меня рассматривал, потом поднял глаза на моего мужа и воспитанника.       - Ты точно моя сестра?       У меня бешено забилось сердце. Он не мог узнать, что в этом теле другая душа. Никакие известные заклинания не показывали это. Это мое тело, я срослась с ним. Почему он вдруг задал такой вопрос?       - Да, это я.       Опять все молча смотрели друг на друга.       - Присаживайтесь к столу, - сказал отец, доставив еще два стула.       Мать вышла на кухню, чтобы доставить приборы. Отец сидел во главе стола, рядом с ним разместила мама, по правую руку Майкл со своей женой и дочерью, а по левую я с мужем и Гарри. Отец открыл бутылку вина и разлил по бокалам. Свое вино он вылил на полено, которое потом сожгли в камине. Я смутно вспомнила о ритуале благодарности на Йоль, который проводили всегда на праздники. Потом глава семейство поднял бокал и сказал:       - За воссоединение семьи.       Все хором повторили за ним.