Идеал

      Она назначила встречу здесь. Освещенное лучами яркого, ещё не уставшего июньского солнца, поляна посреди… лесопарка, если не изменяет мне память. Лишь одно дерево, старая, ветвистая береза, решила прорасти на таком вольном и свободном месте. Именно в тени этой березы и стояла Она. Красивая, молодая девушка, невысокая — вот вам совсем неточный её набросок. Я бы описал и её лицо, но тень от березы и лучи солнца, бившего мне в глаза, так контрастировали, что разглядеть её лица я был не в состоянии. Подходить ближе желания не было. — О, вот и ты, — сказала Она, безобидно усмехнувшись. — Я заждалась. — Какая печаль, — со злой иронией в голосе парировал я, переводя взгляд на деревья позади злополучной берёзы. — Что тебе от меня нужно? — Нужно? — спросила девица с проступившей в голосе хитрецой. — Нет-нет, это тебе от меня кое-что НУЖНО.       От недоумения от этих слов я вернул свой взор на Неё, пытаясь сквозь тень всё же уловить те эмоции, что она испытывает сейчас. Тщетно. — Я тебя не понимаю, — осилив самого себя, всё же произнёс я. — Ты подумай. — Это связано с нашими отношениями? — Нет. — Тогда тем более. Если ты собираешься меня кормить загадками, я лучше пойду. — Куда же? — уже не скрывая усмешки, спросила Она. — Нет, пока мы с тобой не решим один вопрос, ты никуда не уйдешь. — Наглости тебе не занимать. Впрочем, как всегда, — такое упорство заставило меня всё же остаться и никуда не уходить. — Что за вопрос ты предлагаешь решить? — Вопрос твоих ценностей, твоих… скажем, идеалов.       С каждой новой фразой моей бывшей… знакомой меня обуревало какое-то странное чувство, подступая откуда-то издалека к самому моему сердцу. Я словно находился во сне, какая-то мутная тяжесть застряла где-то у меня в горле, тревожно забилась в висках. — Какое тебе дело до моих идеалов? — Ну… — протянула Она, — ведь я и сама была в их числе, разве нет?       Неприятный укол. Но она точно не позвала бы меня потехи ради. В ушах неназойливо зазвенело. — Что с того? — Ты никогда не думал пересмотреть их? — Идеалы? — Да. — Жизнь есть постоянная смена своих взглядов, их шлифовка и доведение до ума. Я не собираюсь их менять, если не буду уверен, что так нужно. — Печальные новости: у тебя не осталось времени, — сказала Она с таинственным налётом. — Совсем-совсем. — Ты бредишь. — А ты почти умер, дорогой мой, — Она взяла паузу. — Разве ты не чувствуешь себя не в своей тарелке?       Чушь. Я? Умер? Хотя, такое объяснение очень радовало мою пробужденную паранойю, которая стала находить окружающую действительность слишком нереалистичной. Я сделал шаг вперёд и засмеялся. — И какая тебе-то разница до моих идеалов, коли я «почти мёртв»? — Мне? Мне — никакой. Я просто образ, которым одна часть твоего воспаленного сознания борется с другой. — Самокритично. — Уводишь тему, как всегда, — Она вышла из тени и схватила меня за грудки, холодным взглядом въедаясь прямо мне в душу. — Ты умер бесполезно, признай это. — Даже если бы я умер, — парировал я весело, — а тем более, умер бы за свои взгляды, то никогда бы не признал свою смерть бесполезной. — А как же молодость? Твоё будущее? — Я выбрал роль инструмента и сыграл её, — сказал я неожиданно твёрдо, словно через меня это сказал кто-то другой. — Так что хватит разыгрывать комедию. Разве ты в силах понять, что такое самопожертвование? Благо для других, а не для себя? Конечно, тебе в твоём крохотном эгоистичном мирке в разы комфортней. Твоя ограниченность не знает себе равных. Посмешище. Мне больше не о чем разговаривать. Отпускай Его. — Какая бестактность, — томно протянула девица и последнее, что я увидел, были её холодные глаза и тьма, пожирающая всё вокруг.

***

      Темнота. Вспышка. Улица, реальность. Кровавые разводы на асфальте, крики и выстрелы как кусочки пазла складываются в цельную картину. Юноша в бегущей толпе, автоматная очередь. Ноги подкашиваются, тело спешит встретиться с холодным асфальтом. Смерть. Прострелянное знамя, не успевшее упасть, схватывает другой. К нему Судьба более благосклонна. Он умрёт через пятьдесят метров. Лишь Идеал останется жить, по трупам своих приверженцев войдя в тронный зал, прекрасный завтрашний день.