Звезда и Кот.

Сонхва не сразу понял, что спит. Он же только что ходил по своему дому, залитому солнечным светом. После того как он, казалось бы, моргнул, темнота перед глазами немного сбивала с толку. Он ощутил толчок в плечо, видимо это его и разбудило. — Сонхва, просыпайся. — Сан? Что случилось? — Ничего? Я хотел с тобой пойти к тетке, сегодня вечером, помнишь? Сонхва застонал, вспоминая дневной разговор, он решил немного вздремнуть утомленный жарой и видимо проспал до самого вечера. Тело не желало просыпаться так же быстро как сознание. Он сладко потянулся, переворачиваясь с одного бока на другой, чувствуя, как Сан случайным образом растирает его мышцы пока он переворачивается. — Вставай, соня. Сан говорил с ним мягким голосом, диван казался таким удобным, а тело вялым, что предложение просто прилечь рядышком чуть не сорвалось с языка. Нет, они договорились, он встает и идет. Со стоном разочарования он поднимается и бредет на кухню, чтобы ополоснуть лицо после сна. С такой погодой это было более чем необходимо. Сан тут же валится на освободившееся место. Прохладная вода вернула Сонхва немного бодрости. Он достал воды из холодильника. Они идут в гости так что есть не будет, но пить очень хотелось. Уже проходя мимо гостиной, он поманил Сана с дивана, который, казалось, пригрелся на месте, где спал Сонхва. Только открыв входную дверь он понял, что до этого не был бодр и резко развернувшись врезался в Сана, пытаясь вернуться в дом. — А чего так холодно?! Сан от испуга держался за Сонхва обеими руками, потому что тот, своей скоростью буквально внес его обратно в дом. Секундой позже рассмеялся: — Уже одиннадцать вечера, Сонхва, солнце давно село. — Почему мы так поздно, твоя тетя нормально к этому отнесется? — Все нормально. Надень что-нибудь теплое. И возьми какой-нибудь контейнер, мы не уйдем без гостинцев. Сан обошел Сонхва и вышел на улицу. Откопав худи которое можно было бы назвать “на выход”, позже Сонхва безуспешно перебирал посуду на кухне, а затем и в кладовке. На глаза не попадалось ничего чтобы можно было назвать подходящим для гостинцев. Сонхва нужно что-то с ручкой. Надо чтобы это было удобно нести. Сан баловался фонариком во дворе имитируя цветомузыку, не сразу было понятно, где он стоит из-за быстроты его движений. — Как думаешь, сойдет? Кружочек света резко остановился на Сонхва. Раздался смех. — А ты не промах, если посуда для гостинцев, то самая большая? — С ручкой больше ничего нет! Сан продолжал хихикать пока Сонхва вслепую искал свои тапочки. В руках у него было небольшое ведерко с крышкой. Сонхва понравилось, что оно закрывается и он уже не будет возвращаться чтобы менять его. Сонхва повесил замок на дверь который даже не закрывается, он всегда был для виду. Оставил свет над порогом. Вместе с Саном они обошли дом чтобы идти по уже знакомым тропинкам. Было довольно темно, но еще хорошо видно куда идти, дорога и какие-то растения, и предметы в траве все еще белели в сумерках. Сан выключил фонарик, пока что в нем не было необходимости. Они шли рядом, сталкивались друг с другом иногда, оступаясь или отмахиваясь от насекомых. — Почему мы идем так поздно? - спросил Сонхва, когда в очередной раз оступился. — Утром мы заняты, днем слишком жарко, сейчас в самый раз! — Родители ничего не говорят, когда ты уходишь из дома ночью? — Я совершеннолетний это раз, они мне доверяют это два. В голосе Сан было немного самодовольства, как Сонхва уже понял, он безмерно уважал своих родителей, а их доверие к нему хорошо так поднимало его самооценку. — Хорошо, - ответ Сана внушал спокойствие, которое было немного расшатано тем что они идут уже достаточно долго чтобы оказаться в незнакомой для Сонхва местности. Сонхва знал только основные, необходимые ему, части поселка, магазины и аптеки, как уехать или приехать. Для того чтобы узнавать его весь, ему не хватало компании. Потом появился Сан. У них не было достаточно свободного времени чтобы тратить его на экскурсии, но они старались наверстать упущенное. Какое-то время они идут молча, затем Сан сворачивает с основной тропы к невысокому забору. Что за ним не видно, темнота уже начала скрывать все вокруг, а Сан не торопился включиться фонарик. Сан определенно местный, найти в темноте среди сплошного штакетника ту часть, которая является калиткой смог бы только знающий человек. — А почему мы через огород идем? Сан фыркает. Позволяет Сонхва пройти и закрывает за ним вход. — Сонхва, ты задаешь слишком много вопросов. — Звучит словно мы в плохом фильме с нехорошим концом. — Ты смотрел слишком много плохих фильмов. Смотри мелодрамы. — Зачем мне их смотреть, тебе нечего будет мне пересказывать. — И то верно. Мы пришли. Они стояли в поле, множество кустиков росли в длинных рядах, но Сонхва не мог понять, что это. Вдали можно было различить желтые пятна, свет в окнах домов. Если ряд шел до самого дома, это можно было бы даже плантацией назвать. Или ночь так все увеличивает в размерах. Здесь из-за кустов создавались тени и невозможно было различить идешь ты по тропе или по чему-то еще. — Почему мы стоим посреди поля? - Сан одновременно с вопросом включил фонарик. Его лицо украшала широкая улыбка. - Ты чего такой довольный? Сан не успевает ответить. Сонхва уже видит попавшую под луч фонаря большую и спелую клубнику. Сонхва охает. — Мы на клубничном поле? Сан отвечает, забирая у Сонхва его ведерко. — Мы не воруем если ты что-то такое подумал, у тети всегда часть урожая остается не реализованной, так что твое ведро погоды не сделает. — Но ты спросил? — Сонхва, мне не нужно спрашивать, я любимый ребенок, пришел и взял. Сан протягивает ему фонарик: — Мы сейчас разделим обязанности, я собираю и складываю в ведро, а ты светишь мне фонариком и ешь. — О, мне нравится. — Еще бы ты отказался, - хохочет Сан и тут же себя резко обрывает, испугавшись быть слишком громким. - Давай поторопимся, а то, кажется, я забыл фонарик как следует зарядить. Сонхва старался не терять из виду, Сана который ловко, кажется будто не глядя, наполнял ведерко ягодой, и сам при этом успевал накидать сладкие плоды в рот. Чувствую, что его лимит клубники на день почти достигнут, одну ягоду закидывал в рот, парочку подкидывал в ведерко чтобы дело шло быстрее. На свет фонаря начали слетаться мелкие насекомые, которые вились теперь вокруг Сонхва, ему хотелось побыстрее убежать от них. Вдали залаяли собаки, Сонхва не обратил бы на это внимание, но Сан резко выхватил из его рук фонарик и выключил его. Сначала Сонхва не шевелился, но начал различать шорох рядом с собой. — Ты что делаешь? — Ягоду собираю. — Чего фонарик выключил? — Могли увидеть, вдруг кто из дома вышел. —Это твоя тетя, что она тебе сделает? — Ничего, но лучше не беспокоить. Сонхва эта затея выглядела все более странной, но возражать он не стал. Сан никогда не делал ничего сомнительного, поэтому он не хотел даже начинать думать о нем подобное. Клубника в него уже не лезла, поэтому он слушал как Сан рядом шуршит, иногда фырчит и выдует воздух, видимо в лицо кто-то лезет из насекомых. Сам он ничего не мог разглядеть в темноте. На какое-то время погрузился в раздумья о своем зрении затем его отвлек Сан. С его стороны послышался щелчок. Закрыл ведерко крышкой. — Пойдем. Сонхва смутно мог различить силуэт Сана в темноте. — Сан, я совершенно ничего не вижу. — Ох, не думаю, что включить фонарик сейчас хорошая идея. Сонхва на ощупь продвинулся вперед, к голосу Сана. Его встретили на половине пути. Сан провел по его руке пока не соединил их ладони. Ладонь Сана была липкой от ягоды, твердой и горячей. Сонхва так и не согрелся, но не замечал этого. Сан безошибочно вернулся к той же калитке, вот уже они движутся по тропинке обратно к дому. Сонхва уже мог видеть ее, но руку Сана не хотелось отпускать. Ноги немного ныли от долгого сиденья у низких кустов, потому возвращались они дольше, продолжая хихикать над своей неуклюжестью. Сонхва уже не волновало, что под его ногой не окажется земли там, где он ожидает, простое теплое прикосновение Сана отключило все его предосторожности. Они так и не достали фонарик, Сан уверенно вел их вперед. Оказавшись возле своего дома Сонхва, не думая долго потянул Сана во двор. — Я думаю мне домой пора, Сонхва, завтра рано вставать, - уже на пороге дома сообщил ему Сан. — О, извини, я думал еще у меня побудем. Сан передал ему ведерко и улыбнулся тому, как Сонхва охнул от его веса. — Ничего, было приятно с тобой кормить насекомых, сегодня ночью. — А ты не будешь клубнику? – Сонхва с усилием потряс своей нощей. — Я ее каждое лето ем, не думаю, что вкус особо изменился. — Хорошо, спасибо за прогулку и гостинцы. Сонхва почувствовал прилив несвойственной ему смелости. Он спустился со ступенек чтобы оказаться с Саном на одном уровне, наступая на обувь, которую только что сбросил. — Все еще не хочешь чего-то клубничного? Сан выглядит растерянным мгновение прежде, чем лицо озаряет понимание и следом смущенная улыбка. — Сонхва, то, как ты это предложил звучит ужасно, но да, я хотел бы тебя поцеловать. — Говорит мне человек, который сразу же догадался, о чем я. Сан опускает голову, пряча лицо и одновременно сокращает расстояние между ними. Дурацкое ведро все еще в руках Сонхва, поэтому он спешно опускает его, а когда выпрямляется то чуть не врезается макушкой Сану в подбородок. — Ой, прости. Сан ничего не ответил. Он обхватит лицо Сонхва, которое скорее всего из-за тени было трудно разглядеть, свет был за его спиной. А вот лицо Сана было хорошо видно. На нем Сонхва мог узнать задумчивость и нежность, Сан мягко улыбался, поглаживая щеки Сонхва большими пальцами, бегая взглядом по его лицу. Когда Сонхва хотел было что-то сказать, что-то очевидно глупое, Сан мягко потянул его на себя. Его сердце вдруг передумало быть смелым и трусливо подпрыгнуло в груди. Свои, внезапно нервно подрагивающие, руки он утроил на чужих боках. А затем обхватил правой рукой запястье Сана, будто желая получить больше контроля над ситуацией. Поцелуй был мягким прикосновением, если бы Сонхва начал анализировать постфактум, но в моменте, когда они прижались губами друг к другу, для него это было самым волнительным что с ним происходило в жизни. Он уже целовал людей, но никогда тех, кто так сильно ему нравился. Когда поцелуй был разорван, Сонхва понял, что слишком сильно сжал чужое запястье. Он мягко огладил его прежде, чем отпустить. Он чувствовал ужасное смущение и не мог совладать с улыбкой, которая не сходила с лица. Они все еще были очень близко друг к другу. — Ты липкий, Сан. Сан издал смешок. — Это ты липкий! И клубничный! Сан быстро приблизил свое лицо чтобы чмокнуть Сонхва еще раз, прежде чем отпустить. Сонхва замычал тому в губы от неожиданности, а через мгновение Сан уже махал рукой на прощание на приличном расстоянии от него. - До завтра, Сонхва! Сан уже скрылся из виду, когда Сонхва, тихо самому себе, с улыбкой ответил. - До завтра, Сан.